Глава XV:Путь лжеца

Вокруг него было всё, но в то же время мужчина был совсем один. Наедине с грехами своими и страшным судом. Любой другой человек мог позволить себе ощутить прелесть всего шоколада, которым можно обмазаться с ног до головы, да конфетой закусить карамельной. Но есть и другой фактор - совесть. Возможно, именно он позволяет Владиславу не поддаваться глупым мыслям на все сто, оставляя его человеком. Хотя дров Череватый наломал уже «ох, как» достаточно.                                 

***

 Когда лампы на офисном потолке постепенно выключались, а людских душ поблизости становилось ещё меньше, Владислав гарантировано остался наедине со своими мыслями. Мыслями, имеющими крайне беспокойную почву, которую Александр Олегович невзначай «подбросил под дверь» своему коллеге. Однако, засиживаться в здании Череватому уж точно не хотелось. Да и идти к Ангелине желания не было. Даже представить было страшно её спектр негативных эмоций, ведь смотреть на слёзы Изосимовой ещё раз Владислав точно не выдержит. А чего уж сказать о яростном гневе? Тем более, если этот гнев будет направлен на одного только Череватого, который, пускай и самовольно провинился, но точно не сумеет «отстреляться» от такой женщины.   Рабочее помещение Александра Олеговича находился чуть дальше, чем кабинет Ангелины Юрьевны, а потому Влад, словно по минному полю, осторожно проходил эту заветную дверь в покои начальницы. Сейчас он - снова простой сотрудник не только для других, но и в глазах Изосимовой. Правда, перед женщиной у него всё же было преимущество.  Следы побоев, в большинстве своём, скрывались под длинным рукавом, воротником и брюками, а на лице их количество было значительно меньше. Вот только тот огромный след на нижней челюсти и небольшое сине-зелёное пятно у глаза всё же пришлось замазать тональным кремом. Тем самым, коим когда-то ранее скрывала следы шалостей Изосимова. Хороший тональник: и фингал замажет, и засос скроет. Так что благодаря такому чудо-средству, а также отсутствию открытой одежды, вопросы к Череватому никак не возникли. Некоторые опасения в голове всё же имелись, по типу «-а вдруг у меня морда сильно перекошена?», или «-точно никаких «боевых ранений» не видно?». Всё бы ничего, если б Владислав не работал в довольно престижном месте. Это на заводе или стройке можно обсудить с мужиками детальные краски, пуская мат-перемат через каждое слово. А в данной ситуации: образцовый мужчина и подрался?! И неважно, что этим он защищал честь любимой женщины. К слову, если офисные крысы-змеи-сплетники узнают кто на самом деле является этой женщиной, то не избежать стыда от грязных слухов ни ей, ни ему.  Признаться, Шепс Владу казался ещё более странной персоной, нежели Артём. С Артёмом хотя бы поговорить можно, а вот к Александру подход ещё нужно попытаться найти. Хотя понравится Олеговичу - явно не приоритет для Влада. Было важно посетить это краткое заседание, чтоб разложить всё по полочкам. Может и стоило посоветоваться с Гелей, но и взять всё на свои мужские плечи - не ошибка.  Когда дверь с крупной надписью «Бухгалтерия» отворилась, Череватый заприметил два стола, а за ними - Александра и неизвестную ему женщину, обладающую невероятной укладкой и тёмными-темными очами. Видимо на личный кабинет Шепс ещё не наклевал. И почему «бухгалтерия»? Может ему настолько не хватило места, что назойливого франта усадили уже хоть куда, лишь бы он «не находился с серой массой»? -Доброго вечера. Вы меня вызывали. -Постучавшись пару раз, Череватый зашёл в кабинет, не показывая внутренней бури напряжённости. -Доброго. Вызывал. -Александр соизволил оторваться от монитора своего стола, -Присаживайтесь.  