Рассвет.

Мерзким звуком будильник оповещал, что на часах уже шесть утра. С тяжёлым стоном Амен нащупал его и выключил. Всё же стоило послушать вчера Тизиана и оставить проект в офисе, а не переть его домой и сидеть с ним до поздней ночи. Даже свободно раскинувшись, он занимал меньше половины своей огромной кровати. Амен давно привык просыпаться один, девушкам он никогда не позволял оставаться на ночь в своей постели, а постоянной партнёрши он к счастью или сожалению не имел. Кое-как заставив себя сесть, он с безразличием и даже долей отвращения уставился на шикарный вид Атланты с тридцатого этажа элитной многоэтажки. За годы, проведённые в этом душном городе, он успел Амену изрядно надоесть. Многоэтажные здания, высотки, вызывающие у туристов восхищение, на Амена навевали скуку, а в последнее время вызывали лишь раздражение. Ещё бы, ведь он днями напролёт работал с архитектурой, ездил на стройки и разрабатывал новые проекты. Его компания пользовалась успехом, особенно ею интересовались всякие крупные шишки, богатые бизнесмены, желающие похвастать своим достатком и отгрохать шикарный особняк, коттедж или виллу на берегу океана. К тридцати годам Амен достиг значительных высот в карьере, имел хороший заработок, статус и был одним из самых завидных холостяков Атланты. Да чего уж там, всего штата. Многие девушки пытались подобраться к его холодному сердцу, но он никого не подпускал близко. Мало кто мог сладить с его тяжёлым нравом и тем более завоевать доверие. Понаблюдав ещё какое-то время за видом на город, Амен отправился выполнять привычную утреннюю рутину. Тренировка, душ, быстрый перекус и вот он уже едет на чёрном Mercedes-Benz в свой офис.

