Глава X:Страх на пороге похоти

Осилить ещё две пары километров, когда по проспектам городским вас сопровождают грозные сквозняки, а поверх вас отсутствует хоть какое-то утепление - подвиг, на который Ангелина и Владислав так и не решились, отчего тройку остановок они проехали на общественном автобусе. Правда, предварительно Череватый всё же забрал свой «баул» из хостела, после чего попрощался с неуютным номером раз и навсегда. Благо, офис и предыдущее место жительство мужчины находились недалеко друг от друга, а вот до дома Изосимовой пришло ехать и ехать.   Напряжение с лица Ангелины явно не спадало. Неужели прошло три с половиной года? Или он вышел досрочно - по амнистии? Как некультурно думать о каком-то мужике, когда перед тобой находится твой нынешний молодой кавалер. Впрочем, такие мысли и стали общим поводом молчания Ангелины почти всю дорогу.  Домишка, что теперь Влад будет видеть ежедневно, снова встретила пару, которая на сей раз прибывала в состоянии полной трезвости ума. Теперь подняться по ступеням без посторонней помощи - было не помехой, и даже не испытанием. Череватый не знал как теперь поднять дух Ангелины, но точно знал, что доставать её сейчас - не самый лучший вариант. -Кушать будешь? -Спросила женщина. -Да давай сразу заляжем. Уж завтра утром поедим. -Отвечал Влад, на что Ангелина мысленно приуныла, ведь она бы сейчас точно не отказалась хотя бы от супчика. А вот Череватому хотелось «нагулять» аппетит для другого.  Когда приятная температура в квартире позволила телам согреться, Череватый наконец мог снять надоедливую рубашку, оставив торс обнажённым. Ангелина же удалилась в ванную, а на какой временной промежуток - оставалось лишь гадать. Череватый же вмиг достал пакет с вещами и, неловко осмотревшись, оставил его рядом с чемоданом, ожидая прихода хозяйки. Бог знает куда можно сложить всё. Лучше не испытывать судьбу и дождаться побуждений Изосимовой. Точно альфонс!  Квартирную тишину мог побеспокоить не только звук напора воды из ванной комнаты, но и вибрация телефона, на которой отобразилось имя «Лена» с алым сердечком. Вот же чёрт. Как не вовремя! Может не отвечать до завтрашнего дня и написать сообщением? Хотя это будет совсем неправильно. В вечер пятницы уж точно необходимо ответить законной жене, чего бы это ему не стоило. -Алё? -робко спросил Череватый в трубку. -Алё, приветик. -Говорила женщина с явной улыбкой, -Ну как ты, Владюш?  -Да хорошо всё. Вымотался - страшно. Вы как там? -Словно торопился Влад. -Тоже стараемся не скучать. Лёва сегодня говорил «папа-папа». Тебя наверное искал.  Тело Влада покрылось стыдливыми мурашками, в процессе чего тот нервно подошёл к чуть приоткрытому окну. Каким же гадом он себя чувствовал. Самым настоящим. Звонок жены, кой казался его сердцу самым больным.   Череватый старался сделать вид, что невероятно устал, что торопится завершить диалог. Времени было в обрез. Как объяснить нынешней пассии о том, что проживая в её квартире мужчина позволяет себе тайно общаться с законной женой? Это он ещё про сына не упомянет. -Лен, так голова болит… -Симулировал Влад. -Таблетки есть? -Спрашивала Елена. -Щас чё-нибудь, да найду. -Ну ладно. Ты почаще звони. Я ведь скучаю. -После слов женщины в Череватом снова что-то треснуло. -Хорошо. Люблю тебя.  Казалось, что Влад успел точно по времени завершить телефонный диалог, дабы не спалить контору. Ещё минута, и ему бы пришлось оправдываться перед Гелей за содеянное. Ангелина покинула ванную комнату, будучи чистой и освежённой, так значит пора и Владу смыть с себя все грехи, которые так напрочь въелись в кожу.  