Maybe This Time 1ч.

      Стелла вернулась из Дома-Милого-Дома спустя 20 минут. Ее коллеги все это время верно ждали ее, сидя где-то на лавочке, неподалёку от лифта. Эдди, кажется, уснул. Он сидел без движения. Голова была низко опущена, а лицо скрыто волосами. Но даже так можно было слышать его ровно дыхание. Лейт сидел скрестив руки. Без интереса смотрел на звезды на потолке. Его нога нервно подрагивала. Услышав позади сбитое дыхание и стук каблуков по сухой грунтованной земле, он повернул голову. Стелла теперь выглядела более измученной, чем двадцатью минутами ранее. — Что ты там так долго делала? — Девочки отказывались мыться и переодеваться. Мне пришлось уговаривать их сделать это. Но сейчас они уже уснули. — Дебора там наверняка успела подохнуть от старости, пока мы к ней идем… — Усмехнулся Лейт и покачал головой. Потом обернулся на Эдди и крикнул — Просыпайся, дубина! Лейт слабо ударил Эдди в плечо. Тот дернулся и тут же поднял голову, не издав ни звука. Его взгляд растеряно заметался, пытаясь понять где он и что вообще происходит. Лейт встав со скамейки, направился к лифту вместе со Стеллой. — Идем уже. Пока я сам от старости не помер, — бросил он вслед. Эдди громко выдохнул и поплелся за ними. Все трое находились на самых скрытых нижних этажах. Еще ниже, чем приют. В одной из комнат, обычно находились эксперименты, где им проводили допросы, и прочие другие веселые махинации, сильно сгорбившись над столом сидела женщина. Холодный свет одинокой лампочки падал на ее фигуру с потолка. Она сидела, низко опустив голову. Руки, сложенные на коленях, сжимались в кулаки, каждый раз, когда она слышала снаружи посторонних звуки. За стеклом перед мисс Стоун, сидел доктор Бруно Уайт, что-то заполнявший на своем столе, не обращая внимания на женщину. Идиллия. Мисс Стоун оказалась в ловушке, в которую сама же себя и загнала. По собственной глупости и невнимательности. Она была слишком зациклена на следователе, что следил за ней. А враг оказался гораздо коварнее, чем она полагала. Это конец. Она знала что ее ждет. Тюрьма? Нет, разумеется нет. Компания Playtime очень заботится о своей репутации. Так же как и заботится и своих сотрудниках. Деборе уже не было страшно, ведь какая разница? Наказания уже все равно не избежать. Она лишь жалеет только об одном. О том, что все ее действия в итоге оказались напрасными. Что же теперь будет с ребенком после ее смерти? После мучительно долгих часов ожидания, дверь в комнату открылась. Бруно поднял голову, отвлекшись от своего еженедельного отчета на пришедших трех глав. Их лица были серьезными как сталь. Даже у миловидной мисс Грейбер, брови были сведены на переносице, а губы сжаты. Двое из них вышли вперед, глубже в неуютное тесное помещение. Лейт оставшись позади, закрыл дверь на замок. Бруно почтительно освободил для них место за столом, а сам отошел в угол. Его задача сейчас — был молчаливым свидетелем. С ручкой и блокнотом в руках. До сих пор стояла гробовая тишина, даже когда троя заняли свои места во главе стола. Мисс Стоун до сих пор не подняла голову. Но она чувствовала на себе их взгляды, полные... разных эмоций. Открытой ненависти, усталого раздражения и всего вместе. Лейт скрестил руки и принял расслабленную позу. Хоть напряжение в его мышцах выдавало, что настроение у него далеко не расслабленное. Он заговорил и тишина наконец прервалась. Его голос всегда был властным и твердом. Даже когда он говорил шепотом. — Ну что же. Начнем нашу экзекуцию, коллеги? В ответ, его коллеги молча закивали. Лейт продолжил: — Ну чего же вы, мисс Стоун? Не унывайте. Все же уже закончилось. Скоро закончится. Мы просто хотим получить ответы, на вопросы которые интересуют нас уже долгие…месяцы. Ответом от мисс Стоун была тишина. Тихое, неровное сопение полное презрения. Ее руки сжались с новой силой. — Не хотите сотрудничать, значит?.. Коллеги, есть идеи как развязать рот этой милой старушке? — Нет необходимости, мистер Пьер. И я не старушка, — хрипло отозвалась Дебора, наконец подняв голову. Ее глаза были стеклянными. Опухшими, налитыми кровью. Былой добродушный взгляд был искривлен ненавистью, — Я расскажу вам. Все что вы хотите знать. На лице Лейта заиграла довольная усмешка. — Рад, что мы пришли к соглашению, мисс Стоун. Но прежде чем задам вопрос… — он многозначительно обернулся на стоящих позади него Эдди и Стеллу, — У вас двоих есть что сказать? Эдди покачал головой. А вот Стелла, наоборот. Она сделала шаг вперед и встала наравне с Лейтом. Её поза была зажата. Голова прижата к плечам. Будто ей было холодно. С последним вздохом, она несколько расслабилась и её взгляд устремился с пола обратно к стеклу, за