Череватый тут же оказался напротив мужчины, чей бархатный голос мог утерять свою изюминку лишь при истерическом тоне. Стоит только вспомнить день рождения Юрьевны, ушедший также быстро, как и украшения в офисном отделе. -Так, где ваши ИНН и.. а, нашёл. «Вахтовый документ»… -Олегович явно бормотал себе под нос, пока Владислав прислушался, стараясь удерживать чёрта опаски всеми ногами и руками, -Да, всё верно. Вот здесь распорядительный акт. По приказу вам с нами ещё недельку быть. -Весьма элегантно протянув по столу документ из двух бумажек, а затем накрыв их прозрачным файлом, повествовал Шепс. -Слушайте, странно как-то. Никогда же такого не сокращают время пребывания. Это ж как контракт. -Череватый и правда недоумевал. Может всё это - единичный случай, в мизерный процент которого Влад-везунчик сумел попасть? -Мы вас изначально поставили на должность IT-специалиста-аналитика, а вашего коллегу на должность системного администратора, -Влад и представлений не имел кто этот незнакомец, кого приписывает Шепс постоянно в одно предложение с Череватым, -Но он, по неизвестным причинам, не выходил на работу два дня. Всё-таки администратор - очень важный статус, который ещё нужно заслужить, а вы не пропускали ни одного дня. Поступил приказ тут же найти замену, а ваши данные очень подходят. Хорошие данные, ведь ни каждый офисному планктону хватит знаний, чтоб руководить всей системой. Ну и можно сказать, что мы в вас не разочаровывались ещё. -Стараясь не отводить взгляда от монитора, произносил Олегович, -Но вы, Владислав - всё же не гуру, чтоб мы вас умоляли с нами остаться. Признайтесь. Так вышло, что сотрудник нашей компании, кого вы потенциально «заменяете», сумеет вернуться на рабочее место раньше срока. Потому я сейчас помогу вам собрать документы, а уже в пятницу мы с вами попрощаемся.  Казалось, что обвили ноги Влада, а после переместились на шею, начиная заглатывать его с головы и удушать до потери пульса и пустоты внутри, с шёпотом: «это конец». Череватый мимолётно вспомнил о том, как скучал по жене и ребёнку, глядя в неуютную холодную стену хостела, а теперь внутри борются всевозможные стихии. Что делать в такой ситуации - одному Господу Богу известно. Владислав не позволит себе сбежать от Ангелины втихаря, но и делать больно в глаза ей не хочется. Он не на шутку полюбил её. За весь короткий срок из совместной жизни он сумел ощутить столько «экшена», сколько не ощущал за все годы брака. Однако, не покидало Череватого чувство, что всё может оказаться одной большой иллюзией. Если выбрать эту жизнь, отказавшись от привычной стабильности, то всё может вмиг пойти под откос. Но и бросать семью - поступок настоящего мудака, не заслуживающего место на белом свете. Если постоянные внутренние противоречия не утихомирятся, то наступит вечная пустота, с которой Влад не уживётся, какой бы тихой и спокойной она не была. Почти смертная. -Я вас понял. -Уже хотел замолкнуть Череватый, но жалобные терзания лились изнутри, -А в случае чего я смогу перевестись сюда на постоянную основу?  Шепс почти замер. Его взгляд изменился из-за нахмуренных бровей, а сам он отстранился от компьютера, сложив руки на столе. Пальцы к пальцам. -Вы из Москвы желаете сюда перевестись? Как основной рабочий штаб выбрать?  -Да. -Я думаю, что это исключено. -Александр вернулся к монитору и мышке, -У нас компания сама подразумевает баланс, чтоб у каждого сотрудника было своё место. Ваше место - Москва. -И только кареглазый мужчина хотел что-то добавить поперёк слова, Шепс его перебил, -Нет, это невозможно.   