Часть 37

Сумерки медленно окутывали школу-общину своим тёмным плащом. Один за другим подростки расходились по комнатам, завершив дневные хлопоты. Клементина, как и должна была, , дежурила на смотровой башне — её пост, её ответственность. Омар решил ненадолго составить ей компанию. — В последнее время ты намного больше общаешься со всеми, — заметила Клем, не отрывая взгляда от тёмного горизонта. Омар пожал плечами, облокотившись на парапет. — Не то чтобы я был особо замкнутым, — ответил он, глядя вдаль. — Просто когда происходит что-то связанное с внешним миром, мы все не знаем, как поступать, и много думаем. Сейчас стало привычнее. После смертей наступает затишье, а потом снова смерти. Так теперь всегда. Клементина вздохнула, но постаралась сохранить оптимизм. — М-да, как-то пессимистично. Но отрицать тяжело. Может всё в ближайшее время изменится. Омар лишь усмехнулся, но в его глазах промелькнула тень усталости. — Мне бы твой оптимизм, — фыркнул он. — Ладно, пойду спать. И ещё… спасибо, что освободила от ночных смен. — Всё в порядке, — улыбнулась Клем. — Людей сейчас достаточно, а ты и так делаешь больше многих. Спокойной ночи. В этот момент она заметила Эйджея, который, словно маленький ураган, мчался к башне. Его растрепанные волосы и возбуждённый вид говорили о том, что у него есть какая-то важная новость. Омар, кивнув на прощание, растворился в сумраке, оставив Клементину наедине с приближающимся другом и всеми тревогами. — Привет, растяпа! Как дела? — с искренним интересом спросила Клементина, её голос звучал тепло и дружелюбно. Эйджей, словно пружиной подброшенный новостью, подскочил к ней, его глаза горели от возбуждения. — Представляешь, Эби привезла комиксы про супергероев! — выпалил он, едва переводя дух. — Там на картинках столько крови! Можно я буду их читать для тренировки? Девушка не смогла сдержать лёгкого смешка наблюдая за таким радостным Эйджеем. Раньше увидеть его таким было чрезвычайно сложно. Странно радоваться чему-то, если в животе пусто. — Я не против, — кивнула она. — Будет здорово, если ты начнёшь читать что-то не из-под палки. — Но читать сложно, — протянул Эйджей, болтая ногами и слегка надув губы. Клементина наклонилась к нему, её взгляд резко стал серьёзным. — Не сложнее многих других вещей, которые ты уже умеешь, — парировала она, стараясь вложить в свои слова немного строгости. Эйджей притих, но не в первый раз он слушал такие нравоучения. Они мирно сидели в уединении и тишине, наслаждаясь моментом. Клементина притянула малыша к себе оставив руку на его плече, приобнимая. Эйджей и не думал сопротивляться. — Значит завтра я впервые выйду за безопасную зону без тебя? — спросил Эйджей, нарушая тишину. В его голосе слышалась смесь волнения и решимости. Клементина кивнула, тепло улыбнувшись. — Уверена, ты прекрасно со всем справишься. Пригляди там за остальными. Все на нервах, когда речь заходит о выходе за периметр. Все, кроме Лизи, конечно, вроде умеют там находиться, но… Я всё же волнуюсь. Эйджей гордо выпрямил спину. — Не беспокойся, я буду с ними, — заявил он с уверенностью, которая удивила даже его самого. Клементина хихикнула, потрепав его по голове. — Не забывай про правила, малыш. Если будут проблемы — просто уходите. Мы вполне продержимся и без тех припасов. Важно, чтобы все вернулись целыми. Она помолчала, продолжая держать руку на его плече, а затем добавила: — Иди спать. Вам завтра рано выходить. Я провожу вас утром, так что ещё увидимся. Когда Эйджей встал, Клементина ещё раз ласково взъерошила его слегка отросшие волосы. Она провожала его взглядом, пока он не скрылся в дверях общежития, и долго ещё стояла, глядя в темноту, где таились неведомые опасности внешнего мира. В её сердце теплилась надежда, что завтрашний день пройдёт благополучно, и что её юный подопечный справится со всем. Когда Вайолет пришла в комнату она надеялась лечь в кровать, повернуться к стенке, чтобы даже если ночью повязка сползёт, то Кэти не заметила бы, закрыть уставшие прищуриваться глаза и хорошенько отдохнуть. Но судьба, похоже, не собиралась давать ей передышку. У окна, на своём излюбленном месте — старом комоде, — её уже поджидала Кэти. Брюнетка устроилась по-турецки, её глаза светились предвкушением. — Ну что, монокуляр, наконец-то завтра нормально прогуляемся? — с энтузиазмом спросила она, не скрывая своего воодушевления. Вайолет уже устала возмущаться по поводу прозвищ и пропустила это мимо ушей. Её лицо выражало усталость, когда она ответила: — Я решила, что всё-таки не пойду Вайолет устало опустилась на кровать, её глаза казались особенно измученными из-за постоянной необходимости щуриться. Повязка на глазу, которую она носила уже несколько недель после ранения, доставляла дискомфорт, но это было ничто по сравнению с тем, что происходило снаружи стен их убежища. Кэти, всё ещё сидящая на комоде, не могла скрыть своего удивления. Её лицо выражало искреннее разочарование. — С чего это? — воскликнула она, подавшись вперёд. — Ты же сама вызвалась! Вайолет вздохнула, проведя рукой по волосам. — Омар захотел пойти. Я согласилась поменяться. Всё равно из-за глаза от меня было бы мало толку. Кэти резко встала, её глаза сверкнули гневом. — И что теперь? Ты собралась прятаться в своей норе до конца жизни? Так и передохнете все тут, как крысы! — её голос звучал резко, почти обвинительно. Вайолет опустила голову, не в силах выдержать этот взгляд. Она знала, что Кэти права, но желание отдалиться было сильнее. Брюнетка, не сказав больше ни слова, резко развернулась и вышла из комнаты, громко хлопнув дверью. Её шаги эхом отдавались в пустом коридоре, оставляя Вайолет наедине со своими мыслями и сомнениями. Первые лучи рассвета окрасили небо в нежные оттенки розового и оранжевого. Клементина встретила их, сидя на вышке. Она передала дежурство Аасиму и принялась готовить ранний завтрак для группы, отправляющейся в лес. Приготовление еды заняло меньше времени, чем ей хотелось бы. Время, когда придётся отпустить друзей в опасную вылазку, неумолимо приближалось. Ребята постепенно собирались за столом. Омар, как всегда, начал ворчать по поводу завтрака, однако в этот раз остальные поддержали его. Только Эйджей с удовольствием уплёл кашу с добавлением каких-то корней — для него этот вкус был привычнее. Вайолет проснулась рано, как обычно, и вышла во двор. Кэти уже ждала её у стола, небрежно развалившись на скамейке и демонстративно перебирая остатки завтрака. Её пристальный, изучающий взгляд заставил Вайолет почувствовать себя неуютно. — Ну что, Вай, — протянула Кэти, когда Вайолет опустилась на скамейку напротив, — передумала насчёт экспедиции? Вайолет поморщилась, берясь за кусок чёрствого хлеба: — Нет, Кэти, не передумала. Я же объяснила — мой глаз… — Да брось, — отмахнулась брюнетка. — Ты же прекрасно справляешься с рыбалкой, а там, в лесу, всё не намного опаснее. Вайолет почувствовала, как внутри закипает раздражение. Почему Кэти никак не оставит эту тему? — Я не хочу об этом говорить, — отрезала она, пытаясь сосредоточиться на еде. Но Кэти, словно не слыша её, продолжала: — Знаешь, я тут подумала… Может, ты просто боишься остаться одна? Без меня? — произнесла она, загадочно ухмыляясь, и наклонилась над столом, глядя Вайолет в глаза. Вайолет смутилась от чего её лицо приняло странное выражение: — С чего ты это взяла? Конечно нет. — Да так, — Кэти пожала плечами и приняла прежнюю позу, но её глаза выдавали волнение. — Просто… ты в последнее время какая-то странная. Другие подростки, завтракающие неподалёку, начали бросать любопытные взгляды в их сторону. Вайолет почувствовала, как жар приливает к щекам. — Может, поговорим позже? — попыталась она сменить тему. — Нет, давай сейчас, — настаивала Кэти, снова наклоняясь ближе через стол. — Что происходит между нами? Вайолет огляделась по сторонам. Несколько ребят из их группы уже прислушивались к их разговору, делая вид, что заняты едой. — Между нами ничего не происходит, — тихо, но твёрдо произнесла она. — Просто… оставь меня в покое, ладно? Кэти отпрянула, словно её ударили. Её лицо выражало смесь обиды и непонимания. В этот момент мимо проходил Луис с подносом из столовой. Он остановился, бросив на Вайолет понимающий взгляд: — Вай, поможешь мне проверить ловушки после завтрака? Это был предлог, и Вайолет ухватилась за него. Уж лучше терпеть Луиса, чем этот разговор: — Да, конечно. Пойдём после еды, — сказала блондинка и последовала за ним. Кэти осталась сидеть за столом, глядя вслед уходящим подросткам. Её лицо выражало растерянность, смешанную с досадой. Вайолет чувствовала себя виноватой, но знала, что так будет лучше — для них обеих. Когда они отошли достаточно далеко, Луис не стал удерживать себя от подколки: — Ви, ты таки поладила с соседкой? Вайолет тут же закатила глаза. — Она просто невыносима. Я правда