которым сидела женщина. — Первое, что я хочу спросить. То, что наверняка интересует не только меня. Зачем ты это делала?.. — тихо спросила она. Дебора почти незаметно усмехнулась. Спустя несколько секунд молчания, она ответила: — Только из-за денег, милая. Не думай, что у меня тоже есть какие-то наклонности или я какая-то садистка. Сначала пришлось очень много вложиться. Понимаете, подкуп охраны, коллег из приюта, сотрудничество с владельцем… Но уже через месяц, прибыль превышала мою годовую зарплату в этой жалкой фабрике. — Только из-за денег, значит?.. Надеюсь ты довольна собой. Что в итоге тебе дали эти грязные деньги? Разве они стоили эксплуатации бедных девочек? — сказала она уже громче с нескрываемой ненавистью. Такой же ненавистью, которую она испытывала ко всей компании, но не смела об этом заявить. И теперь гнев Стеллы был направлен на женщину, которая к сожалению считается человеком. Но та, даже глазом не моргнула. — Оплатили лечение сыну, милая. Я не собиралась просто сидеть сложа руки, пока мой ребенок медленно умирает. И я пришла к простому решению. К тому, что было у меня под рукой. И это работало. Какое-то время… — И тебе было плевать на то, что с ними делали?.. А если бы на их месте был твой сын? — С ними ничего такого ужасного и не делали, — закатила глаза она, — дети приходили и просто выступали на сцене. Да, с весьма двусмысленными песнями и нарядами. Но посетители давали большие чаевые, за возможность посмотреть на это. У Эдди, безразлично стоявший где-то позади, начинает дергаться глаз. Слова Деборы пробудили в нем странные воспоминания. Воспоминания, которые он давным-давно в себе подавил. Но с недавнего момента, начавшие пробуждаться. С каждым днем. Неделей, в которой он проводил расследование для компании. Он прикрыл глаза и постарался унять дрожь, пробегавшую по всему телу. Но ему становится плохо, в этой душной комнате. Так плохо, что у него начала кружиться голова. К горлу медленно начинает подступать тошнота. Никто не видит, как бледнеет его лицо в тени. Ему невыносимо хотелось уйти. Но последние слова Деборы внезапно заставили его передумать. Он шумно сглотнул слюну и подошёл ближе. — А как же приватная комната? — его взгляд сквозь стекло прожигал дыру во лбу женщины. Та почувствовав напряжение, отвела глаза в сторону. Куда-то в угол комнаты. — По большей части… Это был скорее как приватный танец у стриптизерш. Мужчины платили круглую сумму, чтобы побыть с девочками наедине. Раздевали их, трогали, а потом беседовали и угощали. А материалы записанные камерой там, продавались, — даже эти слова, сказанный с такой невозмутимостью заставили всех троих поморщится. Стелла отвернула лицо и зажмурила глаза, — хотя я знаю, что ты конкретно имеешь в виду. Особые гости, платили мне в пять раз больше, чтобы получить невинность девочки. Как я могла отказаться от такого предложения? Правда такое, случалось всего четыре раза. Богатых людей здесь мало, как вы знаете. — Ты просто… отвратительна, — прошипела Стелла сквозь зубы. Все в помещении были с ней безоговорочно согласны. Разумеется кроме той, что сидела за стеклом. Эдди снова отошел назад в тень и принял безразличный вид. — А что насчет тебя, Стелла? Думаешь, вся такая святая? Ты та, кто сознательно отправляет детей на верную смерть. А если не смерть… То на обреченное, мучительное существование в телах, которые им не принадлежат. Я хотя бы не лицемерка, как ты. Мне изначально не было никакого дела до девочек, которыми пользовались те богатые уроды. Но заметь. При мне, умер только один ребенок. А у вас их сотни и может быть, даже больше! Стелла испуганно отшатнулась как от физического удара под дых. Лейт недоуменно переглянулся с Эдди. Мисс Стоун не собиралась останавливаться. Кажется, за все время она набралась смелости, чтобы высказать все что о них думала. Её голос был наполнен желчью, сочившуюся сквозь нее. Если бы только они это чувствовали, то давно растворились. — Ты отвратительна. И ты, и ты тоже. Все вы. Вся эта жалкая фабрика с её жалкими сотрудниками. Притворяетесь благодетелями, а на деле просто хотите калечить и ставить эксперименты над детьми, и ради чего? Тоже ради денег, да? Сомневаюсь, что хоть у одного из вас есть свои дети, которые к тому же больны. Стелла ощутила будто землю уходит из-под ног. Сердце как метроном отдавалось в висках, оглушая ее. Она оперлась о стену, чтобы не упасть. Из глаз начали течь слезы. Мужчины неловко стояли в стороне, не пытаясь её успокоить. Что они, в прочем, могли сделать? Лейт снова обернулся к стеклу. — Да, но это не отменяет вашего преступления, Дебора, — твердо сказал он, под тихие всхлипы. — Ага. И я получу за это