В отличие от Изосимовой, кто поливала себя настоящим кипятком, что можно было заметить по ручке крана, то Влад предпочёл прохладную, почти ледяную воду. Не было желания пускать на себя горячие струи, ведь его чертям пекла итак хватает. Чувство вины пробудилось, да ещё как. Нельзя сейчас раскисать перед Ангелиной. Ох, как нельзя. Оба вышли с работы и вернулись домой с хорошим настроением, а сейчас распускать нюни и делать хмурое лицо - неправильно. Тем более Юрьевна сможет что-то заподозрить.   А Влад не мог. Его можно было ценить за одну только искренность. Как бы он не пытался натягивать улыбку, то внутренняя тоска всё равно читалась через один только взгляд. Его возвращение в постель к женщине, которая глядела очередную бессмысленную программу по «тнт», заставило её оторвать взгляд от экрана. Не то что бы Изосимовой нравились дурацкие телепередачи, но иногда хотелось оставить напряжение ума и взглянуть на что-то лёгкое. Впрочем, делала она так крайне редко, ибо чаще всего в её спальне слышался либо звук новостного канала, либо шелест книг, которых у Ангелины невероятно много.  -Ты чего такой? -Спросила Изосимова, глядя на Влада. -Какой? -Пытался не показывать истинные эмоции тот. -Хмурый какой-то. -Сквозь голос читался холод, хотя настоящем замыслом в них таилась - забота. -Да нормально всё. -Череватый сделал акцент на последнее слово. -Если это из-за ситуации с мужем моим бывшим, то можешь не переживать даже. -У Влада от сердца отлегло, что тема его телефонного разговора, который даже не упоминался после возвращения Гели из ванной, не будет затронута, -Зная этого упыря, то в скорейшем времени он снова наткнётся на неприятности, так что ему не до меня будет. -А чего ты тогда сегодня так быстро покинула кафешку? -Спрашивал Владислав, -Могла бы с гордым видом пройти и всё. Вон какой красавчик с тобой! -Улыбнулся себе Череватый и слегка посмеялся. -Я тебе потом как-нибудь расскажу. Не хочу настроение портить. -Говорила Юрьевна, как вдруг почувствовала круговые движения у пряди волос, что медленно наматывались на палец мужчины. -Правильно. Потом будем мудаков всяких вспоминать. -Влад явно тянулся к ней для ласк, отчего телевизионная программа стала не важна ни ему, ни Изосимовой. -Да, успеем ещё. -Взгляд был опущен, но хитрая улыбка всё выдавала. Её когтистый маникюр встречно прошёлся по шее Череватого, аккуратно затрагивая его короткостриженного «ёжика», -Чёт я тоже напряглась прям со всей этой ситуацией. -Хочешь расслабиться помогу? -Мужчина отстранился, ловя на себе лишь взгляд Изосимовой, кто совсем не понимала конкретный подтекст его предложения. -Владик, я так устала… Давай не.. -Не успела она договорить, как Влад расположился у её вытянутых ног, которые машинально поджались у коленных сгибов. -А тебе ничего и не надо делать. -Ноги женщины не поддавались навстречу, но силы у Череватого было достаточно, чтоб разомкнуть их. В лице Ангелина изменилась. -Стой, подожди, нет. Я не готова! -Чуть привстала она. -Не знаю делал ли так твой бывший муж.. Как его? Ленин? -Влад явно играл на её нервах -Левин! -Поправила ненароком его женщина, -Вла-а-ад! Я… стоять! -Сквозь голос прорывался истерический смешок. -А я сказал - «лежать». -Это было не просто смело. Это было ужас, как смело. Указывать Изосимовой, находясь в её доме, квартире, кровати.  Он надавил ей на живот, с нежностью и дерзостью одновременно откидывая Ангелину спиной на матрас. Признаться, Череватый даже старался не сверлить её взглядом, чтоб не заставить Изосимову растаять от смущения. Её руки с невинностью сжимались, а одна из ладоней  расположилась у рта, чтобы в случае «коллапса» не оглушить партнёра. Она знала, что этот плут хочет сделать, ведь свою нижнюю часть тела он не обнажил.   