думала, что прилипчивей и бесячей тебя быть не может, но, чёрт возьми, она бьёт все рекорды. Клементина собрала группу у ворот школы. Её голос звучал твёрдо и уверенно, хотя внутри она волновалась за каждого из ребят. — Самое главное — не рискуйте понапрасну, — начала она, обводя взглядом собравшихся. — Если не получится забрать всё сразу — ничего страшного. Ваша задача — разведать территорию, отметить важные места на карте. Зачистим в следующий раз. Главное — вернуться целыми. Кэти, не скрывая насмешки, фыркнула: — Клемка, ну чего ты разнуделась? Это на тебя не похоже. Разве не ты недавно рвалась зачищать столовую, вся такая смелая? — Это другое, — сказала, как отрезала Клем и девушка успокоилась. — Постарайтесь вернуться до заката. Ночью ещё сильно холодает. — Говоришь как мамочка, — буркнула Кэти, явно пытаясь выплеснуть своё раздражение. — Самое необходимое из того, что там может быть — это лекарства и оружие. Если будут возьмите большие сумки или тёплую одежду, — продолжала Клементина, игнорируя колкости. — Хотя она и есть мамочка, — продолжала, хихикая, рассуждать себе под нос модница. Клементина устало выдохнула, стараясь сосредоточиться на своих словах. Нога уже несколько дней беспрерывно болела, словно место её окончания вновь стало мясом и каждый момент прилива к нему крови обозначало конец. Фантомные ощущения вернулись с новой силой, словно никогда не утихали. Она успела пожалеть что вообще попыталась встать на этот проклятый протез, но сейчас было не время показывать слабость. Ей нужно было сосредоточиться на наставлениях, как лидера, а тут ещё и Кэти изо всех сил пыталась её вывести. После ночного дежурства глаза слипались, стоять было тяжела, так как нога подкашивалась, а в её состоянии этого было более чем достаточно, чтобы упасть. Внезапно рядом оказался Эйджей. Он подошёл ближе и тихо произнёс: — Клем, всё будет хорошо. Иди отсыпайся. Его слова прозвучали как приказ, и остальные, поняв намёк, начали расходиться. Они помахали на прощание, исчезая в утреннем тумане. Только Кэти делала это с недовольной миной всё ещё злясь на состав команды. Клементина смотрела вслед уходящим, чувствуя, как тревога сжимает сердце. Она знала, что сделала всё возможное, чтобы подготовить их к этому выходу. Теперь оставалось только ждать и надеяться, что её ребята вернутся целыми и невредимыми. Группа двигалась по знакомому маршруту, минуя ловушки, расставленные для ходячих и диких животных. Некоторые из них уже сработали, наполняя лес монотонным рычанием. Этот звук стал частью их реальности, но сейчас он служил напоминанием о том, что опасность может поджидать за каждым поворотом, которое не должно было отвлекать их сейчас. Лучи солнца пробивались сквозь густую листву, создавая на земле причудливый узор. Группа продвигалась вперёд, осторожно ступая по мягкому мху и опавшим листьям. Каждый шаг требовал внимания — под ногами могли оказаться как обычные корни, так и ловушки. Путь через лес тянулся бесконечно долго. Тишина повисла между членами группы, словно тяжёлое одеяло. Не самая дружная компания двигалась в молчании, каждый погружённый в свои мысли. Напряжение висело в воздухе, делая каждый шаг неловким и вымученным. Только Эйджей, казалось, не замечал этой гнетущей атмосферы. Его детская непосредственность взяла верх над неловкостью, и вскоре он уже семенил вперёд, привлечённый занятием Омара и Лизи. Те сосредоточенно изучали окрестности, тщательно отмечая на расширенной карте все значимые ориентиры: массивные поваленные деревья, очертания старых, давно заросших дорог, загадочные полуразрушенные постройки. Омар, как всегда внимательный к деталям, не упускал ничего. За пределами безопасной зоны было очень непривычно и каждая мелочь казалась важной. Его карандаш методично вычерчивал контуры на потёртой карте, отмечая даже незначительные, на первый взгляд, детали. – Ты уверен, что это нужно помечать? – Эйджей ткнул пальцем в набросок ямы, над которой корпел Омар. — Кажется, это просто обычная яма. Идем уже. Омар на мгновение замер, затем неуверенно пожал плечами: — Ну, там может быть что-то важное. Эйджей фыркнул, не скрывая своего скептицизма: — Я очень сомневаюсь. — сказал он своё экспертное мнение. — Мне тоже кажется, что ты слишком усердствуешь, – поддакнул Карл, идя следом. — Я просто не хочу выслушивать потом от Асима, что я плохо справился. Обычно он занимался картами, – пояснил Омар, не отрывая взгляда от карты. — Он просто зануда, – беспечно заявил Эйджей, вызвав легкое замешательство у остальных. Его слова повисли в воздухе, вызвав лёгкое недоумение у остальных. Слова Эйджея, брошенные с такой беспечностью, обнажили то, о чём все предпочитали молчать — негласную иерархию в их маленьком сообществе. В Эриксоне, несмотря на все усилия старожилов создать атмосферу дружелюбия и равенства, между «своими» и «пришлыми» существовала негласная граница. Новенькие всё же воспринимали их небольшую группу как негласных руководителей. Клементина, официально признанная лидером, была неразрывно связана с небольшой группой давних друзей. Их отношения выходили за рамки простого товарищества — они были семьёй, проверенной временем и опасностями. Именно поэтому важные миссии и ответственные задания всегда доверялись им, а не новичкам из Александрии или Хилтопа. Даже Эйджей иногда удостаивался большего доверия, чем кто-то из новеньких. Многие считали, что это происходит лишь потому, что он не был частью пришлой группы, но истина была глубже — долгие годы совместного выживания создали между ними связь, которую нельзя было просто так объяснить. С Эйджеем она провела множество лет и теперь может доверить ему всё, на что по её мнению он способен. Новенькие, чувствуя эту негласную иерархию, предпочитали не вмешиваться в сложившуюся систему, принимая её как данность. Карл, стараясь не отставать, тихо проронил, стараясь смягчить напряжение: — Я думаю, что он не будет настолько строг с тобой — аккуратно сказал Карл, не с целью задеть, а скорее чтобы расслабить лидера их операции. — Вы просто пока плохо его знаете, — хихикнул Омар, подталкивая ногой сухой лист, хрустнувший под ботинком. — Любой, кто знаком с ним достаточно близко, подтвердит — он настоящий зануда! Лизи, до этого молчаливо наблюдавшая за муравьиной дорожкой, тянувшейся вдоль поваленного дерева, не удержалась от вопроса: — Даже руби? Омар расхохотался, его смех эхом прокатился между деревьями, спугнув пару лесных пичуг. Он тут же пожалел об этом,так как они не планировали привлекать на себя внимание, хорошо, что целью их вылазки была не охота. — Особенно Руби! Его дотошность проявляется во всём. Говорю как человек, который жил с ним до вашего появления. Хотя могу признать во многих аспектах это очень полезно. Ему нравится заниматься тем, о чём мы даже не думали. Кэти, которая до этого держалась в стороне и плевала сухие ягоды, неожиданно прервала свой гастрономический досуг и присоединилась к разговору: — Согласна. Он настолько нудный, что мне даже лень к нему цепляться! Её слова, словно метко брошенный камень, попали в цель. Вся группа разразилась смехом. Напряжение, словно утренний туман, начало рассеиваться под лучами солнца. Вдали послышались странные шорохи, заставив всех на мгновение замолчать и прислушаться, но лес вновь затих. — А по-моему, занудство — это когда у человека есть система и он ей следует. В нашем то положении это скорее плюс, чем минус! — заметил Карл, поправляя сползающий с плеча лук, прихваченный с собой, как единственное кроме револьвера Эйджея дальнобольное оружие. Омар кивнул, снова склоняясь над мятой картой, испещрённой пометками: — Вот именно. Асим может быть невыносимым, но его внимание к деталям очень помогает. Вероятно именно благодаря ему мы ещё живы. Он замолчал, оглядывая товарищей. Откуда-то донеслись неясные звуки, будто кто-то перебирал сухие ветки. — Только не вздумайте ему рассказывать, что слышали это от меня. И вообще, с каких это пор мы начали петь дифирамбы Асиму? — возмутился парень, поправляя рюкзак. Его слова вызвали новый взрыв смеха. Кэти, как всегда, не могла удержаться от колкости: — Я не начинала, — самодовольно заявила она. — Я вообще предпочитаю не хвалить никого, кроме себя. Они двинулись дальше, вглубь леса, где каждый шорох и каждый луч солнца казались либо предвестниками опасности, либо скрытой надеждой. Впереди, сквозь просветы между деревьями, показались очертания странной, заброшенной постройки, словно забытой в самом сердце этого зелёного лабиринта. Однако сейчас это всё ещё не было их целью, поэтому Омар нанёс краткое обозначение в углу карты и пошёл дальше по плану. — Мы заметили, — донеслось от кого-то позади неё. — Почему ты просто не можешь подружиться с кем-нибудь? — наивно поинтересовался Эйджей. Кэти вскинула подбородок, искорки вызова мелькнули в тёмных глазах: — О чём ты? Я могу стать лучшим другом для любого, если захочу! Лизи, не удержавшись, фыркнула, стараясь не споткнуться о корень, предательски вылезший из земли: — Да неужели? И кто же захочет дружить с тобой? Брюнетка тут же ощетинилась, словно дикая кошка, готовая к прыжку: — Поосторожнее, мелкая. Не советую ругаться с кем-то, кто может тебя защитить, пока ты будешь прятаться. В нашем мире это ценный ресурс. — Я могу сама за себя постоять! — взвилась Лизи, сжимая кулаки. Хрупкая фигурка казалась обманчивой в своей решимости. — О, конечно, — саркастически протянула Кэти, окинув её взглядом с головы до ног. — Твои боевые навыки не выше способностей комнатной герани. Хотя, может, она мастерски кидается лепестками? В этот момент Эйджей, похоже, совершенно не улавливая витавшего в воздухе напряжения, брякнул: — У нас в комнате есть мухоловка! Неожиданный выпад разрядил напряжение, словно грозовой разряд. Лизи не смогла сдержать смех и вытянула руку для «дай пять». Эйджей радостно подпрыгнул, с энтузиазмом хлопнув в ее ладонь, и расплылся в невинной улыбке, словно и не было только что перепалки. Кэти, не сумев сдержать улыбку, покачала головой: — Детская тупость — то, что может разрядить любую ситуацию. Лизи, всё ещё улыбаясь, заметила: — Ладно, Кэти должна признать, ты явно сильнее меня. Но не надо быть такой несносной. Кэти была именно тем новеньким, что напрягал всех. Старшие ребята наибольшее внимание уделяли именно ей, боясь, что любой конфликт с ней может переросли в трагедию. Девушка словно специально старалась держать всех в напряжении выводя на эмоции или затевая странные разговоры. Поэтому и сейчас все исподтишка поглядывали на неё, отрывая взгляд от пути. Брюнетка неожиданно для всех расхохоталась. Звук этот был таким искренним и заразительным, что все невольно расслабились: — Признаю. Но только потому, что никто не может меня переплюнуть в искусстве быть невыносимой. Это мой личный талант. — Почему ты считаешь это искусством? — недоумевал Карл, в основном придерживающийся норм приличия в общении с друзьями. — Потому что это очень полезный навык. Когда попадаешь в новое место — психи – лучшее средство проверить людей на адекватность. Как минимум так это оправдывал Джимми какой-то из своих подружек. Эйджей, запнувшись о корягу, поинтересовался: — Это твой брат? — спросил Эйджей, стараясь звучать непринуждённо, но тем не менее насторожил старших снова. Кэти фыркнула, будто давя непрошеный смешок, и продолжала буравить взглядом усыпанную ржавой листвой землю под ногами. Хруст сухих веток вторил ее настроению – раздражённому и колючему, как сорняк. — Если этого засранца вообще можно так назвать, — бросила она легко, приправив фразу привычным сарказмом, словно это ей ничего не стоило. Лучи солнца, пробиваясь сквозь редеющие кроны деревьев, играли на её тёмных, но все ещё густых волосах, выхватывая искорки ярости в карих глазах. Омар, шагавший впереди и протаптывавший тропу в густой поросли, обернулся. Взгляд его был полон укоризны, смешанной с усталостью. — Довольно грубо для человека, который провёл с ним последние несколько лет, — заметил он, одергивая сползающую с плеча лямку видавшего виды рюкзака. Брюнетка лишь пожала плечами, не удостоив его даже взглядом: — Он другого не заслуживает. Вонь прелой листвы щекотала нос, смешиваясь с запахом сырой земли и чего-то гнилостного, что витало в воздухе с тех самых пор, как «ходячие» захватили мир. Впереди, сквозь голые стволы деревьев, блеснул кусочек незнакомого пейзажа – покосившийся забор, когда-то, вероятно, ограждавший ферму, а теперь увитый диким виноградом, словно саваном. Лизи уже перестала быть любопытной или жадной до историй девочкой. Однако теперь она поняла, что не может больше полагаться на людей вокруг, ведь их теперь просто может не оказаться. Несколько дней назад она осознала, что больше у неё никого нет. Брат был единственным кто делал бы что-то для её выживания. Мика и люди из Эриксона ничего для неё не значат, как и она для них. А значит нужно стать серьёзнее. Поздно быть ребёнком. Больше никаких ожиданий, никаких надежд на чужую помощь — только собственные решения и действия. И первой целью на её пути к самостоятельности стала Кэти. Странный выбор, казалось бы. Все в Эриксоне недолюбливали эту дерзкую, грубую девушку. Её острый язык и едкие замечания отпугивали людей, но Лизи видела то, что другие предпочитали не замечать. Кэти была сильнейшей в школе. Её навыки выживания, боевые способности и умение выживать в самых сложных условиях вызывали восхищение. Более того, несмотря на все её недостатки, руководство школы продолжало держать её здесь, что говорило о многом. Также по сравнению со старожилами в школе сблизиться с Кэти должно было быть проще, как никак они обе новенькие. — О чем ты? Он был… плохим? — выпалила она, с трудом поспевая за остальными. Ноги застревали в мягкой почве, замедляя её. — До твоего ему как до луны пешком! — огрызнулась Кэти, не сбавляя шага. Лицо Лизи мгновенно изменилось. Улыбка, только что озарявшая её, словно солнце, выглянувшее из-за тучи, тут же погасла. Плечи поникли, а в глазах отразилась тень болезненной ранимости. Остальные обменялись тревожными взглядами, полными невысказанного сочувствия. Где-то вдалеке, над головами, пронзительно каркнула ворона, и звук этот, казалось, подчеркнул царящую тишину только сильнее зля недовольных этим разговором. Карл, всегда чуткий к малейшим переменам в настроении группы, решил вмешаться. Он знал, как быстро трещина, возникшая между ними, может разрастись в пропасть: — Может, хватит уже? — резко бросил он, останавливаясь и обводя взглядом молчаливых спутников. — Не видишь, что Лизи расстроилась? Зачем ворошить прошлое? Особенно сейчас. Под ногами противно хлюпала влажная земля, напоминая, что они углубляются все дальше в незнакомую чащу. Лизи стала решительнее спустя пару секунд, поэтому с выражением искренней заботы и заинтересованности на лице девочка вступила в разговор. — Всё в порядке, — тихо, но отчётливо проговорила она. — Я просто хотела познакомиться поближе с тобой. И подумала, что это... Нууу.... может стать чем то общим. — смотря на Кэти, что пусть и была старше, но совсем не выше, из под блондинистой чёлки Лизи заговорчески улыбнулась. — Чёрт возьми! Мне это нравится! — воскликнула Кэти, чуть ли не подпрыгнув от неожиданно вспыхнувшего энтузиазма. В её глазах мелькнул озорной блеск, а на губах появилась кривая улыбка, совсем не похожая на прежнюю, саркастическую гримасу. Она была искренне заинтересованна этой девчонкой. Напряжение постепенно спадало, и остальные ребята, заметив, что конфликт между девочками исчерпан, слегка ускорили шаг, оставляя их в относительном уединении. Лес вокруг них словно затаил дыхание, наблюдая за каждым движением маленькой группы. Они уже довольно давно шли за пределами безопасной зоны. Хоть они и разговаривали, иногда поддаваясь эмоциям, группа всё же пыталась вести себя потише. Разговоры то и дело стихали, сменяясь напряжённой тишиной. Каждый шаг требовал осторожности — нельзя было привлекать внимание мертвецов лишними звуками. Их тактика работала… до определённого момента. Лишь пару раз Карл использовал свой лук, чтобы устранить ближайшие угрозы. От тех мертвецов, что мелькали по сторонам от их тропинки они предпочитали поскорее уходить, не вмешиваясь в борьбу. Вот только теперь это сыграло с ними злую шутку. Те самые мертвецы, которых они старались обойти стороной, теперь преследовали их, создавая всё более громкий хор хриплых стонов. А где один — там и другие. Не зря всем известно, что именно в большом количестве мертвецы становятся опасными. Первой среагировала Кэти, сразу же перехватывая биту висящую ранее за спиной. За ними собралось несколько мертвецов, но из-за шума послышался шорох из кустов со всех сторон. — Нужно быстро разобраться с ближайшими и попытаться оторваться, пока их не стало больше! — крикнул Карл, натягивая тетиву лука. Меткие выстрелы отбросили часть преследователей на безопасное расстояние. Без лишних слов группа рванулась вперёд, но Лизи неожиданно свернула с тропы. Она пробежала несколько метров и остановилась, давая понять, что действует осознанно. Омар, взявший на себя роль временного лидера, замер, проверяя, все ли поняли новый маршрут. Его жесты были чёткими и уверенными — он направлял остальных за ней. Впереди, сквозь просвет между деревьями, мелькнула пустота, а за ней заброшенная дорога. Их глаза, привыкшие к однообразию леса, невольно зацепились за этот намёк на цивилизацию. Дорога могла вести куда угодно — к спасению или к новым опасностям. Но благо она была достаточно далеко, а вот широкий водный поток в незине была буквально в дадцати метрах от них. Лизи, бежавшая впереди, замедлила шаг. Пригнувшись, она осторожно осматривала территорию из-за