наказание. В отличие от вас. Я вас ненавижу и презираю, за то, что вы лицемеры и подлецы. И я просто решила… Если вам можно издеваться над детьми, то почему нельзя мне? — Потому что ты всего лишь жалкая старуха. А мы — многомиллионная компания. И у нас, банально больше власти чем у какой-то нищенки. Хоть жалуйся, хоть нет, это всего лишь факты. И мы, не можем допустить того, чтобы нашей собственностью распоряжались в личных целях. — Лейт не выдержал и ударил кулаком по стеклу. Его гнев ощутимо клубился в тесной комнатушке, распространяясь на всех присутствующих, что те невольно поежились. И он был гораздо страшнее чем гнев низкорослой старушки. Тем кто не выдержал больше всех, на удивление, был Эдди. Он молча вышел из комнаты в коридор. И убежал, судя по быстрому стуку шагов, удаляющихся от двери. Чем было вызвано такое поведение, никому не ясно. Но сейчас уже поздно спрашивать. Все замолчали на какое-то время. А потом Лейт, прочистил горло и продолжил как ни в чем не бывало. — Так, мисс Стоун. Сколько конкретно длился этот ваш… Проект? — Два года, — коротко ответила она. — Так долго? Но по моим расчетам… Сироты начали пропадать меньше месяца назад! — Это правда. До этого я использовала только те неудачные эксперименты. Получается, я нашла их на свалке, когда там еще была не достроена тюрьма. Доктор Уайт, до этого стоявший в стороне неожиданно встрепенулся. Его глаза округлились и заметались, то на Дебору, то на Лейта. — Так ты говоришь о экспериментах 1303 и 1404? Они были мертвы когда от них избавились, как ты… — тихо проговорил он, подходя ближе. При свете теперь, было видно как он испуганно побледнел. — Я тоже проводила некие эксперименты с экстрактом мака, — невозмутимо ответила она, что заставило Лейта скептично хмыкнуть. — Еще и воровством значит занималась? Приговор это вам не смягчит, впрочем, как и не ухудшит, — пожал он плечами. Бруно тем временем, был в еще большем смятении. Прямо сейчас, его мир переворачивался с ног на голову. Его труды, исследования, оказывается, были не напрасны? В его сердце, в кои то веки поселилась надежда. На то, что у него вновь появится смысл всей жизни. И что доктор Сойер окажется не правым. — Погодите, погодите, я не понимаю… Что это значит? Она использовала мои эксперименты? И они живы? Почему я об этом ничего не знаю?! Где они сейчас? — он судорожно задавал вопросы, обращенные к Лейту. — Доктор Уайт. Это мы сейчас допрашиваем, а не вы. Мы потом поговорим, — холодно отрезал он, закрывая тему. Допрос еще не окончен, так что он вновь обратился к Деборе, — последний вопрос. Скажите, кто был замешан помимо вас. То есть, кто брал взятки и кто покрывал ваш тыл. Они будут немедленно уволены. — Тогда вам придется увольнять вес отдел охраны. И половину воспитателей в приюте… не ошибетесь, — рассмеялась она. Лейт нахмурился. После чего, обратился к доктору Уайту. — Просто отлично. Так, доктор Уайт, будьте добры. Бруно отворил железную дверь, за которой была заперта мисс Стоун. Он грубо схватил её за предплечье и потащил за собой, к другой соседней комнате, за которым находилась камера для хранения голодного Бокси Бу. Ей ничего не оставалось, кроме как подчиниться. — Нет, погодите! — вдруг послышался голос позади. Эдди стоял в двери, весь бледный и слабый. И это даже если не считать его многочисленные травмы на лице. Он еле держится на ногах и облокачивается о дверной проем, — я хочу еще кое-что узнать. Дебора, что ты дала Лоле этим утром? — Утром? Это было в два ночи. Какое-то сильнодействующе успокоительное. Много успокоительного... Чтобы она не истерила во время повторного посещения. Ну, того же мужчины, что приходил позавчера. Ты же помнишь, Эдди? К нему снова пришел приступ тошноты, как и несколько минут назад. Но этот он сумел подавить, чтобы снова не убегать в туалет. Это было бы грубо. Но к тому же, кроме тошноты пришла тихая ярость. Она прекрасно знала, что произошло вчера вечером. И знала, что он приходил и в приватную комнату позавчера. Но ей хотя бы, хватило ума, чтобы не разболтать об этом. Иначе Стелла пришла бы в ярость. На этом, допрос закончился. И доктор Уайт увел Дебору. В той комнате, уже не было специального окна для просмотра этого увлекательного шоу. В прочем, может это и к лучшему. Все что они слышали, это тихий звук пружин Бокси Бу, а затем, сдавленный крик. Тишина осталась в комнате. Стелла, давно уже вытерла слезы, глядела в пол. Лейт напряженно пялился на дверь, за которыми удалился Уайт с мисс Стоун. Когда он вернулся, уже один, Лейт наконец облегченно выдохнул и повернулся к остальным. — Что ж… Дело сделано. Я рад, что все наконец то закончилось. Увидимся до понедельника, друзья.