Потянув с лисьей грацией за поясок халата, тело Ангелины обнажилось, только теперь он мог лицезреть его без препятствий и размытых видений, кои являются следствием алкоголя. Изосимова глядела на торс Владислава, что выглядел очень даже сексуально: не дистрофик, но и без животика. Руки - не макароны, и спина не по-юношески узкая. Всё, как она любит. Однако, при таком «Апполоне» обнажаться, будучи не в самом своём лучшем телесном варианте - довольно неловко и смущающе. Это и стало причиной, по которой Ангелина прикрыла живот и возможную часть грудь руками, так как все формы нельзя было утаить из-за прилично-крупного размера. -Владик, ну я смущаюсь. -Молила она мужчину, чтобы тот закончил свои проказливые выходки, пускай желает похотливых действий она сейчас не меньше.  -Такая Афродита, а всё смущается! -Делал комплименты Влад, приближая пальцы к нижнему белью алого оттенка. Любимого цвета Череватого, действующего на него - словно красное полотно на быка. -Ну я шугаринг не делала. -Стало последним из уст шатенки, что могло его остановить. -И что?   Влада ничего не смущало. Раз он сказал слово, то будет держать его до конца. И никакие естественные физиологические моменты его не смутят. Он же не пубертатный мальчик. Настоящий мужской поступок.  Бельё последовало вместе с пальцами мужчины по ногам к самым стопам, после чего улетело с кровати вовсе. Изосимова уже не старалась сопротивляться, так как знала, что Череватый уже заведён. Как и она.  Да и не требовался там никакой шугаринг вовсе. Тем более что Влад сумел невооружённым глазом увидеть, как же она желает завершить этот день чем-нибудь сладострастным.   Ноги раздвинул, да напоследок кинул взгляд на женщину, что уже прикрывала глаза от неловкости положения и отвернула лицо куда-то вбок.. Не могла она сейчас расслабиться, пускай попробовать такое ей точно хотелось. Последний бывший не дозволял себе подобных игрищ в постели. Якобы «не по понятиям» мужику языком куда-либо лазать. Оттого и нежность в сексе том отсутствовала, пускай Изосимовой грубость Макса приходилась по душе. Однако, каждый женщине хочется хоть воздержаться от страстных грубостей и отдать предпочтения нежной внимательности. Это ведь так не трудно.  Влад опустился. Язык коснулся самый-самый центр вожделения, кой был готов поддаться любому разврату. Тело Ангелины вмиг содрогнулось, а бесстыдный стон не смог больше таится за губами. Мужчина знал, что она хочет. Что это желает. Он знал, что доведёт её до трясущихся ног, до самого судорожного оргазма, до грязных криков, которых раньше не слышали соседи. Не нужно быть колдуном, чтобы предугадать подобное.  Кончик языка касался клитора сверху-вниз. Её вкус лишь провоцировал поток желания Череватого для дальнейших действий. Языковые мышцы заходили внутрь лона, которое снова казалось чрезмерно узким. Стоны, которые слышал Владислав, не могли доноситься ни от одной женщины, позволившей себе виагру. А Изосимова просто страстно желала. Смущалась до ужаса, готова была сжать ноги и задавить Влада, но желала.   Порочные движения не ограничивались одним только действием языка. Крепкие мужские ладони сжимали бёдра Ангелины, проходясь по ним так железно, но с особой заботой. Внутри тела шатенки всё искрилось, горело и вырывалось наружу, вместе с пошлыми стонами, которые было невозможно сдержать.  Владислав позволял так нагло расхаживать пальцами по её ногам, прикусывать клитор и беспощадно испытывать Ангелину на прочность. Это была самая сладкая пытка в её жизни. Такая порочная, но несущая несказанное удовольствие.   