***

Прибыв в офис, Амен сразу же направился к себе. Стоило ему только появиться в опенспейсе, как гул голосов тут же стих, сотрудники слегка напряглись при виде своего начальника. Со всех сторон посыпалось «доброе утро, босс», «хорошего вам дня» и так далее, на что Амен учтиво кивал. Завидев свою новую помощницу, он бросил на ходу: — Принеси мне кофе. — Будет сделано, — быстро протараторила девушка и, цокая каблуками, отправилась выполнять поручение. Просторное, светлое помещение совмещало в себе переговорную и кабинет Амена. Длинный стол в центре, обустроенное рабочее место на торце и панорамные окна с выходом на террасу. Опустившись в своё кресло, первым делом Амен проверил почту. Один из заказчиков, владелец самой крупной в Джорджии фармацевтической фирмы, весьма неприятный тип, в очередной раз требовал внести правки в готовый проект, отчего и без того раздражённый с утра Амен, резко вздохнул. Так, ладно, он не может просто взять и послать его нахрен, репутация компании важна. К тому же, за строительство этой несчастной виллы он получит круглую сумму, так что потерпеть можно. Сделав пару глубоких вдохов, Амен отправил ему сдержанный ответ с обещанием внести все необходимые поправки в ближайший срок. Стеклянная дверь кабинета открылась, пропуская суетливую девушку с чашкой кофе в руках, но Амен не обратил на неё никакого внимания, продолжая что-то печатать. Сара, так звали помощницу, работала в компании около недели. Ей очень повезло устроиться сюда, многие девушки мечтали оказаться на её месте, быть рядом с этим притягательным, холодным, да и к тому же с приличным состоянием мужчиной. От одного его вида могли подкоситься ноги. Вот и Сара была готова упасть перед ним, но только не от восхищения, а от страха. Она до жути боялась вызвать его негодование, ей уже приходилось наблюдать за ним в гневе, когда молодой стажёр допустил серьёзную ошибку в расчётах. Бедолага вышел из кабинета начальника чуть живой, белый как лист бумаги. Девушка очень не хотела повторить судьбу того паренька, а потому старалась выполнить всё идеально. Боясь споткнуться, задеть что-либо, она выверенными шагами приблизилась к его столу и опустила чашку. Дрожащие от волнения пальцы подвели её, и кофейная жидкость тёмным пятном расползлась по документам. Сердце словно провалилось, она забыла, как дышать. Только после этого Амен наконец обратил внимание на девушку. Он не делал резких движений, просто наблюдал, как намокали документы. Что толку мельтешить, их уже не спасти. Амен убийственно-медленно перевёл свой взгляд на бледную блондинку. Что ж, это было последней каплей. Спустя пару минут из кабинета пулей вылетела заплаканная девушка, остальные сотрудники лишь провожали её сочувствующими взглядами. Амен взял пачку сигарет и вышел на террасу. Солнце только поднималось над высотками, а духота уже стояла ужасная, июнь в этом году в Атланте выдался особенно засушливым и жарким. Амен терпеть не мог яркое солнце, из-за него несколько раз в день приходилось наносить специальный крем и по возможности носить закрытую одежду, иначе сверхчувствительная кожа моментально сгорала. Втягивая терпкий дым, он вглядывался в проносящиеся внизу машины, снующих туда-сюда людей. Может и перегнул палку с этой девчонкой, накричав на неё, просто сорвался на ней, не вовремя она под руку попала. В конце концов сама виновата, внимательнее будет. Из-за этой ситуации он точно переживать не станет. За спиной послышались уверенные шаги в его сторону. Амену не нужно было обворачиваться, чтобы понять, кто это был. Войти к нему вот так вот без предупреждения мог только один человек. — В офисе всё стабильно. Стоило мне только приехать, как я наблюдаю выбегающую из твоего кабинета девчонку в слезах. — И тебе доброе утро, Тиз. Ты, к слову, опоздал, — Амен обернулся и, несмотря на замечание, с улыбкой посмотрел на мужчину. — Доброе, да явно не у тебя, брат. Чего с утра на сотрудниках срываешься? Делая очередную затяжку, Амен только качнул головой, показывая полное безразличие. — Кофе даже нормально принести не может, трясётся передо мной вся, будто убить её могу. — Ну ещё бы, ты одним своим взглядом внутренности вынимаешь. Всех сотрудников зашугал. В последнее время ты стал вообще невыносимым. Амен выбросил окурок и зашёл обратно в кабинет. Только нотаций ему теперь не хватало, и без того тошно. Увидев чистую поверхность стола, он хмыкнул. Пока они были на террасе, девчонка всё убрала. Амен встал у стола и со смиренным видом уставился на Тизиана, сложив руки на груди. — Амен, я хочу серьёзно поговорить с тобой на эту тему. Это давно уже вышло за всякие рамки. — Ну и что именно тебе не нравится в моём поведении? — А ты сам не замечаешь? Как давно ты стал таким грубым и холодным? — мужчина встал напротив брата, заглядывая ему в глаза и стараясь увидеть в них хоть каплю живых эмоций. — Я всегда таким был. — Нет, брат. Раньше это было в пределах нормы. Ты не срывался по каждому поводу, не был таким эгоистом. А сейчас? Ты совсем не вылазишь из офиса, работаешь как проклятый. Мне даже в бар тебя вытащить как раньше не удаётся, на всё у тебя одна отговорка «нужно заканчивать проект, нет времени, Тиз». Тебе определённо стоит сделать перерыв, иначе до добра это не доведёт. На все слова Тизиана Амен лишь закатил глаза и сел в кресло, включая ноутбук. — Ну какой перерыв? Проектов куча, предложения поступают одно за другим, работа в компании кипит. А без меня тут ни хрена делаться не будет. Тизиан вздохнул, прошептав под нос что-то вроде «да за что ж мне всё это» и закрыл ноутбук, за что Амен бросил на него раздражённый взгляд. А когда тот хотел весьма вежливо попросить не мешать ему работать, он резко поднял руку и заговорил: — Нет ты послушаешь меня сейчас. Хватит, Амен. Я же не ругаться с тобой хочу, я правда переживаю за тебя. Ты не робот, перестань уже пахать без продыху. Мы можем не брать проекты какое-то время, работы и без того хватает, денег тем более, — Тизиан сделал паузу и продолжил более спокойным, вкрадчивым голосом, — я же знаю, почему ты так рвёшься. Но Амен, ты уже достиг успеха, забрался на самую вершину, как и хотел когда-то, нет смысла более кому-то что-то доказывать… Брат, ты заслужил отдых. Тяжело вздохнув, Амен сжал двумя пальцами переносицу. В словах Тизиана определённо была доля истины. Но останавливаться на достигнутом он не собирался, он прекрасно знал, что может гораздо больше, это не предел его возможностей. Как там говорят? Куй пока горячо. А вот небольшой отпуск не помешал бы. Амен действительно чувствовал себя в последнее время измотанным, раздражался по любому поводу и ощущал какое-то опустошение, словно в его привычной, годами выработанной системе, стало не хватать какой-то важной детали. Так, стоп. Это всё из-за ненормированного графика, Тиз прав, нужно перезагрузиться. Вот только куда поехать? Словно читая его мысли, Тизиан сказал: — Съезди к нашим, давно ты у них не был. Последние два года ты мотаешься к ним только на дни рождения и в июле, на… Оборвав его на полуслове, Амен резко встал, отходя к окну. — Ладно, может ты и прав. Навещу родителей. Не веря, что ему удалось убедить Амена, Тизиан просиял в улыбке и сказал: — Вот и отлично. Завтра езжай, а я останусь в компании за главного. Завершу все срочные дела и тоже приеду. С Герсой. — С той самой из рекламного? — резко обернувшись спросил Амен, — не думал, что у тебя с ней всё настолько серьёзно. — Да, Амен, она просто нереальная. Особенно, когда… — Всё, всё не продолжай, я понял. Рад за тебя. Амен похлопал его по плечу. Он правда был рад за брата, просто не любил все эти разговоры. Может, потому что сам никогда подобного не испытывал. Нет, были конечно в юности увлечения, но все они давно остались в прошлом и не имеют более значения. А может просто дело в том, что любой болтовне Амен предпочитал действие. Обсудив с Тизианом пару рабочих моментов, Амен собрал совещание. Перед отъездом нужно раздать всем задания, чтоб не расслаблялись.