***

      Оказавшись в коридоре, Эдди захлопнул за собой дверь. После чего, облокотился и стену, чтобы не упасть. Он буквально валился с ног от усталости. Потрогав лоб, он обнаружил что у себя жар. Ещё этого не хватало, подумал он и с трудом пошёл по коридору, в сторону уборной. Все это время его не покидало навязчивое ощущение во рту. Будто там застрял длинный волосок. С каждым глотком слюны, волосок пытался пробраться ближе к горлу. Что наоборот вызывало рвотный рефлекс. Эдди попытался достать его рукой. Но так ничего и не нашёл. В уборной, он попытался снова. Перед зеркалом и раковиной. Снова не удалось. А это ощущение никуда не пропало. Посмотрев в зеркало, он увидел свое болезненное, опухшее и покрытое гематомами лицо. Отвратное зрелище. От самого вида, блевать захотелось ещё больше. Он опустил взгляд на раковину. Внутри, он увидел клочки светло-розовых волос. Весь слив был забит ими. Эдди не обратил на это внимание и включил воду. Сполоснул лицо и уже собрался уходить, бросив тщетные попытки достать проклятый волос изо рта. Но отойдя от раковины, он обнаружил что весь пол пыл усыпан теми же волосами, что и в раковине. Первая мысль, что пришла ему в голову, это: здесь Кисси Мисси что-ли побрилась? Но эта мысль тут же рассеялась, как только ему показалось, что волосы на полу зашевелились. Эдди отшатнулся, испуганно оглядываясь по сторонам. Но волосы были везде. И от них было не уйти. Он почувствовал, как в его горле тоже что-то закопошилось. Длинное и толстое. Как куча червей. Из горла, они пробирались вниз к желудку. Он свалился на колени, судорожно пытаясь вздохнуть. В уборной не хватало воздуха. Все пространство здесь заполняли волосы. Они извивались на полу как змеи. Они вились в кудри, создавая невиданные узоры. У Эдди на глазах выступили слезы, от недостатка кислорода. Он решительно просунул пальцы в рот, намереваясь достать из себя волосы. Пальцы скользнули глубже. Он подавил очередной рвотный рефлекс и наконец схватил несколько прядей внутри. Перед глазами стояла лишь размытая розовая пелена. Ни стен, не зеркал и раковин, ни туалетных кабинок не было видно. Он дернул волосы, вытаскивая их из себя. Сначала они не хотели поддаваться, но потом, медленно они начали покидать его слабое тело. Долго они тянулись из его рта. Казалось, они как паразиты осели в глубине его кишечника, не желая покидать его. Слезы хлынули из глаз от боли. Пряди царапали горло. Их кончик уже коснулся пола, но их конец все ещё был внутри. Эдди схватился второй рукой. Приложил больше усилий. Он издавал жалкие, хрипящие звуки, давясь от противного вкуса персика. Волосы пахли персиком. Вся эти розовые патлы, были на вкус как персик. Всё его тело содрогалось от попыток избавиться от постороннего объекта. Внезапно, волосяной паразит подчинился его усилиям. Процесс пошёл заметно быстрее. Пока они просто не стали сыпаться у него изо рта. Все больше и больше. И все не хотели прекращаться. Под ним начала собираться кучка прядей, которая стремительно увеличивалась в размерах. Увеличиваясь до того момента, когда полностью не поглотила его. Эдди очнулся в своей кровати, весь залитый потом. Он дышал судорожно, как будто его горло все ещё сжимали невидимые волосы. Перед глазами теперь стояла не бледно-розовая пелена, а привычный вид его потолка. Он чувствовал бешеный стук сердца и звук своего дыхание. Страх медленно сменился осознанием. Он приподнялся на локтях и осмотрелся. Да, это его комната. Ничего не обычного. Сквозь тёмные шторы проглядывался утренний свет. На часах почти пять утра. «Всего лишь кошмар…» подумал Эдди протирая лоб от пота. Давно ему не снились кошмары. Хотя казалось, с такой-то работой, кошмары должны были стать для него привычным делом. Он коротко зевнул и потёр глаза. До работы ещё оставалось четыре часа. И все это время, он собирается проспать. Когда он потянулся вниз за одеялом, то почувствовал что у него на животе что-то лежит. Слишком лёгкое, для одного из его котов. Эдди поднял эту вещь, и поднес ближе к лицу, так как ни черта не видел. И теперь он увидел перед собой игрушку собачки. Тузя. Бежевая, потрепанная и с множеством заплаток. Безжизненные глаза пуговицы смотрели ему в душу. Даже показалось, что его морда ему улыбается. Его руки задрожали. С замиранием сердца, Эдди со всей силы отбросил игрушку в стену. Та с глухим стуком шлепнулась о пол, звеня своим наполнителем. Эдди не помнил, как Тузя оказался у него в кровати. Но готов был поклясться. Он не трогал его с того момента, как запихнул в карман своей куртки. Сердце забилось с новой безумной частотой. Он был уже не ребёнком, чтобы верить в мистику. Будто какая-то игрушка собаки, может быть одержима. Но все равно, он не мог ничего поделать с этим животным страхом, напавшим на него уже во второй раз за ночь. Он зажмурился, пытаясь выровнять дыхание. Он вспомнил Лолу. Девочку, со светло-розовыми волосами. Которая пахла персиком. Которая теперь преследует его в кошмарах. Он невольно начал гадать, как ей там живётся в приюте. Снятся ли ей кошмары, так же как и ему? Или это персональное наказание для него, как для предателя? Как бы то ни было… Он теперь не сможет о ней забыть. Заснуть сегодня, он тоже не сможет.

