Глава 11

      Гермиона была уверена, что теперь её душа окончательно проклята. Если бы пару лет назад ей кто-то сказал, что в будущем она будет жить в Малфой Мэноре и на поле боя наносить ранения своим – она бы отрезала этому идиоту его язык. Но реальность была жестока. Гермиона всю ночь провела внутри своей головы, пряча воспоминания подальше. Она зарывала их поглубже, запирая на сто печатей и тысячи замков. Её психика не выдерживала и Гермиона ясно это осознавала, поэтому находясь на грани нервного срыва, она отвлекалась на то, что убирала из своего сознания все травмирующие воспоминания о вчерашнем бое.         Она знала, что никого не ранила смертельно. Все её атаки были направлены на то, чтобы вывести членов Ордена из боя. Многие исцелятся за одну ночь, некоторым придется побыть на больничном пару дней, никто из них не умрет. Однако один лишь факт, что Гермиона подняла оружие против своих, занесла меч над головами сопротивления, заставлял её внутренности стягиваться в тугой узел, а голову болезненно пульсировать.         Гермиона чувствовала, как её душа медленно расплавляется, погибали все уцелевшие в этой пятилетней войне осколки, и она не знала, сможет ли когда-то хоть что-то построить на этом месте. Сейчас там, за солнечным сплетением были лишь горы пепла, которые ощущались на языке мерзкой горечью.         Собрание отряда продолжалось уже второй час, Гермиона подперла рукой голову, слушая монотонный доклад Пожирателя о прошедшем сражении. Как оказалось, в Шеффилде находилась одна из баз Псов, Орден вычислил её. В момент их прибытия, там почти никого не было, что позволило сопротивлению не только обезвредить находившихся там Пожирателей, но и захватить достаточно провизии и новеньких порт-ключей. Губ Гермионы коснулась легкая улыбка, когда она услышала это. Они обеспечили себе еще немного времени. Это было хорошо.         Она сонно оглядывала сидевших за столом, многие из членов Отряда пришли в форме Пожирателей. Её это бесило, хотелось сжечь эти куски ткани, желательно вместе с их владельцами. От представшей перед внутренним взором картины сгорающих приспешников Волан-де-Морта, внутри разлилось удовлетворение.         Дмитрий был сегодня особенно тих, он молча слушал доклады, изредка комментируя. Его взгляд то и дело возвращался к Гермионе. Она делала вид, что не замечает этого. Владислав вчера сказал, что Дмитрий волновался? Ей было плевать. Хотелось бросить в него палочку, которая воткнулась бы прямо в его серый глаз, чтобы он больше никогда на неё не смотрел. - Думаю, на этом собрание закончено. Можете быть свободны. – Дмитрий обвел стол хмурым взглядом, останавливаясь на ней.         Гермиона встала под шум отодвигающихся стульев и направилась к выходу. Хотелось просто лечь в кровать. Просто исчезнуть. Чтобы её никогда не существовало. Она быстрым шагом преодолела расстояние до двери, когда сзади её окликнули. - Наоми, задержись на минутку – в его голосе звучала сталь.         Остановившись, Гермиона медленно обернулась, смотря на него. Дмитрий стоял, опершись на стол, его руки были сложены на груди. Когда последний Пожиратель скрылся из виду, он наконец заговорил - Ты временно отстранена от сражений. – Он внимательно разглядывал её выражение лица, которое, Гермиона могла поклясться, вспыхнуло злостью. - Что? Почему? – яростно спросила она. - Ты чуть не погибла, очевидно, что ты не готова! – Он тоже был зол. - Это я не готова? – она чувствовала, как её руки сжались в кулаки -  Я обезвредила десятерых членов Ордена! А скольких из них поразил твой отряд? – Гермиона с вызовом посмотрела на него. Она не могла поверить, что после сделанного, он её отстраняет. Она не позволит ему этого. Не позволит, чтобы все эти жертвы были напрасны. - И каждый из Отряда вернулся в поместье самостоятельно! – его голос стал тише, по телу Гермионы пробежали мурашки. Она почувствовала его злость в воздухе, она концентрировалась где-то у нее в затылке. – Я никогда не учил вас этому на тренировках, но ты все сделала по-своему! Я даже не удивлен! -  Да пошел ты! – она крепче сжала руки в кулак, чтобы они перестали дрожать от желания выхватить палочку и кинуть в него Авадой. - О, наш котенок показал свои зубки! – Он зло усмехнулся, его губы растянулись в кривой ухмылке. – Ты всегда была такой стервой или это какой-то эксклюзивный подарок лично для моей персоны? - Стервой? – Она коротко рассмеялась и прищурив глаза, ответила – Я еще хуже! Твоему скудному воображению никогда не удастся представить насколько!         Она увидела, как он сделал шаг к ней, но неожиданно остановился. Гермиона заметила, как его левая рука дернулась. Выражение на его лице изменилось. Разгладилось, утратив все былые эмоции. Он снова надел эту маску. Оно было пустым, бесчеловечным. Будто Дмитрий был пластмассовым манекеном в витрине магазина. Гермиона увидела, как у его ног медленно расползлась тьма. Её щупальца, распространялись в стороны, окружая его фигуру. - Темный Лорд здесь – сказал он механическим голосом и обернувшись тенью исчез.         