Часть 9

POV Визериса Они провели на Драконьем Камне еще пять дней, которые Визерис потратил на укрепление своей связи с Вхагар и на то, чтобы брать уроки полетов у Деймона. Несмотря на то, что изначальный Визерис и раньше заявлял права на дракона, он смог полетать с Балерионом только три раза, прежде чем Черный Ужас погиб. Так что сейчас Визерис не обладал большими знаниями о верховой езде на драконах, и ему нужно было научиться всему этому у более опытного принца. Деймон на удивление обрадовался возможности поучить его. Визерис находил это милым, но в глубине души подозревал, что принц-изгой любит командовать своим старшим братом, поскольку в том, что касается езды на драконах, он был наставником, а Визерис — учеником. Принц будил его рано за все время их пребывания, чтобы они могли попрактиковаться в полете. На третий день Деймон счел его достаточно хорошим, чтобы нести второго всадника, и, к полному отчаянию Рейниры, он выбрал Эймму. Пара вместе поднялась в небо, и Эймма впервые в жизни полетела на спине дракона. Она была в экстазе, Визерис никогда не видел, чтобы она так кричала от радости — по крайней мере, за пределами их покоев — там, в небе, она была свободна от бремени короны, от приличий, ожидаемых от нее как от королевы и матери. Там, наверху, она была просто Эйммой, молодой женщиной двадцати одного года от роду, которая имела право выражать свое счастье без пристального внимания двора. Визерис не мог дождаться, когда она полетит на Пламенной мечте. В конце концов, драконов нельзя привязывать к земле. После долгих уговоров с его стороны и множества лимонных пирогов Рейнира наконец простила его за то, что он не выбрал её первой, чтобы она полетала с ним на Вхагар. Затем настала её очередь оседлать Старушку. Хотя Бейлон несколько раз брал Рейниру с собой в полёт, она была слишком мала, чтобы помнить об этом. Принцесса была в полном восторге от того, что может полетать на драконе королевы Весеньи, и Визерису пришлось приложить все свои способности к убеждению, чтобы убедить девочку не требовать полётов каждый час. Летая рядом с Деймоном, они старались пролететь прямо над портом Драконьего Камня и небольшими деревнями, чтобы простой народ увидел своего короля верхом на самом большом из существующих драконов. Известие о его пребывании в Драконьем Камне и о том, что он претендует на Вхагар, распространилось по близлежащим островам, и в ночь на третий день лорды из домов, присягнувших Драконьему Камню, прибыли в родовое поместье Таргариенов, чтобы поприветствовать своего короля и разжиться сплетнями. Лорды Селтигар, Сангласс и Бар Эммон поздравили Визериса и изо всех сил старались привлечь внимание короля. Он развлекал их, как и положено в придворной политике, разговорами о проблемах в каждой из их земель и обещая обсудить их на Малом совете. Затем он сказал, что его пребывание в Драконьем Камне будет недолгим, но они могут оставаться в замке столько, сколько захотят. Лорды, казалось, были довольны Визерисом, и он был рад хорошо выполненной работе, хотя она и была утомительной. На четвёртый день поднялась суматоха. Незадачливый рыцарь подошёл слишком близко к пещере Караксеса и скоропостижно скончался. Визерис организовал похороны Альфреда Брума и произнёс небольшую речь перед персоналом замка, выразив сожаление по поводу случившегося, но напомнив им, что драконы — могущественные существа, которых следует уважать. Он повторил, что никто, кроме Таргариенов или смотрителей драконов, не должен приближаться к ним. Похоже, его репутация в Драконьем Камне и среди простого народа возросла из-за того, что он позаботился о смерти простого рыцаря. Когда он снова увидел Деймона, принц казался самодовольным и гордым собой. Визерис похлопал его