Взгляд Влада явно стал печальнее обычного, хотя общее выражение лица транслировало сплошной холод. Не хотелось ему покидать бухгалтерию. Хотелось вцепиться в Олеговича и умолять его, дабы тот «легально» оставил Череватого в сотнях километрах от законной семьи. Влад знал, что поступает не лучше любого мудака. Не лучше Макса Левина, кой измывался над Изосимовой, ставя в приоритет лишь эгоистичное собственное «я». Влад осознавал, что может поступить также, как и бывший муж Ангелины. Просто уйти, оставив женскую душу без утешений. Об этом и думать страшно, а то и не позволительно. Сам дров наломал - сам и кашу расхлёбывай, чтоб каждому досталось хотя бы по крошке хлеба.   Покинув кабинет после ещё пары фраз, коими Череватый и Шепс обменялись, Влад забрал документы, в конце недели которых будет больше раза в два. А что делать дальше? Как жить оставшуюся неделю? Соки из неё выжимать все, вымотав социальную батарейку до минимума? Уж кому-кому, а Владу это будет сделать крайней трудно. Остаться в Петербурге на изначально назначенный срок? Если Лена и поверит, то Юрьевна точно вычислит лжеца. Как минимум за то, что того на работе нет. И это - всего лишь как минимум. Врать Ангелине, что ему срочно нужно в Москву, но после он сразу же вернётся - тоже бред.   У мужчины есть неделя, чтоб обдумать. Даже меньше - пять дней, включая сегодняшний зловредный понедельник. Неспешно направляясь к рабочему портфелю у своего стола, дабы покинуть офисное здание и встретиться за углом с Ангелиной, дабы вдвоём направиться домой, Череватый достал мобильный телефон из кармана пиджака. Пока есть время - можно и жене позвонить, но не надолго. А стоит ли рассказывать про досрочное возвращение? Или вовсе соврать, что его продлили? Но что тогда делать с основной работой в Москве? К понижению должности Влад точно не готов. -Алё? Ленок, привет! -Направляясь на улицу, Череватый ожидал голос жены на другом конце провода. -Алё? Приве-е-ет! Как ты? -Женщина была крайне рада звонку. -Да ничего нового, впрочем. Отработал, сейчас в отель иду. -Влад сильно медлил, когда поторопиться точно не мешало. -Мы тоже вот сегодня гулять выходили. Лёву опять к луже понесло, из-за чего весь комбинезон заляпал грязью. Пришлось сократить прогулку. -Лена слегка посмеялась.  -Ну весь в мать! -Я тебе щас дам! -Ответила Елена почти точно такой же фразой и интонацией, которыми отвечает ему Изосимова на все подколы, -Ничего там не произошло у тебя? -Словно чувствовала.  И только Влад выдержал короткую паузу из-за ударившего в лицо морского ветра, как вдруг взору показалась Ангелина, уже ожидавшая Череватого на месте встречи. Это был первый раз, когда он заставил Юрьевну ждать, пускай всему виной стал Шепс. Шатенка заприметила Владислава глазами, отчего и уголки её губ растянулись в искренней улыбке. Телефонный звонок срочно нудно прекращать. -Ой, Лен, я тебе перезвоню. А лучше - напишу. Меня тут секретарь окликнул. Олегович который. -Влад суетился, -Я рассказывал. -Поняла тебя. Тогда жду сообщения!  -Давай, люблю. -Тихо-тихо в трубку произнёс кареглазый.  А Изосимова, подобно майской розе, совсем не поддавалась ветру. Казалось, что ни один волос не содрогнулся перед стихийным порывом. Вот же закалённый петербуржцы! И с погодными условиями на «ты». -Ну ты сегодня прям Жанна Д’арк! -Осмотрев с ног до головы мрачновато-тёмный образ Ангелины, Череватый посмеялся. Да и стрелки её сегодня были куда ярче и больше, чем обычно. -Дурак! -С улыбкой, легонько толкнула Изосимова Влада в плечо, -Нет чтоб комплимент сделать хороший! -А это комплимент! Чарующе красива! -Посмотрев назад, дабы избавиться от лишних глаз, он поцеловал её в губы. Чмокнул. -С кем болтал? Деловой такой. -Поинтересовалась Изосимова, направляясь по привычному асфальту в сторону дома. Теперь ходить пешком, а не разъезжать на такси - стало привычным, обыденным делом. -Да там… -Выдержал мужчина короткую паузу, -Кореш звонил. Илья Ларионов, короче. Звал меня собраться вечером, да встретиться. -Аа, так вы и вне работы дружите всё-таки, -Чуть задумчиво произнесла Изосимова, как вдруг интонация сменилась, -Подожди. Какой Илья? Он же больничный взял. -Тоись? -Переспросил Череватый с осознанием того, насколько сильно он подставляет коллегу. -Больничный взял на два дня! По причине отравления, блин! А сам наверняка пить вечером поедет! Я ему устрою… -Начинала кипеть женщина. -Погоди, мать, стой! Может он не собирался пить. И вообще, не говори ему ничего! Он же только мне сказал, а я тут вон секреты всем распиздоливаю.   -Владисла-ав! Не перечьте мне. -Ангелин, ну пожалуйста. -Череватый не умолял её, но внушительный спокойный тон положительно влиял на Юрьевну. -А то присвою себе авторитет, как у Шепса. -Ладно, подумаю, -Успокаивалась Геля, -Чтоб статус Александра Олеговича присвоить - надо постараться. -Ага! Ты бы знала, как он подлизывался к тебе в прошлый четверг, в день рождения твой. Видать, нравишься ему! -Снова подкалывал Влад. -Да типун тебе на язык, Владислав! Он же - голубой. -А, да? -Да. А ты не знал? -Догадывался.  Усмирив ядерный пыл Изосимовой, мужчина лишь взял её под руку, как принято у этой пары во время похождений по северной столице, и направился в сторону дома, подстроившись под небыстрый шаг дамы. Небыстрый, в отличие от Череватого. Лишь в моменте снова открыв телефонный дисплей, он оглянул список контактов. Ловким движением двух свободных пальцев, мужчина уставился на информацию из телефонной книжки о жене. Её номер телефона, привязанная электронная почта и картинка, служащая аватаркой. Два касание - и контакт «Лена» красовался уже без сердечка в конце имени. Оранжевый закат, как рана на небе, медленно затягивался более тёмным покрывалом, стелясь по каменным берегам Невы.  Петербург, уставший от дневной суеты, начал свой вечерний танец. То ли танго, то ли сальса. Сквозь лёгкую дымку, повисающую над рекой, проступали очертания гранитных набережных, увенчанных ажурными решетками и фонарями, еще не зажженными, но уже предчувствующими свой ночной блеск.  Звуки города, днем резкие и суетливые, сгущались в мелодию: глухой гудок парохода, отдаленный звон трамвая, шепот листвы в рядах деревьев, стоящих в строю вдоль набережной.  В узких переулках, пронизанных полумраком, шептались старые дома, их окна – темные глазницы,  в которых горели лишь редкие огоньки.  И ведь за каждым из таких окон - своя судьба. Кто-то прямо сейчас вдыхает последние глотки воздуха, а кто-то только что стал частью жизненного цикла, начав путь с зачаточного эмбриона. Жильцы квартиры на четвёртом этаже, в самом конце той расписной сталинки, прямо сейчас могут бить тарелку друг об друга, с ненавистью кидаясь не только сервизом, но и самыми больными словами. А вот их соседи сверху - наоборот радуются подаче заявления в городской загс, разделяя миг удовольствия через самые нежные прикосновения. Мир так разнообразен и тесен одновременно.  Но судьбы людей можно узнать не только путём заглядывания в чужие окна. Достаточно придти в любой бар или клуб, которые так разнообразны в Петербурге. В одном из таких всегда громко-громко шумит музыка, чей мотив не могут скрыть даже закрытые двери помещения. И народ там всегда присутствует. Неважно: воскресенье ли завтра или рабочий день. Из окон так бурно старалась выбраться песня «Ирины Аллегровой - Угонщица», дабы заполонить вечерний Питер в свои тусовочные сети. -О, Аллегрова звучит. Нравится мне. -Наострив уши, говорила Геля. -Чё, зайдём? -Несмотря на возможную усталость, предлагал Череватый. -Да куда уж там! Только в пляс пуститься не хватало. Спина итак болит после работы. -Посмеивалась Изосимова, вслушиваясь в строки заводной песни, -Так что не сегодня, младший лейтенант-мальчик молодой. -Совсем не пропевая строки, заключила шатенка. «Если спросят меня, где взяла Я такого мальчишку сладкого Я отвечу, что угнала Как чужую машину "девятку" я Угнала у всех на виду Так открыто, что обалдели все Ни за что, ты имей в виду Не верну тебя бывшей владелице!»  