***

Нечисть, так я себя называю. Назвать даже живым я не могу, что то более мертвое, то что разлагается. Потому что труп ходячий и запах очевидный, могилы только не хватает. Отрицание общества, существование в четырех стенах, чтобы сбежать, но выхода нет. Тьма догонит, задушит в объятиях и вот ты в бездне. Но пока что такого не случилось, только во снах. А после них просыпаешься, весь в поту и в страхе. Проверяешь конечности, на их наличие, и уже потом можно будет встать и существовать рутиной. Хотя, погодите, чесаться хочется. И тут рутина меняется на другой лад, на попытки унять этот зуд, что похоже причиной стал беспокойный сон. Хоть и не помню, что конкретно было тревожным, но осадок остался и очертания очень знакомого лица. Но не важен этот факт, пока я таскаюсь по различным комнатам как зомби, стараясь подметить хоть что то, что похоже на мази различные. В своей - ничего, в ванной тоже, а вот на кухне мне удалось найти находку рядом с раковиной. Тюбик весь мокрый, зато мазь холодная накладывается на кожу черную, морщинистую, противную. Со временем ощущается покой, зуд прошел. Блаженство, что тут сказать, желание чесаться ушло на нет. А там уже далее и мысли приходят в тонус. Тюбик на место поставить главное не забыть. А раз уж на кухню зашел, то почему бы и не сделать себе кофе на завтрак? Из за поимки, мертвец так и не заметил белую тушу рядом с холодильником, который так же не заметил его. А тот сидит вокруг льда и медитирует, медитирует и не обращает внимание на все окружение. В своих он мыслях летает, в холоде он отдыхает. Потому что сам весь снежный, любое тепло может убить. И из за этого вся квартира жуть морозит, а из за трупа сожителя - ужасно воняет, хорошо что у снежного нет носа. Гостей, по понятной причине у них нет, все всегда задерживались меньше минуты, потом же, уходили прочь и больше не разговаривали с этими двумя. Так что они оба в одиночестве, оба в компании своей маленькой, в этой крохотной квартирке. И не важно, что думает там общество, потому что оно не знает и не понимает. Да и не нужно тут что либо понимать, ведь сами не хотят говорить, их дело, пусть не вмешиваются. Поэтому и гниют в квартире, так комфортнее, так хорошо. Так правильнее. Мертвый доделал свое холодное кофе, аккуратно взял кружку, сделал глоток. Кипятка нет, снеговик запретил теплые вещи, по понятным причинам. Боится он, страдают все, хотя сам же этим и страдает. Мертвый ведь тоже иногда является козлом отпущения из за своих провалов памяти и вечного "уж точно не творческого" беспорядка. А там он уже заметил своего соседа, сидящего на полу, безразлично наблюдая, как тот сгорбившись сидит и сверлит взглядом несчастный холодильник. Сам тот говорил: "Было бы не плохо, если я все же купил себе персонализированный холодильник." Хотел он там жить, спать и радоваться жизни, все же так ему намного удобнее, чем морозить все на свете. Но дорого, а денег совсем нет, поэтому и обживаемся льдом по всюду и сидим. А мертвец и не против, не то чтобы его вообще это волновало, все же оба друг друга по своему терпели, один без способа обоняния трупные запахи не вдыхает, другой практически не ощущает холода по всюду. А может, не терпят они друг друга вовсе, наоборот, радуются компании своей и сидят по вечерам, болтают ни о чем, улыбаются. Необычно и непривычно на первый взгляд, многих обычных вещей нет, все предметы извлекающие тепло просто не существует в их пространстве. Не нужно лишних проблем, где снеговик случайно коснулся раскалённого того же чайника, а потом мучил трупа своей же паранойи на этот счет, да ну уж нет, спасибо. Во время размышлений вспомнилось очертания злосчастного сна.. *** В своем то страхе забываешься, трясёшься весь, чего боятся? Ах, точно, нереальность и твои додумки, потом не жалуйся, что никому не доверяешь. Увидишь двойное дно, потеряешься и сгинешь в своих мыслях. Но не страшен этот факт как то, что физический мир существует, там действительно нужно переживать. И бежать. И остановиться на полпути, потому что страшно куда идет это направление, будущее навевает страх. И вроде дилемма: тут, в настоящем, ужасно, да и в будущем тоже. Куда идти? Что вообще происходит? *** Перехват дыхания, мысли лезут, голова же не стерпит. Показывает свое недовольство мигренями, что аж хочется съёжиться и зажмурить глаза, молясь, верить, что скоро все пройдет. Пусть вера ложна, мольбы напрасны, но пока они есть - существуешь и ты сам. Хоть сам не живой, но мыслишь разумно, а может ты и снег ходячий, но тоже ведь разумный. Оба ведь надеются на лучшее, слепо делая шаг вперед. Открывая глаза, все равно видишь захудалую картину: ободранные стены, хотя котами тут и не пахнет, мебель дряхлая, окна помутневшие и другие вещи, которые так и напоминают о том, что ты еще в реальности, не в мечтаниях. Но даже в мечтах бывает страшно. Лучше бы отбросить все это на пока. Негоже сидеть возле собеседника и думать о своем, который так ждет твоего ответа. Глаза пуговицы смотрят в душу, будто просверливают дырку