по спине и поблагодарил брата за то, что тот позаботился о предателе. Деймон сказал, что это пустяки, но было ясно, как много для него значило, что его поблагодарили за помощь, что его не воспринимали как должное. На самом деле он довольно милый, если сильно прищуриться. Визерис не был уверен насчёт Королевской Гавани, но новости о том, что он претендует на Вхагар, определённо дошли до Дрифтмарка. Но даже тогда не было никаких признаков Рейнис. Корлис был в Красном Замке, но она в данный момент находится в Высоком Приливе с двумя своими маленькими детьми. Эти отношения слишком напряжённые. Мне нужна Рейнис на нашей стороне, особенно потому, что я не могу доверять её мужу. Именно из-за этого Визерис решил посетить Дрифтмарк, прежде чем вернуться в Королевскую Гавань. Он отправил своих домочадцев вперёд на корабле, а сам с семьей сделал крюк и пролетел над Черноводным заливом, чтобы навестить свою дорогую кузину. Он и Эймма на Вхагар, Деймон и Рейнира на Караксесе. Конечно, было невежливо появляться без приглашения и предупреждения, но он решил рискнуть и немного досадить Рейнис, чтобы решить проблему как можно скорее. В конце концов, с лечением ран тянуть не стоит. Они приземлились возле Прилива, и там уже собралась небольшая толпа, чтобы поприветствовать их. Рейнис стояла впереди всех. Думаю, Вхагар и Караксеса довольно легко заметить издалека. Когда они приблизились, Королева, которой никогда не было, слегка присела в реверансе. — Добро пожаловать в Прилив, Ваша Светлость. — Нет, между кровными родственниками нет нужды в таких формальностях, кузина, — Рейенис слегка поджала губы, но в остальном её лицо оставалось вежливо бесстрастным. Упс, может, не стоило прерывать Королеву, которой никогда не было… Ну ладно. — Я хочу начать с того, что прошу прощения за то, что пришёл к тебе таким образом, но мне действительно нужно поговорить с тобой, кузина. Мне приснился сон, предупреждение. — серьёзно сказал он, глядя в её лиловые глаза. Рейнис несколько секунд смотрела на него, затем кивнула. — Если вы последуете за мной, мой солярий будет хорошим местом для этого разговора. Он и Деймон последовали за ней, в то время как Рейнира уже бегала повсюду с Лейнором, рассказывая ему о своей Золотой Леди, а Эймма хотела увидеть маленькую Лейну, которой было не больше трех лет. Слуги ушли, приготовив для них угощение, и Визерис подождал, пока за ними закроется дверь, прежде чем начать. — Ты веришь в сны, кузина? — Начал он с вопроса, ведь всё зависело от того, насколько она верила в пророчества. Рейнис мгновение внимательно смотрела на него. Как я могу этого не делать? Визерис кивнул. — Я должен был убедиться, что это так. — Он указал подбородком на Деймона. Принц лишь усмехнулся и налил себе вина. Рейенис приподняла бровь, но промолчала. — Я думал, что уже видел этот сон. О сыне, который у меня родится. Но я ошибался, я понял это после того, как увидел настоящий сон. — Он сделал глубокий вдох и посмотрел ей в глаза. — Я стану началом конца нашего Дома, Рейнис. Моё правление настолько раскололо бы Дом Дракона и всё королевство, что последствия моих решений ощущались бы ещё почти двести лет после моей смерти. Глаза Рейнис слегка расширились от его признания. — Сон Эйгона. Ты была наследницей своего отца, так что я знаю, что он рассказывал тебе об этом. — Он задумчиво кивнула. — Я видел, как смерть пришла из-за Стены и поглотила всё на своём пути. Не было надежды для всего живого, Вестерос не был готов, и это была моя вина. — Как такое возможно, Визерис? — Спросила она в замешательстве. — Это долгая и трагическая история, и она касается нас и нашей семьи, наших детей. Вы всё ещё хотите её услышать? Она расправила плечи и кивнула. Затем он начал свой рассказ.