***

Дорога от Атланты до Блу-Ридж составляла не более двух часов езды. Городок, откуда был родом Амен, был совсем небольшим, отличался своей самобытностью и простотой. Тихое и спокойное местечко, находящееся вблизи гор, совсем рядом протекала река. Амен расслабленно вёл машину, тихий гул двигателя и однообразные пейзажи вокруг успокаивали. Вспоминая вчерашний разговор с Тизианом, он невольно размышлял: «Тиз прав, с работой я совсем перестал замечать, что происходит вокруг, и в следующий раз приехал бы в Блу-Ридж только через месяц, чтобы помянуть родителей и навестить их могилы. Тётушка Миранда будет опять причитать, что я такими темпами забуду к ним дорогу. Но я буду благодарен им до конца жизни за всё, что они сделали для меня». Миранда и Джеймс Харрис, родители Тизиана, приютили Амена почти 20 лет назад. Они дружили с его родителями, потому, когда те погибли, не раздумывая забрали десятилетнего мальчика к себе. Старались дать ему максимум любви и заботы, чтобы он не чувствовал себя одиноким и брошенным, воспитывали наравне с Тизианом. Было раннее утро. Машин навстречу практически не попадалось, что только радовало. Проезжая мимо кривого дерева у дороги, Амен невольно крепче сжал руль. Здесь они разбились 20 лет назад. Амен ехал по участку дороги, навевавшему трагические воспоминания, и всё сильнее погружался в прошлое. Картина того ужасного дня вырисовывалась перед глазами…