в ней. Морозно как то стало и не по себе. А тот спрашивал по поводу работы, которой и не было вовсе. Потому что кому ты нужен, если ты такой. Мысли накаляются, тот смотрит в ожидании. И оно ползет. Даже поверить нельзя, что я сдался этим работодателям, серьёзно, кому нужна эта чертовая нечисть, которая вся сыпется на ходу?! Только с жалким видом смотрят, качают головой и бубнят себе под нос. Снеговик продолжает смотреть, и во взгляде мелькает беспокойство небольшое. И пробирается. Конечно, они могут принять меня в свои ряды, но разве коллектив примет это? Чесаться хочется безумно, рука зудит, щека ноет, а шея орет. И сам я, не смотря на все, начинаю чесаться. Растираю всю кожу мертвую в прах, а больно то как! Но какая разница, я мертв. Снежный встал, подбежал ко мне, уговаривает прекратить, дабы не сделать хуже. Оно захватит твой разум прямо сейчас. Я перегибаю палку?! Да кто ты вообще такой, чтобы судить? И отстранился он, личное пространство соблюдая. Пусть мир окрасится в зеленые тона. Ты нереален. Бежит оно, страшнее любого кошмара. Зуд пропал, но боль не прошла, обволакивает меня всю, агония уже бежит. Простирается повсюду, нет места сбежать, все потеряно. Едкий зеленый красит пол моих мыслей в свою гамму, даже они теперь мне не принадлежат. Не люблю ведь я этот цвет, но пленит то как, подчиняет. Не мои мысли эти вовсе, вся власть передается этому незнакомцу, пусть правит мной. Я ведь не живой. Оно будет губить мне жизнь дальше, разве у меня с таким раскладом есть светлое будущее? Ну, конечно, если я его приму как данность, то все будет. Но нет ему площадки в моем разуме потухшем. А может и не потухшем, ведь где то все же светит тухлый огонек.. *** И прошло некоторое время, мысли путаются, все уплывает в бездонный океан. На душе ни хорошо, ни плохо, просто есть ты сам. На меня смотрит этот снеговик, снежинки падают на мое лицо, холодно чуть чуть. Позаботился он обо мне, чтобы хуже не стало, не давил, укрыл, уложил. Все же не настолько он и плохой сосед, да и не был таковым вовсе. Просто был, существовал со мной в этой утопичной пелене, а дальше уже все равно. Сам ты не существуешь вовсе, картинка не реальна, звуки происходят где то на дальнем плане, будто во сне все происходит. И от этого ощущения приятные чувства исходят, оно того стоит, неимоверно, иногда все же нужно побыть где то там, вдалеке. Будто под алкогольным опьянением, но разве это плохо, когда все так хорошо? Поставили меня на ноги, пошатываюсь. Расспросил снежный, что со мной, что случилось. Отвечать же не то чтобы хотелось. Страшно, боязно, не поймёт вдруг. Ощущается эта преграда крупная, не понимаем мы иногда друг друга. Хотя хотелось. Возможно и понимаем, но эта мысль намного страшнее чем другие. Честно, я даже рад, что у меня есть такой сожитель. Может, это иногда раздражает, как к примеру, те же запреты с предметами, которые дают тепло, но он переживает за меня, даже если все зелено вокруг. Кстати о зелени, разум больше не подчиняется зеленым оттенкам, надеюсь что больше его не будет в моих снах. Ведь не хочется иметь постороннего в таком личном пространстве. *** Холодно, но тепло одновременно, он не специально, правда. Холодильник тает, открыты дверцы, пищит. Я это принимаю, хоть и бесит немного. И морозит внутри, даже чувства притупляются, что говоришь, бесит? Нет, такого не существует, только безмятежность манит меня. Счастье ведь в отрицании всех этих эмоций. Без них так хорошо, холодно, морозно. По своему тепло. Все что он говорил это не со зла, просто опять привиделось несуразное. Я не виню, боязно за будущее. Мы оба переживаем за данные аспекты, но вслух не проговариваем, боимся же. Похожи все же в чем то, но не думаем об этом, к примеру, воды остерегаемся, не моемся. Ванная является складом для хранения, используется не по назначению. В любом случае, поддерживать буду, даже если замахнется на меня убийственным предметом как недавно было. Взял, а дальше беспамятство. Но не буду его винить. Холодно все же. Пропадающие мысли, падают, даже я падаю. Морозит. Даже если уйдёт мертвец куда то, буду его ждать, мы похожи все же. Пусть и отрицаем данное, но правда существует. Поддерживаем во многом, имеем мысли одинаковые, но все же недолюбливаем друг друга, может, потому что мы ненавидим себе подобных? Не отрицаю этого, нам нужно найти помощь. И все же сейчас я стою перед ним, боюсь, а он пошатывается, хоть и отрицаю реальность, но это все так живно. Мы реальны. *** Отрицаем мы обоих, даже самих себя, но это не значит что то плохое, боимся мы другое. Распадаться на частицы страшно, но сосед испытывает тоже самое. Оба оседаем на поверхности, оба боимся. В нас так много разного, но столько общего, что иногда задумываешься об этом. И все же мы похожи, да Альфёдов? Да, Джаст, схожесть присутствует и взаимопонимание растёт. Куда ты без меня денешься, а куда я без тебя? Уходить бесполезно. Я сниму зеленые чары и вести, ты будешь серым камнем в пещере. А я уберу ненужные оттенки, наконец то ты станешь белоснежным.