***

      Столовая в Доме-Милом-Доме была наполнена запахом домашней еды. Внутри как всегда стоял гул из голосов детей и сотрудников. Малыши пачкают свою одежду и смеются с этого. Воспитателей сбивают с ног дети постарше. Уютную атмосферу в столовой прерывает чей-то вой. Мисс Брукс с силой затаскивает внутрь двух девочек. Одна из них и издает этот самый вой. Она извивается. Бьется руками и ногами. До этого, мисс Брукс вообще еле удалось вытащить ее из комнаты. В другой руке, женщина тащила другую девочку, которая не оказывала никакого сопротивления, но самостоятельно идти, все равно отказывалась. На эту картину, недоуменно обернулись все, кто находился в помещении. Но в итоге, так же быстро и отвернулись. Дети часто закатывают истерики и отказываются что-либо делать. Но только одна группа детей не перестала изумленно таращиться на то, как взрослая тетя пытается оттащить девочку, которая вцепилась руками в дверной проем. Можно было даже слышать, как она бормочет про себя ругательства. Сид перегнулась с Тейлор, а Тейлор перегнулась с Джесси, а то и со всеми остальными. Конечно они сразу узнали своих подруг из клуба. Лола и Джейн Доу. Пусть они были без грима и в обычной одежде. Только… что они здесь делают? По ним видно, что здесь им не очень нравится. Лола выдохлась и вовсе перестала сопротивляться. Так что мисс Брукс удалось усадить их с Джейн за стол. За пустой стол, без номера. Сид помахала им. Не увидели. Так что она с остальными решила подойти к ним. Слова здесь были излишними. Лола радостно вскочила со стола, забыв про усталость, бросилась в объятия к подругам. Джейн скромно подошла сзади и приобняла небольшую группу. Радостные крики и топот заполнили пространство в свободном углу столовой. Крики и топот стихли. Но их заменили бесчисленные вопросы: «что вы тут делаете?» «Навсегда ли вы здесь?» «А когда мы будем снова выступать?» И «Где мисс Стоун?» Лола с трудом освободилась из объятий толпы. — Не так быстро, девочки! По одному вопросу от каждой! И на её лице тут же спала улыбка. Она ненадолго взглянула на Джейн Доу и опустила голову. — Мы… Может быть и навсегда. И я не знаю… Простите, я не знаю, будем ли мы ещё выступать. Ответ раздосадовал подруг. Те недоуменно переглянулись между собой. Сид вышла вперёд из толпы. — Ну, наверное мисс Стоун нам сама об этом скажет, правда? — сказала она и обратилась к остальным. — Да! — вместе крикнули они. — Вы же здесь впервые, да? Не волнуйтесь, мы вам здесь все покажем! — с этими словами, Сид схватила Лолу за руку. Другие девочки, взявшись за руки двинулись друг за другом. Доу шла в самом конце. Именно так и началось их путешествие, в виде исследования нового дома, приюта. Но продлилось оно недолго, ведь им пора было в школу. Здание школы казалась им совсем чудным. Стены были мрачно серыми, как основное здание фабрики. Странные кабинеты, шкафчики. Они напоминали о чем-то. Но не о чем-то конкретном. В любом случае атмосфера не комфортная. Лолу и Джейн Доу определили в один класс, к их давним знакомым. Мисс Делайт очень удивилась новым ученикам. Но она явно обрадовалась пополнению. Урок начался, как обычно, после радостно комментария мисс Делайт о новеньких. Правда некоторые одноклассники, видимо, до этого были не в курсе. И нагло пялились на новоприбывших. Первый урок — урок математики. Им пока что, не успели выдать все учебники. Да и вообще хоть какие-то принадлежности. Пришлось одалживать у одноклассников. Однако, заглянув внутрь учебника по математике, Лола обомлела. Символы сплошные… Числа вовсе исчезли, появились буквы. А как их складывать? От объяснения учительницы понятнее не стало. Скорее появилось больше вопросов. Набор бессвязных бормотаний мисс Делайт превращались в один сплошной бубнеж. А в голове один ветер и перекати поле. Лола беспомощно огляделась по классу. Все ученики уже старательно что-то записывали в свои тетрадки. Активно поднимают руки и отвечают на вопросы учителя. Джейн за соседней партой смотрела в пустоту, бездумно записывая все что писала мисс Делайт на доске. Не похоже, что она тоже что-то понимает. — Новенькие! Простите, боюсь я пока не помню ваших имен… Не подскажите? — вдруг голос мисс Делайт вывел Лолу из транса. Она обращалась к ним, отвернувшись от доски. Сначала, Лола замялась, а затем робко ответила, нутром чуя подвох. — Я… Лола. — Лола. Замечательно! — подтвердила мисс Делайт с неизменной улыбкой на лице. Она указала указкой на доску, — Можешь сказать нам