Мелькание 2.6

      — Эгида, — холодно произнесла Пиггот. — Не хочешь объясниться?              Карлос стоял у моей койки. Я лежала на больничной кровати, укутанная в белоснежное постельное бельё, а мутное зрение едва позволяло различить силуэт женщины у двери. Лица я не видела — всё расплывалось, — но по тону её голоса было ясно: она точно не улыбалась.              — Я действовал так, как считал наиболее эффективным для выполнения нашей задачи, мэм, — отчеканил Эгида, выпрямив спину, как доска.              — Включая отправку стажера вместе с той, с кем у неё, как известно, есть серьёзные разногласия — решать проблему захвата заложников? — её голос стал ещё холоднее. — Объясни мне, как ты до этого додумался.              —Мы не ожидали встретить там как минимум двух кейпов из тех, что там были, — начал Эгида. — Сплетница — умник, специализируется на боевых ситуациях, но её потенциал нам не ясен. Как Адская Гончая управляет своими собаками, нам тоже неизвестно. Я не мог санкционировать прямое столкновение, а поддержание тупиковой ситуации лишь давало им больше времени использовать заложников в своих целях. Учитывая, что Аннатар заверила меня, что её сила скрытника позволяет блокировать силу Сплетницы, я решил позволить ей войти в здание. Чтобы не отправлять её одну, я направил с ней единственного кейпа из отряда, который мог действовать скрытно. Я не отказываюсь от принятых решений, мэм.              — Ты знаком с протоколами ведения переговоров при захвате заложников, Эгида?              — Да, мэм.              — И какой шаг идёт первым по этим протоколам?              — Установить контакт с преступниками, мэм.              — И ты это сделал? — её голос стал ледяным.              — Нет, мэм.              — Почему?              — Потому что это не была обычная ситуация с захватом заложников, мэм. Неформалы — не обычные преступники, под которых писались эти протоколы. Это опытные кейпы, как минимум один из которых — умник. Учитывая, насколько мало мы знаем о Сплетнице, я принял решение отказаться от стандартных переговоров — они могли только навредить и были бы слишком опасны.              — А отправить стажера практически без поддержки — это, по-твоему, безопаснее?              — При всем уважении, мэм, я больше доверяю силам Аннатар и Призрачного Сталкера и оцениваю успех их миссии выше, чем успех переговоров с умником неизвестного уровня, — ответил Эгида, его осанка немного смягчилась. — К тому же, сила эпицентра Аннатар идеально подошла для защиты заложников, как только она оказалась между ними и Неформалами.              Повисла тишина. Я попыталась моргнуть, прогоняя туман перед глазами, а затем крепко зажмурилась, пытаясь перетерпеть головную боль.              — Мэм? — раздался голос Эгиды, совершенно лишённый эмоций. После короткой паузы он снова заговорил: — Если больше ничего нет, я бы хотел, чтобы Аннатар дали возможность отдохнуть.              Пиггот вздохнула:              — Ты прав. Все свободны. Продолжим в моём кабинете.              Через мгновение я осталась одна в лазарете.              Я потянулась к тумбочке у кровати и взяла шкатулку. Сделала несколько глубоких вдохов, чтобы прийти в себя, а затем чётко и уверенно произнесла:              — Edro a adlenc.              Шкатулка щёлкнула и распахнулась.              Я сняла Нэнью и надела Вилью. Рука с кольцом сразу же коснулась пульсирующей головы, и я начала направлять туда силу. Сапфир Вильи засиял голубым светом — вспышка энергии озарила стены комнаты и проникала даже сквозь закрытые веки, когда я моргала.              Постепенно боль отступила, зрение прояснилось. Я резко захлопнула шкатулку.              Уставилась в потолок, прокручивая в голове всё, что произошло.              Первый настоящий опыт боя с паралюдьми в составе команды — и я умудрилась взять не то Кольцо. Забыла в машине Аэглос и шкатулку (хотя я бы и не смогла нести их вместе с Софией). Получила сотрясение. Возможно, поставила под угрозу безопасность шкатулки. Да и вообще вела себя как дура. Не смогла захватить врага, даже вырубив её, и оставила Софию с заложниками, в то время как именно я должна была их защищать.              — Что ж... могло быть и хуже, — пробормотала я.