***

После того как он закончил рассказывать свою ужасную историю, воцарилась долгая тишина. Я знаю, Рейнис. Это очень плохо. Деймон выбрал именно этот момент, чтобы открыть рот. — Это действительно поразительно, как сильно он всё испортил, да. Но сейчас у него всё лучше, кузина. Даю тебе слово. Да, конечно. Как будто слово лорда Блошиного Конца чего-то стоит. Визерис усмехнулся про себя. — Драконы умрут? И мои дети, Дом Таргариенов, настоящие… — Рейнис изо всех сил пыталась во всём разобраться. — Нет. Драконы не умрут, как и Лейнор с Лейной. Дом Таргариенов продолжит быть абсолютным правителем Королевств, которые мы завоевали с помощью огня и крови. Королевство будет готово, когда придёт время. Потому что я позабочусь об этом. Мы позаботимся. Вот почему мне нужна твоя помощь, Рейнис. Наша семья должна оставаться вместе, единой. Она посмотрела на него, и в её глазах промелькнуло множество эмоций, но лицо оставалось невозмутимым, а спина прямой. Настоящая королева. — Ты имеешь право злиться, чувствовать себя преданной и хотеть отдалиться от своей семьи. Тебя обошли. Дважды. Я сам выдвинул свою кандидатуру в качестве наследника из тщеславия. Я никогда не был выдающимся. Сын Бейлона Храброго и Алиссы, Дикой Принцессы, но я никогда не был воином. Я не был силён в обращении с мечом, но и не мог считаться блестящим знатоком книг, как дядя Вейгон. У меня не было дракона. Мой младший брат был посвящён в рыцари в шесть лет, а в десять получил от Джейхейриса Тёмную Сестру, один из фамильных мечей нашего дома. Я завидовал ему, я хотел быть лучше. Хотел быть кем-то. Вот почему я сделал это, даже зная, что никогда не буду готов к правлению так, как ты. Деймон выглядел потрясённым его признанием. Порочный принц никогда не думал, что ему есть чему завидовать. — Это было неправильно, Рейнис. Но с этим ничего нельзя поделать. Прошлое уже написано, чернила высохли. А вот будущее… Это то, что мы можем изменить. И это нужно изменить. Я полон решимости не позволить никому разрушить нашу семью и наше наследие, и это касается и твоего мужа. При этих словах взгляд Рейнис стал острым. — Корлис амбициозен, да, но он не представляет угрозы для Дома Таргариенов. Она произнесла это со всей убедительностью, на какую только была способна, но он увидел сомнение в ее глазах. — Кузина, пожалуйста. Твой лорд-супруг хочет, чтобы его кровь взошла на Железный трон. Это его конечная цель в погоне за наследием. Ради этого он пожертвовал бы твоими детьми. Я знаю, что ты любишь его, и я не прошу тебя наживать врага в лице своего мужа. Мне нужно только, чтобы ты была рядом с нами, когда его амбиции станут слишком большими, ты — опора Дома Веларион. Пока Корлис отправляется в море на поиски приключений и золота, ты управляешь всем здесь, в Дрифтмарке, и следишь за тем, чтобы эти богатства приумножались. Ты несешь такую же ответственность за богатство дома Веларионов, как и сам Корлис. Я прошу тебя не оказывать слепое покровительство человеку, который хочет возвысить свой собственный Дом даже за счёт твоего. Возможно, ты вышла замуж за Велариона, но ты Таргариен, принцесса крови. Мы никогда не перестаём быть Таргариенами, куда бы мы ни отправились. Ты — Пламя и Кровь, Рейнис. А не соль и море. Он видел, как затуманились её глаза, и искренне сочувствовал ей в той ситуации, в которой она оказалась. Она разрывалась между верностью своему Дому и мужу. Время тянулось медленно, и на секунду Визерис подумал, что потерпел неудачу. Но затем Рейнис наконец заговорила. — Хорошо. Я тебя поддерживаю. Сила нашей семьи необходима для выживания королевства. Это важнее, чем я и ты, и уж точно важнее, чем желание Корлиса оставить после себя наследие. — Она с отвращением поджала губы. Визерис не смог сдержаться и притянул Рейнис к себе, обнимая её. Она на секунду застыла, но затем ответила на его объятия, пусть и неуклюже. — Вы, ребята, не могли бы быть ещё более сентиментальными? — Сказал Деймон с притворным презрением, подходя к ним. Визерис рассмеялся и тоже заключил его в объятия. Принц вел себя встревоженно, но он никого не обманывал. Рейнис только закатила на них глаза. — Значит, мы снова вместе, да? Как в детстве. Ужасы Красной Крепости. — сказал Деймон, озорно улыбаясь. — Ты был единственным ужасным человеком, кузен. — Принцесса громко рассмеялся.

***

Прямо перед тем, как они были готовы отправиться обратно в Королевскую Гавань, Рейенис попросила поговорить с Визерисом. Она явно была смущена, и это пробудило его любопытство. Королева, которая никогда ею не была, не из тех, кто испытывает смущение. — Кузен, у меня есть вопрос. О твоем Сне. — Он кивнул, чтобы она продолжала, и она, немного поколебавшись, продолжила. — Мальчики. Драконьи отродья. Те, кто станет наследниками Корлиса. Вы сказали, что их признали детьми Лейнора, но у него и Рейниры не было собственных детей. О, черт. После небольшой паузы она продолжила. — Они были Корлиса, верно? Его ублюдки. На мгновение он задумался о том, чтобы солгать ей, скрыть болезненную правду. Но решил этого не делать. Она заслуживает знать. — Да. — Она закрыла глаза и сделала глубокий вдох. — Понятно. Спасибо, что рассказали мне. Полагаю, они ещё не родились. — Он неловко кивнул. — Хорошо. Тогда я позабочусь о том, чтобы этого никогда не случилось. Выражение лица Визериса, должно быть, выдало его, потому что Рейенис усмехнулась. — Не смотри на меня так, кузен. Я не убью их мать, Марильду, верно? Нет. Я лишь позабочусь о том, чтобы Корлис никогда не нашёл возможности или даже не подумал о том, чтобы поместить в тело другой женщины не одного, а сразу двух младенцев. — Она одарила его опасной улыбкой, которая так сильно напоминала улыбку Деймона, что это было жутко. Действительно, Пламя и Кровь. — Я нисколько в тебе не сомневаюсь. — Он ухмыльнулся ей. — Ты и твои дети приглашены ко двору. Рейнире нужны друзья, чтобы она могла забыть о дочери Отто, а нам нужно показать лордам королевства, что мы едины. Я также думаю, что моей Эймме будет полезно твоё присутствие, ведь ты сильная женщина, которая поможет ей обрести больше уверенности в себе. — Она улыбнулась ему. — В конце концов Королевская Гавань и Дрифтмарк находятся не так далеко друг от друга, и на драконе, особенно таком быстром, как Мелеис, будет легко добраться из одного места в другое, если ты понадобишься здесь. — Мы прибудем. Мне нужно время, чтобы всё здесь организовать, но мы приплывем. — Спасибо, кузина. Я очень ценю тебя и Деймона, правда. Он попрощался с ней и забрался на Вхагар, быстро чмокнув Эймму в щёку. — Полетели, старушка. Пора встретиться лицом к лицу со змеями.

