Глава 6

      — Неджи, ты чего застыл? — спрашивает меня Тентен, когда я уже минуту стою и смотрю на свои руки, пальцы которых не могу сжать, как бы ни пытался.       Поворачиваюсь к ней, демонстрируя свои руки. Она вопросительно поднимает бровь.       — Кажется, я перестарался даже больше, чем думал… Я пальцы сжать не могу, — на это она отреагировала тем, что приложила руку ко лбу.       — Ладно Ли, но ты-то куда? Эх, давай сюда свою сумку, я понесу, — с этими словами она обходит меня и закидывает мою сумку себе на плечо. Повернувшись, она собиралась что-то сказать мне, но её взгляд направляется мне за спину.       — Неджи-сан, наконец нашла вас! — слышу голос напарницы Наруто, Сакуры, кажется. Повернувшись, вижу розоволосую девушку, немного запыхавшуюся. Хм, наш полигон — один из самых дальних.       — Меня прислала Цунаде-сама передать тебе приказ: явиться в больницу Конохи. Срочно! — отдышавшись, передала она сообщение от Хокаге.       — Привет, Сакура-чан. Судя по тому, как ты запыхалась, что-то очень важное случилось? — Тентен встала рядом и тоже с интересом смотрит на Сакуру, ожидая ответа на свой вопрос.       — Простите, причину не знаю, но, кажется, Цунаде-сама была взволнована чем-то… Правда, причём тут Неджи-сан, не знаю, — отвечает нам она извиняющимся тоном.       — Хорошо, не будем тогда задерживаться, — говорю всем, поняв, что ответов от Сакуры не получу.       Кивнув друг другу, мы ушли с полигона шуншином и после по крышам Конохи добрались до больницы. Уже активно используя чакру на перемещение, пальцы рук стали возвращать себе чувствительность, и я начал пытаться сжать ладони — получилось лишь слегка двинуть пальцами.       — Она в библиотеке больницы, вместе с Шизуне-сан, — говорит нам Сакура, где Хокаге. Киваю ей и иду впереди. Миновав корпус регистрации и диагностики, мы оказываемся перед дверью в эту странную библиотеку. Постучав, вхожу.       На меня тут же скрещиваются взгляды черных и карих глаз. Недовольные карие глаза принадлежат Хокаге, которая стоит с раскрытым свитком в руках, а Шизуне-сенсей смотрит с извинением…       — Хокаге-сама, — обозначаю приветствие. — Генин Неджи Хьюга явился по вашему приказу, — и заканчиваю его, как и подобает по протоколу. Это же повторяют Тентен и Сакура.       — Мало мне было Майто Гая, что практикует киндзюцу! Я даже смирилась с тем, что он обучил ему своего ученика, даром что способный мальчишка, но чтобы ты, Хьюга?! — Она хмурилась, причитая о моём сэнсэе и Ли, а в конце и вовсе обвинительно указала на меня пальцем.       Понятия не имею, о чём она, но мне очень не нравится тема её недовольства. Не перебиваю её и жду дальнейших слов, пока она пытается успокоиться, массируя себе виски. Потом она говорит более спокойно, хотя всё так же недовольно продолжает:       — Тебе жить надоело, Хьюга? Давно ты бессмертие обрёл, чтобы вот так разбрасываться собственной жизнью? — Снова не понимаю, о чём она. Смотрю на Шизуне-сэнсэй с немым вопросом. Она вздыхает и отвечает мне:       — Неджи-кун, дело в твоей Шинпи Тенкецу. Это не совсем ирьёниндзюцу, как оказалось… эх… — вздыхает она. Цунаде-сама смотрит на неё с укором, словно та сделала что-то не то.       — В этом я тоже виновата, списала всё на твой гений. Ты, конечно, и правда выдающийся шиноби своего поколения, но всё же ирьёниндзюцу за пару недель нельзя освоить, — говорит она.       — Но тогда что это вообще такое? Вы ведь своими глазами видели — у рыбы все раны исцелялись, также я и Шосеном себе на тренировках мелкие царапины залечивал, — отвечаю на её сомнения и, чтобы наглядно показать, активирую сначала Шосен и преобразую его в Шинпи Тенкецу, забыв о том, что не могу пальцами нормально шевелить…       Не мог, пока не использовал свою технику. На преобразование моей чакры в медицинскую напряженные чакра-каналы почти моментально отреагировали и пришли в норму, но перед облегчением, когда каналы в руках перестали ныть, я на мгновение ощутил в них жжение, что заставило меня чуть поморщиться.       — Немедленно прерви технику! — срывается на крик Хокаге. Я тут же выполняю её требование и смотрю ей в глаза, требуя ответа.       — Гения-самоубийцы мне не хватало для полного счастья! — Она сильнее сжимает свиток в руках и разрывает его.       — Хьюга, твоё Шинпи Тенкецу — ничто иное как киндзюцу, которое использует твою жизненную энергию как основу для лечения! — Мою?! Что?! Эти слова, словно гром среди ясного неба, проходят по моему сознанию и заставляют вспоминать каждый момент, когда я использовал эту технику!       А я её использовал много! Как минимум раз десять в том лесу только на себе, пока полз до Чоджи, и ещё столько же — на нём самом!       Холодный пот покрывает мою спину от осознания, что все изменения во мне могут быть связаны с тем, что я торгую жизнью в обмен на силу! Проклятье, проклятье!       — Судя по выражению твоего лица, ты начал догадываться, чем тебе грозит использование этой техники! — прерывает меня от размышлений о природе своих изменений Хокаге.       — Но! Есть одна загвоздка. Заключается она в том, что ты всё ещё жив, Неджи Хьюга, — добивает она своим замечанием.       — Хокаге-сама, — обращаюсь к ней сквозь зубы из-за сжавшейся челюсти, смотря нахмуренным взглядом.       — Объясните, пожалуйста, почему то, что я ещё жив, это загвоздка? — грубо спрашиваю у неё, не сдержав тон… Биджу, да что со мной случилось в том проклятом лесу? Эта шестирукая тварь меня чем-то заразила?!       — Поумерь пыл, сопляк! Только то, что ты находишься в таком положении, смягчает твою наглость, однако более не смей со мной таким тоном разговаривать! Мы поняли друг друга? — От неё исходит волна Ки, которая обволакивает и давит со всех сторон, словно я опустился под толщу моря!       — Хай, Хокаге-сама! — чуть склонив голову, отвечаю ей. Давление тут же уходит, а она устало вздыхает:       — Эх, забыли… Мальчишка, я беспокоюсь за тебя, а ты хамишь в ответ. — Её взгляд тоже показывает усталость от происходящего.       — Простите, Хокаге-сама. Просто… Как такое возможно? Я ведь даже не ощущаю никаких негативных последствий после использования этой техники, — говорю ей.       — Более того, я её использовал многократно, находясь в критическом состоянии, поддерживая как себя, так и раненого товарища. И ему, и мне это только помогало, — нахожу, видимо, ту самую загвоздку. Это подтверждается тем, что Цунаде-сама кивает на это.       — Именно, мальчишка. Ты должен был умереть после первого же использования этой техники, но ты сделал обратное, — говорит она, идя к креслу у одного из столбов в помещении и усаживаясь на него. Затем она кладёт голову на свой кулак, уперев локоть в подлокотник.       — Но каким-то образом ты способен восполнять невосполнимый или очень медленно восполняющийся ресурс. Настолько медленно, что человек умрёт раньше, чем успеет вернуть утрату, — продолжила она. А после, чуть сузив глаза, дополняет:       — Или не способен, а просто тратишь запас, расход которого пока не влияет на тебя, — огорошила она меня. — Но…       — У меня нет абсолютно никаких последствий, за исключением повышенного аппетита. Не может быть так, чтобы я не почувствовал дискомфорта, и даже наоборот, — указываю на своё состояние, раздвинув руки.       — Ха-ха, повышенный аппетит, — усмехнулась Хокаге, прикрыв глаза.       — Повышенный аппетит у тебя, скорее, из-за общего роста сил, тело требует больше ресурсов. А вот жизненную энергию ты рисом и рыбой не восполнишь, — завершает она со смешком.       — А теперь серьезно. Шизуне, принеси аналитические свитки для чакры, — обращается к своей ученице. Та быстро подошла к дальнему стеллажу, взяла оттуда два свитка и, подойдя к столу-постаменту, раскрывает первый, на котором видна печать хранения чакры. Инь-чакры, если верить написанному.       — Сначала тебе нужно выделить чакру с Инь-компонентой и влить её в печать, потом будет Ян, — продолжает говорить Хокаге.       — А после мы возьмём у тебя кровь на анализ, точнее, на анализы. И сравним, какие точные есть изменения. Не всё можно узнать лишь по самочувствию, — закончила она объяснения. После чего я положил руку на печать в свитке и, сконцентрировавшись, выделил Инь-компоненту в чакре руки и влил её. Вокруг печати появились символы Инь.       То же самое проделал и с печатью второго свитка, аналогичной предыдущей, но после вливания вокруг печати появились символы Ян.       — Отлично, теперь возьмём кровь. Садись за стол, — выполняю, усаживаясь на стул перед столом для чтения.       — И так как иглы не берут твою кожу, используем ирьёниндзюцу, — стала она объяснять действия Шизуне-сенсей, которая применила сначала Шосен в области локтевого сгиба моей руки. Дзюцу, мягким изумрудным свечением окутав поле чакры, расползлось вокруг её правой руки; в левой она держала колбу на 10 мл, судя по разметке. Таких было ещё четыре на столе.       Сначала слабое тепло на коже от техники сменилось легким покалыванием, а после у локтевой вены появилась маленькая, меньше миллиметра, круглая ранка, из которой, как красная нитка, по воздуху вытекла кровь. Она собралась в плавающую в воздухе большую каплю, которая была помещена в колбу и закрыта в ней пробкой.       И так повторили ещё четыре раза. В конце Шосеном же и ранку убрали, правда, в процессе Шизуне-сенсей издала задумчивый “хмык”.       — Отлично, после проведения всех анализов поймем, насколько на тебя повлияла растрата жизненной энергии в твоей, хм, Шинпи Тенкецу, — уже спокойным голосом говорит Хокаге.       — А теперь вернёмся к твоему будущему в ирьёниндзюцу, Хьюга, — с иронией произносит имя моего клана Хокаге.       — Если окажется, что твоя придумка не наносит тебе вреда и ты каким-то образом стал способен использовать свою жизненную энергию, не боясь её потратить всю, то ты станешь легендой в ирьёниндзюцу, — заканчивает она, смотря мне в глаза.       Легендой в ирьёниндзюцу? А мне оно надо? Всё, что мне необходимо из навыков ирьенина, — это уметь поддержать себя в боеспособности несмотря на раны. Устраиваться в Ирье Бутай я не намерен.       — Хм, вряд ли тебя можно будет затащить в ирьенины, учитывая специфику твоего клана и твоего места в нём, а также твоего собственного желания, да, Неджи Хьюга? — чуть сузив глаза, говорит она ясные как день вещи.       — Моя обязанность перед кланом и деревней — защищать от всех угроз, которые могут навредить им. Максимум я готов потратить время на базовое освоение ирьёниндзюцу, — этими словами я устанавливаю рамки, за которые не готов переходить.       — Зрелое мышление, хвалю. Однако, если, и только если, окажется, что мои догадки верны, то тебе и не придётся особо углубляться в ирьёниндзюцу, — отвечает она мне.       — Что вы имеете в виду? — спрашиваю, на что она с улыбкой отвечает:       — Дело в том, что ты можешь оказаться ходячей реанимацией со всеми её возможностями, с дополнением в виде бьякугана и техник клана Хьюга, что защитят от угроз нападения вражеских шиноби, — продолжила она, после чего встала и развернулась в сторону выхода.       — Шизуне, анализы проведёшь сама и под полной секретностью. Образцы после получения результатов уничтожить! — разносится властный голос Хокаге в этом помещении. Вижу, как сэнсэй кивает. После же Хокаге обращается к Тентен и Сакуре, что тихими мышками стояли у двери:       — Всё, что вы тут слышали, является секретной информацией, и я надеюсь, что вы не будете “болтать” о ней, — обе девушки сглатывают ком в горле.       — Хай, Хокаге-сама! — синхронно ответили обе.       — Сам расскажешь остальным в своей команде, в первую очередь Майто Гаю, как и главе клана Хьюга, — уже мне говорит Цунаде-сама.       — Передай последнему, что тебе будет оказана вся необходимая медицинская помощь и обследования мной или Шизуне с соблюдением секретности. Завтра же к шести вечера будешь тут, вместе посмотрим на твои результаты, — и с этими словами она окончательно разворачивается и идёт на выход. Девушки, отойдя от двери, повторно отвесили поклоны.       — Хай, — добавил и от себя.       Проклятье. Мне остаётся лишь надеяться, что всё обойдется.       — Прости, Неджи-кун, моя вина, что не заметила все странности в твоей технике, — слышу извинения своего учителя по ирьёниндзюцу. Повернувшись к ней, вижу её смотрящей на колбы с моей кровью; взгляд её выражает грусть.       — Не стоит, Шизуне-сэнсэй, вы не могли знать, что я использую свою жизнь в этой технике… Кстати, как это вообще выяснилось? — задаю вопрос, который не дал бы мне покоя.       — А, как узнали? Ну, подобные техники когда-то пытались разработать, но, кроме как к смерти использовавшего их, результатов не было, — она сама отвлекается от тягостной атмосферы в помещении. Тентен и Сакура подошли к нам, но не стали прерывать рассказ Шизуне-сэнсэй.       — А у пациентов мало что менялось в самочувствии, кроме как прилива сил, и то это был временный и не то чтобы сильно выраженный эффект, — продолжила она.       — Исследования прикрыли очень быстро из-за того, что даже если использовавший такую технику выживал, то терял в плане собственного здоровья очень много, а реабилитация была длительной и даже близко не возвращала человека в строй. Потому и отбросили, и засекретили все данные, — хм… вот почему такая реакция у Хокаге.       — Это было ещё при правлении Первого Хокаге. Занимался этими исследованиями сам Тобирама Сенджу, он же и прекратил их, назвав полностью бесперспективными, — ха, “бесперспективные”...       — Собственно, в отчетах и были описаны маркеры, указывающие на наличие жизненной энергии одного человека в другом, для возможности считывания её объёма… Правда, тот минимум, что чуть не отправил в могилу использовавшего технику, был просто бесполезен для пациента — он даже не заметил разницы, — заканчивает она историю, видимо, из секретных материалов медицинского ведомства Конохи.       — Понятно, почему Цунаде-сама так отреагировала, особенно её слова про моё будущее как ирьенина, — у Шизуне-сэнсэй мои слова вызвали слабую улыбку.       — Не волнуйся, Неджи-кун, я уверена, что всё обойдётся, — пытается она подбодрить меня. Хм, я тоже надеюсь на это.       — Ой, Сакура-чан, Тентен-чан, то, что я рассказала, тоже секретная информация, и я надеюсь на вашу благоразумность, хорошо? — услышав это, они резко покивали ей.       — Вот и хорошо! А, пока не забыла, думаю, лучше тебе стоит взять книги и свитки по ирьёниндзюцу из этой библиотеки. Тут, скажем так, более объёмная информация, — не поняв, о чём она, вопросительно поднимаю бровь.       — Просто тут материалы с личными пометками ирьенинов, подобной информации в общей библиотеке не будет, — поясняет она. — Заметки более опытных специалистов будут намного полезнее.       — Спасибо, Шизуне-сэнсэй, — на это она улыбается и, забрав колбы, тоже идёт на выход. Когда та вышла, сказав предварительно, чтобы мы тут не задерживались, иду к полкам за перечисленной в выданном ещё перед выпиской списке медицинской литературы.       — А, эм, я пойду, наверное, навещу Наруто, — услышав имя друга, поворачиваюсь к Сакуре.       — Передавай привет, — непривычно такое говорить, надеюсь, мой тон был достаточно дружелюбный.       — О, и от меня тоже передай! — жизнерадостно добавляет Тентен. Сакура же, кивнув, тоже вышла, оставив нас с Тентен одних.       Я же продолжил искать нужные материалы и то, что я находил… базовая теория, да?       Чего только стоит “Фундаментальная анатомия и физиология шиноби” — книги в двух томах, и каждая толщиной с мою ладонь.       В бумаге с перечнем литературы перечислено название восьми дисциплин, которые выглядят объёмными, но этот список и вполовину не передаст тот монструозный объём книг, атласов и свитков, что у меня собрался…       — Это ж сколько месяцев ты будешь всё это изучать? — неверящим тоном спрашивает меня напарница.       — Сколько — не знаю, но у меня этого времени точно нет, чтобы тратить его на это, — отвечаю ей. Она извлекает из своей сумки свиток и, раскрыв его на нужной ей длине, распечатывает ещё один.       И кидает его мне. Поймав и посмотрев на надпись, понимаю, что это свиток хранения. Ха, на моем лице невольно возникает усмешка, которую она отзеркаливает на своём.       — Потом вернёшь, ха-ха! Этот ужас ты без теневых клонов не выучишь, но, думаю, ты справишься! — стоп, теневые клоны?       — Зачем мне теневые клоны? — на мой непонимающий вопрос она таким же тоном спрашивает в ответ:       — Как зачем? Это же главная фишка теневых… Стой, ты что, не знаешь? — с удивлением, причем сильным, если судить по широко раскрывшимся глазам и поднявшимся бровям, уточняет она.       — Не знаю “что”? — Не понимаю, что об этой крайне расточительной технике я не знаю. Не давая ей ответить, высказываюсь об этой технике:       — Я знаю, что она крайне требовательная к уровню чакры, я знаю, что клоны могут использовать все доступные дзюцу оригинала, и знаю, что эти клоны крайне чувствительны к любому урону. Зачем мне эта техника, как бойцу ближнего боя? — Когда я рассказал про эту технику всё, она удивленно моргнула несколько раз, потом, прикрыв рот рукой, начала дрожать; глаза сузились, в уголках которых начала собираться влага.       