Он всасывал, дразнил, входил и выходил. Снова и снова. Не оставляя ни один миллиметр крайней плоти пропущенным. Женский греховный звук грел уши Череватого, отчего на момент ощутилось, что он и сам получает удовольствие не меньше неё. А что может быть плохого в том, чтобы сделать любимой женщине приятно? А каким путём - выбирайте сами.  Пальцы Ангелины сжимали простыню. Закрывать рот - было бесполезно. Грудь поднималась от частого дыхания, а брови непристойно поджимались к переносице, сладко выгибаясь. Как и её спина. Благодаря подобным действиям можно догадаться, как в ту ночь страдала кровать. -Влад! -Сквозь стон и на одном дыхании говорила Ангелина, -Не могу больше!   Череватый ничего не ответил. Он слишком был занят тем, чтобы довести её до обещанной разрядки и обеспечить состояние расслабления. Да и Юрьевне стоило отдаваться процессу на полную, ибо до прихода в её личную жизнь Владислава пара годков без секса - это настоящая выдержка.   Момент икс, и она закричала, отпуская ладонь от истерзанной простыни и прикрывая свой рот. Влад успел вовремя отстраниться, иначе мощность коленей женщины не оставила бы его без столкновений с двух сторон головы. После заглушённого крика, Ангелина ощутила на себе громкую отдышку, а также довольно быстро сомкнула ноги. Влад лишь облизнулся и провёл по губам рукой, больше не отводя от начальницы взгляда. -Владик… -Она и отдышаться не успела, как вдруг сказала, -я хочу тебя…  Слегка привстав с кровати, она без чёткой скорости оттянула резинку домашних штанов Череватого, а затем и боксеры. «Ну, Геля Юрьнна, ну даёте» - пронеслось снова где-то в голове Влада.   А член его стоял, да ещё как. Только вот Череватый не был настроен на проникновения сегодня, ибо поверил в усталость партнёрши. Хотя она, оказывается, ещё бодра и полна сил.  -Ты же устала. -Дразнил тот женщину. -Прошу…  Долго уговаривать Влада не пришлось. Никакие прелюдия, чтобы вызвать естественную смазку и не производить проникновения на сухую - не требовались. Там итак водопад был такой, что можно было напоить всех мимо проходящих, да друзьям оставить. Именно так бы пошутил Череватый, за что точно бы получил по шее.  Он снова опустил её полностью спиной на кровать, но на этот раз без упрямой настойчивости. Девица, ещё не отойдя от первого оргазма, собралась ловить ещё один. Впрочем, Череватому не составит труда дать ей то, что она так сильно хочет. От горячего дыхания в его шею, вплоть до ощущения целостности слияния и любовного пожара.  Влад предварительно потёрся об бедро, заставляя Ангелину «ныть» в ожиданиях, навис над начальницей и, словно назло дразня её, начал медленно входить. Входить до самого-самого конца, пока не почувствует крайней плотью упор. Женский стон раздался куда ярче, чем при проникновении языком в самое лоно. Владик точно получит, если не оставит язвительную медлительность позади.   Движения были куда более сладостными и трепетными, чем в прошлый раз, который запомнился не так хорошо под действием дурманящей выпивки. Он накрыл её ладони своими, беспощадно опираясь в её нежные руки, но делая это без грубого фанатизма. Толчки заставляли Ангелину сжимать пальцы рук сильнее, опрокидывая голову в подушку назад.   А Череватый, будто бы с колкой издёвкой, выдыхал в её шею обжигающим потоком воздуха. Засос, который сегодня скрывался за слоями тональника, снова постыдно обнажился. Как же хотелось его приукрасить, да на бóльшие грехи Влад не стал нарываться. Иначе он сведёт с ума женщину, пускай очень хотелось это сделать.  