Гермиона еще минуту смотрела на выжженный круг, что остался на месте, где секунду назад стоял Дмитрий. В ноздри забился запах гари, и Гермиона поморщилась, когда перед ней появилась Келли. Эльфийка в страхе поджимала большие уши, протягивая тонкие ручки. Её огромные глаза с опаской бегали по помещению. - Мисс должна пойти с Келли – пропищала она.         Гермиона без возражений протянула ей руку. Наверное, в первый раз она была рада увидеть её перед собой, оставшись в одиночестве вне своей комнаты. Она с ужасом представила случайную встречу с Волан-де-Мортом в поместье и её передернуло. Ей было легче притворяться кем-то здесь, где Дмитрий её игнорировал большую часть времени, а Владислав практически никогда не заводил разговоров о войне. Но играть роль верной слуги самому Волан-де-Морту было ужасно сложно.         Они приземлились в центре её комнаты, и Гермиона с опаской уставилась на дверь, когда Келли исчезла. Она не знала, чего именно ждала. Что дверь разлетится на щепки, а за ней окажется Волан-де-Морт или сообщения, что он ушел, так и не почтив её своим присутствием.         Минуты тянулись мучительно долго и когда Дмитрий аппарировал в её спальню она глубоко вздохнула. «Наверное, он пришел, чтобы закончить её отчитывать, после того, как вылизывал зад своему хозяину» - с раздражением подумала она. Но через мгновение осознала, что была не права. Прямой взгляд серых глаз, плотно поджатые губы - все выдавало в нем злость. Его тело было напряжено, однако Гермиона все же разглядела мелкие подергивания мышц, будто при малейшем движении их сводило судорогой. Он не показывал это, но она ясно видела незаметную боль в уголках его глаз, когда он сделал шаг к её сторону. Было очевидно – он подвергся Круциатусу. Она бы ни с чем не перепутала эти механические скованные движения. - Тебя пытали? – её глаза удивленно расширились. - У Темного Лорда свои методы наказания за проигранные сражения – он сказал это таким будничным тоном, будто они осуждали, что лучше съесть за ужином.         Конечно, она знала, что Волан-де-Морт жестокий садист,  который наказывал провинившихся. Но он подвергал Непростительным даже Дмитрия. Гермиона не смогла бы с точностью сказать, кто из этих двоих оказался бы сильнее в дуэли. У Волан-де-Морта было преимущество в виде крестражей, в остальном же Гермиона была уверена, что Дмитрий обладает не меньшей силой. Иногда ей казалось даже большей. Так почему он позволял себя пытать? Было ли это следствием больного обожания идеологии и своего предводителя – Гермиона не знала. - Тебя вызывают – после паузы сообщил Дмитрий и его глаза странно блеснули. – Будь послушной девочкой.         Он схватил её за плечо и аппарировал в зал собраний, где во главе длинного стола уже восседал Волан-де-Морт. Гермиона не до конца понимала, как себя вести, поэтому сделала шаг вперед, поклонившись ему. - Мой Лорд – тихо поприветствовала она его. Он осмотрел Гермиону с ног до головы. Взгляд его красных глаз ощущался скользкими мерзкими мазками на коже. - Наоми – он просмаковал её имя, перекатывая его на языке. – Подойди ближе. – Он махнул рукой.         Сделав пару шагов к столу, она оказалась в центре большого зала. Её колени вновь подогнулись, и она больно ударилась ими о пол. Её глаза продолжали непрерывно смотреть на Волан-де-Морта. Бледная с зеленоватым оттенком кожа, плотно обтягивала череп. Ноздри-щелки раздувались при каждом вдохе. Она не отводила взгляда, ни когда он взял палочку в руки, ни тогда, когда поднялся на ноги, обходя стол. Его губы изогнулись в уродливой ухмылке. Ему понравилось это маленькое проявление характера.         Гермиона не знала, зачем он хотел видеть её. Больше двух месяцев Волан-де-Морт не вспоминал о её существовании. Видимо, вчерашнее сражение освежило некоторые детали в его памяти, потому что в следующую секунду Волан-де-Морт с силой ворвался в её сознание. Его внимание сразу же привлекли воспоминания, которые она так старательно закрывала, чтобы сохранить хотя бы частичку самообладания. Он просматривал их все. По нескольку раз, с особым удовлетворением смакуя момент, в котором она ломала руки молодому бойцу сопротивления. Гермиона чувствовала его удовлетворение. Он задержался на моменте, в котором она лежит на траве после прилетевшего в грудь заклинания, с интересом просмотрел, как Дмитрий протягивает ей руку, а затем берет на руки. Потом все прекратилось. Её голова со стоном опрокинулась назад, но ей удалось удержаться от падения. В следующую секунду ей в грудь прилетел Круциатус.         