Часть 12

      Их встречи с Да Ной стали своеобразным ритуалом, который не требовал бури эмоций. Удивительно, но она не тяготела к постоянному присутствию и с лёгкостью принимала его занятость.       Они могли наслаждаться тихими вечерами в компании друг друга, просто разговаривая. После таких встреч Да На спокойно возвращалась к своим делам, не устраивая сцен и не требуя большего. Она могла пойти в кино или поужинать в одиночестве, а потом с непринуждённостью обсуждать это на следующий день. Эта её самодостаточность стала для Юнги настоящим открытием.       Их связь развивалась в спокойном русле взаимной независимости. За два месяца их общения он начал чувствовать себя более комфортно в её обществе. Юнги дарил ей приятные мелочи: украшения, билеты на культурные мероприятия, которые она посещала либо с подругами, либо в одиночку, всегда дополняя подарки цветами.       Со стороны могло показаться, что это полноценные отношения, но на самом деле всё было иначе. Они встречались исключительно в квартире Юнги, и их связь не выходила за эти рамки. По сути, как пара они существовали лишь во время своих встреч.       Юнги практически не знал о жизни Да Ны вне их отношений: где она живёт, чем занимается в свободное время, есть ли у неё домашние питомцы. Зато он прекрасно разбирался в её предпочтениях: какие цветы ей нравятся, какие украшения она предпочитает (особенно браслеты), какие сладости любит (дешёвые леденцы из круглосуточного магазина). Она всегда выбирала классический стиль в одежде и носила обувь на каблуке, а её волосы имели приятный аромат карамели.       Юнги намеренно поддерживал поверхностные отношения, не стремясь впускать её глубже в свою жизнь. И, похоже, Да Ну это вполне устраивало, ведь она также не стремилась к более близкому общению. Их обоих устраивал этот формат отношений.       Восстановление внутреннего равновесия Юнги положительно сказалось на его внешнем виде. Он выглядел более спокойным, хотя по-прежнему регулярно прибегал к алкоголю в течение недели. Мысли о расставании с Сато Рин продолжали его преследовать. Уже три месяца они не поддерживали никаких контактов.       Юнги часто размышлял, были ли полтора года, проведённые вместе, для неё лишь пустым временем. Он не мог смириться с разрывом.       В своей студии, где он находил утешение в алкоголе, Юнги порой порывался написать Рин и потребовать объяснений, но каждый раз откладывал это решение, не находя в себе смелости.       Да На подарила ему временное спокойствие, но музыкант сомневался, что возникшая таким образом связь продлится долго. Он опасался, что и она в скором времени потребует больше внимания или просто уйдёт, не объяснившись. Это чувство неизбежности разрыва заставляло его держать дистанцию даже в отношениях с Да Ной.       Очередной вечер он провёл в студии, бездействуя. Под предлогом срочной работы он отменил встречу с Да Ной. Женщина не стала возражать, но по её голосу Юнги понял, что она недовольна, и это ещё больше угнетало его.       Он метался между желанием быть с ней и страхом снова пережить боль расставания. Вновь вступить в отношения и пережить возможный разрыв, казалось ему невыносимым.       Вместо работы с музыкальными инструментами, он бесцельно лежал на кожаном диване и прокручивал новостную ленту. Это занятие заняло около получаса, пока его не начало клонить в сон. Из полудрёмы его вывел сигнал уведомления. В сообщении Рин спрашивала, может ли она ему позвонить.       Юнги замер в раздумьях. Он знал, чего хочет, но колебался, стоит ли принимать этот звонок. И всё же он решился на то, к чему стремился всей душой.       — Привет, Рин, — произнёс музыкант в трубку.       — Привет, Юнги. Как ты?       — Всё нормально, а ты как?       — Я в Токио. Отпуск закончился, и сейчас пытаюсь вернуться к работе.       — И как, получается? — с ноткой грусти спросил Юнги.       — Честно, нет. Мне кажется, я совершила ошибку, когда ушла.       Юнги замер, неожиданно почувствовав прилив надежды.       — Ты серьёзно? — спросил он.       — Мы были вместе так долго, и расстаться, не поговорив, было неправильно.       В трубке повисла напряжённая тишина. Юнги ждал, что скажет Рин.       — И… — женщина замялась, — возможно, было ошибкой принимать решение о расставании.       — Я тоже так думал, — с облегчением выдохнул Юнги.       — Я не дала тебе шанса, — в её голосе слышались едва сдерживаемые эмоции.       Рин замолчала, и в трубке можно было различить её прерывистое дыхание и тихие всхлипывания.       — Рин, я много думал о нас в последнее время, — начал Юнги. — Может, попробуем начать сначала?       — Правда? Ты этого хочешь? — с надеждой спросила она.       — Да, я хочу дать нам шанс.       В трубке раздался тихий плач, переходящий в легко угадываемую улыбку.       — Спасибо, Юнги. Это именно то, чего я хотела, — её голос дрожал от эмоций.       — Давай встретимся и всё обсудим лично? — предложил мужчина.       — Да, это было бы хорошо, — согласилась Рин.       — Ты сможешь приехать в Сеул?       — Да, закажи билет, — тихо сказала женщина.       Они попрощались, и Юнги, чувствуя облегчение и новую надежду, наконец смог расслабиться окончательно. Он незамедлительно написал сообщение своему менеджеру Сон Хо Бум.       — Хо, привет, — не теряя времени, начал Юнги, — мне нужно, чтобы ты забронировал билет на ближайший рейс из Токио для Рин.       — Хорошо, — ответил Хо с лёгкой неуверенностью в голосе, — но вы помирились?       — Да, дело в том, что Рин хочет поговорить и… она хочет возобновить наши отношения, — с волнением сообщил Юнги.       — Это, наверное, хорошие новости, — осторожно заметил Хо. — Но как же быть с Да Ной?       Юнги на мгновение задумался, осознавая всю сложность ситуации.       — Я пока не знаю, — честно признался он, — просто забронируй билеты для Рин, пожалуйста.       — Конечно, — согласился Хо, — всё сделаю в кратчайшие сроки.       После этого менеджер завершил звонок, а Юнги остался наедине со своими мыслями. Ему предстояло принять непростое решение относительно будущего с Да Ной, но сейчас его главной задачей было помочь Рин вернуться в его жизнь и разобраться в своих чувствах.       Перспектива вернуть утраченные отношения захватила его воображение. Когда Рин подтвердила своё желание снова быть вместе, Юнги ощутил волну счастья и облегчения. Он был уверен — она тоже стремится к этому воссоединению.       Поняв, что это его шанс, который нельзя упустить, Юнги твёрдо решил сделать всё возможное для их примирения. Он был готов приложить максимум усилий, чтобы не допустить повторения прошлых ошибок.       Мысли о недавнем расставании теперь казались ему незначительными и далёкими. Всё, что имело значение — это возможность начать сначала и доказать Рин, что он готов быть рядом, поддерживать и заботиться о ней.       С этой решимостью в душе Юнги был полон готовности действовать быстро и решительно. Он намеревался сделать всё возможное, чтобы воплотить свои намерения в жизнь и вернуть то, что было дорого им обоим. Теперь его главной целью стало показать Рин, что он достоин второго шанса.