Ощущая член внутри, Ангелина больше не хотела думать о посторонних факторах, которые могли бы стать причиной дальнейшей неловкости: громкие стоны, способные создать жалобы от соседей и скрипы кровати, что вот-вот поломается от импульсивности движений, а также речевой бред, способный вырваться из уст в порыве страсти, который Владик будет ей припоминать. Обволакивающая узость внутри уже не так жадно поглощала, ибо обильная жидкость позволяла фаллосу буквально скользить.  -Владик, быстрее! Пожалуйста… -Не терпела такой медлительности Ангелина. «-Оладик, блять!»-Пронеслось в голове Череватого. Сейчас это звучало не как умилительно-ласкательная форма имени, а как кличка, показывающее, что она не очень уж и воспринимает серьёзно. Побуждает, словно маленького. Слишком мило и сопливо это звучит, -Ну смотри, мать, сама напросилась.  Он оторвал ладонь от её руки, что секунды назад так нежно сжимал, и вцепился ей в губы, ускорив движения нижней частью тела. Пальцы мужские коснулись пышной груди Ангелины, но уже не транслировали трепетной возни. Стоны женщины срывались на крики, через которые слышалось отрадное удовольствие. Словно во всю глотку готова была прерывисто орать она. Как только она повернула голову вбок от смущения - тут же ощутила руку Череватого на своём подбородке, что сулила через одно только движение «смотри мне в глаза». Изосимова ведь сама попросила об этом, а потому Владислав имеет полное право, чтоб оторваться по полной.  Член карал шейку матки быстро и безжалостно. Казалось, что если начальница попросит быть Влада чуть медленнее, то на него это никак не повлияет. Пропустит мимо ушей и закончит начатое. Может благодаря такому отношению она увидит в нём не «Владика», а образ желанного мужчины, тестостерон из которого так и просится наружу. -Я кончу внутрь. -Это звучало ни столько вопросом, сколько прямым повествованием. Пора бы Череватому приобрести средства контрацепции, если каждый вечер у них будет сопровождаться подобным марафоном. Если позволила сделать это в предыдущий раз, то позволит и сейчас. -Да!… -Сквозь стон произнесла Ангелина, ощущая покалывания от грубости прикосновений партнёра.  И ни один сотрудник этого чёртового офиса, ни одна мышь в подполе этой компании не знает как насыщенно проводит вечера в квартире начальницы «матери Терезы» Влад, и  какое выражение лица непроизвольно делает Ангелина, когда Влад оттягивает её за выступы груди.   Череватый достиг самого пика внутри женщины. Достиг чрева и, сжимая её бюст и закусывая губу нижнюю Изосимовой до крови, излился внутрь. Слил много, совсем не пожалев. И лишь тогда, когда сперма похабно полилась по внутренней части бёдер Ангелины наружу, Владислав понял, что его работа на сегодня выполнена, а подъем в семь утра завтра в субботу - это сплошной пустяк.  Ангелине никогда не требовалось много времени на сон. Уж привыкли биологические часы к сбою: до самой ночи засиживаться за книжкой, а на утро вставать как можно раньше, чтоб навести красоту. И по иронии, когда будильник Влада должен прозвенеть через десят минут, но тот лишь начал видеть третий сон, Изосимова уже бодро стояла на ногах. И казалось бы: что может испортить настроение с утра? Юрьевна наконец снова встретится с семьёй, посмеётся и посидит в кругу близких людей и любимой собаки, а может и расскажет про нового кавалера, что вряд ли. И только мусорный пакет, который Ангелину приспичило вынести в мусоропровод, был в шоке брошен на пол лестничной клетки у самой двери в квартиру. Перед входом, у маленького коврика, красовался прилично большой букет вульгарных красных роз, в чёрной крупной подставке под них. Такой немыслимый и пошлый знак мог означать только одно: Левин каким-то образом выяснил где она живёт.