Её тело взорвалось болью, Гермиона крепко сжала зубы. Она содрогалась в конвульсиях. Боль, нестерпимая, нечеловеческая, словно тупым лезвием пилила каждый нерв. Гермиона чувствовала металлический вкус крови на языке. Она силой воли сжимала губы. Они не услышат её крика. Её затрясло сильнее, суставы будто вывернулись наизнанку. Было ощущение, что все кости в теле разом сломались. Еще секунда и у неё начался бы болевой шок, она была в этом уверена. Потому что те судороги, в которых она изворачивались на полу, казалось превращают её внутренности в кровавое месиво.         Боль резко прекратилась, когда Волан-де-Морт опустил палочку и отвернулся, направляясь к столу. Она продолжала лежать на полу. Её мышцы продолжало скручивать в узлы. Каждый сантиметр её тела болезненно ныл. Гермиона совсем не к месту подумала о том, что в последнее время слишком часто оказывается лежащей на полу в этом мерзком зале. Она заметила, устремленный на нее взгляд Дмитрия, что сейчас черной тенью возвышался немного позади Темного Лорда. Правая рука. Верная собачонка. - Я на секунду разглядел сомнение в твоей дрогнувшей руке – оповестил её Волан-де-Морт гневным скрипящим голосом. После чего на его лице возникло ликование – Твой стиль боя, сила и стратегия просто поразительны.         Гермиона не могла поверить, что слышала похвалу от него. Может, это было галлюцинацией, после перенесенного Круциатуса? Она все еще находилась на полу, не в силах подняться, мышцы не слушались. - Дмитрий, пусть она следует всюду за тобой, я хочу видеть её на каждом сражении. – Сумасшедший блеск в глазах чудовища перед ней, с каждым произнесенным словом забивал в крышку её гроба еще один гвоздь. - Повелитель…- начал было Дмитрий, но Волан-де-Морт остановил его взмахом палочки. По телу Дмитрия пробежала дрожь. - Никаких «но»! Я хочу, чтобы она стала твоей тенью, твоей правой рукой. В тандеме вы станете непобедимыми. – Он вынес этот смертельный приговор с возбуждением.         Когда Волан-де-Морт скрылся, вылетая сквозь оконную раму в небо темным вихрем, Гермиона слегка приподнялась. Для этого ей понадобились все силы. Она никогда еще не ощущала на себе такого сильного Круциатуса. Бывало, что кто-то из опытных Пожирателей её задевал по касательной, но никогда это не было настолько ужасно, почти смертельно. В голове всплыли образы того, как Беллатриса ей пытала здесь, в одном из многочисленных залов Мэнора, но даже тогда это не было так больно.         Она увидела движение где-то сбоку и подняла взгляд на Дмитрия. Он присел перед ней на корточки, протягивая руки. - Тебе не кажется, что в последнее время ты слишком часто носишь меня на руках? – Гермиона и сама не знала, зачем это спросила. - Если бы ты была в силах не попадать каждый день в обстоятельства, которые ограничивают твою подвижность, я бы этим не занимался – тряхнув головой с легким раздражением, сказал он, просовывая руки под её колени. - Так теперь мы… - она не закончила фразу, но Дмитрий итак все понял, метнув в нее взгляд. - Да, теперь мы напарники – он выплюнул это, будто его тошнило от одной лишь мысли об этом. - Я не так уж плоха! – Она с недовольством мотнула ногой, резкое движение вызвало волну боли и заставило сморщиться. - Ты – балласт на моей шее! – ответил он. - Никакой я не балласт! - Да, ты скорее мешок картошки – она услышала смешинку в его голосе и повернулась, чтобы посмотреть на его лицо. Его эмоции менялись слишком быстро, чтобы их можно было проследить. – И весишь ты примерно так же!         Лицо Дмитрия находилось слишком близко, она рассмотрела миниатюрную родинку под его левым глазом и перевела взгляд на длинные ресницы, затем на прямой нос и когда он, заметив, её взгляд, пристально посмотрел ей в глаза, Гермиона резко отвернулась. Её шею свело спазмом, она вновь поморщилась. - Если ты будешь так брыкаться, я перемещу тебя заклинанием левитации или просто потащу за капюшон по полу! – В его тоне вновь послышалось раздражение. - Если что-то не устраивает, ты всегда можешь отпустить меня, и я пойду сама. – С вызовом бросила Гермиона.         Фыркнув, Дмитрий резко остановился, спуская её на землю. Она коснулась ногами пола, и он сделал несколько шагов назад, складывая руки на груди. В его глазах читалось издевательство, когда она неловко попыталась сделать шаг. Её голеностоп подогнулся, Гермиона полетела бы лицом в пол, если бы крепкие руки Дмитрия вновь не подхватили её в воздух. - У тебя в роду случайно не было ослов? – спросил он с интересом ученного. - Каких еще ослов? – Гермиона непонимающе уставилась на него. - Упрямых! – он смеялся над ней. - Очень смешно! – пробормотала она.         Когда они зашли в спальню, Дмитрий уложил её на кровать, насылая на неё миорелаксирующие чары. Мышцы тут же немного расслабились, вызывая в груди Гермионы стон облегчения. - Келли! – эльфийка появилась через секунду. – Набери горячую ванну!         