Часть 1

В ушах стоит звон. В груди — вкус железа. Мана внутри тела дрожит, рассыпаясь, словно обуглённые перья. Я пошатываюсь, упираясь коленом в растрескавшийся камень. Правый глаз заплыл так, что мир распадается на полосы света. Из носа и губ стекает кровь, горячими росинками падая на землю. Левую ногу я больше тащу, чем контролирую. Правая рука висит безвольно — плечо вывернуло ударом. Я потратил всё. Абсолютно всё. Последняя капля маны ушла в технику мастера Чо. Доработанная мной и доведена до совершенства. Я был единственным, кого мастер учил этой технике. Или нет?.. Передо мной, метрах в десяти, стоит Хосок — ухмыляется. Тыльной стороной ладони вытирает кровь, стекающую из носа, и делает шаг вперёд. На вид почти невредимый: только немного растрёпанные волосы и разорванный рукав. Вся разрушенная улица — расколотая мостовая, осыпавшиеся стены, кратеры вокруг — создаёт ложное впечатление, будто Хосока не швыряло в эпицентр удара, а просто слегка толкнули. Он подходит ближе. Останавливается чуть больше чем в метре от меня, слегка наклоняет голову в бок и ухмыляется, смакуя моё состояние. — Ты удивлён? — его голос спокоен, почти весел. — Наконец-то. Я так ждал этой реакции. Он медленно поднимает левую руку — правая у него давно уже металлическая, свежий артефакт-имплант. Когда-то у него была пара органических рук, но теперь — одно блестящее серебро. — Ты, конечно, гений, — продолжает он, — но вот предугадать «это» ты не смог. Я ведь предупреждал: ты не видишь дальше собственного носа. Я пытаюсь сделать глубокий вдох, но поперхнулся собственной кровью и начал кашлять. — Великий маг, единственная надежда и гордость самого императора, — он театрально оглядывается вокруг, будто выступает перед публикой, — единственный колдун, которому суждено избавить империю от врага. — Хосок ядовито выплёвывает последние слова. — Смотреть противно, — и буквально плюёт в сторону. — Ты… ты… — я откашливаюсь, пытаясь собрать мысли, но он перебивает. — Как я смог отразить твою атаку? Дайте-ка подумать. Хосок отворачивается, смотрит куда-то в даль, скрещивает руки. Металлическую руку прижимает к подбородку, постукивая указательным пальцем по щеке, будто размышляет. — Может, потому что я великий Чон Хосок, ты омерзительный кусок дерьмя! Он усмехается. — Ладно, пора с этим заканчивать. Меня ещё во дворце ждут… Над его головой вспыхивают огромные силовые кольца, пылающие алым. Мой щит трескается под напором магии. Жгучая боль пронзает меня, будто сотни тонких игл вонзаются одновременно и держат меня над костром. *** Будильник прозвенел вовремя. Я встал с кровати втирая со лба холодный пот. Каждый раз как мне снится день моей смерти я просыпаюсь в холодном поту. Кому то сняться сны о мертвых родственников, кому то что он падает с высоты, а мне... собственная смерть. И не метафорическая, а самая настоящая. *** Наполняю чайник на максимум и ставлю включая. Моя семья любитель чаевничать. Не то что бы у меня большая семья. Балбес братишка Чонгук ю, который иногда умудряется изрекать что то умное. Накачался, больше меня стал. Просит звать его по имени, хотя бы при его друзьях. Но для меня он всего останется - Гуки. Есть ещё самый младший, омега. Он ещё тот модник. Следит за своим весом, занимается спортом. Хочет подцепить как минимум графа. Считая остальных не достойными своего статуса. Все таки мы потомки аристократов. Они оба у меня те ещё сони. Хотя сегодня можно - сегодня же выходной. А я уже привык вставать рано. Моя работа требует ранних подъемов. Я работаю офицером полиции. Хорошо, что я дворянин. В полицию берут только дворян. А иначе я бы не смог получить хорошую работу с соц обеспечением. В этом мне повезло. Если бы ещё родители были живы... Но к сожалению они давно погибли. А наши родственники, взяв нас в опеку, растащили и растратили всё богатство. Денег на жизнь в роскоши у нас нет. Родословная единственная, что не смогли растратить наши родственнички. При жизни родителей род Кимов очень уважали. Отец даже был в числе приближенный к корона. Я с тоской посмотрел в окно. Чонгук и Чимин были слишком малы что бы что то помнить. А я.... За окном растерялся парк Роджерс, красота которого завлекали не только