***

      Панацея пришла немного позже. Свет, струившийся в окна, изменился — солнце клонилось к закату, и лучи стали чуть золотистыми. Я бездумно напевала себе под нос, но замолкла, как только дверь отворилась.              — Аннатар, — сухо поздоровалась она. — Сотрясение я вылечить не смогу...              — Не нужно, — перебила я, приподнимаясь. — Я уже справилась.              Она моргнула:              — ...У тебя есть регенерация? Мне никто не сказал.              — Новая сила, — призналась я. — У меня они часто проявляются. Но это не регенерация — скорее, сочетание лечения и силы контакта. Как у тебя!              Она просто уставилась на меня. Я наблюдала за тем, как её лицо мгновенно менялось: расширенные глаза, лёгкий намёк на хмурость, стиснутая челюсть, резкий спад напряжения, усталость, сжатые губы... и, наконец, полное безразличие. Смирение.                     — Как это работает? — наконец спросила она.       Я задумалась.              — Полагаю, я должна коснуться кого-то, у кого… — я замялась, подбирая слова, — …у кого я точно знаю, что что-то не так. — Я продолжила медленно: — А потом сосредотачиваюсь на том, чтобы это исправить.              — Ты можешь использовать это на себе?              — Да. А ты не можешь?              — Нет, — покачала головой Панацея. — Я не могу управлять собственной биологией.              Управлять собственной биологией. Не "лечить себя".              Я внимательно на неё посмотрела.              — У тебя есть какие-нибудь травмы, которые ты хочешь, чтобы я вылечила? — предложила я.              — Всё в порядке, — быстро ответила она. — Эм… но, пожалуй, я всё равно должна тебя осмотреть. Ты даешь свое согласие?              Я кивнула, затем указала на своё лицо:              — Боюсь, тебе придётся приложить палец к моему подбородку. Если, конечно, не хочешь, чтобы я сняла перчатки.              — Нет, и так сойдёт, — ответила она и прикоснулась пальцем к моей коже.              Я ждала.              Она нахмурилась.              — …Это странно, — пробормотала она.              — Что именно?              — Ты явно использовала свою силу, чтобы избавиться от сотрясения. И оно действительно прошло, но…              — Но что?              — Ну… твоя Gemma какая-то… маленькая, что ли.              Я моргнула, уставившись на неё.              — Это плохо?              — Не уверена. Признаюсь, я не так много знаю об этом. Это часть мозга, которая формируется после триггера. У тебя она есть, но она атрофирована. Судя по отсутствию активности, она выглядит… мёртвой.              — …Мне стоит волноваться?              — Скорее всего, нет, — сказала Панацея. — Gemma появляется в разных местах и проявляется по-разному у каждого парачеловека. Я вообще могу её распознать только потому, что Gemma и Corona Pollentia — единственные участки мозга, которые мои способности не могут "прочитать". У тебя явно есть силы, а некоторые кейпы вообще без мозга обходятся. Так что, скорее всего, ты в порядке. Эм… ты ведь чувствуешь, что у тебя всё ещё есть силы, верно?              — Абсолютно, — ответила я, проводя пальцем по Вилье.              — Ну и отлично. Значит, всё должно быть нормально.              Я пожала плечами:              — Ладно. Тогда, какой диагноз, док?              — Ну, сотрясение головы прошло, — сообщила Панацея. — У тебя был ушиб на плече, наверное, от того, как тебя мотало внутри этой жестянки. Я его тоже залечила.              — Спасибо.              — Не за что, — ответила Панацея, затем немного замялась. — …Ты бы могла справиться с этим сама?              — Да, — призналась я. — Просто не заметила ушиб, потому что почти не двигалась после того, как избавилась от сотрясения. В будущем, пока я в сознании, тебе, скорее всего, не придётся обо мне беспокоиться.              Панацея кивнула:              — Учту. Спасибо за помощь в банке. Я это ценю.              Я скривилась:              — Я могла бы справиться куда лучше… но пожалуйста.              Панацея отошла от моей кровати.              — Я скажу им, что тебе лучше, — сказала она. — А потом мне пора бежать. Пожалуй, пора возвращаться домой. До встречи, Аннатар.              — До встречи, Панацея.