Гермиона с интересом наблюдала за его действиями. Он скинул мантию с плеч, оставаясь в черном кожаном жилете. Дмитрий исчез, а затем через минуту появился вновь с небольшим черным чемоданом. Он по очереди доставал оттуда различные пузырьки, флаконы и баночки. Содержимое некоторых Гермиона узнавала, другие же оставались неизвестными. Было ясно, что для него это обычная практика, он прекрасно знал, как справиться с последствиями Круциатуса. Келли появилась и отчиталась в том, что ванна готова. - Горячая вода расслабит мышцы, а вот это – он протянул ей пузырек с голубоватой жидкостью – снимет спазм и боль. Добавишь в воду ровно четыре капли. Этого хватит - Что это? – Спросила она, дрожащими руками, беря в руки стеклянный пузырек. - Это зелье на основе ментола, окопника и магния.         Он замолчал, внимательно всматриваясь в её лицо, словно искал ответы на свои внутренние вопросы. Гермиона не могла определить эмоцию, проскользнувшую в его глазах. - Я тоже не кричу – вдруг сказал он, сосредоточенно закрывая чемоданчик. Когда Гермиона не ответила, Дмитрий продолжил – Проклятие было настолько сильным, потому что ты не кричала. Так всегда происходит, когда не кричат…- его голос сошел на нет.         Гермиона смотрела на него стеклянными глазами. Она вдруг подумала о том, сколько раз он подвергался пытке? Сегодня его тоже наказала удушающая магия Волан-де-Морта, но Дмитрий не показывал это. Он прекрасно контролировал свое тело. Недавней пытки не было заметно, если не вглядываться в мелко подрагивающие пальцы и морщинки, что образуются в уголках глаз, когда он двигается. На его лице не было совсем никаких эмоций, только серебристая радужка полыхала ярко, ледяными языками облизывая пространство вокруг. И впервые за все время Гермиона задумалась о том, какую цену он заплатил в этой войне? Чувствовал ли он то же отчаяние, что и она, пока сидел на корточках, перед ней.         Дмитрий помог ей подняться на ноги и, опираясь на его руку, они дошли до ванны, когда Гермиона схватилась за её край, она посмотрела на него долгим взглядом. - Спасибо за помощь, дальше я сама. - Я оставлю тебе еще несколько зелий, если что-то понадобится – зови Келли, она все принесет – он бросил на нее еще один последний нечитаемый взгляд и, развернувшись, вышел, плотно закрывая за собой дверь.

***

        Гермиона лежала в ванне уже несколько часов. Зачарованная вода поддерживала температуру. По комнате распространялся слабый запах ментола, который приносил успокоение подкатывающей к горлу тошноте. Мышцы ныли, расслабляясь в горячей воде. Она наблюдала за звездным небом, что виднелось сквозь окно. На темном шелке небосклона раскинулась жемчугом Большая Медведица. Гермиона в полубреду думала о том, что, наверное, она тоже очень боится. Медведи были большими и опасными хищниками, но от чего-то ей казалось, что это медведица была такой же одинокой и несчастной, как и она. У нее не было семьи и друзей, наверное, тоже. И ей вдруг стало очень жалко её.         Волан-де-Морт её заметил. Теперь Гермиона не была рядовым солдатом, сражающимся в отряде Дмитрия. Она понимала, что это было хорошо. Она поднималась по карьерной лестнице. Это значило, что скоро все её труды оправдаются. Но в то же время внутри нее бушевал шторм. Гермиона не знала, как ей вынести еще одно такое же сражение, не говоря уже о десятках, на которых бывает Дмитрий.         Однажды ей придется убить, она была уверена в этом. Знала, что рано или поздно наступит точка невозврата и ей нужно будет принять это решение. Может ли она пожертвовать собой и Тонкс, чтобы спасти остальных от смерти от её руки? Её собственная жизнь теперь мало волновала Гермиону, но Тонкс не заслуживала этого. И члены Ордена не заслуживали того, что с ними происходило. Никто не заслуживал такой смерти. В этом уравнении не было правильного ответа. Рациональная часть Гермионы понимала, что это было бы правильно, но другая часть противилась логичным доводам.         Когда чары развеялись, и вода уже совсем остыла, за окном начинало светать. Гермиона медленно вылезла из ванны, наскоро обтерлась полотенцем и натянула обычную хлопковую пижаму. Она не стала сушить волосы. Гермиона рухнула в кровать, укрываясь одеялом, она с блаженством откинулась на подушки, её мышцы стали более гибкими.         Несмотря на смертельную усталость, сна не было ни в одном глазу. Она с сожалением посмотрела на книжные полки. Её палочка осталась в ванной, а вылезать из-под одеяла, чтобы взять книгу не было сил. Она постаралась найти удобное положение, её веки медленно опускались, погружая в сон.         Проснувшись утром, она почувствовала скованность мышц. Они были деревянными, казалось, что они сокращаются со скрипом. Гермиона подошла к раковине и зачерпнула воды, умывая лицо. Она подняла голову и встретилась взглядом со своим отражением. На неё смотрели карие глаза, лицо было болезненно-бледное. Длинные кудри сбились в колтун. Ей было все равно, как именно она выглядит, но все же ей пришлось привести себя в порядок. Руки продолжали трястись, она с трудом нанесла чары красоты, пытаясь хоть как-то скрыть то, насколько плохо она выглядела. Сегодня магия не была её помощницей. Для заклинаний требовалась твердая рука, чего в её нынешнем арсенале не имелось.         