молодежь, но и взрослое поколение. Но сейчас, из-за серий убийств он почти пустовал. — Ча-ай.... Голос брата отклекает то мыслей. Сонный и потрёпанный Чонгук плюхается на стул. — Наливай, или я умру прямо сейчас. Второй раз за неделю — ты же не хочешь хоронить меня дважды? Ах, да это. Как можно забыть: как он пришел пьяный в дрова и кричал, что все омеги шлюхи. — Я могу налить только немного осуждений, приправленным отборным нравоучение. — Тогда и мне тоже. Чимин зашёл на кухню подтягиваясь с кошачьей грацией и в одном нижнем белье. — Стыдоба... — прорычал я, закрывая окно. — Че стыдоба-то? Сколько раз на море все меня видели в купальнике? А это ничем не отличается, или... — Чимин испугано скривил лицо и посмотрел на меня. — Или я рискую соблазнить собственных братьев? — Не неси ерунду, — фыркнул я. — Вот почему, когда омеги заходят в баню к альфам, то они рады, а когда альфа заходит к омегам в баню, то сразу крики, вопли, ругань? — Чонгук спросил и посмотрел на Чимина. — И почему же? — чуть потупив все же спросил Чимин. — Альфы добрее омег. Поэтому ходи, Чимин, в чём хочешь. Хоть голый беги на улицу. Только потом не реви в подушку целые сутки, что тебя там какой- то граф отшил, — Гуки подмигнул братику и отхлебнул чай из кружки, которую я ему подал. Чимин рассмеялся с его шутки, но я был все также серьёзен. И на то была причина. Так повелось давно, что когда мне снится моё убийство из прошлой жизни, то кого-то убивают в городе в этой новой реальности. И всегда это дело расследую именно Я. Совпадение это или проявление высших сил не знаю. Но факт остаётся фактом. Я не прогадал и на этот раз. Неожиданно зазвонил телефон. — Сыщик Ким? — грубый голос дежурного по отделу ударил мне прямо в ухо. — Он самый. — Реглан стрит, пятьдесят два дробь один. Убийство. Прям на углу дома, увидите. Вас уже ждут. — Я не дежурный сыщик, — ответил я. — Почему мне звоните? — Приказ начальника управления, — ответил дежурный и положил трубку. Убийство было совсем недалеко. Быстро дойду. Буквально на другой стороне парка. Отказаться не получиться. Сам начальник наказал вызвать именно меня. Никогда такого не было и вот опять... Я отхлебнул свой чай с кусками сушёной клубники и цветками белой розы. Смотря на смеющихся братьев понимал, почему это делаю. Я бы мог, как в прошлой жизни, жить один, и мог бы даже при успеть. Хотя бы в политике. В борьбе за власти. Даже если это привело мы меня к тем же последствия, что тогда. Политика это жестокая борьба. Благодаря тому, что в прошлой жизни я не брезгивал использовать любые уловки и хитрости, теперь использую эти знания, что бы думать как преступник и ловить негодяев. В той жизни у меня не было богатой или влиятельной семьи и мне приходилось самому прогрызывать себе путь, иначе не выжить. Но теперь у меня есть выбор и те кто во мне нуждались. Сейчас я могу выбирать и я выбираю быть честным. Здесь же я альфа. Подумать только - мир где одни мужчины, которые делятся на альфа и омег. С виду все одинаковые. Конечно же есть внешние отличия в одежде, в манерах. Но самое главное мы на инициативном уровне понимаем, кто перед нами: альфа или омега. К тому же я дворянин. Хоть и родители умерли рано, но благодаря милости короля и доброго нрава моих родителей и нам удалось сохранить дворянский титул. К тому же я тут не один. Есть два оболтуса о которых мне надо позаботится. В этом мире государственным служащим хорошо платили и мы в общем то ни в чем не нуждались. Я быстро оделся и за пять минут добежал до места. Возле дома уже стояла машина с врачевателями. Констебль, что по сути были патрульными стояли в круге оцепление отгоняя простых зевак, которые не имели к преступлению никакого отношения. Также на месте были оперативники, которые разговаривали с очевидниками. И все ждали только меня, следователя. Больше всего в этой обстановка меня удивляло то, что главный сыщик Его Величество, то бишь начальник управления, был на месте с начальником сыскного отдела. — Приветствую, начальство, — поздоровался я подойдя к ним. — Господин Андерсон, господин Финч, — не ожидал увидеть столь высоких господ. — Ты почему только сейчас пришел? Тебе было веле немедленно сюда явиться. От твоего дома минуты