Чем дальше пара проходила это место, тем  дальше пророческая песня затихала на слуху. Угнала ты, Гелька, угнала. Сама того не осознавая.  А тем временем небо становилось всё ярче и ярче, хотя темень вот-вот нагрянет. Судя по цветовой гамме над головой - завтра дождь будет. Первые фонари уже спешили давать свой огонь мимо проходящему народу, а ночь даже не пыталась сражаться с армией светящихся солдатов. У всего была своя гармония. Свой баланс.  Дорога к дому заводила в местность спокойных дворов. Ровные дорожки сменялись на несколько побитый асфальт, на одном из квадратных километров которого Изосимова слегка спотыкнулась, чуть не поломав каблук. Её обувь не подразумевала подлые шпильки, но даже крупный элемент подошвы может подвести. -Ой! -Стараясь удержать равновесие и хватаясь за Влада, издала забавный звук Ангелина. -Ты чего, Волочкова? Смотри на шпагат не сядь! А то до дома так точно не дойдём! -Лёгкий испуг неожиданности тут же сменился на смех. -Зараза, блять! Чуть ногу тут себе не вывернула, а ему всё хиханьки, да хаханьки! -Слегка потирая стопу, что завернулась точно на сорок пять градусов, чуть поднятой в коленном сгибе ноги, жаловалась Изосимова. -Сильно больно? -Череватый убавил смешок и приостановился. -Да не сказать.. -Ну смотри! А то я тебя могу на руках понести.  -Да всё нормально, успокойся. -Я серьёзно. -И стоило Владу только лишь слегка согнуться и выпрямить руки в сторону Юрьевны, как вдруг голос женский его остановил. -Владислав, нет! -Её интонация звучала довольно внушительно, -Только попробуй! Давай по-медленнее пойдём просто. -Если хочешь - такси вызовем, пускай тут недалеко. -Заметив, как с трудом из-за неудобства обуви ступает Изосимова, Череватый уже хотел настаивать. -Успокойся. Сейчас не спеша пойдём и придём. -Стараясь ступать ровно, дабы не вызывать у кареглазого шатена беспокойств, она лишь малость промолчала. Губы растянулись в лёгкой улыбке, которую Ангелина старалась контролировать и не демонстрировать. Чуть прижимаясь об руку крепче, Изосимова сказала, -Не такой ты, как другие мужики, Владик. -Самый обыкновенный! -Нет. Нету в тебе ни хвоста павлиньего, ни жопы куриной. -Такие речевые сравнения её нисколечко не смущали, -Даже первого мужа порой напоминаешь. -А чего развелись вы?  -Он умер. -Ответ последовал сухим и холодным. -Повесился.  Влада передёрнуло. Внутри микроимпульсы запустили процесс катастрофического шествия, ведь такая вещь, как петля - ему очень знакома. Знакома с ранних лет. С такого возраста, когда ребёнок и вовсе не должен задумываться о смерти. -Пиздец. Мои соболезнования. -Взгляд Влада старался не падать на Изосимову, кто старается прикрыться ненастоящим спектром эмоций, дабы не заставлять её поддаваться смущению.  -Всё нормально. -Чуть хромая, тихо говорила Юрьевна. -Я этого тебе не говорила, но спасибо, что ты рядом. Мне очень не хватало такого человека, как ты.  После этих слов отпустить Ангелину он точно не сможет. Её взгляд милого котёнка и нежная улыбка, которая наверняка была натянута с трудом, вызвали у Череватого неподдельное чувство жалобной нежности, по отношению к такому нравственному человеку. Такому любимому, чувственному. Была бы воля Влада - он бы и сам, чёрт бы того побрал, заплакал. Любил он её от бесконечного романтичного пожара в сердце, до потери пульса и багряных от крови кулаков за защиту женской чести.  Ещё более замедлив шаг, Череватый потянулся к её губам, чтоб хоть на чуть-чуть снова ощутить этот персиковый вкус. Представляя в мыслях то, как ей сейчас не хватает тёплых и поддерживающих слов, он не смог не промолчать, о чём потом пожалеет. -Никому тебя в обиду не дам, Ангелин. Никогда тебя не брошу.