Гермиона старательно насылала на тело миорелаксирующие чары, сидя на краю ванной. Она должна быть всегда готова к бою, чтобы у врага не было возможности взять её врасплох. Поэтому когда она смогла несколько раз присесть без боли в ногах, Гермиона оделась и вышла из комнаты.         В поместье было удивительно пусто. Она знала, что тренировки сегодня отменили. Такое уже случалось, когда Дмитрий уезжал из поместья, но Мэнор всегда был наполнен людьми. Сегодня она не встретила ни одной живой души, пока спускалась в столовую. Не дойдя до лестницы, она свернула в коридор, где располагалась спальня Дмитрия. Наивно было полагать, что ей удастся в неё попасть, но остановившись около неё, Гермиона кинула обнаруживающие чары.         Она пыталась запомнить все светящиеся линии и знаки, всплывающие в воздухе. Возможно, ей бы удалось разобрать заклинания на составные формулы, чтобы найти ключ. Гермионе не хотелось копаться в его грязном белье, но она была уверена, что в комнате было что-то значимое. Возможно документы или планы помещений, она надеялась найти порт-ключ, чтобы потом создать копии. Гермиона взмахнула палочкой, убирая обнаруживающее заклинание, когда дверная ручка опустилась, и из комнаты появился Дмитрий. Он удивленно застыл на пороге, Гермиона глубоко вздохнула. Чуть не попалась. - Что ты тут делаешь? – его брови нахмурились. - Хотела узнать, почему отменилась утренняя тренировка – на ходу придумала она, стараясь придать своему лицо безмятежный вид. - Ты больше не тренируешься с отрядом – бросил он. Выходя из комнаты и плотно закрывая за собой дверь. - Почему? – это было что-то новенькое. - Теперь мы напарники – она заметила, как его рот пренебрежительно скривился, когда он это сказал. – Будешь тренироваться со мной. Хорошо, что ты уже проснулась, я как раз направлялся к тебе. - Ты научишь меня славянской магии? – Гермиона задавала этот вопрос с замиранием сердца. - А ты хочешь? – он бросил на нее заинтересованный взгляд. - Хочу! - Тогда научу тебя кое-чему, если будешь послушной девочкой. – На его лице читалось веселье.         Они спустились на улицу, Дмитрий придержал перед Гермионой дверь, пропуская девушку вперед. Она увидела Асторию, сидящую в беседке с Владиславом, когда они спускались по холму мимо озера. Они подошли к небольшой роще. Дмитрий прошел пару метров и остановившись на небольшой поляне, которую окружали деревья, обернулся, чтобы посмотреть на Гермиону. - В славянской, русской магии большая роль отводится силам природы. Многие обряды, заклинания и наговоры активируются огнем, водой, землей или воздухом – на его ладони зажегся небольшой огонек, который через секунду превратился в шар воды, в кронах деревьев зашумел ветер, а на ладони закружил земляной вихрь. Гермиона слушала Дмитрия, затаив дыхание. – Магия, текущая в твоей крови должна найти путь к природной. Если мы говорим о боевой магии – она чаще всего подпитывается обрядами. Ты уже прочла «Основы обрядоведения»? Конечно, Белевский пишет так, что мозг можно сломать, но я подумал, что ты не оценишь учебники для детей. – Его глаза выразительно посмотрели на Гермиону в ожидании ответа. - Да – она кивнула головой, а затем её голову прострелило озарение – Ты принес эти книги для меня? - Я думал, ты хотела читать – Дмитрий пожал плечами просто, даже по-ребячески. – А теперь расскажи мне, что ты усвоила? - Обряды строятся на основе желаемого результата - начала вспоминать Гермиона, она говорила быстро, словно заучила текст наизусть, было бы ложью сказать, что это было не так. – Колдун самостоятельно подбирает материалы, в зависимости от того, какая у него цель. Есть устоявшиеся обряды, которые проводят одинаково, есть такие, которые создаются с нуля. - Боже, Наоми, ты действительно заучила её наизусть. Слово-в-слово, просто поразительно, я даже забыл какого это. – На лице Дмитрия расцвела улыбка. Она была искренней, он не насмехался над ней, Гермиона почему-то это чувствовала. Она увидела, как его взгляд расфокусировался, словно он что-то вспоминал, затем Дмитрий тряхнул головой и продолжил – Да, ты абсолютно права, у всех обрядов есть своя формула и наговоры, которые чаще всего произносятся боевыми колдунами, имеют свою структуру. Нет никаких текстов для заучивания. Ты, конечно, можешь выучить самые популярные, но настоящий воин все свои обрядовые заговоры держит в секрете. - А заклинания? – ей действительно было интересно узнать о чужеродной магии больше. - Конечно, существует множество заклинаний, многие по звучанию похожи на те, что произносите вы. В России подход к изучению магии немного другой, колдунов учат интуитивно работать со своей силой, поэтому многие заклинания модифицируются, меняются их формулы, когда ты понимаешь свои внутренние намерения. - По описанию похоже на ментальную магию – сказала она. - Да, похоже – он кивнул – здесь тоже большую роль играет концентрация и работа со своим сознанием.         