кустов. Дорога была усеяна брошенными ил разбитыми, разграбленными машинами, в каких то местах в кучу были свалены мусорные мешки чем-то забитые, свалка из рюкзаков неподалёку и... горы безжизненных тел. Совсем безжизненных. Теперь становилось понятно, почему в школе так редко появлялись гости — путь из ближайшего города был непроводим. Группа укрылась за массивным поваленным стволом дерева, выжидая. Лизи продолжала изучать местность, пытаясь оценить расстояние до школы. Мертвецов из леса ещё не было слышно, так что у них было время на размышления. — Нужно двигаться вдоль реки. Мы не могли пропустить мост, значит, ещё не дошли, — прошептала Лизи. — Думаю, будет лучше идти по берегу, — предложил Омар. — Там слишком открытая местность! Долго идти без укрытия — самоубийство, — неожиданно для всех вмешался Эйджей, ловя на себе удивлённые взгляды. — Я бы сказала это тупейшая идея — поддержала его Кэти не чураясь прямолинейных выражений. Карл кивнул, соглашаясь с ней и глядя на Омара. Тот, к его чести, не стал настаивать: — Есть другие предложения? — спокойно спросил он, доверяясь более приспособленным к внешнему миру членам группы. Ребята задумались рассматривая варианты, вот только группка нежити из леса не стала ждать слишком долго и дала о себе знать. — Пойдёмте вдоль леса, не теряя реку из виду. Только нужно внимательно смотреть в обе стороны. — предложил Эйджей. План был неидеальным, но лучшего у них не было. Группа, скрепя сердце, двинулась по намеченному маршруту, стараясь держаться вместе и быть настороже. Каждый понимал — одно неверное движение может стоить им жизни. Дорога вновь стала спокойней, вот только никто больше не решался заводить разговор. Если лес сопровождал их бесконечным треском, шелестом, рыком — своим шумом создавал иллюзию жизни вокруг, то вот небольшая степь простирающаяся до реки нагнетала. Здесь, на открытой местности, каждый шорох казался громче, каждое движение — более заметным. Ветер, который в лесу играл с кронами деревьев, здесь просто бесцельно гонял сухую траву, создавая причудливые волны. Небо, прежде скрытое листвой, теперь давило своей бескрайностью. Тишина становилась почти осязаемой. Она давила на плечи, заставляла нервно оглядываться через плечо. Казалось, что любое слово, произнесённое здесь, эхом разнесётся по округе, привлекая внимание всех мертвецов в радиусе километра. Даже птицы, обычно наполняющие степь своим пением, словно вымерли. Кэти то и дело поправляла биту на плече, её пальцы нервно постукивали по рукояти. Лизи шла впереди, её взгляд постоянно скользил по горизонту, выискивая любые признаки опасности. Омар, несмотря на внешнюю уверенность, то и дело проверял карту, теперь дающую лишь лёгкое ощущение уверенности. Эйджей, обычно болтливый и энергичный, теперь шёл молча, крепко сжимая своё оружие. Даже Карл, всегда спокойный и рассудительный, стал более настороженным, его пальцы то и дело тянулись к колчану со стрелами. Река впереди казалась спасительной полосой, но и она не внушала доверия. Её поверхность была неподвижной, словно зеркало, отражая серое небо. Ни всплеска, ни крика птицы — только мёртвая тишина, нарушаемая лишь их собственными шагами. — Кажется, вижу, — прошептала Лизи, её голос едва нарушил тяжёлую тишину степи. Она вытянула руку, указывая вперёд. Все замерли, напряжённо всматриваясь в том направлении, куда указывала девушка. Спустя несколько мгновений их глаза тоже различили очертания небольшого бетонного моста. Он выглядел неожиданно целым среди разрухи и запустения — железнодорожный мост, чудом сохранившийся после всего хаоса. Шоссе, которое они видели ранее, теперь оставалось где-то позади, вероятно, уводя в противоположную от их леса сторону. Сейчас перед ними простиралась лишь широкая лента реки и спасительные очертания моста. Река внизу несла свои тёмные воды, монотонно журча о бетонные опоры моста. Это журчание казалось сейчас почти музыкой после давящей тишины степи. Мост выглядел надёжным, хотя местами бетон покрывала паутина трещин, а местами виднелась ржавчина на металлических конструкциях. — Это он? — тихо спросил Эйджей, в его голосе слышалось облегчение. Омар, пожимая плечами, кивнул: — Похоже на то. Это должен быть он. Кэти, не теряя бдительности, окинула взглядом окрестности: — Давайте проверим, нет ли там сюрпризов. Не хотелось бы нарваться на толпу ходячих прямо на мосту. Группа медленно двинулась вперёд, держа оружие наготове. Каждый шаг приближал их к цели. Оказавшись напротив моста они не увидели ничего. Он был слишком пустой и это вызывало вопросы, однако не оставляло сомнений, что это их путь на сегодня. Лизи, идущая впереди, внимательно осматривала окрестности. Её глаза скользили по верхушкам деревьев на противоположном берегу, по зарослям камыша у воды, по самому мосту. Что-то в этой картине казалось ей неправильным, но она не могла понять, что именно. Эйджей убедившись, что мертвецы им не грозят решил немного развлечься. Релься. Что может быть интересней для шестилетнего ребёнка? Ответ очевиден, — многое, однако точно не сейчас. Поэтому мальчик воображая из себя не знамо кого устроил себе тренировку на равновесие, которая дополнительно усложнялась лёгким ввиду пустоты, но всё ещё слишком большим для него рюкзаком. Тут он слегка оступился и, чуть не упав, издал шуршащий звук, привлёкший внимание остальных. Карл не сдержал лёгкого смешка на добродушной улыбке. Ещё совсем недавно это было его любимое занятие, а теперь он об этом даже не подумал. Одноглазый подошёл к мальчику и подхватил его за руку, поднимая обратно на высокий рельс и поддерживая. Когда до моста оставалось всего несколько метров, Эйджей резко поднял руку, останавливая группу. Его детское лицо было серьёзным, что было непривычно для обычно весёлого мальчишки и выглядело особенно забавно, учитывая, что он стоит на рельсе с раскинутыми в стороны руками. — Смотрите, этот мост в гораздо лучшем состоянии, — прошептал он, указывая на массивные бетонные конструкции. — Тот, что ближе к школе, полностью разрушен. Он в основном деревянный, и, кажется, его давно никто не ремонтировал, — пояснил Эйджей, обращаясь к тем, кто не был знаком с окрестностями школы. Остальные напряжённо вглядывались в конструкцию перед ними. Бетонные опоры казались надёжными, хотя местами виднелись следы ржавчины на металлических элементах, что немного нагнетало, хотя сейчас всё такое. — Кажется можно идти спокойно, — сказал Карл, выходя вперёд. Остальные, приободрённые отсутствием опасности, последовали за ним. Мост был пустым. Мост оказался пустынным — лишь бетон, массивные колонны и ржавые рельсы, протянувшиеся через реку. За конструкцией дорога уходила дальше в степь, вероятно, пересекая то самое шоссе. Теперь путь был ясен — нужно повернуть налево, где возвращалась привычная местность — лес. — Здесь должно быть близко, — тихо напомнила Лизи, её голос дрогнул от волнения. Этот наполненный густым запахом хвои пролесок оказался совсем небольшим. Всего двадцать минут пути, и в памяти Лизи начали всплывать болезненные воспоминания. С каждым шагом они становились всё ярче, словно острые осколки прошлого. Вскоре между деревьями показалось что-то большое и чёрное. Лизи заставила себя идти дальше, хотя каждая клеточка тела противилась этому. Мысль о том, что уже больше месяца здесь лежит её брат, тянула назад, в пучину воспоминаний. Но она твёрдо решила измениться, а для этого нужно было похоронить прошлое. В прямом смысле этого слова. Этот участок леса оказался куда более опасным, чем их привычный маршрут. За время короткой прогулки группа уже пять раз столкнулась с крупными и агрессивными группами мертвецов. Каждый раз приходилось вступать в бой, и все члены команды проявили себя достойно. Даже Лизи, несмотря на не самые лучшие навыки в ближнем бою, несколько раз завершила дело точным ударом. Эйджей с каждым новым столкновением действовал всё увереннее, всё лучше справляясь самостоятельно. Лес становился гуще, деревья — выше. Где-то впереди уже виднелись знакомые очертания. Лизи сжала зубы, готовясь к тому, что ждало впереди. Она знала — этот момент станет поворотным в её жизни. Пора было отпустить прошлое и двигаться дальше. Тем более у них есть серьёзная миссия. — Ого, я думал, он намного меньше! — воскликнул Омар, широко раскрыв глаза от удивления. Его голос эхом отразился от почерневших стволов деревьев. Лизи, осторожно ступая по неровной земле, кивнула: — К сожалению, припасов там не так много, как хотелось бы. Место, куда они пришли, выглядело зловеще. Крутой овраг, больше похожий на естественную ловушку, окружил их со всех сторон. Именно из-за этого резкого перепада высот фургон, стоящий внизу, оказался в ловушке — его невозможно было вытащить без специального оборудования. Оглядевшись, группа заметила, что все деревья в округе почернели от копоти. Пепел