как найти Х в этом примере? Лола уставилась на доску. Пример на который указывала мисс Делайт казался ей сейчас сложнее, чем все танцы которые она выучила за все время своей недолгой карьеры. Её рот беспомощно открывался и закрывался, пытаясь придумать хоть какой-то ответ, пусть и неправильный. Но на ум ничего не приходило. Даже какая-нибудь нелепая импровизация. Поэтому Лола просто побеждено опустила голову и покачала головой. Она чувствовала на себе взгляды, полные искреннего недоумения, сочувствия и легкой насмешки. Мисс Делайт разочарованно вздохнула. — Что ж… Может быть, кто-нибудь поможет Лоле? — обратилась она к классу, и половина из них тут же подняли руки. Правильного ответа Лола так и не услышала. Больше она вообще ничего не слышала. Стыд разливался в её груди. Еще никогда она не чувствовала себя беспомощной в том, в чем раньше была уверенной. Ведь складывать и умножать числа казались ей пустяковыми занятиями. Причем настолько, что она не видела смысла этим заниматься вообще. В прочем, у Лолы раньше были занятия поважнее. Парад стыда закончился со звонком. Следующие темы, предметы возникало не меньше трудностей. Новые термины не имели смысла. Все здесь было абсолютно сложным и непонятным, что хотелось плакать на каждом новом предмете. Этот ад наяву закончился только тогда, когда прошел последний урок. Как ей сказали, ведь она не знала что у них вообще было за расписание. В коридоре, прямо на выходе их догнала Сидни. — Не расстраивайтесь. В первый день всегда сложно. Вы привыкните, — заверила она, коснувшись плеча Лолы. Рядом они слышали приглушенные голоса детей. Одноклассников. Мальчиков. Тех, с кем Лола никогда не общалась. И они с ней тоже. Они обсуждали что-то. Когда девочки мимо них, они проводили друг друга взглядами. И их голоса стали четче. «Это ведь та новенькая, которая не смогла решить то уравнение? Ха, даже я понял как его решить. Она такая странная.» Сид нахмурилась и покосилась на них. Но её взгляд их нисколько не напугал, так что Сид вновь обратилась к Лоле. — И не слушай этих мальчишек! Они не такие умные, как им кажется. Я считаю их дебилами. Ну, их и остальных в классе. — Остальных? Разве ты не дружишь с ними? — Нет. Только с Тейлор и Джесси. С остальными я даже особо не общаюсь, — призналась она, стыдливо опустив голову. — Оу… Но тогда, в клубе вы все казались очень дружными. Воспоминания о совместных репетициях, вместе с их маленькой группой артисток, разлились внутри Лолы теплом. Она так любила проводить время со всеми ими, даже если они проходили всего раз в неделю. Но те времена уже прошли. А точнее, просто внезапно оборвались. Вместо тепла, грудь сдавило болью. Приятная ностальгия сменилась угасшей памятью о том, что было всего три дня назад. За столь короткое время, все успело так кардинально изменится. Сид безрадостно покачала головой и подняла глаза обратно на Лолу. — Только из-за тебя, Лола. Твои слова и присутствие сплочали нас. Им нравишься ты, а не я. Лола не поверила Сидни. Она ведь сама прекрасно видела, как их группа поддерживала друг друга до и после выступлений. Не может так быть, что в приюте их поведение резко изменилось. Так что она несколько секунд просто смотрела на Сид, застыв на месте. Можно было услышать, как у нее зашевелились шестеренки в голове. Внезапно, к ней пришла идея. — Тогда я поговорю с ними! — радостно сообщила она и проскакала почти до самой двери, заставляя Сид догнать её. А затем, Лола продолжила. Её руки слегка коснулись двери, ведущей к выходу из школы, — раз я тоже здесь, я сплочу нас снова. И мы все снова будем вместе. Пусть мы больше и не выступаем. — Ты думаешь, у тебя получится?.. Мальчишки довольно вредные. И вряд ли будут слушать девчонку, — Сид недоверчиво взглянула на Лолу в проеме двери. — Доверься мне. Если мне и придется жить в этом приюте… То я сделаю так, чтобы здесь было комфортно и весело жить всем. — кивнула она с решительной настойчивостью, которая у нее была, когда она произносила мотивационные речи во время репетиций, — правда ведь, Джейн? Джейн Доу, до этого медленно плелась сзади, особо не пытаясь догнать их. Когда она наконец дошла, она выглядела угрюмой. — …Ага. Лола заулыбалась и схватила Джейн за руку, утягивая за собой в их следующее место. Кажется это был… Точно, игровой домик. Она надеялась, в том месте ей больше не придется решать глупые уравнения. Хотя, судя по названию, их ждет нечто интересное. Где можно будет забыть об её позоре в школе.