***

— Ну же! Тиз, ты же сказал, что у тебя была верёвка! Как мы без неё сделаем качели? — белокурый мальчишка недовольно сложил руки на груди, ожидая пока друг наконец выйдет из гаража своего отца. — Да сейчас, она где-то здесь была! — из гаража донёсся голос, смешавшийся с каким-то грохотом. Амен хотел было пойти и проверить друга, живой ли он там вообще, но его внимание привлекли тётя Миранда и дядя Джеймс, они почти бегом покинули дом, направляясь к машине. Женщина кинула странный, растерянный взгляд на мальчика, отчего ему стало не по себе, но мужчина окликнул её, и та села следом за ним в машину. Неприятное, склизкое предчувствие заворошилось под сердцем, но голос Тизиана из гаража не дал ему поддаться. — Амен! Помоги, её завалило каким-то хламом! Откинув странные мысли куда подальше, мальчик побежал в гараж. Ну их, этих взрослых! Никогда их не поймёшь, в конце концов здесь у них дела поинтереснее. Спустя пару часов довольные мальчишки гордо осматривали свою работу. Качели на длинных верёвках были привязаны к толстой ветке дерева, вышли кривоватыми, но зато крепкими. Спасибо тёте Тори, жившей по соседству с родителями Тизиана, что разрешила использовать дерево в её саду, оно было просто идеальным для качелей. Тизиан сказал, что сбегает к ним домой, унесёт отцовские инструменты и вернётся, чтобы устроить первые испытания их работы. А Амен сел на траву, прислонившись спиной к дереву. Едва он остался один, как мерзкое ощущение снова заскребло где-то в грудной клетке, оно усилилось, стоило только к соседнему дому подъехать родителям Тизиана. Амен видел, как дядя Джеймс, мрачный и хмурый, помог выйти своей жене. Она тряслась и плакала, беспрерывно что-то шепча мужу. Мальчик пролез в дыру в заборе и опасливо стал подходить ближе. Мужчина помогал ей идти, когда Миранда заметила Амена, она прижалась к груди мужа и заплакала сильнее. Навстречу им выбежал испуганный Тизиан, он обнял маму и стал утешать её. Джеймс отправил их в дом, а сам пошёл к Амену. Он сел перед ним на корточки, взял за руку. Внутри Амена всё оборвалось, по одному взгляду он всё понял, но до последнего надеялся не услышать тех слов: — Амен, ты уже взрослый парень, и я не имею права скрывать от тебя, — сердце мужчины разрывалось от боли, от несправедливости ситуации, но он должен был сказать, — твои родители… Они погибли в автокатастрофе, в их машину въехал большегруз… Дальше Амен не слышал. В ушах гудело, а в голове было непонимание. Как такое может быть?! Разве это возможно? Папа… Он же обещал, что вместе с мамой заберёт его вечером, и они вместе поедут в его любимый парк, купят мороженое… Он всегда сдерживал обещания! Всё это ложь, скоро они будут здесь и заберут его, правда ведь?.. — Это же неправда, да? Дядя Джеймс… Это же глупый розыгрыш? — с каждым словом мальчик всё дальше отходил назад, пока не сорвался на бег, но мужчина нагнал его и прижал к своей груди, заглушая рыдания. — Тише, тише, — Джеймс знал, что никакие слова сейчас не помогут, он просто крепко обнял мальчика и гладил по голове, в то время как у самого глаза были мокрыми, а сердце рвалось из груди. Джеймс и Миранда без раздумий оформили опеку над мальчиком, так как близких родственников, готовых взять его к себе, не было. Шли дни, недели, Амен закрылся в себе, он тяжело переживал смерть родителей. Очень мало ел, отказывался от всего и сильно похудел. Семейная пара как могла поддерживала мальчика, с ним работал психолог, но затянуть эту рану, оставив шрам в сердце, было способно лишь время. Лето подошло к концу. Амен вместе с Тизианом пошли в новую школу. Необычная внешность, замкнутость и слабый вид сыграли с ним злую шутку. Сверстники не приняли его и издевались в открытую. Он часто возвращался домой с синяками и ссадинами, с испорченной одеждой и вещами. Джеймс ходил разбираться в школу, на какое-то время это помогало, его больше не избивали, но от презрительных взглядов, гадостей за спиной и пакостей это не спасло. Тем, кто поддерживал в то время Амена больше всего, был Тизиан. Хоть он и был младше, но старался защищать его от нападок в школе, старался отвлечь от грустных мыслей и в открытую, при всех стал называть своим братом. Злоба копилась внутри Амена. На сверстников, окружающий мир и на собственную слабость. Желание показать, что он сильнее, что способен на большее, превзойти всех своих обидчиков росло в нём каждый день. И Амен стал не просто злиться, он сделал свою боль, ненависть своим двигателем. Он перестал обращать внимание на колкие взгляды в школе и грязные слова в свой адрес, полностью сосредоточился на себе. Стал усердно учиться, на летних каникулах вместе с Тизианом много занимался спортом. Мечта стать лучшим, показать на что он способен, окунуть в грязь лицом неприятелей и взобраться на самую вершину завладела им. На следующий год он сильно изменился. От прежнего хилого мальчишки не осталось и следа. Чем старше он становился, тем больше в нём становилось силы, как внутренней, так и физической. Никто больше не смел его обидеть, его стали бояться. А тот, кто смел переходить ему дорогу, дорого за это платил. После окончания школы, Амен вместе с Тизианом уехал в Атланту, поступив в престижный университет на архитектурный факультет, как и его отец когда-то. Спустя какое-то время Тизиан бросил учёбу, вернулся в родной город, устроившись в автомастерскую, а Амен получил диплом и несколько лет работал в разных фирмах. Набравшись достаточно опыта, он открыл собственную компанию. Поначалу она не была успешна, сдавливаемая более крупными конкурентами, но Амен был настойчив, шёл к своему. Компания была совсем небольшая и перебивалась мелкими заказами. Вряд ли ей бы удалось выстоять, если бы на талант и упорство Амена не обратил внимание один влиятельный бизнесмен. Он был очень доволен итоговым проектом и щедро заплатил. После этого от предложений не было отбоя, дела пошли в гору, компания становилась всё более известной и расширялась. Так Амен открыл собственный офис, забрал к себе Тизиана и стал брать от жизни всё. Покупал брендовые вещи, дорогие авто, взял квартиру в центре города с шикарным видом, наслаждался женским вниманием. К тридцати годам он имел абсолютно всё о чём мечтал и даже больше, добился успеха и заработал статус, выгрыз своё место под солнцем.