и сажа покрывали стволы, создавая жуткую картину. Земля была испещрена странными узорами — следами мертвецов, которые когда-то бродили здесь, исследуя каждый сантиметр территории в поисках добычи. Кэти, ещё сильнее нахмурившись, осмотрела местность: — Похоже на то, что здесь был пожар. И эти следы… — она указала на землю, подбирая наилучшую метафору, — ходячие явно устроили здесь настоящий пир. Карл, держа лук наготове, внимательно изучал окрестности: — Надо быть начеку. Если здесь когда-то было столько мертвецов, возможно, некоторые всё ещё прячутся где-то поблизости. Эйджей, несмотря на напряжённую обстановку, не мог оторвать взгляда от фургона: — А что внутри? Там точно есть что-то полезное? Лизи помедлила, прежде чем ответить: — Внутри есть кое-какие припасы, но их придётся доставать осторожно. И… здесь есть ещё кое-что, с чем мне нужно разобраться. Лизи кивнула в сторону жуткой кучи, от одного взгляда на которую по спине пробегал ледяной озноб. Это уже не было человеческим телом — больше нет. Он умер, оставаясь человеком, от единственной пули, пробившей череп. Его тело, обугленное и истерзанное пламенем, стало зловещим маяком, притянувшим к себе всех мертвецов в округе своим отвратительным запахом. Клочок не успевшей разложиться плоти оказался для них неким приглашением на пир. Сейчас там была лишь отвратительная каша из гниющих тканей, которые почему то не доели мертвецы, костей и какого-то снаряжения навешенного на него в момент расправы. Лизи глубоко вздохнула и сделала шаг навстречу этой мерзости. Как бы не хотелось забыть всё то, что произошло Лизи решила, что должна найти кое что принадлежавшее ему при жизни. Среди этого кошмара, к удивлению, оказалось несложно отыскать невзрачную сумку, не самую вкусную даже для трупов, в которой под широкой и всё ещё рабочей молнией лежало массивное кольцо. Этот аксесуар когда принадлежал их отцу. В воспоминаниях Лизи оно было единственным напоминанием о былом мире. Кольцо казалось странным, почти детским – таким маленьким, что едва натягивалось на ее палец, не говоря уже о руке взрослого мужчины. Но отец всегда носил его на среднем пальце, и этот факт навечно врезался в память. Несмотря на узкий диаметр, кольцо было массивным. Печатку украшал странный черный рисунок, не дававший ни малейшего представления о том, что он означал, и означал ли вообще хоть что-то. Это причудливое очертание вызывало в памяти обрывки воспоминаний. В памяти Лизи отчётливо всплыл тот вечер перед отъездом из Ричмонда. Вечер, который теперь казался частью другой жизни. Она видела, как Эйден, её брат, сидел у стола, нервно перебирая пальцами. В его глазах читались сомнения, неуверенность в правильности их плана. Мика справлялась как могла, но даже она не могла скрыть тяжесть, которая легла на её плечи. Однако в Ричмонде им действительно ничего не угрожало — по крайней мере, до определённого момента. Лизи тогда была всего лишь младшей сестрой, зависимой от решений брата. Но Эйден… У него был выбор. Она помнила, как он объявил о своём решении уйти. Помнила, как до последнего момента он колебался, словно невидимая нить всё ещё связывала его с прошлым. В его руках было то самое кольцо — символ их семьи, их корней. Он вертел его, снова и снова пытаясь принять окончательное решение. В тот вечер, когда решение было принято окончательно, Эйден с трудом стянул кольцо с пальца. Оно словно не хотело покидать его руку, будто знало, что это будет последний раз. Лизи видела, как тяжело ему далось это движение. Как будто вместе с кольцом он отрывал ту добрую часть себя из прежней жизни. Воспоминания уносили Лизи всё дальше в прошлое, к тем временам, когда Ричмонд только начинал обретать форму безопасного убежища. Хотя она была тогда совсем маленькой, некоторые моменты навсегда отпечатались в её памяти. Отец… Он был словно призраком в их жизни. Квартира, выделенная их семье советом, часто пустовала без него. Дни и ночи он проводил в отряде обороны. Его появление всегда было неожиданным — то он исчезал на целые недели, то вдруг возникал на пороге с шоколадкой для детей или каким-то чудом добытым гаджетом, что в те времена считалось настоящей роскошью. Когда их отряды возвращались жизнь в городе становилась намного лучше и люди радовались. Лизи помнила, как сидела на подоконнике и смотрела, как он уходит. Низкий, но сильный, с этим странным кольцом на среднем пальце, которое казалось таким большим для его аномально маленькой руки. Она не понимала тогда, почему он его носит, но сейчас… сейчас она начинала осознавать значение этой вещи. Мысли о прошлом помогли ей собраться с силами. Нужно было закончить то, что она начала, и двигаться дальше. Вперёд, к новому будущему, но с памятью о прошлом, которая теперь стала частью её самой. Металл был холодным и гладким, словно не касался этой жуткой земли. Внезапно она почувствовала, как кто-то положил руку ей на плечо. Омар, стоявший рядом, тихо произнёс: — Ты не обязана делать это одна. Кэти, преодолев свою обычную грубость, добавила: — Мы можем помочь с остальным. Лизи кивнула, сжимая кольцо в ладони: — Спасибо. Но это… это должно быть только моим. Она знала, что впереди ещё много работы, но первый шаг к прощанию был сделан. Теперь нужно было решить, что делать с останками. Сжигать нечто подобное было бы проблемно из-за того, что всё в округе было мокрым от крови и влажности исходящей от небольшой струйки воды неподалёку, поэтому было решено сгрести всё в кучу и присыпать землёй, благо в машине рядом оказался черенок от лопаты. Кэти молча кивнула и, достав из фургона обломок черенка от лопаты, начала аккуратно сгребать останки в одну кучу. Остальные помогали, стараясь не смотреть лишний раз на то, что осталось от человека. Каждый понимал — это часть их новой реальности, и от этого никуда не деться. Никто не произносил слов утешения — в их мире они были лишними. Действия говорили громче слов. Закончив с этим делом они решили сначала осмотреть малую машину, водителем которой Эйден был в свой последний день. Когда всё было закончено, Лизи бросила последний взгляд на место захоронения. Кольцо, которое она держала в руках, казалось теперь тяжелее, словно впитало в себя всю боль этого места. — Теперь нужно осмотреть машину, — тихо произнесла она, поворачиваясь к небольшому фургону. — Это была машина Эйдена в тот день… Эта машина была по военному пустой. В бардачке Лизи обнаружила лишь пожелтевшие от времени бумаги, пропитанные влагой. Панель управления хранила следы когда-то установленной рации, но надежды на её работоспособность не было никакой. Единственной ценной находкой оказалась аптечка, но и та разочаровала своим скудным содержимым: несколько запылившихся бинтов, пара пластырей, жгут и наполовину пустой флакон йода. Лизи аккуратно сложила всё в один из их рюкзаков, стараясь не думать о том, что эти медицинские принадлежности могли когда-то спасти чью-то жизнь. Когда они уже собирались покинуть машину, сверху донеслись тревожные звуки — будто кто-то медленно пробирался сквозь заросли. Омар, быстро сверившись с картой, принял решение: — Давайте разделимся. Я и Карл проверим окрестности, Кэти и Эйджей прикроют Лизи. Все молча согласились с планом. Каждый понимал — это место хранит свои тайны, и лучше быть готовыми ко всему. Особенно теперь, когда они подошли так близко к цели своего путешествия. Ребята поднялись вверх, встали по периметру, стараясь охватить взгядом всё вокруг. В далеке стало заметно какое-то движение. Напряжение висело в воздухе, словно густая пелена. Все молчали, прислушиваясь к каждому шороху, каждому треску веток. — Я думаю стоит сходить проверить, — тихо произнёс Карл, не отрывая взгляда от подозрительного движения. Омар кивнул: — Согласен. Нам не нужны сюрпризы за спиной. Девочки и Эйджей стараясь действовать как можно тише открыли задние двери фургона. Они распахнулись с терзающим душу скрежетом и открыли вид на внутренности фургона. Вдали всё ещё стояли галлоны с топливом, а остальное было сложено в сумки и рюкзаки разной формы и размера. — Я старалась собирать только полезное. С краю только одежда, но дальше может быть что-то полезное. Не сговариваясь, они направились вглубь леса, держа оружие наготове. Их шаги были почти бесшумными — годы выживания научили их двигаться незаметно. Тем временем Кэти, Лизи и Эйджей, стараясь не издавать ни звука, подошли к задним дверям фургона. Металл сопротивлялся, когда они пытались их открыть, и наконец, с душераздирающим скрипом, двери поддались. Звук эхом разнёсся по округе, заставляя всех невольно замереть. Внутри фургона царил полумрак. Пыль танцевала в редких лучах света, проникающих через грязные окна. Лизи первой шагнула внутрь, её глаза быстро привыкали к темноте. Остальные поспешили войти следом за Лизи, стремясь поскорее закончить с их делом, пока