***

      Первый день в приюте выдался насыщенным. Знакомство со всеми, первый день в школе. Лола и Джейн смертельно вымотались. Даже хуже, чем после их пятичасового выступления в Кабаре. Кабаре. они не переставали скучать по нему ни на минуту! Здесь все новое и непонятное. Столько новых мест. И во всех из них, они чувствовали себя чужими. Взгляды других детей они чувствовали на себе постоянно. Без грима и вычурных нарядов, у них будто исчезла защита. И теперь появились явные различия между ними. Но у Лолы не было сил чтобы бы плакать или истерить по этому поводу. Приходится неизбежно подстраиваться. Наступил вечер. Искусственное солнце медленно пропадало с неба, и вместо него появляется такая же искусственная луна. Все это не то. Не сравнится с настоящим солнцем и луной, которые они видели только вчера. А казалось, прошло уже как минимум сто лет! Всех детей ведут обратно в Дом-Милый-Дом. Наверняка, их снова заставят мыться и переодеваться. Опять насильно потащат в столовую, где много детей и взрослых. Но сначала, мисс Брукс созвала всех детей в главном зале. Сидни тут же подхватила обеих девочек и потащила за собой в зал. За ними шла таких же детей. В главном зале, во главе которой, разумеется, была мисс Брукс, стояла совсем маленькая девочка, лет восьми. И какой-то мужчина в больничном халате. Он безучастно стоял в стороне и оглядывал толпу собравшихся детей. Его взгляд скользнул к трем, которые прибыли самыми последними. Он задержался на них на очень долгое время. Глаза его расширились. Даже показалось, что у него на секунду отвисла челюсть. Дети казалось, были очень обрадованы этим собранием. Но Лола и Джейн не понимали что происходит. Все вокруг толкались, почти что залезали друг на друга. Они кричали что-то неразборчивое. Малютка рядом с мисс Брукс выглядела такой счастливой, и то и дело оглядывалась на мужчину рядом. — Дети, я спешу сообщить вам радостную новость! На этой неделе, доктор Уайт выбрал нашу замечательную девочку — Сару Хилл. После этих слов, дети взревели от радости и начали беситься еще больше. Но мисс Брукс приложила палец к губам, что заставило всех притихнуть. — Прежде чем наша дорогая Сара уйдет дальше… В будущее, в свою новую жизнь. Я хочу чтобы вы все с ней как следует попрощались. Давайте сделаем это вместе! Раз… Два… Три! Мисс Брукс не успела закончить отсчет, как весь главный зал загрохотал. Хлопки, крики — заглушили все что могла слышать или чувствовать Лола. Но последовав толпе, она тоже начала хлопать. Джейн до этого, стоя в замешательстве, тут же повторила за ней. Пусть она и не знала эту сиротку, она была очень рада за нее. Все здесь говорят, что самое главное счастье детей — это быть выбранным взрослым. Наверняка, эта маленькая Сара Хилл это заслужила. Она улыбалась, на её глаза навернулись слезы и она стала крепче сжимать своего игрушку кролика Бонзо. Доктор Уайт взял её за руку. Лола оглянулась на Сид рядом с собой. Её взгляд был прикован к нему, к доктору. Она как зачарованная, хлопала в ладони. Знала ли она их? Сару, или может быть, этого доктора Уайта? Толпа затихла, и мужчина удалился из зала с Сарой. С этого момента, у всех сирот было приподнятое настроение до самого вечера. Они все обсуждали и даже завидовали этой маленькой девочке. Лола все время смотрела себе под ноги. Деревянный пол скрипел под весом их небольшой группы. Она замедлила движение, теперь группа отдалилась. Удалилась в неизвестном ей направлении. Лола недолго смотрела им вслед, а потом сделала еще один шаг. И стукнулась лбом о что-то твердое. Она подняла голову и увидела перед собой огромного фиолетового кота. — Кэтнап! — вскрикнула она и даже подпрыгнула от радости. Джейн выглянула из-за спины Лолы и ее глаза удивленно округлились. Кэтнап внимательно смотрел на них, со своей неизменной широкой улыбкой на морде. Он вдруг огляделся вокруг. В коридоре было пусто. Поэтому, он наклонился ближе к девочкам и… тихо заговорил. — Я рад… Что вы здесь, — голос Кэтнапа прозвучал болезненно хрипло, будто ему было больно издавать звуки. Но даже так, Лола и Джейн