Но не успел я попытаться понять, что с ней, как она прыснула в кулак и начала… громко смеяться. Чего?       — Ха-ха-ха! — согнулась она из-за приступа смеха!       — Что? Что я смешного сказал? — спрашиваю, сдерживая нахмуренное лицо.       — Ха, ха, ха, боже, Неджи, ха-ха-ха-ха! Не могу, прости, пожалуйста! А-ха-ха-ха-ха-ха-ха! — и снова она начала громко смеяться, стоило ей поднять взгляд на меня.       — Да что с тобой, Тентен! Что я смешного сказал?! — повышаю голос, чтобы она наконец пришла в себя.       — Ха-ха-ха! Всё-всё, ладно! Успокойся, ха-ха, о боже… Неджи, ты правильно перечислил возможности и, кажись, остановился перед самой важной частью этой техники! Ух, дай отдышаться, ха-ха-ха, фух! — наконец перестала она смеяться непонятно из-за чего.       — Я жду объяснения, — говорю ровным тоном и, сложив руки, смотрю на неё.       — Ох, хорошо, не сердись, видимо, ты и правда не знал о самой важной части этой техники, ух, — смахивает она слёзы с глаз.       — Хотя, можно понять, почему ты не знаешь об этом. Видимо, перечисления первых пунктов тебе хватило, и ты даже слушать не стал дальше, — она… права. Зачем мне настолько бесполезная и даже вредная лично для меня техника?       Это Узумаки может её использовать сколько влезет благодаря своему запасу чакры… Хотя теперь запас чакры и у меня высок, но всё равно, потерять половину чакры на одного клона или треть на двоих!       Да, для шиноби, что специализируется на стихийных техниках и имеет дальнобойные атаки, это весьма полезная штука. Отправить клона для отвлечения или диверсии и не оставить следов — отлично.       Вот только для меня эта техника не особо полезна. Мне нужно держать противника в тайдзюцу, иногда приходится пропускать удары. Но у меня зато остаётся весь мой резерв для продолжения боя.       А клон? Они же от любой царапины развеиваются, и прощай половина резерва, в лучшем случае!       — Хах, ладно, последний, хотя даже самый важный пункт — это то, что при развеивании теневого клона он возвращает как непотраченную чакру, так и всю информацию, что он получил с момента создания! — Что? Это же…       — Хотя стоит признать, негативные стороны есть, и они весьма значительные. Во-первых, собственно, запас чакры должен быть хороший, ну и то, что при развеивании клон возвращает и накопленную усталость, — о, так вот почему эта техника не особо в почете. Хотя больше удивляет, что я эту технику пропустил, да ещё и на половине её описания выкинул её из головы.       — Я, собственно, и по уровню чакры не смогла бы её использовать, эх, — опять этот вздох. Но моё внимание теперь поглотила эта техника.       Которой так бездумно пользуется Наруто… Наруто, который находится в этом же здании и который по праву является самым опытным пользователем этой техники!       И он каким-то образом может обходить минусы этой техники! За исключением требования к объему чакры, который у него гигантский, а учитывая, что он джинчурики — просто колоссальный!       Решено, сегодня же вызнаю у него эту технику. Но что мне предложить взамен?       — Хм, спасибо за разъяснения, Тентен. Но так смеяться было необязательно, — на это она снова издала смешок, но взяла себя в руки.       — Извини, просто не ожидала, что ты этого не знал, — ничего не ответив, стал сгружать учебную литературу на свиток, в зону запечатывания. Таких в свитке было десять, стандартный объем каждой печати — по одному кубическому метру.       Радует, что хотя бы в одной дисциплине мне будет легко — были тут книги по теории Системы циркуляции чакры и тенкецу… проклятье.       Когда мы с Тентен, которая решила помочь с сортировкой, закончили и я положил свиток себе в сумку, в помещение зашла Сакура. На этот раз она была ещё и радостной.       — Неджи-сан, Чоджи-кун пришёл в себя! Сейчас все наши у него собираются, идёмте! — и, не дожидаясь ответа, убежала…       — Какая сумбурная девушка, а? Ха-ха, давай навестим твоего первого пациента, узнаем, насколько ты хороший ирьенин! — Посмеявшись со своей шутки, она пошла вперёд. Я подправил свою сумку на плече и, внимательно посмотрев на свои руки, пошёл вслед за ней.