***

За размышлениями о прошлом Амен даже не заметил, как однообразные виды за окном сменились знакомыми старыми улицами. Здесь ничего не менялось, всё было как прежде. После шумной, кипучей Атланты, Блу-Ридж казался совсем тихим местом. Маленькое население, размеренный темп жизни, близость к природе делали его по-особенному уютным. Летом здесь можно было походить по горным тропам, полюбоваться видами с платформ, а зимой это место идеально подходило для любителей катания с крутых горных склонов. Остановившись у небольшого двухэтажного домика, окружённого густым садом, Амен вышел из машины и улыбнулся. Родители Тизиана жили не богато, впрочем, как и все в этом захолустье, но не жаловались, получали пенсию и занимались садом. Амен с Тизианом много раз пытались уговорить их переехать в Атланту, но те были непреклонны, говорили, что всю жизнь здесь провели и помирать им здесь. Амен открыл деревянную калитку, проходя по ухоженным дорожкам мимо цветочных клумб, он невольно улыбался. Чёрт, как же он всё-таки соскучился. Чувство вины за долгое отсутствие кольнуло сердце. Из дома вышли Джеймс и Миранда, споря о чём-то, кажется не могли решить куда посадить розы, но увидев Амена одновременно замерли. Женщина первая сделала неуверенные шаги в его сторону, потом ещё и ещё, пока не подбежала к нему и не кинулась обнимать. — Сынок, неужели ты вспомнил о своих стариках! — Миранда давно его так называла и считала родным, в то время как Амен, несмотря на всю свою искреннюю благодарность и уважение, называл их тётей и дядей. Его мама и папа погибли двадцать лет назад. Амен обнимал Миранду в ответ, чувство вины усилилось, когда он обратил внимание на то, как сильно они постарели: морщины стали заметнее, а седины в волосах лишь прибавилось. Отпустив женщину, он пожал Джеймсу руку и крепко обнялся с ним, он в отличие от жены не кидался на шею, но его взгляд говорил о том, что он был рад не меньше. — Почему не предупредил о приезде? Мы бы хоть приоделись, причесались, а то вот вся одежда в земле, не подготовились к визиту самого Амена Алларда. На слова дяди Амен лишь закатил глаза. — Сами знаете же, работы полно, проектов куча. — Да ты со своей компанией совсем к нам дорогу забыл, и Тизя туда же! — Амен усмехнулся на слова Миранды, был бы брат здесь, опять стал бы ворчать из-за этого глупого детского прозвища, — почему он кстати не приехал с тобой? — Брат закончит некоторые дела и приедет тоже. С сюрпризом, — видя заинтересованные глаза читы Харрис, Амен поспешил добавить, — даже не пытайтесь ничего выведать, он сам приедет и всё расскажет. В конце концов давайте уже в дом зайдём, солнце жечь начинает. Миранда тут же засуетилась, заводя Амена в дом. Они расположились в гостиной и до самого обеда разговаривали. Родители Тизиана неустанно расспрашивали о том, как там они живут вдали от них, как дела в компании, рассказывали обо всех событиях за последнее время, а ближе к полудню Миранда накрыла стол в беседке в саду. Они тепло общались, перебирая воспоминания из прошлого. Джеймс в основном молчал, а Миранда болтала без умолку. Раньше Амену сильно надоедал нескончаемый поток слов, но сейчас он слушал её с улыбкой. Когда женщина осторожно спросила его о личной жизни, зная, как он не любит эту тему, то Амен лишь нахмурился и отмахнулся, сказав, что не хочет говорить об этом. За столом повисло неловкое молчание и, чтобы сбавить напряжение, глядя на соседний дом, Амен спросил: — А что это, к тёте Тори внучка приехала? — по участку и вправду ходила юная девушка лет двадцати и развешивала бельё. Джеймс и Миранда переглянулись, прокашлявшись, мужчина сказал: — Амен, тётя Тори умерла уже года два как. А это да, её внучка. Эвтида. Весьма милая девушка. — А почему я раньше её не видел? — Она с матерью редко сюда приезжала, и то маленькой тогда совсем была, вряд ли ты обращал на неё внимание. А сейчас выросла, одна сюда на каникулы приехала. Кстати говоря, учится в Атланте. Задержав ещё на какое-то время на девушке взгляд, Амен отвернулся и стал расспрашивать о том, что нового в Блу-Ридж.

