Угасание 6.6

      Стражам не позволяли патрулировать в одиночку опасные районы города. За то недолгое время, что я провела в Стражах, я всего пару раз была в патруле и даже так почти всегда была с кем-то.              Сегодня я шла по улицам одна.              Толпа кейпов уже разошлась и затопленный город опустел. Сигнал отбоя всё еще не прозвучал. Время от времени я встречала гражданских или семьи, которые торопились к разрушенным домам — посмотреть, что можно спасти, — но в основном люди избегали Доков.              Асфальт всё больше напоминал хаотично разбросанные куски по мере того, как я приближалась к берегу. Трещины углублялись, ровная поверхность превращалась в ямы. Улицы были завалены обломками, а в нескольких местах переулки полностью завалило обломками соседних зданий.              Мне нравилась эта тишина. Будет время утешить Дина в его чувстве вины выжившего и его сокрушительном горе. Будет время помочь Мисси разобраться в её ужасно смешанных чувствах по поводу смерти Вики. Будет время поддержать Криса и Сэма, в понятном страхе перед внезапным вниманием. Будет время помочь Эгиде справиться с задачей представлять Стражей перед миром.              Но не сейчас. Пока нет. Сначала нужно было сделать ещё кое-что.              Меня поразило, насколько спокойно выглядело море, когда я дошла до берега. Утреннее солнце сияло над умеренными волнами, которые мягко плескались о разрушенный берег. От бури, ещё недавно закрывавшей небо, остались лишь тончайшие клочки облаков.              Рукоять Нарсиля лежала в моей ладони и на миг я просто посмотрела вдаль, позволяя морскому ветру пробежать по волосам и коснуться нижней части лица. Потом развернулась и пошла вдоль береговой линии на север — к разрушенной набережной.              Разрушенный деревянный каркас смешался с обломками окружающих зданий — то, что осталось от сердца скудной туристической индустрии города, едва ли заслуживало называться руинами. Я пробиралась по узким тропкам среди острых щепок и разбитых бетонных плит.              Я была не единственной, кто потерял сегодня свои вещи. Сломанные часы, искорёженные украшения и другие мелочи валялись среди мусора — всё что осталось от магазинов и квартир.              Наконец я нашла то, за чем пришла. Аэглос стоял вертикально — остриё глубоко вонзилось в камень. Отполированное деревянное древко указывало в небо, словно памятник, притягивая взгляд даже среди леса изломанных балок.              Я взяла копьё обеими руками, слегка согнула колени и потянула вверх. Аэглос вышел из камня.              Я несколько раз взмахнула им в воздухе, проверяя баланс в рубящих и колющих движениях. Ничего не изменилось. Аэглос выдержал бой против Левиафана и остался таким же безупречным, каким был в день, когда я его выковала.              На миг я задумалась о синем лезвии на конце копья. На нём всё ещё оставался тонкий налёт инея — словно костлявые пальцы тянулись по металлу.              — Аэглос, — прошептала я. Я чувствовала, что происходит что-то важное. — Ни одна сосулька не смогла бы сдержать море и остаться невредимой. Ты — не сосулька.              И с внезапным озарением композитора, услышавшего следующую мелодию, я поняла.              — Ифаннис, так я нарекаю тебя, — произнесла я, и лезвие вспыхнуло яркой синевой. — Вечная мерзлота. Ты будешь всегда таким же несгибаемым, каким был сегодня.              Солнце согревало, приятно припекало доспехи — но Ифаннис в моих пальцах становился ледяным, и мне стоило немалых усилий подавить дрожь.