две. Почему мы должны тебя тут ждать? — зарычал как злая собака начальник отдела. — Вилмар Андерсон, почему ты такой злой с утра пораньше, не уж то не выспались? — не хотел я что бы меня отчитывали как мальчишку за опоздания. Меня вообще-то вызвали в мой законный выходной. — У нас вообще-то тут человека убили. — Вилмар продолжал давит. — Хватит ругаться, тут вообще-то место преступления. — вмешался начальник управления. — Кстати об этом. — я ухватился за новую тему для разговора. — Кто умер то? Кто-то важный раз всё мы здесь. — Не умер, а убили. И убили нашего коллегу, — поправил меня Вилмар Андерсон. — Ты Ричмонда знаешь, сыщик из соседнего отдела? — Убили полицейского? — моему удивлению не было придела. В этом мире редко убивали служителя закона. Наказание за это строгое. Совсем скоро должна была приехать прокуратура. В таких делах их участие обязательное. Они то начнут. Всех ворошат с самого низа лишь бы дело раскрыть и перед Его Величеством отчитаться. Ведь среди этого сброда есть и наши информаторы, на делишки которых мы смотрели сквозь пальцы. — Отвечай на вопросы начальства, — Андерсон сегодня явно не в духе. — Пересекались иногда. Когда по делам, когда в баре тут за углом. — ответил я, вспоминая. — Когда в последний раз его видел? — тон начальника сыска мне не очень понравится. — На прошлой неделе в баре видел. Мы с ним не то что бы общались. Здаровались при встрече, по форме, деловой этикет соблюдали. И больше ничего. — я конечно соврал. Не хотел что бы меня втягивали в это дело. — Хорошо если так, — начальник сыска посмотрел на меня очень внимательно и серьёзно. — Сейчас весь город будут трясти не хуже Хиросимы. И тебя в том числе, что бы понят: можешь ли ты расследовать это дело или нет. Ты говор к этому? — Пусть проверяют сколько хотят? Только при чем тут я? Этим же заниматься прокура... о вот и они. — отмахнулся я замечая представительную машину с служебными номерами. Из служебной машины вышли двое альфа и один омега и направились прямо к нам. Я видел как Грей Финч гордо поднял подбородок готовясь к серьезному разговору. В это же время Вилмар Андерсон просто скривил роду от недовольство. Ну не любил, когда в его дела лезут эти высокомерные выскочки. После них месяц нужно будет дела в порядок приводить. — Капитан полиции Ким Сокджин? — произнёс один из альф. Я удивился, что ко мне он обратился первым. — Сыщик сыскного отдела? — Да, это я, — медленно ответил я, поглядывая на своё начальство. — Прокурор города Лондон Ким Намджун, — представился он. — Один из очевидцев указал на вас. Он утверждает, что видел момент убийства и видел лицо убийцы. Сперва он описывал его для составления фотопортрета, но когда появились вы, то указал на вас. — Что за нах... — Вы арестованы до выяснения обстоятельств, — он кивнул своим людям и те надели на меня наручники. Затем он обратился к омеге. Хорошенький такой, на вид чуть старше меня, с хорошей фигурой, которую даже деловой костюм скрыть не смог. — Оповестите начальство об аресте. — Мы вообще-то здесь стоим, — вмешался, наконец, начальник управления. — Я погоны просто так ношу, для красоты что ли? — Прошу прощения, господин полковник. Не обратил внимание. Ваш китель выцвел и смешался с погонами в непонятное месиво, — ответил аристократ, что считал себя главнее всех. — Подбирай выражение, сопляк, когда разговариваешь со старшим по званию, — Вилмар Андерсон не смог сдержать свой темперамент и заступился за начальника. — Лишь сказал правду. Не хотел вас обидеть. Понадеялся, что вы оцените мой жест доброй воли. Зря надеялся. Переоценил вас. Прошу прощения, что ожидал от вас большего. Высокомерный выскочка. Ему лет тридцать, может чуть старше, а ведёт себя, как какой-то министр. Я бы ему врезал сейчас за честь и достоинство моих начальников, да вот только мои руки уже за спиной в наручниках. Мои начальники хотели что то сказать, да не успели. — Грузите его в машину, — сказал Намджун своим людям и обратиться к моим старшим офицерам. — Мы вызовем вас повесткой. Ожидайте. *** Дорога была недолгой, поэтому обдумать все происходящее времени не было, ведь я знал куда меня везут. Так называемая «башня смерти», где сидят все прокуроры города. Добрые люди