Они несколько часов провели в роще, обсуждая подходы к магии. Дмитрий был хорошим учителем. Он был умен и опытен. Гермиона с неохотой признавала его талант. Было странно говорить с ним без препирательств и вечной внутренней ненависти. Но, погруженная в процесс изучения, она забыла обо всех своих чувствах. Гермиона наслаждалась, впитывая знания, словно губка.         Дмитрий терпеливо помогал ей строить основу для защитного обряда, они по крупицам собирали её намерения. Оказалось, недостаточно хотеть просто защититься, нужно было ясно понимать, от чего, как и в каких условиях защита сработает. Поэтому она следовала за ним по пятам, подбирая травы, они даже вместе спустились в подземелье Мэнора, где Дмитрий показал ей просторную комнату для зельеварений. Богатый склад ингредиентов почти вскружил Гермионе голову, в Ордене обходились малым, большую часть трав они выращивали самостоятельно или собирали в ближайших к базам лесах.       Дмитрий делал свою работу хорошо, он действительно старался помочь ей. Гермиона не могла признаться себе, но ей нравилось слушать его спокойный рассудительный голос, когда он перечислял ингредиенты, идеально подходящие для её обряда. Вскоре они вернулись к роще, разжигая небольшой костер. Гермиона по очереди кидала в огонь травы, шкурки животных и даже несколько раз проливала собственную кровь над языками пламени.         Когда они возвращались в Мэнор, Гермиона чувствовала внутренний огонь. Её щит действительно стал сильнее, Дмитрию удалось разбить его только со второй попытки. - Подбирать ингредиенты нужно заранее, чтобы не тратить на их поиск много времени. Со временем ты научишься делать эту работу быстрее - Дмитрий сегодня был на удивление спокоен. - И сколько ты обычно тратишь времени на подготовку своих обрядов? – с интересом спросила она. Оказывается, они могли вполне сносно взаимодействовать, если он не выводил её из себя. - Иногда это занимает минуты, иногда часы – они остановились у лестницы, ведущий на второй этаж. – Все зависит от того, чего именно я хочу добиться. - Я… - Гермиона на миг заколебалась, но увидев живой интерес в его глазах, все же решилась спросить – Я могу посмотреть, когда ты в следующий раз будешь делать обряд? -Возможно… - Дмитрий наклонил голову вбок, рассматривая ее лицо. Его взгляд неожиданно метнулся к большим настенным часам. – Мне пора, служба зовет. - Да… - Гермиона не знала, что сказать. Между ними повисла неловкая пауза. Она должна была пожелать ему удачи? Попрощаться? Но через мгновение все же сказала – Пока? - До встречи – его выражение лица Гермиона тоже идентифицировала, как неловкость. Затем Дмитрий развернулся и вышел на улицу, оставляя ей стоять в коридоре Малфой Мэнора одну.

***

        К началу сентября на счету Гермионы было больше тридцати раненных Орденовцев. Она вела этот мучительный список, проклиная себя каждым новым именем. Гермиона чувствовала себя мертвой. Она больше не пропускала атак, не сомневалась и не плакала. Да, она продолжала стараться не вступать в бой. На каждом сражении за ней следовал Дмитрий. Он не выпускал её из виду, калечил и убивал каждого, кто пытался ударить ей в спину. В какой-то момент Гермионе даже показалось, что он одержим её защитой. Дмитрий наблюдал за её действиями, почему-то позволяя ей оставлять членов сопротивления раненными. Она была уверена, что пару раз он заметил, как она добровольно дала им скрыться. Он это никак не комментировал. Гермиона была благодарна, потому что объяснить ему свои действия она бы не смогла.         Заголовки военной хроники трубили о девушке в черном, которой покровительствовал генерал Волан-де-Морта. Дмитрий брал её с собой практически везде. Это был приказ, а не его желание. Гермиона замечала, как мрачнеет его лицо каждый раз, когда он приходит к ней, чтобы отправиться на очередную операцию, собрание или сражение. Она стала получать больше информации, которая лилась потоком отовсюду. За последние две недели она несколько раз передавала данные Снейпу через галеон.       Они с Дмитрием стали регулярно практиковаться в роще. Он обучал её терпеливо. В эти моменты она не узнавала в нем того жестокого генерала, что хладнокровно убивал людей. В роще, где оставались лишь они вдвоем и тонкие стволы молодых деревьев, он был спокоен, рассудителен и все чаще позволял себе улыбнуться. Обряды получались все лучше, она уже могла бы и сама их проводить, но дмитрий продолжал упорно проверять её работу, обучая новым техникам, наговорам и заклинаниям.       Гермиона все чаще стала замечать, что порой проваливается далеко в глубины своего сознания. Чувство вины не покидало её ни на секунду, преследуя на каждом шагу. Ей было сложно смотреть в свое отражение, она видела в нем чудовище. Она даже завесила зеркало в ванной, чтобы не смотреть на себя. Так было легче.       