7 дней «Маленькие города» (Алтан Дагбаев/ОЖП)

Алтан считал этот уютный уголок – местом своего детства, единственный город, с которым были связанны только теплые воспоминания, и когда на него внезапно свалилось слишком много, он решил сбежать именно туда. После смерти бабушки, Дагбаев позабыл об этом месте, пришло время вернуться к своим корням. Конечно, Юма противилась, считая, что у брата есть более важные дела, чем какая-то старая развалина, Вадик же проще воспринимал очередную командировку, и пока родственнички ссорились, мечтательно представлял себе бузы возле дацана. Уже по дороге из аэропорта к домику, Алтан прикидывает, что можно было бы найти в этом захолустье клининг, но тут же отметает эту мысль, кого-то постороннего в дом пускать не хочется, Вадик не в счет. Дагбаев улыбнулся, завидев дом с облупившейся краской. – Да, Золотейшсетво, - произнес Вадим. – Здесь бы ремонт не помешал. – Вот ты этим и займешься, - фыркнул Алтан, выходя из машины. – Если привязать кисточку к твоему языку, может, даже за день управишься. Дракон хмыкнул, подхватив чемодан с пожитками, у него самого был только рюкзак, и мужчина представить себе не мог, для чего было тащить с собой столько вещей? Будто они на месяц сюда переехали, честно слово. Повезло, что продукты они закупили по дороге, легкий перекус и ароматный чай из запасов бабушки, успокоил нервы Алтана окончательно, он растянулся на скрипучей кровати, пока Дракон пытался уместить свою тушку на продавленном диване. Дагбаев даже выспался, не смотря на кряхтения Вадима, что был хуже, чем залетевший комар. Его психолог бы назвал это бегством, очередным депрессивным приступом, детской зависимостью спрятаться в месте, где он всегда чувствовал себя в безопасности, а Алтану, больше всего, хотелось заглянуть в эти бегущие глаза и поспорить с высказыванием. Нет, это не депрессия, диагноз, что ему поставили после аварии. Первое время возможно, он с отвращением смотрел на людей, что продолжали улыбаться, чему-то радоваться, размножаться на планете, когда его мир рухнул. Дагбаева тошнило от людей, мутило от любого светского общества, от человеческих поступков, в которых не было ни грамма той самой человечности. Алтан скучал по маме, а этот город был единственным местом, где он мог воссоединиться с памятью о ней. До любимого буддистского храма, они добираются пешком. Вадим почти не бурчит о том, что он устал, и гораздо проще было бы добраться на машине, он ведь, помня свой печальный опыт, специально выбрал машину, что могла проехать куда угодно. Алтан читает свои молитвы, Дракон в слова не вслушивается, однажды, он спросил, чего там Золотейшество бурчит, за что, тут же получил унизительный взгляд и фразу, что он балбес. Не смотря на то, что городок маленький, от статуса деревни его отделяет разве что человек сто, не больше, туристов у храма довольно много. Алтан кривится, наблюдая, как они щелкают своими телефонами, но вспоминает о своем веровании и выдыхает – никакой агрессии, или, по крайне мере, не здесь. Блондинка стоит чуть дальше, Дагбаев, прищурив глаза, замечает наушники, один из которых болтается на ее груди, как причудливый кулон, а второй скрыт по левую сторону. Аудиогид, - догладывается мужчина, и шагает к ней. Подходя ближе, он замечает, что в ее руках не книга, а альбом для рисования, тонкие пальцы сжимают карандаш, что выводит линии на уже не белом листе бумаги. – Очень красиво, - негромко произносит Дагбаев. Девушка дергается, не смотря на дружелюбный тон. – Спасибо, - она кивает, прикрывая альбом. – Интересуетесь архитектурой? – спрашивает Алтан, стараясь найти точки соприкосновения и не закопать их едва начавшийся диалог. – Немного, - соглашается блондинка. – Как вам дацан? Уже были внутри? Насколько я знаю, фотографировать нельзя, но думаю, в зарисовках вам не откажут, - если придется, он лично попытается договориться, чтобы ей разрешили пронести этот альбом внутрь и украсить еще пару страниц. – Необычное место, - произносит незнакомка. – Бурятский край в целом богат на такие места, - охотно соглашается Алтан. – И истории. – Да, я наслышана, - она неловко улыбается, сжимая пальцами темный переплет. – Особенно про шаманов. – Не получилось вас удивить, - Алтан отразил ее улыбку. – Но, возможно, я смогу удивить вас экскурсией и местной кухней. – Вы повар? – она