***

      Через несколько минут я стояла напротив стола Пиггот в её кабинете. Всё происходящее сильно напоминало моё первое собеседование в Стражи. За это время случилось так много всего, что трудно было поверить — прошло всего два дня.       Однако теперь ситуация была совсем другой: я больше не кандидат, которого хотят завербовать, а подчинённая. И по мрачной складке на лице Пиггот было ясно — она мной недовольна.       — Аннатар, — произнесла Пиггот, внимательно глядя на меня поверх сцепленных пальцев. — Медперсонал сообщил, что ты вылечила своё сотрясение?              Я кивнула:              — Это сила модуля Воздуха. Думаю, это вообще его основная сила.              — Основная сила?              — У каждой из Трёх стихий есть своя тема, — начала я объяснять, отчасти для Пиггот, отчасти чтобы самой упорядочить только недавно открывшиеся мне детали. — Огонь — это сила, Вода — защита. Воздух — исцеление.              — Я думала, Воздух отвечает за твои силы властелина и атакующие способности?              Я поморщилась и кивнула:              — Честно говоря, я и сама пока не понимаю, как это сочетается.              Пиггот хмыкнула:              — Ладно, это не важно. Знаешь, почему я решила поговорить с тобой сейчас, до того как отпустить домой?              — Нет.              — Нет, мэм.              Я дёрнулась, но всё же кивнула:              — Нет, мэм. Извините.              — Ты новенькая, — сказала Пиггот. —— Так что я готова простить тебе незнание некоторых вещей —— при условии, что ты будешь учиться. Именно поэтому мы сейчас просто поговорим, а не назначим тебе месяц дежурств за Консолью в дополнение к обязательным часам тренировки, которые ты всё равно получишь. — Я поморщилась. — Знаешь, в чём была твоя первая ошибка, первое нарушение протокола, Аннатар?              Я задумалась.              — Использовала новую силу, чтобы добраться до банка?              — Почти, — кивнула Пиггот. — В том, что сделала это без разрешения. Ты должна была сначала сообщить дежурному за Консолью или мне. Знаешь, зачем?              — Чтобы вы могли отслеживать мои силы?              — Это приятный побочный эффект. Но нет. Главное — чтобы наши люди не приняли неизвестного движка за враждебного парачеловека и не открыли огонь на поражение, когда он внезапно рванёт к ним.              Я дёрнулась.              — Тебе повезло, что водитель успел предупредить нас заранее, — сказала Пиггот. — Иначе тебя вполне могли бы залить пеной. Моя работа — координировать действия и обеспечивать связь между командирами на месте, такими как Эгида, Аннатар. Мне нужно знать, что происходит.              — Да, мэм.              — А твоя следующая ошибка?              — Что я кинулась на Трамвая?              Пиггот кивнула.              — Ты оставила заложников без прикрытия, — сказала она. — Призрачный Сталкер была поблизости, но именно у тебя были барьеры. А ты бросила их, чтобы вступить в ближний бой с бронированным технарем. Это ещё одна ошибка: не сражайся с бронированными кейпами врукопашную. Поняла?              — Да, мэм.              — Заложники должны были быть для тебя приоритетом, а не вражеский кейп. Твоя задача — в первую очередь защищать людей, а не ловить злодеев.              — Поняла. Извините.              — Просто не повторяй этого больше. — Пиггот подалась вперёд. — А теперь, какова была твоя последняя ошибка?              Я моргнула.              — Эм… То, что меня выбило из погони за Цирк?              — Ты вообще не должна была её преследовать, — мрачно произнесла Пиггот. — Твоя последняя ошибка, Аннатар, заключалась в том, что ты продолжала бой после получения серьёзной травмы — а именно тяжёлого сотрясения мозга. Такое поведение заставляет врагов думать, что ты — бугай и они перестают сдерживаться. Именно так поступила Цирк. Тебе повезло, что ты не получила серьёзное повреждение мозга.              — Это была боевая ситуация, — возразила я. — Я не могла просто остановиться...              — Когда выбор стоит между отступлением и риском получить тяжёлую травму, — перебила Пиггот сухо, — я хочу, чтобы ты всегда выбирала отступление. Стражей не нанимают для того, чтобы они погибали при исполнении, даже в Броктон-Бей. Поняла меня?              Я стиснула зубы, потом вздохнула и кивнула:              — Да, мэм.              — Хорошо. Я не привыкла объясняться перед подчинёнными, — сказала Пиггот. — Так что не жди от меня разъяснений в следующий раз. Сейчас тебе просто повезло: ты всего два дня в Стражах. Если бы всё зависело от меня, ты бы до сих пор проходила интенсивную подготовку, а не бросалась в бой. Если бы у нас были для этого условия. И если бы у нас не было такого дефицита кадров. Но больше такого не будет, ясно?              — Да, мэм.              Она кивнула, затем вздохнула.              — К слову, — добавила она, — я оценила твою быструю адаптацию к новой силе. То, как ты доставила себя и Призрачную Сталкер в зону конфликта — это было хорошее решение. Хотя ты всё равно должна была сначала связаться с Консолью.              — Спасибо, мэм.              Пиггот кивнула ещё раз.              — Ладно, — сказала она. — Планируешь сегодня остаться на Вышке или поедешь домой?              Я задумалась.              — Вы хотите, чтобы я задержалась?              — Не особенно.              — Тогда, пожалуй, пойду домой. Папа, скорее всего, захочет поговорить, а мои планы могут подождать до завтра.              — Хорошо. Увидимся завтра. Постарайся начать заучивать боевые протоколы.              — Обязательно.              — Ещё кое-что, Аннатар, — сказала Пиггот, когда я уже повернулась к выходу. — Ты использовала Водный модуль, верно?              — Да, — подтвердила я.              — Я думала, этот модуль усиливает твои чувства? Почему ты не заметила Трамвай и Цирк?              Я поморщилась:              — Думаю, тут есть ограничения в использовании сил. Нужно будет протестировать. — Я прикусила губу. — Сейчас моя основная гипотеза в том, что сила не столько усиливает восприятие, сколько "показывает" скрытое — именно в том месте, куда я смотрю. То есть она показывает больше, но только там, куда направлен взгляд. А если я не смотрю — она мне не помогает. Я смотрела в вестибюль, чтобы найти Неформалов . Нашла — и перестала искать. Поскольку я не подумала проверить наличие других паралюдей, я и не заметила Цирк с Трамваем.              — Хм... звучит как-то произвольно.              — Я же говорю, это пока лишь догадка. Нужно проверить.              — Займись этим завтра, прежде чем начнешь технарить.              — Есть, мэм. Что-нибудь ещё?              — Нет, можешь быть свободна.