Прибытие в город

Прошло два часа после недавнего происшествия. В головном процессоре всё зудело, почти что искрило, и сами искры будто летели у глаз, если не из них. Перед визорами-глазами всплывали сообщения об повреждениях внутренних шарниров и проводке. Благо, в недолгий момент времени, искры исчезли перед глазами, на визоре появилось сообщение о стабилизации организма. Спустя время муть в глазах также прошла, и в глаза ударил яркий дневной свет, что озарял и маленький лесопосадок, и железную дорогу, что судя по хорошему металлу на вид, была возложена совсем недавно. Но, это не его родное место, или местность патрулирования. Местность была другая, не его. Ни в каком лесу не было железной дороги у них, да и лесопосадков тоже отродясь не бывало как давно. Странно. Странное местечко. Может, из-за урагана занесло. Возможно, возможно. Нужно по карте посмотреть. Спасибо что она у него встроена. Да, визор карты на руке говорит, что не его родные места. Деревья не было у них таких, река тут ещё была. Да и, нет тут никаких песчаных холмов, или огромных месовых гор, какие у них бывали. Всё отображалось чётко и ясно. — Понятно, я в каком-то месте. Надеюсь, что не в погребальном.— про себя в голове пошутил Вик, стараясь встать на сервоприводы. Но тут же упал на животную пластину. Ноги болели, скрепели. На глазах появились сообщения об ошибках. Везде писалось только одно: “Неисправность сервоприводов“, “поломка коленных суставов “, “разрыв межколенных/межсуставных проводов“. Всё говорило о том, что ходить ему будет сложно, а точнее невозможно. Какая ирония, быть поездом-трансформером, у которого именно в ногах колёсные валы для езды, где они и сломались. Да, такая ирония. Что-ж, придётся ждать, или ржаветь на этом лесном поле. Связь то не работает, повредились колонки да провода нужные, что в спине находились, зуд в том месте об этом говорил. Возможно, дыра огромная там, не знаю. И помощи то видимо, не нужно ждать, одна лишь железная дорога вокруг, и то одной полосой. И ему неподходит. Может, советская, родная, или японская чужая? Да кто ж его знает. Перед глазами его уже казались лишь расплывчатые круги, вместо ошибок, что заставляли его погружаться в сон. Почти что в мёртвый сон: — Вот, и прожил я замечательную жизнь. — проговорил напоследок Виктор, закрыв глаза. Видимо, тут и заржавеет, за упокой. За упокой угольного ротора. — Прошло немало времени с недавнего урагана, и в обычном городке уже разъезжал патрульный автомобиль, с подозрительными глазами, и ртом: —Так Рой, на 25 авеню упал столб, своими усилиями закрепи его. Эмбер, пока никого пострадавшего не найдено. Можешь отдыхать.— говорил авто, с висящим на бампере именем "Поли", что явно было его именем. С самого утра ему поручили ездить да рассматривать местность. Хелли сегодня в другом месте патрулирует с воздуха, так что он один пока. Главный всё-таки, да и город лучше всех знает. Да, с такими мыслями не заметил он, как выехал из города, покатившись по полям вдоль железных путей. Мда, и здесь ничего. Вроде успокаивает, что ничего серьёзного не приключилось, но вроде и расстраивает, что ничего нового. И, с такими мыслями он ездил, рассматривая природу, пока в один момент не заметил у железнодорожных путей какое-то тело. Металлическое, лежащее без сознания тело, тёмно-синего,почти чёрного окраса, с огромной дырой в спине, и с ногами, которых будто переехал поезд. И да, при этом слове его охватили раздумия: у него на ногах поездные катки, и глаза виднеются еле, и рот прикрытый поломанным метельником. Возможно, он один из них, из таких вот машин-роботов. Да, так и есть. Поли трансформировался в робота, быстро к нему подошёл, оценив его состояние. Плачевное, но живой: — Эмбер, нужна твоя помощь. Подъезжай к ж/д путям около станции "Мировая", через километр по северо-востоку— произнёс Поли по рации в руке, подойдя к раненому телу. Ребята поехали по нужным координатам.