Часть 5

На следующий день Джоан решила проверить свои подозрения относительно мистера Гусса. Он казался ей наиболее подходящим кандидатом для столь отчаянной эскапады. Ни для кого не было секретом, что мистер Гусс обожает выпечку во всех возможных ее видах. Не проходило ни дня, чтобы он не наведался в одну из пекарен и, скупив половину прилавка, не уединился в своем коттедже на продолжительный и содержательный обед. Особенно он любил четверги, когда миссис Уиллис непременно пекла ежевичный пирог. Тогда мистер Гусс в предвкушении предстоящего пиршества бывал в особенно хорошем настроении, он умильно улыбался дамам с младенцами на руках и спешил придержать дверь перед пожилыми леди. Однако как первые, так и вторые с одинаковой опаской поглядывали на мистера Гусса. Еще со времен его бурной молодости, когда не спросив родителей, он подрядился на год юнгой на товарное судно, за ним закрепилась слава бунтаря. По возвращению домой уже через полгода, поскольку внутренний мир мистера Гусса всячески сопротивлялся непостоянству морских волн, его бравурные рассказы о заморских плаваниях и встречах с пиратами, в которых он неизменно выходил победителем, заставляли пожилых слушателей содрогаться, а молодежь взбудораженно перешептываться. По дороге миссис Булли наведалась к Лиззи Уиллис и Марте Кролевски, чтобы выяснить заходил ли к ним сегодня мистер Гусс. Как выяснилось, сегодня он не посетил ни одну из пекарен. Время подходило к ланчу, нужно было торопиться, чтобы застать мистера Гусса с поличным. Несколько опасаясь, как мистер Гусс воспримет неожиданное посещение, Джоан решила объяснить свой визит тем, что прохудившийся металлический резервуар для воды, так много раз чиненый Дени Пламером, уже отжил свое, и пора бы ему обрести свое место на свалке мистера Гусса. Миссис Булли остановилась у недавно выкрашенной деревянной калитки, сквозь которую виднелось крыльцо с плетеным креслом, покрытым клетчатым пледом. Ухоженный дворик выглядел опрятным, роскошные георгины возле входной двери пылали пурпуром на высоких темно-зеленых стеблях. Шторы на окнах не были отдернуты, но, очевидно, хозяин был дома, потому что на перилах крыльца стояла дымившаяся паром чашка. Миссис Булли решительно шагнула во двор. Пройдя по каменным плиткам, она постучала в дверь. Из глубины дома послышались шаркающие шаги. Еще немного и дверь отворилась и в проеме показался мистер Гусс. Его кустистые брови уныло повисли, глаза, прежде искрившиеся неподдельным интересом ко всему происходящему, утеряли блеск, и вообще, мистер Гусс производил впечатление существа, утерявшего причины быть счастливым. Миссис Булли, не ожидавшая увидеть мистера Гусса в таком виде, совершенно растерялась и неуверенно произнесла: «Добрый день, мистер Гусс, я к вам по делу. Наш старый водяной бак снова течет, придется нам с ним расстаться, вы сможете забрать его на этой неделе?». Мистер Гусс задумчиво закивал головой, видимо оценивая сложность поставленной задачи, а затем произнес: «Миссис Булли, голубушка, проходите, обсудим ваше дело. Оно ведь, знаете ли, не из простых.». И все так же тяжело переставляя ноги, направился в гостиную. Гостиная мистера Гусса не очень соответствовала представлению о жилище старого холостяка. Ситцевая обивка на креслах, занавеси в цветочек, пышный букет из георгинов – все говорило о том, что мистер Гусс трепетно относится к своему жилищу. Лишь набор курительных трубок на каминной полке и насыщенный запах табака напоминали о привычках Теодора Гусса. Мистер Гусс усадил Джоан в кресло и сказал: «Миссис Булли, я на минутку, только поставлю чайник.» Но миссис Булли не стала упускать такой шанс. Она энергично поднялась и, крепко взяв мистера Гусса под руку, сказала: «Мистер Гусс, мне так неловко отрывать вас от ланча, позвольте хотя бы помочь вам с плитой.» Мистер Гусс, не ожидавший такого напора, вынужден был согласиться. Добравшись за шаркающим мистером Гуссом до кухни, которая, к слову сказать, содержалась хозяином в идеальной чистоте, Миссис Булли набрала воды в отполированный до зеркального блеска медный чайник и, поставив его на плиту, осмотрелась. Она ожидала увидеть стол, заставленный выпечкой, но на выскобленном столе на блюдце сиротливо лежала лишь пара гренок. «О, мистер Гусс, где же ваш ежевичный пирог, ведь Лиззи сегодня наверняка отложила для вас кусочек!» - воскликнула миссис Булли. Мистер Гусс с укором взглянул на Джоан. Миссис Булли показалось, что в уголках глаз мистера Гусса показалась готовая упасть слеза. «Голубушка, - с нескрываемой печалью произнес старик, - вот уж два дня как доктор Хейли запретил мне все хоть сколько-нибудь похожее на пироги. Гренок – это все, что я могу себе позволить, а ведь вы правы, сегодня Лиззи посылала ко мне сорванца Джорджа с кусочком ежевичного пирога, но увы, пришлось его отослать…» И мистер Гусс горестно вздохнул. Первая и самая многообещающая ниточка оборвалась, остаток времени Джоан Булли потратила на обсуждение деталей предстоящего демонтажа водяного резервуара. Затем, попрощавшись, она свернула в Олений переулок и в радумьях остановилась около ограды перед коттеджем мисс Гоут-Пош. Оттуда доносились звуки патефона, который, потрескивая, мурлыкал «О, твои глаза похожи на океаны»…..