***

      Моё одиночество нарушили, когда я вышла с набережной и заметила точку высоко в небе. Она стремительно приближалась ко мне, словно падающая звезда. Когда расстояние сократилось, точка обрела очертания: мужчина в сине-белом костюме.              — Аннатар, — произнёс Легенда.              — Сэр, — ответила я с вежливым кивком. — Вам что-то нужно?              — Просто Легенда, — сказал он с лёгкой улыбкой, — и не нужно выкать.              — Хорошо, Легенда, — ответила я, хотя это почти ничего не меняло. Имя с таким весом мало отличалось от титула.              — Твоя команда ищет тебя. Стояк сказал, что ты исчезла из госпиталя. Они сейчас рыщут по городу.              — Я сказала Леди Фотон, что вернусь, — ответила я.              Он кивнул.              — Да, но ты одна в городе, который скоро погрузится в хаос. Твои товарищи беспокоятся.              — И это требует личного визита лидера Протектората?              Он тихо рассмеялся.              — Ну… не совсем. Я хотел поговорить с тобой.              Я прислонила Ифаннис к осыпающейся стене и сложила руки за спиной.              — Хорошо. О чём?              — Твоя команда сегодня сдерживала Левиафана, — сказал он. Он опустился, пока его ноги не коснулись земли — теперь он возвышался надо мной всего на несколько сантиметров, а не метров. — Вы сдерживали его достаточно долго, чтобы Странник успел доставить Бастиона и часть его группы в госпиталь и защитить их от приливной волны. Ты была частью этого.              — Ну, я же часть команды.              — Ты понимаешь, о чём я.              Я кивнула.              — Это уже все знают, — сказала я. — Я создаю Кольца Власти. У моей команды есть набор таких колец.              — Можешь рассказать о них? — спросил он.              Я поймала себя на том, что улыбаюсь.              — Могу. Но зависит от того, что именно ты хочешь знать.              — Что они могут?              — Это зависит от того, кто их носит. Паралюди получают усиление своих собственных сил, но даже обычный человек станет сильнее и быстрее.              — Но должно же быть что-то ещё, — Легенда покачал головой. — Ты и твоя команда сражались против Левиафана. И ты была той, кто мотивировала остальных кейпов, не давая им сломаться — не думай, что я этого не заметил. Одного усиления силы и скорости для такого недостаточно.              — Нет, — согласилась я. — Всё гораздо сложнее. Боюсь, я не знаю, как это выразить словами. Харизма — часть этого. Мы, Носители Колец, обычно лучше умеем выражать себя и убеждать других, чем могли бы без Колец. Но дело не только в этом.              — И ты не знаешь, как объяснить?              — Не совсем. — Я покачала головой. — Если спросишь про конкретного Носителя Кольца, я смогу рассказать, что именно его Кольцо дало ему, но это мало поможет предсказать, как то же самое Кольцо или любое другое повлияет на кого-то другого.              Он кивнул.              — Хм. Эффекты Колец похожи на силы.              — Верно.              Он помолчал, разглядывая меня.              — Насколько я понимаю, ты можешь создать двадцать Колец?              — Да, — ответила я. — Хотя я планирую сделать только девятнадцать.              — Почему?              Я замялась.              — Сила двадцатого Кольца… мне не по душе.              На миг повисла тишина, нарушаемая лишь пронзительными криками чаек, которые наконец вернулись после того, как Левиафан их разогнал.              — Сможешь ли ты ответить, если я спрошу, какая именно сила?              — Я… — Я честно не знала. — Предпочла бы не говорить.              Его губы сжались.              — Если бы... гипотетически ты его создала, стало бы оно угрозой для Протектората?              Я сглотнула.              — …Да.              Он вздохнул.              — Я так и думал.              Это всё? Меня сейчас схватят? Я наконец перешла черту, потеряла расположение Протектората, потеряла их защиту?              — Ты же понимаешь, что мы не будем использовать это против тебя?              Я моргнула.              — Что?              Он вдруг улыбнулся.              — Это правда тебя беспокоило, да?              — Ну…              — Слушай, — сказал Легенда, скрестив руки и опираясь на разрушенную стену. — Я постоянно работаю с Эйдолоном. Я знаю: если бы он захотел, то мог бы убить половину кейпов в стране, даже не вспотев. Это не мешает мне с ним работать. И не мешает мне считать его своим другом.              — Это не одно и то же.              — Нет, — согласился он. — Эйдолон не властелин.              Я замерла.              — Но это всё равно достаточно близко, — подчеркнул он. — Вот что я хочу, чтобы ты поняла, Аннатар. Мы не твои враги — какими бы страшными ни были твои силы.              Он говорил только о Вилье? Они уже разобрались, что я могу сделать, если захочу? Сколько они знают — и откуда?              Я сказала единственное, что пришло в голову:              — Спасибо.              Он кивнул и, видимо заметив моё напряжение, сменил тему.              — Ты планируешь раздать остальные Кольца в ближайшее время?              — Не те, что есть сейчас, если ты об этом. — Я покачала головой, чтобы прояснить мысли. — Я пока не видела группы из девяти кейпов, которые действительно подошли бы.              — У меня на ум приходит только одна такая группа, — признался Легенда, — и я очень рад, что ты не считаешь их подходящими. Но ты уклоняешься от ответа. У Стражей семь, у тебя три…              — Они не мои, — поправила я. — Они просто... Три.              Он моргнул.              — Ты же можешь свободно менять их.              Я вздохнула.              — Да. Но… есть другие люди, которым они подходят гораздо лучше, чем мне. Я не стану это отрицать. Не могу.              Он внимательно посмотрел на меня.              — Кому ты планируешь их отдать?              — Я… — Я покачала головой. — Нет. Это будут союзники. Но я не хочу никому говорить, пока не поговорю с ним сама. Они могут отказаться. Пока я планирую отдать только одно.              — Но это союзник?              — Да. Клянусь. Прости, что у меня столько секретов.              Он покачал головой, и на миг что-то тёмное промелькнуло на той части лица, которую я могла видеть.              — У всех есть секреты.              Тень исчезла так же быстро, как и появилась.              — Ладно. Буду ждать хороших новостей. И возвращайся к своей команде поскорее.              — Вернусь, — сказала я. — Просто… мне нужно сначала это сделать. Можешь передать им, чтобы не волновались?              — Хорошо, — повторил он тоном, который напомнил мне папу, — но поторопись. И будь осторожна.              — Конечно.              С этими словами он взмыл в воздух и исчез. Как только он удалился, я достала Шкатулку и открыла её.              Сняла Нарью — надела Нэнью. Кольцо Адаманта обдало палец прохладой и будто слегка вибрировало в предвкушении.              Я вздохнула.              — Ладно, — пробормотала я. — Ты хорошо мне послужила — и достаточно долго. Пора передать тебя тому, кто тебе больше подходит.              В последний раз я поднесла губы к Кольцу Воды.              — Хорошо. Укажи мне путь.              И в ослепительной вспышке кристального озарения я поняла, куда идти.              С Нэньей я могла бы бежать. Но я не стала. Я неспешно прошла этот последний отрезок с Белым Кольцом. Вместе мы шли по разрушенным улицам и затопленным переулкам. Люди уже начали выходить из убежищ и смотрели на меня, когда я проходила мимо. Я игнорировала всех.              Нэнья вела меня в центр города. Многие небоскрёбы пострадали или были разрушены Левиафаном. Несколько уцелевших угрожающе скрипели, словно вот-вот обрушатся.              Именно к одному из них меня и тянуло. Я поднялась по пожарной лестнице, медленно взбираясь по пролёту за пролётом железных ступеней. Подъём на пятьдесят этажей занял время, но я не чувствовала усталости — не с Нэньей на пальце. Здесь и сейчас, в последний раз, я не склонюсь.              Нет. Нэнья может и покинет меня, но я никогда не забуду, что она мне давала. Возможно, больше никогда я не почувствую того пьянящего прилива, когда Кольцо Воды укрепляло меня, но я — Аннатар, Создательница Колец и Приносящая Дары. Несгибаемой я останусь отныне и навсегда.              Наконец я добралась до последнего пролёта. Выше уже была крыша. Дрожащими пальцами я сняла Нэнью с пальца.              — Edro a adlenc, — прошептала я над Шкатулкой. Я достала Вилью, но Нэнья не вернулась на своё место — и никогда уже не вернётся.              Я обнаружила, что мои глаза были мокрыми от слез. Я вытерла их куском ткани, который давно носила с собой.              Потом глубоко вдохнула и поднялась по последним ступеням.              — Панацея, — сказала я. — Нам нужно поговорить.