***

Поздним вечером, когда дневная жара наконец спала, Амен вышел в сад. Опустившись прямо на траву, он закурил. Обычно, глядя на звёздное небо, люди рассуждали о каком-нибудь мнимом смысле жизни, судили о вечном и философствовали, но в голове мужчины был лишь последний проект по работе. С участком для виллы на берегу Тихого океана были проблемы, местные не хотели уступать. Тизиан обещал уладить этот вопрос, но Амен всё равно думал, как бы провернуть это с минимальными убытками для себя. Его размышления прервал странный звук со стороны дома тёти Тори, сначала послышался треск и то ли вскрик, то ли писк. Амен не хотел вставать, но из соседнего сада вновь послышалась возня и ругательства. Вздохнув, он поднялся и подошёл к старой изгороди, оперевшись на ту локтями. Изогнув белёсую бровь, Амен наблюдал за нелепой картиной: девушка с помощью кривой палки пыталась зацепить гирлянду, тянущуюся от дома, на высокую ветвь дерева. Он хмыкнул, глядя на лежащую рядом старую деревянную лестницу. «Разве не видно, что она сгнила? Эта девка либо глупая, либо безрассудная» — так мысленно заключил Амен. — Помощь нужна? — спросил он, без стыда изучая девушку с ног до головы. Ничего так, симпатичная, стройная, ножки длинные. Вздрогнув от неожиданности, она выронила палку, едва не заехав ему по голове, и с недовольством сказала: — Долго же ты размышлял об этом, сидя в саду и наблюдая как я тут корячусь, — девушка задержала на нём взгляд, в глазах промелькнуло любопытство, которое она тут же постаралась скрыть. Ничего, Амен привык к такой реакции на его альбинизм и не обращал внимание. — Дурная, помочь тебе вообще-то хочу, — удивившись наглости своей соседки, проговорил Амен и без спросу перемахнул через забор. Девушка едва не подавилась своим возмущением. Амен поднял гирлянду, оценивая высоту. — Понадобилось же тебе её цеплять сюда. — Уютнее с ней, — неожиданно сбавив пыл, ответила она. Ещё раз присмотревшись к ветке дерева, Амен заметил на коре две вышарканные полосы от верёвок. Здесь когда-то были их с Тизианом качели. Отогнав воспоминания из детства, недолго думая, он подхватил девушку на руки, поднял повыше. — Эй! Ты что творишь! Пусти меня немедленно! — завопила девушка, брыкаясь. — Да тише ты! Непокорная. Держи гирлянду и вешай. За возмущениями она пыталась скрыть резко нахлынувшее смущение. Быстро обмотала гирлянду с лампочками вокруг ветви и кивнула, чтобы её наконец поставили на землю. Скомкано поблагодарив, девушка убежала в дом, попросив дождаться её. Амен хмыкнул, подумав о другой благодарности, которую ему часто предлагали девушки-клиентки, невинно хлопали глазками и тянули к нему свои пальцы-щупальца. Но он быстро отбросил эти мысли, та, что была перед ним не похожа на тех офисных сирен, сразу видно, что другая, совсем юная и наивная. Через пару минут девушка вернулась с корзиной ягод и впихнула в его руки. Вообще-то Амен не любил клубнику, но отказывать не посмел, поблагодарил, глядя ей в глаза, протянул руку и сказал: — Амен Аллард. Она слегка неловко пожала маленькой рукой его крепкие пальцы и наконец ответила в тон ему: — Эвтида Майер.