Нужно было признать, что её жертвы оправдывали себя и только поэтому она все еще не сдалась. Во время сражений, она замечала, что Орден готов к нападению, у них был план. Это чувствовалось. Это ощущалось и в шепотках Пожирателей, которые все чаще стали сопоставлять события. Волан-де-Морт проводил проверки. Темный Лорд дважды вызывал их на аудиенцию, дважды их пытали Круциатусом. Он не нашел следов предательства с их стороны. - Так куда, говоришь, мы направляемся? – невзначай спросила она, когда они шли на уже хорошо знакомый пустырь недалеко от Мэнора. - Увидишь – Дмитрий последнее время был явно не в духе. Волан-де-Морт все чаще вызывал его к себе, после чего он возвращался злой и уставший. Гермиона догадывалась, что Дмитрий ищет источник утечки. Слухи о том, что среди Пожирателей есть предатель, распространялись с огромной скоростью.       Порт-ключ перенес их на большой утес, он возвышался высоко над водой. Изрезанная береговая линия, характерные скалистые массивы и зеленые холмы навели Гермиону на мысль, что они находятся... - Мы в Ирландии? – вслух озвучила девушка свою догадку. - Иногда у меня возникают мысли, что ты проглотила справочник – раздраженно сказал он. – Твоя голова хоть на минуту перестает думать? - Придурок – пробормотала Гермиона, закатывая глаза. Однако его слова она идентифицировала, как утвердительный ответ. Это была Ирландия. - Пошли – он двинулся вперед, быстрым шагом.         Гермиона внимательно осматривала местность, желая запомнить путь в мельчайших подробностях. Она не знала, зачем они сюда прибыли, но чувствовала, что это было важно. Впереди показалась небольшая скала, когда они подошли совсем близко, Дмитрий уверенно шагнул в каменную стену, исчезая за ней. Гермиона удивленно округлила глаза и заметила слабые переливы маскировочной магии. Солнечные лучи преломлялись, искажая картинку. Если не знать об этом проходе заранее – его невозможно найти.         Она шагнула вслед за Дмитрием и вмиг её окружила темнота и сырость. Перед ними была небольшая пещера. Темное пространство вокруг освещалось несколькими свечами, расставленными на письменном столе, за которым сидел молодой парень. Гермиона удивленно осмотрела его с ног до головы. На вид ему было не больше двадцати лет. - Пропуск? – скучающе спросил он.         Дмитрий вытащил из внутреннего кармана пергамент и протянул его парню. Он пробежал глазами по написанному и его глаза в страхе расширились, когда он перевел их обратно на Дмитрия. Он вскочил на ноги и дрожащим голосом сообщил. - Генерал, вас уже ожидают. – Он бросил еще один взгляд уже на Гермиону. - Она со мной – сказал Дмитрий, в его голосе послышались повелительные нотки. Парень быстро закивал головой, Гермионе показалось, что он вот-вот сломает себе шею. - Да, конечно – нервно сказал он – но… прошу прощения… Вам все равно… Вам необходимо сдать палочку и… эээ… перстень. – Парень запинался на каждом слове, бледнея все больше.         Дмитрий положил палочку в лоток, который вытащил на стол молодой человек. Затем он снял с указательного пальца перстень, черно-красный камень сверкнул в свете свечей. Гермиона молча наблюдавшая за разворачивающейся картиной, тоже отдала палочку и двинулась следом за Дмитрием.       Они прошли по длинному коридору, который несколько раз круто повернул сначала направо, затем налево и вышли к широкой лестнице вниз. Гермиона не нарушала тишины, пока они не дошли до высокой стальной двери, установленной прямо в горной породе. Дмитрий остановился перед ней, и прежде чем дверь со скрипом открылась, Гермиона услышала его тихие слова - Не отходи далеко.       Она шагнула вслед за ним в образовавшийся проход и на секунду удивленно замерла. Помещение, в котором они оказались, напоминало огромный колодец. Вниз и вверх уходили многочисленные этажи, расположенные по периметру вдоль стен.  Гермиона не могла с точностью их сосчитать, потому что следовала вслед за Дмитрием и тремя молчаливыми Пожирателями. Вокруг царил полумрак, в тишине эхом разносился чей-то шепот. Откуда-то сверху послышался душераздирающий крик, и Гермиона вздрогнула от неожиданности.         Сначала ей показалось, что здесь так холодно из-за того, что они находились глубоко под землей. Но потом она увидела их. Дементоров. Они летали в пространстве, которое находилось в центре. Их зловещие силуэты изредка освещались факелами, висевшими вдоль стен. Гермиона увидела, как один из них подлетел к краю перил, которые ограждали этаж, и девушка невольно внутренне сжалась, но тварь лишь ударилась о голубоватый барьер, который в темноте ярко сверкнул вспышкой.       Они продолжали свой путь вниз, в стенах были вырезанные небольшие комнаты, закрытые решетками и Гермиона с ужасом осознала, что это тюрьма. Дмитрий неожиданно остановился возле одной из решеток. Гермиона отстала, замирая у соседней. На полу, в слабоосвещенной камере сидела женщина. Когда-то белокурые волосы сбились в грязный колтун, на её лице была злая ухмылка, деформированная шрамами, пересекавшими бровь и угол рта, но она не потеряла своей былой красоты. Перед ней была Флер Делакур.     