***

POV Отто Должно быть, это недоразумение. Вопиющая ложь. Два дня назад прошёл слух, что Визерис объявил о праве на нового дракона. И не какого-нибудь, а чудовищной Вхагар. Последней из тех тварей, что вторглись в наши земли и завоевали их. Это не может быть правдой, потому что Визерис ни разу не говорил с ним о намерении завести ещё одного монстра и не спрашивал его мнения. Он бы, конечно, посоветовал этого не делать. Кроме того, он искренне верит, что этот человек просто не способен на такое. Первенец Бейлона Храброго — идеальный кандидат на роль короля: он слабовольный, им легко манипулировать, он стремится угодить, избегает конфронтации и является Таргариеном без дракона. Вот почему Отто приблизился к Визерису и стал его другом и советником. Он — единственный шанс Дома Хайтауэр, а точнее, Отто, обрести истинную власть. Ни один из других богомерзких созданий не дал бы ему столько свободы, чтобы управлять королевством так, как он хочет. Деймон — психопат-извращенец, а Рейенис — женщина. И оба они его недолюбливают. Остаётся Визерис. Идеальный кандидат. Идеальный король. Не такой идеальный в последнее время. Тревожащее поведение короля началось меньше месяца назад, но у Отто уже болит голова от этого. Визерис принимает решения без его участия и чаще всего не прислушивается к его советам. Он расторг никчёмный брак принца Блошиного Конца и дал ему возможность создать и контролировать небольшую армию преданных ему людей. Чего он пытается добиться? Неужели этот дурак действительно способствует собственной узурпации? Но как бы сильно он ни изменился за последнее время, Визерис никогда бы не принял такого судьбоносного решения, как приобретение нового дракона, не поговорив с ним сначала. В этом он уверен.

***

Они были на заседании Малого совета, когда раздался оглушительный рёв. Все лорды переглянулись, побледнев от страха. Отто и все остальные довольно неуклюже побежали к большому балкону. Оттуда они увидели в небе две фигуры, приближающиеся к территории замка. Одна из них была настолько огромной, что затмевала солнце. Нет. Нет. Нет! Этого не может быть! Словно одержимый, Отто побежал к внешнему двору Красного Замка. Он слышал, как другие лорды следуют за ним, но не обращал на них внимания. Это просто совпадение. Должно быть, Деймон решил, что будет хорошей идеей притащить это чудовищное создание обратно в Королевскую Гавань, и ведёт его сюда за своим змееподобном зверем. Да. Должно быть, так и есть. На этом драконе нет всадника. Визерис не стал бы — не смог бы претендовать на него. ДА. Это недоразумение. Когда он, запыхавшись, добрался до внешнего двора, тот уже был полон любопытных дворян и даже слуг и стражников. Что они здесь делают вместо того, чтобы работать? За такое поведение должно быть соответствующее наказание. Его размышления прервались, когда два зверя приземлились, сотрясая землю и сам фундамент замка. Он чуть не свернул себе шею, так быстро повернувшись, чтобы посмотреть на спину чудовища. Отто почувствовал, что вот-вот упадёт в обморок, когда увидел, что на драконе нет всадника. Нет. На нём сидели король и королева, царственно улыбаясь и махая рукой растущей толпе, которая, казалось, наконец-то вышла из оцепенения и начала аплодировать и радостно кричать, приветствуя своих монархов. Как будто это было поводом для радости. Впервые в жизни Отто захотелось закричать и выругаться, потерять самообладание. Но он не мог. По крайней мере, не здесь. Поэтому он стиснул зубы так сильно, что стало больно, и тоже начал аплодировать. Глядя на Визериса, восседающего на самом большом из ныне живущих драконов, улыбающегося и величественно машущего рукой, приветствуемого как знатью, так и слугами, Отто с ужасом осознал, что происходит. Я теряю хватку. Это начало конца.