удивленно поднимает брови. – А похож? – Алтан тихо засмеялся. – Увы, нет, но знаю места, где чудесно готовят. Девушка поворачивает голову, замечая, как группа, с которой она приехала, начинает собираться у автобуса. Предложение заманчивое, но мама научила ее еще в детстве, что ни за какие конфеты и обещания нельзя садиться в машину чужого человека, или уходить с ним, поэтому Лия вежливо улыбается. Пропорции лица у молодого человека очень красивые, стоит попытаться зарисовать его, пока автобус будет везти ее обратно до отеля, или завтра в самолете, но она очень боится потерять прищур этих глаз. – Извините, но мне пора, спасибо, что составили мне компанию, - Шадаева прижимает к груди альбом и уходит к автобусу. – Да, Золотейшество, - раздается голос Вадима, который в тени жует какую-то плюшку. – Упорхнула бабочка от нашего цветочка. Догнать? Алтан вздыхает и качает головой, не маньяк же он, в самом деле. Через пару дней они возвращаются в Петербург, и вопреки здравому смыслу, мини-отпуск не пошел Алтану на пользу. Он по-прежнему срывается на партнеров и дерзит сестре, когда та доводит его до белого каления. Даже новый потрепанный цветок, что Вадик гордо выносит из какого-то пафосного заведения, куда они заехали на обед, не радует глаз Золотейшества. Когда это надоедает и Дракону, он оставляет вместо себя проверенного человека и решает прогуляться, может что-то прикупить Ришке, в своих раздумьях он доходит до Парка Победы. Жуя пышку из «Городской пекарни» он становится свидетелем картины, как девушка в светло-зеленом пальто встает со скамейки и стремительно двигает вперед, оставляя на ней белые перчатки. Вадик хмыкает, но тут в нем проявляется часть доброты, у Марины всегда мерзнут руки, вдруг и эта девчонка такая же болезная? – Подождите! – он подхватывает перчатки и спешит за ней. – Девушка! Незнакомка оборачивается, и Вадик считает, что может теперь потребовать у Алтана премию или отпуск, или все сразу. В глаза бросаются тонкие черты лица, светлые волосы, прядки которых уже подхватил ветер. – Ой, мои перчатки, спасибо! – она улыбается и тянет руки вперед, но Вадим не спешит поделиться своей находкой. – Цветочек, вот так сюрприз, - Дракон растянулся в счастливой улыбке. – Что ж ты не сказала, что ты из Питера? Мы бы подвезли! – Мы знакомы? – осторожно уточняет девушка. – Я столько о тебе слышал, что мы почти родные люди, - хохотнул он. – Пышку будешь? – Можно мне перчатки и я пойду? – интересуется цветочек, осматриваясь по сторонам, в поисках прохожих, в случае чего. – Пойдем, цветочек, - кивает Вадим. – Только я тебя сначала Золотейшеству покажу, пока он совсем в цербера не превратился. Обещаю, тебе у него в оранжереи понравится. *** Черная машина останавливается перед отделением полиции, злой Алтан, после странного звонка Вадика, сорвался в этот района, что он вообще здесь забыл? Охранник, не такой тупоголовый, как Дракон, открывает ему дверь, сам виновник стоит за решеткой, и что-то упорно доказывает молодому сотруднику правоохранительных органов. – .. кое похищение, ну вы чего? Я же говорю, она знакомая моего начальника, я просто предложил подвезти! Дагбаев вздыхает, о какой знакомой идет речь? Вадик решил с кем-то познакомиться и спихнуть на него, чтобы Марина не узнала? Если так, то он лично все расскажет девушке и поможет закопать труп. – О, Золотейшество, наконец-то! – Дракон довольно улыбается. – Что он натворил? – холодно интересуется Алтан. – Приставал к девушке, - вздыхает лейтенант. – Пройдите туда, капитан вам все объяснит. Дагбаев шагает в сторону двери, когда слышит, как ему кажется, знакомый голос, не может быть. Та самая блондинка сидит за столом, перед ней стакан воды, и Алтан обещает себе убить Вадика за то, что тот едва ли не довел ее до нервного срыва. – Добрый день, - наследник клана привлекает к себе внимание. Лия шмыгает носом и поднимает голову, лицо кажется ей знакомым, пока в голове не всплывает буддийский храм и его приглашение на экскурсию. – Думаю, я должен принести извинения за своего охранника, - вздыхает Алтан. – Он больше на бандита похож, чем на охранника, - с сомнением произносит Шадаева. – В моей сфере работы это скорее плюс, чем минус, - он улыбнулся и протянул ей руку. – Позвольте представиться, Алтан Дагбаев, что я могу сделать, чтобы загладить вину за своего подчиненного?