обходили двойной дорогой это место, а недобрые тройной и даже четверной дорогой. Меня быстро завели внутрь высотного старинного здания, на верху которого были приделаны часы, как в БигБенге, и повели прямиком в допросную комнату. Следует уточнить, что в этом мире допрос, это не просто поговорить, здесь могут и иглы под ногти засунуть, и головой в ведро макнуть минут на десять. В общем, всё, что происходит в башне смерти, остаётся в Башне смерти. Чаще всего люди выходят отсюда психически больными. Ho надеюсь, что так происходит, когда есть хоть какие-то улики против преступника. У меня же другая ситуация. Наверное. — Итак, приступим, — Намджун зашёл в кабинет с дипломатом, хотя выходил из машины без него. Из дипломата он достал дело без номера. Попахивает охренительными проблемами для меня. — Садитесь, Сокджин. Я сел на стул, на который указал прокурор. — Давайте сперва начнём с ваших взаимоотношений с убитым. Какие они были? — взгляд Намджуна изменился. Будто кобра смотрит на меня и пытается загипнотизировать. — Не было у нас с ним никаких отношений. Иногда виделись в суде, каких-то общих пересекающихся делах, но в таких делах я больше, как посыльный выступал, ими начальник сыска занимался, поэтому я лично никогда с убитым не общался. Мог поздороваться или попрощаться из вежливости, но не более того. Также иногда видел его в баре «У Фила», - мне скрывать нечего, поэтому говорю только правду. — Когда последний раз пересекались с убитым? — Неделю назад, на прошлых выходных видел его в уже упомянутом баре, — я начал понимать к чему он клонит. — Разговаривали с ним тогда? — Немного. Он напился вусмерть, к омеге приставать, к официанту. Я успокоил его и посадил в такси и все, все было именно так. — На следующий день его нашли в больнице с проломленном черепом. Врачи установили, что на него напали, как раз в то время, когда вы с ним, судя по камерам, вышли из бара. Это факты, Сокджин, и с ними нельзя спорить. -— Так, стоп. Что? — такого я вообще не ожидал. — Я его и пальцем не тронул. Он хоть и был пьян, но вёл себя спокойно. Да, пристал к омеге, но стоило мне к нему подойти, как он извинился согласился с тем, что ему нужно домой, чтобы поспать. — Что было после того, как вы посадили его в такси? — Я ушёл домой. — Ххм, домой... — Намджун посмотрел в папку с документами и замолчал на время. — По нашим сведениям в то время, как вы с убитым вышли из бара Никто такси не заказывал. Наши сотрудники уже опрашивают агентства такси, но три из четырёх фирм уже дали данные геолокации их машин и... Пусто. Либо кто-то лжёт, Сокджин, либо дело более запутанное, чем я ожидал. — Мне кажется, что в ваших глазах этот выглядит, как полное вранье, — но обратил внимание, что мне пока ещё никто не начал под ногти иглы совать, да голову мою в ведро опускать, я решил надавить на Намджуна, чтобы понять, что у них есть. Я думаю, это хороший знак. — Есть ещё один свидетель, который видел недалеко от бара машину такси. Но ни одна камера в районе не засекла эту машину. Тем не менее, свидетель есть. Поэтому я пока не понимаю, кто прав, а кто виноват. Давайте гипотетически представим, что я вру и была ситуация, после которой Ричмонд оказался в больнице, — я тоже хотел разобраться в этом деле, потому что видел, что в нем не так все просто, как мне пытается рассказать Намджун. У меня определённо есть возможность выйти отсюда целым и невредимым. — Какое отношение это может иметь к его убийству через неделю? Он же был сыщиком, мало ли у него врагов в городе. — Догадки и расследование уже не ваше дело, Сокджин. Подумайте над тем, чтобы нанять адвоката. За дверью резко поднялся крик и ругань. Я на это обратил внимание, а Намджун нет. Как будто он ждал этого и знал, что будет дальше. Двери распахнулись и в проход вихрем влетел Вилмар Андерсон. Красный, потный, волосы растрёпаны, а форма помята. Его пытались удержать, но сто двадцатикилограммовую машину для убийства попробуй удержи. — Вчера на время убийства Ричмонда у Сокджина есть алиби. Он был в массажном салоне, вот чек, — начальник сыска выложил из кармана помятый бумажный свёрток. — Вы не имеете права его здесь удерживать. — Я знаю, — честно ответил Намджун, даже не поворачиваясь