обомлели. Не от страха. — Ты умеешь говорить?! Почему раньше молчал? — вместе вскрикнули они. — Боялся напугать вас. Идем, — коротко проговорил он, после чего выпрямился. Он пошел куда вглубь коридора, взмахнув хвостом, призывал следовать за ним. Они оказались в небольшой комнате. Внутри сразу же бросалась в глаза большая лежанка розового с желтым цветом. Впрочем, ничего кроме лежанки и каких то потрепанных игрушек здесь и не было. Кэтнап без труда вошел внутрь, дверной проем был сделан точно по его фигуре. — Ты что здесь живешь? Тут так пусто. — Я живу в другом месте. Здесь я лишь отдыхаю. Располагайтесь. Я хотел поговорить. Кэтнап улегся боком в свою лежанку. Лола и Джейн сели рядом. Здесь слабо пахло кошачьей шерстью и кормом. Он снова заговорил. На этот раз, громче. Но его голос оттого не переставал напоминать жуткий скрежет. — Вас привела сюда… Мисс Стоун? — Она… нет, не она. Мы, ну. — Лола замялась и стыдливо спрятала глаза в пол. — Говорите все как есть, — твердо возразил он, так неожиданно, что Лола вздрогнула. — Хорошо. Но это долгая история. В общем, один парень, с которым я познакомилась, оказался работником Playtime. Он и остальные его сообщники закрыли Кабаре. Они взяли владельца и мисс Стоун. Я слышала как они говорили… Что убьют ее. А потом он увез нас сюда. Сказал мол, теперь это ваш новый дом… ненавижу его. Лола рассказала ему вкратце, как могла. Немного утаив некоторые детали. Но этого оказалась достаточно. Кэтнап лишь удовлетворенно кивнул. Из его глотки даже послышалось тихое урчание. — Рад это слышать, — легко произнес он без тени сострадания. Однако, в ответ на округлившие глаза девочек, он поспешил пояснить, — Мне никогда не нравилась мисс Стоун. И ваш клуб тоже. Но и здесь вам лучше не будет, это точно. Но я постараюсь… Защитить вас. — Защитить? Но от чего? Нас здесь никто не обижает. — Пока что, — добавила Джейн. — От сотрудников, — отрезал он, понизив голос. — Просто держитесь от них подальше. — Оу, ну… это будет сложно сделать, учитывая то что они все равно пытаются нас затащить куда-нибудь, — горько ответила Лола, с грустью посмотрев вниз, на свою новую цветастую одежду. Кэтнап начинает заметно раздражаться. Хоть он и понимал, что всему виной их неосведомленность и наивность. Они были как он, но все равно вели себя как дети. Его хвост нервно заметался из стороны в сторону. А урчание перестало быть довольным. — Я говорю не о воспитателях. Хоть и они тоже не вызывают доверия. — все так же тихо сказал он, немного приходя в себя, — ученые — вот кого стоит бояться. Если вас выберут для тестирования — не пытайтесь в них выиграть. Это… Предупреждение от Кэтнапа оборвалось когда в комнату внезапно пришла мисс Брукс. Ее лицо было строгим и острым, как у ястреба. Её взгляд был заострен на одном лишь Кэтнапе. Она буквально прожигала в нем дыру. И это явно не сулило ему ничем хорошим. Он понимал это, так что поспешил встать с места, как только та вошла. Но уже поздно что-либо предпринимать. — Кэтнап… Детям уже пора спать. Что это ты здесь устроил? — твердо произнесла она, совершенно не испугавшись махины, которая возвысилась над ней. Девочки тоже встали и принялись использовать свою известную тактику. Мольбу. Вдвоем, они встали перед женщиной и скрестили руки. — Мисс Брукс, ну можно мы еще немного посидим? Пожалуйста, мы так хотим еще поиграть с Кэтнапом. Но на этот раз, тактика провалилась. Эта женщина оказалась более непробиваемой чем тот предатель, с кем они раньше имели дело. — Нет. Спать. — отрезала она и схватила детей за руки. Хоть на этот раз, тащить их насильно не пришлось. Кэтнап поплелся следом, украдкие взгляды мисс Брукс явно означали, что его ждет серьезный разговор. В лаборатории. Коридоры стали все размытее и извилистее. Что-то странное происходило. Мир вдруг начал терять свою форму и превращаться в яркие пятна. Ходить стало тяжелее. Думать стало тяжелее. Пока в конце концов, весь не превратился в туман. Туман алого, как цветок мака цвета, в котором виднелись лишь размытые черты мисс Брукс и Кэтнапа. А потом, осталась только тьма.