источник подозрительного шороха не превратился в реальную угрозу. Кэти, держа биту наготове, шагнула в темноту фургона. Эйджей не торопился так сильно. Он помнил выученные с младенчества правила. Его глаза внимательно изучали каждый сантиметр ржавого кузова, выискивая малейшие признаки опасности. — Спереди все выглядит глухо, — наконец произнёс он, стараясь, чтобы его голос не дрожал, — окна вроде заперты, но я заметил, что уплотнитель местами отошёл. Может, получится их выдавить… Хотя лучше не рисковать. Есть один нормальный вход — задняя дверь, я проверил, открывается нормально. И что самое главное — вокруг чисто, ни одного мертвеца не видно. Но не успела блондинка перейти середину, как земля под ногами задрожала так внезапно, что у Лизи перехватило дыхание. Сначала едва уловимая вибрация, затем всё более сильные толчки — и вот уже весь фургон содрогается, словно в агонии. Металлические стены скрипят, будто протестуя против неизбежного. С оглушительным грохотом фургон начал заваливаться вперёд. Кэти, оказавшаяся ближе всех к выходу, попыталась отпрянуть, но массивные двери захлопнулись, безжалостно прищемив ей пальцы. Девушка от неожиданности и боли не сдержала резкий визг, который разорвал тишину, эхом отразившись от стен. Эйджей, не успев отреагировать, оказался зажатым между стеной и вероятно самыми тяжёлыми из имеющихся сумок. — Держитесь! — крикнула Лизи, пытаясь найти точку опоры в падающем фургоне. Но благо одним толчком всё и закончилось. Судя по всему машина упала на кабину от того, что вес сместился в её сторону, но дальше земли она упасть не могла, несмотря на то, что под машиной сейчас находилась не глубокий и довольно узкий проток. Ребята замерли, пытаясь отдышаться и осознать произошедшее. Кэти, стиснув зубы от боли, пыталась освободить зажатые пальцы. Наконец, когда шум в ушах немного утих, Эйджей нарушил тяжёлое молчание: — Было шумно… Его слова повисли в воздухе, заставив всех замереть. Кэти, преодолевая боль, прислушалась. Где-то снаружи раздавались звуки, совсем не похожие на шум природы. Тяжёлые шаги. Скрип. И уже привычный хор мертвецов. Тяжёлые шаги становились всё ближе, а скрип разлагающихся суставов эхом отражался от стен фургона. — Их здесь целая толпа, — напуганно отозвалась блондинка. Эйджей, прижатый к стене, вжался в угол, стараясь не привлекать внимания. — Мальчики ещё там, — прошептал он. В этот момент из кабины, куда они не упали только потому, что скатившиеся к сиденьям ёмкости с бензином перегородили путь, послышались более отчётливые звуки. Несколько рук уже начали проникать в их пространство. — Может они нас спасут? — с надеждой в голосе спросила Лизи, но её оптимизм разбился о суровую реальность. — Если они не хотят стать обедом для этих тварей, им лучше уносить ноги, — процедила Кэти сквозь зубы, пытаясь освободить руку. Её лицо исказила гримаса боли, но она старалась не показывать слабость. Внезапно одна из стен фургона задрожала под натиском мертвецов. Звук был довольно глухой, что оставляло им надежду на то, что их окружение достаточно крепкое, чтобы выдержать. Кэти, наконец освободив руку, осмотрела повреждения — пальцы были целы, лишь сильно помяты. — Ну что ж, могу вас обрадовать, пару часов у нас ещё есть, — произнесла она, пытаясь вернуть привычную дерзость в голос. Она попыталась открыть створки, но едва появилась небольшая щель она смогла понять, что на них лежит небольшой ствол дерева перегораживающий проход, тем самым перекрывая доступ мертвецам кишащим слишком близко. Пространства между кабиной, доступ куда был им более недоступен, было достаточно мало, чтобы угроза не проникла внуторь. — Поздравляю, мы в западне, — Кэти попыталась разрядить обстановку своим фирменным сарказмом, но даже её голос дрогнул. Эйджей, несмотря на ситуацию, оставался оптимистом: — Ребята нас не бросят! Они обязательно найдут способ нас вытащить. Кэти помогла ему освободиться из-под завалов сумок, и вместе они начали осматривать содержимое. В сумках оказались военные консервы, сухпайки, старые тряпки, несколько пустых фляг и ржавый мультитул. — Ну что ж, по крайней мере, голодать не будем, — пробормотала Кэти, доставая консерву. — Хотя питьё — это проблема. Лизи, прижавшись к стене, прислушивалась к звукам снаружи. Шорох разлагающихся тел, скрежет когтей о металл, глухие удары — всё это создавало симфонию ужаса, от которой кровь стыла в жилах. Всё это создавало только больший шум вокруг них, приглашая новых бродяг. — Нужно найти другой выход, — прошептала она. — Должен быть способ выбраться отсюда, пока эти твари не пробрались внутрь. Эйджей, несмотря на страх, начал осматривать потолок фургона: — Может, здесь есть вентиляционные отверстия или что-то подобное? Кэти, достав мультитул, начала проверять швы и щели: — Если есть, то они должны быть достаточно большими, чтобы пролезть. Времени у нас немного, так что шевелитесь! Наконец удача улыбнулась им — Лизи заметила нечто похожее на люк в потолке кабины. Путь к нему был непростым, заваленный канистрами с горючим и различным хламом. — Кэти! Кажется я нашла, — сказала блондинка подзывая девушку, единственную, кто нормально мог защищаться и защищать других.. Брюнетка, превозмогая боль в ушибленных пальцах, начала пробираться между громоздкими канистрами. Движения давались с трудом, но она знала — от этого зависит их жизнь. Добравшись до люка, Кэти увидела несколько мертвецов, которые уже начали проникать внутрь. Не теряя ни секунды, она подняла мультитул и несколькими точными ударами уничтожила незваных гостей. Тела с глухим стуком осели на пол, больше не представляя угрозы. В фургоне стало тише. Новые мертвецы, почувствовав сопротивление, пока не решались лезть внутрь. Через треснувшее лобовое стекло Лизи увидела несколько кусков разлагающихся тел, которые уносило течением небольшого потока воды. Мышцы мертвецов оказались бессильны против даже не слишком сильного течения. Кэти, убедившись, что путь свободен от мертвецов, внимательно осмотрела механизм люка. Её пальцы дрожали, но не от страха, а от напряжения. — Он заперт, но этот мультитул может помочь, — пробормотала она, доставая инструмент. Эйджей и Лизи, понимая, что от точности их действий зависит жизнь всей группы, поспешили на помощь. Им пришлось действовать слаженно: пока Кэти, развернувшись лицом к люку, пыталась дотянуться до замка, они крепко держали её за ноги, стараясь не дать соскользнуть на пол, где лежали разлагающиеся тела мертвецов. Положение было неустойчивым — Кэти держалась в основном на лили своего пресса и спины, так как для попыток поддеть замок люка было необходимо задействовать обе руки. Кэти, стиснув зубы, работала мультитулом, пытаясь подобрать нужный угол для воздействия на механизм замка. Её руки скользили от пота, но она продолжала упорствовать. Снаружи доносились всё более настойчивые звуки — мертвецы явно чуяли живых и пытались пробраться внутрь. Время словно замедлилось. — Почти получилось! — выдохнула напряжение Кэти, не расслабляя рук, чувствуя, как механизм начинает поддаваться. — Ещё немного… Эйджей и Лизи напрягли все силы, удерживая её вес. Их пальцы побелели от напряжения, но они не отпускали, понимая, что от этого зависит их спасение. Наконец, раздался долгожданный щелчок. Замок поддался, и крышка люка начала медленно отодвигаться, открывая полоску спасительного света и пуская внутрь свежий воздух леса. У них появился шанс выбраться из этой смертельной ловушки, но нужно было действовать аккуратно. Кэти, с трудом подтянувшись обратно в кабину, тяжело опустилась на пол. Её дыхание было прерывистым, а руки дрожали от напряжения. — Там стопор, — сообщила она, пытаясь отдышаться. — Я не смогу пролезть. Можно попытаться выломать механизм, но это будет слишком громко. И я не знаю, сколько мозгов потребуется этим тварям, чтобы забраться на крышу. Лизи прислонилась к холодной стене, её мысли лихорадочно метались в голове. Снаружи доносился отвратительный шум — мертвецы продолжали напирать на двери, их глухие стоны и скрежет когтей о металл становились всё громче с каждой минутой. Казалось, будто сама смерть обступает их со всех сторон, пытаясь пробраться внутрь. Эйджей, стоявший рядом, внезапно нарушил напряжённое молчание. — А я смог бы пролезть? — спросил Эйджей, глядя на дверцу в потолке полный серьёзности. — Решил сбежать, малой? — возмутилась брюнетка, наконец отдышавшись и приняв уверенную и дерзкую позу. — Нет, послушай! — воскликнул он. — Я могу пробраться через люк и дать знать остальным, что мы живы. Может, получится придумать план спасения. Лизи, всё ещё прижавшись к стене, внимательно посмотрела на Эйджея. В его глазах читалась не только решимость, но и искреннее желание помочь. Кэти, заметив серьёзность в голосе мальчика, на мгновение замолчала, обдумывая его предложение. — Постой-ка, — произнесла