к Андерсону. — Вы свободны, Сокджин, — обратился он ко мне. — До скорой встречи. Этот гад знал про моё алиби, но все равно притащил меня в наручниках! Это грубое нарушение, за которое... Ему ничего не будет. Бодаться с прокурорами - себе дороже. Да и я молодец, умолчал про это. Долбанное любопытство... Самому ведь интересно стало, что тут происходит. Я быстро встал и пошёл вслед за Андерсоном на выход из башни смерти. Намджун догнал нас, когда мы уже садились в машину. — Сокджин отстраняется от службы в сыскном отделе, пока не завершиться дело об убийстве Ричмонда. Мы слышали его слова, но даже не стали останавливаться. Сели в машину и быстро уехали из этого проклятого места. Работают эти паршивцы быстро, поэтому, когда мы приехали в отдел, то участковый пристав выдал нам официальное распоряжение отстранением. Меня отправили домой до звонка. Но домой я не собирался. У меня все не выходило из головы, почему Намджун так зацепился за тот случай в баре? Особенно интересовала та машина с такси. Я решил начать собственное расследование и поэтому направился в тот самый бар, чтобы поговорить с официантом, который так привлек Ричмонда. Если уж меня втянули в это дело, то я не буду просто отсиживаться в стороне и ждать, когда меня арестуют снова. В баре днём царила спокойная атмосфера. Несколько человек сидели обедали, официанты ворковали в специальном для них углу, а бармен сидел и смотрел телевизор. Скукота. Но мне нужен был только один человек. Я подошёл к углу официантов. Благо, они все были здесь. — Добрый день! Меня зовут Ким Сокджин, я сыщик, — показал им удостоверение. — Неделю назад в этом баре один человек приставал к официанту. Слышали что-то об этом? — Да, я помню этот случай, — сказал один из них. — Тот чел бухой был, но его быстро утихомирили. — Мне нужно поговорить с тем самым официантом. — А что случилось-то? — говорил только один из них. — Послушайте, — я посмотрел на бейджик официанта. Грей. — Дело крайне важное. Скажите, где я могу поговорить с тем омегой? — Так он уволился, — развёл руками. — Сразу после того случая. Красивый он был, слишком для такой работы. К нему постоянно приставали. — Вот TOT альфа и был последней каплей его терпения. — Адрес, телефон, имя, какая-нибудь информация сохранилась? — Да, сейчас вам всё запишу. Грей был типичным представителем без родовой фамилии: кривые зубы, идиотская прическа, длинное тощее тело. Но несмотря на его низкий статус, даже он был для меня очень полезен. Я быстро получил всю необходимую информацию, но, к сожалению, она не принесла мне никакой пользы. По телефону никто не отвечал. По адресу оказалась съёмная квартира, на которой уже никто не проживал. У меня было только имя Сен Бернар. Но таких людей пруд пруди. Вечером я уже подходил к дому, как раздался звонок. — Вилмар Андерсон, — поприветствовал я начальника. — Есть новости о деле Ричмонда? — Нет, там пока глухо. У меня весь отдел сейчас на выездах, а позвонили ещё по одному убийству. Недалеко от тебя. Съездишь, оформишь? Потом просто дело это передадим кому-нибудь. — Сделаю. Андерсон прислал мне адрес по смс. Действительно было недалеко от меня. Я незамедлительно отправился на адрес. На месте преступления все как обычно: кто-то плачет, кто-то задаёт вопросы, а кто-то просто ждёт, чтобы забрать тело в морг. — Здорова, Винни, — я пожал руку городовому. — Что тут у нас? — Молодой омега, двадцать три года, остановка сердца. Подозрение на отравление, — отрапортовал городовой Винсент. — Ох, Винни, если бы мне давали премию каждый раз, когда у нас отравления оказывались самоубийствами, то я бы жил во дворце, — я похлопал городового по плечу с лёгкой усталой улыбкой. — Как звали жертву? — Сен Бернар, — заглянул в свой блокнот Винсент. — До недавнего времени работал в баре «У Фила». После этого нигде не работал, неделю назад уволилась. Вроде, как уехать хотел, но до вокзал не доехал. Тут его чемодан со всеми вещами. Я резко замолчал. Дело Ричмонда обретает страшный, но интересный поворот. Начинает походить на серийного маньяка. Но самое страшное теперь не это, а то, что это дело попадёт в руки Намджуну и тот увидит кто выехал на вызов, несмотря на его приказ о моем отстранении от службы.