Флер пропала во время одного из рейдов почти четыре месяца назад. Орден был уверен, что она погибла во время сражения. Они даже провели прощальную церемонию. Никто не хотел верить в то, что её взяли в плен. Потому что каждый понимал, что из плена Пожирателей не возвращаются. Но вот она сидела перед ней, с огнем в глазах. Все такая же своенравная, она смотрела прямо на Гермиону, не отводя взгляда. - Наоми – раздражено позвал её Дмитрий, и Гермиона еще раз взглянув на Флер, направилась к нему.       Они зашли в камеру, она была больше той, где сидела Флер. Вдоль стен были установлены двухъярусные кровати. В воздухе стоял невыносимы запах испражнений. Комната была наполнена людьми. Около десятка женщин прижимали к себе детей. Они выпученными от страха глазами смотрели на вошедших Пожирателей, и у Гермиону сжалось сердце. - Этих привезли сегодня – сказал один из грузных мужчин, что сопровождали их. - Палочки? – спросил Дмитрий, суровым взглядом рассматривая заключенных. - Нет – сообщил второй. – Маглы.       Сердце Гермионы в ужасе забилось быстрее. Они даже не осознавали, что происходило, почему они сюда попали. Одна из женщин, что была ближе к ним, худенькая, в рваном грязном платье упала на колени, громко всхлипывая. - Пожалуйста, прошу, отпустите мою дочь, меня можете убить, пощадите её. – Маленькая девочка, лет пяти громко заплакала, когда один из Пожирателей с отвращением пнул женщину по голове. Она коротко вскрикнула и упала на пол, без сознания.  - В понедельник перевезите их на Катарину, им нечего делать здесь – отдал приказ Дмитрий. - Но… Рабастан сказал - начал было Пожиратель, похожий скорее на тролля, чем на человека. - Если Рабастан хочет трахать отребье, то пусть в следующий раз забирает их в свой Мэнор – отрезал Дмитрий. – В понедельник в полдень перевезите их. Это приказ Темного Лорда.       Пока они возвращались, Гермиона не могла прийти в себя. Сколько членов Ордена и невинных людей здесь были? Скольких из тех, кого они считали погибшими в бою, здесь пытали? У Гермионы закружилась голова. Она не запомнила дорогу на поверхность. Отчаянно борясь с тошнотой, Гермиона глубоко вдохнула, когда они вышли на свежий воздух. Её руки тряслись и она покрепче сжала их в кулаки.              Дмитрий не проронил ни слова. Они вернулись в Мэнор в тишине и в такой же тишине разошлись в разные направления. Гермиона бросилась в спальню. Она отправила по меньшей мере сотню сообщений Северусу, прежде чем галеон нагрелся и на золотистом ребре появилась надпись «Сегодня вечером прием у Ноттов».       Ей нужно было попасть на этот прием. Срочно. До понедельника оставалось три дня. Орден должен спланировать операцию по освобождению заключенных. Гермиона понимала, что для нападения на тюрьму необходим огромный ресурс. Несмотря на кажущуюся незащищенность, она была уверенна, что это была неприступная крепость. Но чтобы освободить женщин с детьми во время перевозки, нужна была лишь грамотная стратегия.      Гермиона выбежала из спальни. У неё был план, ей нежно на прием. Она нашла Владислава в саду. Он сидел на скамейке под каштаном с книгой в руках. Притормозив, Гермиона подошла ближе, натягивая на лицо улыбку. - Чем занимаешься? – поинтересовалась она, она чувствовала, как его голос слегка подрагивал, но прочистив горло сделала вид, что это просто першение. - Пытаюсь скоротать время до обеда – улыбнулся Владислав, оглядывая девушку в полной боевой экипировке. Гермиона не переоделась. - До обеда? А что в обед? – она присела на скамейку, откидываясь на спинку. - Нотты устраивают прием. – Владислав мечтательно закрыл глаза.- Разве Дмитрий тебе не сообщил? - Прием? – Гермиона изобразила удивление. – Нет, не сообщил - она и сама удивилась правдоподобности своей лжи. Значит, она могла туда пойти? Дмитрий вновь вздумал закрыть ее в поместье. - Если хочешь… - Владислав на секунду замолчал. – Если хочешь, я поговорю с ним? - Правда? - Да – он кивнул – я не обещаю, но постараюсь его убедить. Запер тебя тут, как какую-то рабыню. – Владислав неодобрительно покачал головой и глубоко вздохнул, захлопывая книгу. – Он очень тебя бережет, Наоми. Ты, наверное, думаешь, что ему плевать, но это не так. – Его взгляд переметнулся на нее, он внимательно её разглядывал, словно пытался в ней что-то рассмотреть. - Я никогда раньше его таким не видел… - добавил он шепотом.       Гермиона ничего не ответила. Она отвела взгляд. Дмитрий её бережет? Скорее верилось в то, что ему просто плевать. Да, он защищал её, но Гермиона думала, что это только из-за приказа Волан-де-Морта. Она ни за что не поверит, что он это делал из других соображений. И ни его взгляд, ни его высокая тень, на поле боя, прикрывавшая её спину, ни помощь в изучении славянской магии не переубедят её. - Думаю, я знаю, как его убедить – Владислав резко встал, в его глазах заплясали чертики, когда он побежал в поместье.