она, меняя своё прежнее настроение. — А ведь он прав. Ты действительно можешь пролезть, Эйджей. Лизи кивнула, соглашаясь с Кэти: — Это может сработать. Если ты пролезешь наверх, сможешь подать сигнал Карлу и Омару. Они должны быть где-то рядом, — согласилась Лизи, оценивая шансы на успех. — В этом я очень сомневаюсь, — задумчиво произнесла Кэти, — но попытка не пытка. Давай попробуем. Хуже уже не будет. Эйджей, воодушевлённый поддержкой старших товарищей, начал готовиться к подъёму. Он проверил, на месте ли его револьвер и нож — оружие могло пригодиться, если что-то пойдёт не так. Следующей проблемой было доставить Эйджея наверх. Он был меньше и сам еле еле цеплялся пальцами за край люка. Кэти подсадила его и пыталась подтолкнуть его за попу, помогая подняться. Лизи, стоя внизу, напряжённо следила за каждым движением Эйджея. Снаружи доносились всё более настойчивые звуки — мертвецы продолжали атаковать фургон, пытаясь добраться до своей добычи. Время словно замедлилось, пока мальчик медленно, сантиметр за сантиметром, поднимался на крышу. Эйджей наконец-то выбрался наружу, но его попытка встать на ноги закончилась плачевно — измотанное тело подвело в самый неподходящий момент. От резкого падения на колени раздался громкий стук, который эхом разнёсся по округе, заставляя Кэти и Лизи, находящихся внизу, в ужасе замереть. «Тихо, тихо», — прошептал мальчик, осознав свою оплошность. Он замер, прислушиваясь к реакции мертвецов. К счастью, те были слишком заняты атакой на фургон, чтобы обратить внимание на шум сверху. Осмотревшись вокруг, Эйджей понял — ситуация была хуже, чем они предполагали. Мертвецы облепили грузовик со всех сторон, словно рой голодных насекомых. Несколько из них лежали прямо на том самом бревне, которое преграждало путь через двери, и любое неосторожное движение могло привлечь их внимание. Кабина представляла собой настоящее поле битвы — на каждую дверь навалилось по три-четыре трупа, которые продолжали давить на металл, пытаясь добраться до своей добычи. Их разлагающиеся руки скребли по поверхности, а гнилые зубы клацали в жажде живого мяса. Течение не справлялось с их количеством. Эйджей сглотнул ком в горле, понимая, что их положение критическое. Нужно было срочно найти способ сообщить об этом Карлу и Омару, но как это сделать, не привлекая внимания голодной толпы внизу? Поняв свою ошибку он решил не вставать. Он осмотрелся вокруг. Их положение было настолько плохо, как они и расчитывали. Мертвецы всей гурьбой накинулись на грузовик. Несколько лежали поверх бревна и если бы он был слишком шумным спокойно могли бы добраться до него. На кабину накинулись с большим участием. На каждую из дверей навалилось по три - четыре трупа. Эйджей напряжённо вглядывался в окрестности, пытаясь найти путь к спасению. Вторая машина была заметна неподалёку — она застряла носом в обгоревшем стволе дуба на другой стороне речушки. Новые мертвецы продолжали спускаться сверху, стремясь присоединиться к своим собратьям, но лишь единицы добирались до цели. Внезапно его внимание привлекло движение на одном из деревьев наверху склона. Присмотревшись внимательнее, он узнал Карла! Не теряя времени, Эйджей замахал рукой, сигнализируя о своём присутствии. Расстояние между ними было небольшим, и они могли хорошо видеть друг друга. Эйджей опустил голову обратно в люк и спокойным голосом, чтобы не привлекать внимания доложил обстановку: — Все входы перекрыты, но я нашёл Карла. Сейчас попробую с ним связаться. Снова выглянув наружу, он увидел, что Карл отвечает жестами. Первым делом он показал на себя большим пальцем, после выкинул вперёд ладонь со знаком победы и классический знак одобрения — большой палец вверх. Смысл был ясен — они с Омаром в порядке. Эйджей повторил жест Карла, но вместо знака победы показал три пальца, давая понять, что их трое в беде. Карл кивнул в ответ, показывая, что понял сигнал. Теперь главное было — разработать план спасения, пока мертвецы не пробрались внутрь их металлического убежища. Эйджей сохранял подобие спокойствия, хотя внутри все клокотало. Варианты побега роились в голове, словно встревоженные пчелы, но мертвецы пока держались на безопасном расстоянии от каждого из их небольшой группы. В памяти всплывали эпизоды их прошлых приключений с Клем — тех времён, когда они вдвоём пробирались через опасные территории, учились выживать и находить выход из самых безнадёжных ситуаций. Эйджей знал это наверняка — за годы выживания в мире, захваченном мертвецами, он выучил два главных правила: либо находи тихий выход, либо создавай такой шум, чтобы мертвецы забыли обо всём на свете. Первое было предпочтительнее, но сейчас ситуация не оставляла выбора. Сидя на крыше фургона, он внимательно наблюдал за толпой нежити, облепившей машину. Их гнилые пальцы скребли по металлу, зубы клацали в жажде живого мяса, а пустые глазницы неотрывно следили за каждым движением. «Тихий выход невозможен», — подумал Эйджей, оглядывая забаррикадированные входы и выходы фургона. Оставался только второй вариант — отвлечь. Но как? В лесу звуки рассеиваются, теряются среди деревьев и листвы. Нужен был источник шума, способный перекрыть даже этот адский хор мертвецов. Эйджей напряжённо всматривался в окружающий пейзаж, пытаясь найти решение их отчаянного положения. Его взгляд скользил по склону, по деревьям, по земле — но ничего подходящего не попадалось. И вдруг, подняв глаза выше, он замер. На верхнем склоне, там, где укрылись его друзья, виднелся знакомый силуэт — бок машины Эйдена. Расстояние было приличным, но в этой ситуации любая возможность могла стать шансом на спасение. Старый автомобиль, хоть и безнадёжно мёртвый, всё ещё оставался массивной металлической конструкцией. Мальчик знал — завести машину невозможно. После всего, что произошло в ней вероятно были испорчены многие из систем необходимые для этого. Но это не имело значения. Главное, что в машине оставались целые стёкла, а металл при удачном стечении обстоятельств мог создать достаточно громкий звук, способный отвлечь мертвецов. Мысли в голове Эйджея закружились с бешеной скоростью. Он представил, как можно использовать автомобиль: достаточно сильного удара, чтобы стёкла разлетелись вдребезги, а металл зазвенел, привлекая внимание нежити. Это могло сработать — создать достаточно громкий отвлекающий манёвр, чтобы дать возможность освободить пленников фургона. С новой надеждой в сердце Эйджей снова посмотрел на Карла, который всё ещё наблюдал за ним с дерева. Нужно было как можно скорее донести до друга свою идею. От этого зависела не только их свобода, но и жизни Кэти и Лизи, запертых внизу. Лучшим способом донести план без лишних слов было показать его в действии. Омар вряд ли бы уловил суть, а вот Карл, часто сталкивающийся с ордами, наверняка поймёт с полувзгляда. Эйджей маякнул Карлу и, ухватившись за край крыши, скользнул вниз, в фургон. Это снова было не так легко. Он чуть не сорвался вниз, куда снова проникла нежить, но всё-таки смог быстро отпихнуть их ногой и проникнуть в грузовое отделение. — Я придумал, как их отвлечь, — прошептал Эйджей, обращаясь к Кэти и Лизи. Его голос дрожал от напряжения, но в глазах светилась уверенность. — Я и ребята попробуем сверху отвлечь большую часть мертвецов. А вы выбирайтесь через кабину и идите в противоположную от машин сторону. Там ждите нас. Кэти, выслушав план, на мгновение задумалась, а затем кивнула. Лизи же, напротив, выглядела напуганной как никогда. Она нервно теребила рукава своей куртки, её взгляд метался по тёмному пространству фургона, словно ища выход из этой ситуации. Немного погодя её реакции Кэти не выдержала: — Не трусь, дурёха! Тех, кто останется, я возьму на себя. — Она вытащила из-за пояса длинный, хорошо заточенный нож. Лизи с недоумением посмотрела на биту, закреплённую за спиной Кэти. Та, поняв немой вопрос подруги, добавила: — Битой слишком много шума будет. Часть мертвецов может вернуться. А нам нужно действовать тихо. Лизи кивнула, пытаясь взять себя в руки. Собрав остатки мужества, она направилась к сумкам с припасами. — Что ты делаешь? — удивлённо спросил Эйджей. — Нам нужно выбираться! — Мы пришли сюда за припасами, — ответила Лизи, перекладывая вещи из одной сумки в другую. — Нельзя возвращаться с пустыми руками. Особенно после того, как я подвергла всех, а особенно тебя опасности. Клем будет ждать припасы. В её словах звучала твёрдость, неожиданная для двенадцатилетней девочки. Это была её первая серьёзная вылазка, и провал означал бы потерю доверия. Кэти, наблюдая за сборами Лизи, понимала, что она говорит чушь. Клементина Клем чётко дала понять, что главное — вернуться живыми. Но почему бы не попытаться захватить хотя бы часть припасов? Это могло бы накинуть и ей несколько очков, тем более военная одежда ей казалась вполне интересной. — Ладно, но быстро! — сказала она и присоединилась, чтобы ускориться. Эйджей, понимая важность припасов для их общины, молча кивнул, но выглядел весьма озадаченным и несогласным. Мальчик также начал им помогать, вспоминая их второй день в Эриксоне. Марлон ясно дал понять: принести достаточно еды — единственный способ остаться в общине. Но Клементина много раз говорила, что хочет, чтобы Эриксон мог стать домом для хороших людей. — Клем никого не выгонит, даже если мы ничего не принесём, — тихо произнёс Эйджей, глядя на своих старших товарищей. Он посчитал важным сказать это. Кэти хмыкнула, хотя в глубине души была согласна с мальчиком. Но сейчас было не время показывать слабость. — Уверена, для тебя всё так просто, — бросила она, как обычно небрежно. — Но в этом мире выживает тот, кто умеет думать наперёд. Она не столько думала так на самом деле, сколько хотела показать Эйджею, что всё может быть не так просто. Лизи, не обращая внимания на их перепалку, продолжала методично собирать самое необходимое. Её маленькие руки ловко перебирали содержимое сумок, выбирая самое ценное. Ребята забили свои рюкзаки самым тяжёлым и взяли в руки сумки с тем, что не поместилось, решив оставить тут только топливо. Эйджей тем временем набивал карманы небольшими, но увесистыми предметами: сломанными деталями механизмов, металлическими коробочками, рациями и неизвестными ему приспособлениями. Когда сборы были закончены, Кэти и Лизи заняли позиции у кабины, готовясь к решающему рывку. Их сердца колотились как сумасшедшие, но внешне девушки старались сохранять спокойствие и собранность. Эйджей, сделав глубокий вдох, снова полез к люку. Оказавшись наверху, он быстро нашёл взглядом Карла. Жестами показал направление, в котором должны будут двигаться Кэти и Лизи, затем продемонстрировал свой план отвлечения мертвецов. Взяв одну из металлических вещиц, сначала просто поднял её, показывая суть задумки, а затем с силой швырнул в сторону машины Эйдена. Металлический предмет с оглушительным звоном ударился о корпус автомобиля. Несколько ближайших мертвецов тут же обернулись на звук, их пустые глазницы уставились в сторону шума. Карл моментально понял замысел — на его лице промелькнуло понимание. Не теряя ни секунды, он принялся собирать камни и шишки, разбросанные вокруг, и один за другим бросать их в машину, создавая всё более громкий грохот. Омар, поначалу не понимавший происходящего, быстро вошёл в курс дела. Под руководством Карла он тоже начал собирать и метать камни, устраивая настоящий концерт из грохота и звона. Мертвецы, привлечённые шумом, начали медленно поворачиваться в сторону звуков, постепенно отходя от фургона. Девочки поспешно начали выбираться наружу, но мертвецов всё ещё оставалось слишком много. Мальчики решили продолжить отвлекающий манёвр ещё немного, чтобы дать им больше времени для побега, пока нежить не разбрелась в разные стороны. Эйджей не отставал от остальных, хотя предметов у него было не так много. Зато шум от его действий получался куда более внушительным, чем от попыток парней на склоне. Когда в карманах закончились почти все предметы, он вытащил что-то довольно увесистое и кинул вперёд, слегка не докинув до машины. Предмет упал прямо в скопище мертвецов. Грохот разорвал лесную тишину! Чугунный корпус разлетелся в клочья, осыпав округу смертоносными осколками. Взрывная волна ударила по стволам деревьев, заставляя их стонать и скрипеть. Оглушительный рёв пронёсся между исполинских сосен, заставляя нежить в панике метаться из стороны в сторону. В радиусе двадцати метров начался разверзся настоящий ад. Зомби, привлечённые шумом, ринулись к месту взрыва, сталкиваясь друг с другом, падая и поднимаясь вновь. Их протяжные стоны и хрипы слились в единый жуткий вой, который перекрывался треском ломающихся веток, противным хлюпаньем по кровавой жиже, появившейся после взрыва, и потрескиванием вновь разгоревшегося огня. Облака дыма и пыли медленно рассеивались, открывая картину полного хаоса. Мертвецы, словно заворожённые, кружили вокруг эпицентра взрыва, полностью утратив бдительность и не замечая ничего вокруг. Их внимание было приковано к месту взрыва — план сработал. Эйджей был в полном шоке. Он и представить не мог, что у них окажется нечто подобное. Однако это состояние шока сыграло с ним злую шутку. Второй и последний взрывной предмет, который он держал в руке, выскользнул и полетел вниз. Всё происходило словно в замедленной съёмке, но мысли в голове мальчика неслись с бешеной скоростью. В памяти, как вспышки молний, пронеслись оставленные в машине галлоны с бензином и жуткий случай взрыва автомобиля при нападении на ранчо МакКэрол. Холодный ужас сковал его: он должен что-то сделать, иначе все обратятся в пепел. Идея пнуть зловещий предмет, парящий в воздухе, показалась ему гениальной в своей детской непосредственности. К счастью, взрыва не последовало – лишь бомба отлетела чуть дальше. Она безжизненно шлёпнулась на землю, так и не сдетонировав. Эйджей набрал в грудь воздуха, пытаясь унять дрожь, и стал лихорадочно искать взглядом друзей. Их нигде не было. Решив, что разберется со всем после встречи с остальными, он начал спускаться. В этот раз, убедившись в отсутствии мертвецов, он решил просто спрыгнуть вниз. Но удача отвернулась от него. Левая нога предательски провалилась между сиденьями, вывернувшись в неестественном, пугающем изгибе. Неистовая боль пронзила его, словно удар молнии. Мурашки пробежали по коже, и пошевелить ногой было невыносимо страшно. Из-под машины, со стороны распахнутой дверцы, донёсся утробный рык. Застрявший под машиной в момент её движения мертвец всё ещё находился там, пугая своей неожиданной близостью. Мальчик решился. Резким движением он выбросил ногу вперёд и вывалился в приоткрытую дверь. Судорога, словно раскалённая игла, пронзила ушибленную лодыжку. Каждый шаг давался с трудом, но времени оставалось в обрез: нежданный взрыв мог навлечь нежеланные последствия. Преодолев несколько метров, он понял, что дальше нужно подниматься по склону. Никого из друзей не было видно. Эйджей, собравшись с силами, швырнул свой груз наверх, а после поползти на коленях, чтобы не напрягать ногу. И видимо шум от сумки привлёк внимание, ведь оказавшись на середине пути он ощутил, как Кэти подняла его на руки, словно пушинку, и вместе с сумкой и отнесла на место сбора к Лизи. — Пойду искать остальных, — бросила она через плечо, и в голосе её звучала сталь. — Что случилось? Мы слышали взрыв! — выпалила Лизи, едва Кэти скрылась из виду. — Я… я кинул что-то взрывающееся. Не знал, что оно такое! — пробормотал он в своё оправдание. Лизи понимающе кивнула и вновь принялась всматриваться в лесную чащу. Пока она искала взглядом друзей, Эйджей наконец смог уделить внимание своей травме. Нога выглядела целой, хотя и казалась какой-то непривычной. Он осторожно пошевелил ею — боль пронзила всё тело. Попытка поставить ногу на землю принесла те же мучительные ощущения. Мальчик недовольно поморщился, и Лизи сразу заметила его гримасу. — Ты ранен? — в её глазах плескался страх. — Кажется, подвернул, когда прыгал. Ничего страшного, только больно наступать. Лизи быстро огляделась по сторонам, её взгляд лихорадочно искал что-нибудь, что могло бы помочь Эйджею. В голове у неё созрел план — нужно было найти что-то подходящее в качестве костыля. Однако крупных веток поблизости не оказалось. Внезапно её рука наткнулась на что-то холодное. — Держи, это может помочь, — Лизи протянула Эйджею биту, которую раньше использовала Кэти. — Нам скоро придётся уходить, и быстро. Учитывая, что сюда сейчас стягиваются мертвецы со всего леса, медлить нельзя. Мальчик встал, упираясь о дерево, и взял биту в руку. Её основание упиралась в землю довольно устойчиво и по росту она ему вполне подходила. Они согнул ногу в колене и, с усилием схватившись за её ручку обеими руками, сделал несколько смешных шагов. Движение давалось с трудом, но это было лучше, чем ничего. — Ребята! — Лизи замахала руками, привлекая внимание своих товарищей, которые наконец-то появились из-за деревьев. Кэти выглядела ужасно — её одежда была вся в тёмных подтёках крови, которые уже начали засыхать на ткани. Омар шёл, прижимая к груди левую руку — через прорезь в куртке виднелась неглубокая, но кровоточащая рана. Их лица были бледными от усталости и напряжения. — Что с вами? — выдохнула Лизи, чувствуя, как сердце сжимается от тревоги. — Потом поговорим, — отрезала Кэти, быстро оценивая ситуацию. — Эйджей, ты сможешь идти? Нам нужно убираться отсюда, и побыстрее. Мальчик кивнул, хотя было видно, как ему больно. Лизи подхватила его под руку, помогая сохранить равновесие. — Я помогу, — тихо сказала она. — Вместе мы справимся. Омар, морщась от боли в раненой руке, достал из-за пояса нож. — Держитесь рядом, — предупредил он. — Эти твари уже близко.