Грузовик. Пик, Зонтик. Свидание

Я сидел, обдуваемый кондиционером, в своëм грузовике, положив руку на руль. Во второй у меня была сигарета, и я выставил еë за опущенное стекло, чтобы дым не раздражал глаза. Вокруг абсолютная пустыня — ни одного здания, только редкие высохшие кусты и ящерицы. Обочина, на которой я остановился, кончается обрывом, и с него открывается потрясающий вид на реку; в тишине, стоящей на этом одиноком участке дороги, можно даже расслышать шум плещущейся воды. Вдруг до меня донеслись усталые шаркающие шаги. Я удивлëнно наклонился вперëд, чтобы взглянуть в зеркало заднего вида — не хотелось сразу показывать себя незнакомцу. По дороге шëл молодой хрупкий парень, державший в руках какой-то пакет. Его щëки покраснели от жарких лучей палящего солнца, одежда прилипла к вспотевшему телу, а пересохшие губы были распахнуты, впуская внутрь раскалëнный воздух. Что такой, как он, здесь делает? — Эй, — я высунулся из окна, — ты откуда тут взялся? Он поднял на меня вымученный взгляд и недоверчиво осмотрел моë лицо, а затем грузовик. Наверное, думает — мираж. — Давай-ка внутрь, — я отворил дверь. — А то в обморок упадëшь, и что мне с тобой тогда делать? Парень как мог ускорил шаг и, настигнув мой грузовик, дотронулся до его нагревшегося под зноем корпуса. Его глаза воодушевлëнно расширились, но, снова взглянув на меня, он замялся. Видимо, его отпугнуло моë небритое лицо со шрамом на щеке. Наконец он нерешительно спросил: — Подвезëте до города? — А не боишься? — шутливо спросил я. Он сделал шаг назад. Видно, мой оскал его всë-таки отпугнул. Ладно, пусть решает, а я пока докурю сигарету. — Боюсь, — честно признался он через некоторое время, когда я исчез в салоне, чтобы закинуть потушенный окурок в бардачок. — Но мне очень надо в город. — Прям очень? — я вздëрнул бровь. Без веской причины ехать обратно лишний час, а то и больше, не хотелось. — Куда ж ты так торопишься? — увидев, как смутился парень, я поспешил перевести тему — терпеть не могу неловкие беседы. — Ладно, пусть будет секретом. Садись, раз так надо. Домчу минут за пятьдесят, подойдëт? — Да, — глаза парня просияли, и он поспешно запрыгнул в раскрытую дверцу. Я повернул ключ, и грузовик запрыгал на месте, сообщая о своей готовности отправиться в путь утробным рычанием. — Почему Вы решили вернуться, раз в грузовике? — едва слышно пролепетал он. — Чего? — я крутанул руль, и мы снова оказались на дороге. — Не понял. — Ну, я имею в виду, Вы ведь везëте что-то для кого-нибудь, да? Я не слишком Вас задержу? — Да нет, я как раз возвращался. Иначе стал бы я преспокойно курить на обочине? — я засмеялся и краем глаза заметил, как он вздрогнул. — Так, раз уж сел, будь спокойным. А то двинешь мне так по руке, и я съеду с дороги прямо в обрыв. — Простите. Но, понимаете, я же даже постоять за себя не смогу, если вдруг что, — он судорожно вздохнул. — И что же такой хрупкий парнишка забыл между окраинными захолустьями, да ещë и пешкодралом? — Я на машине был, но она сломалась. Сегодня должен был отдать еë в сервис, но уже не было времени для этого, вот и решил на удачу положиться. — А она тебя, получается, кинула, эта твоя удача, — довольно заметил я. Всей своей душой это слово презираю. — В следующий раз думать будешь. — Обычно я не поступаю так безрассудно, но в этот раз я не мог медлить, — парень вздохнул. — К тому же, удача очень даже широко улыбнулась мне: я ведь Вас встретил. — Сейчас ведь договоришься — и высажу, — пригрозил я, чувствуя явное поражение своей идеологии. — Извините, — парнишка вздрогнул и отсел чуть дальше. Между нами повисло напряжëнное молчание — самое паршивое, что может случиться в пути. Подостыв немного, я решил начать по новой: — Так, что это у тебя за пакет? — Это для… для парня, — его голос дрогнул. Похоже, я снова нащупал неловкую тему, и скоро этот трясущийся, как осенний лист, паренëк, грохнется в обморок от неловкости. Я уж было открыл рот, чтобы перевести разговор в другое русло, но тут увидел, как парнишка настойчиво помотал головой, приходя в себя, и понял, что он не из любителей драмы, а значит, можно дать волю любопытству. — Я что-то не так сказал? — Нет, нет… — он неловко уставился в окно. — Мой парень… Он скоро улетит, в другую страну на несколько месяцев. Он очень умный, и это, кажется, было только вопросом времени, когда именно его позовут куда-нибудь. Мы хотели встретиться, устроить последнее свидание перед его отъездом, я должен был приехать заранее, но… Но мой дедушка серьëзно заболел, нужно было приехать к нему, если вдруг это был бы последний… — парнишка не договорил; его голос дрогнул, и он опустил голову так, что волосы, чуть длиннее моих, закрыли лицо. Вскоре, однако, он снова взял себя в руки: — В любом случае, теперь всë хорошо. За исключением того, что я едва-едва успеваю на свидание. Но вот, благодаря Вам, всë, я надеюсь, получится. Спасибо, — он благодарно поднял на меня свои голубые глаза. Я поймал его взгляд, и что-то во мне ëкнуло. Всë-таки вымученным он показался не только из-за жары. Кажется, давно не спал, мешки как у панды. — Слушай, — я постарался звучать как можно дружелюбнее, — может, подремлешь пока? Ехать-то осталось долго, а ты вон того и гляди отключишься. Он посмотрел на меня с недоверием. Ну конечно, чего я ещë ожидал? Всë-таки противная штука — эти ярлыки и стереотипы. — Да в конце концов, сел же ты в мою машину, — вырвалось, не выдержал. Теперь страшно поднять на него взгляд, небось теперь маньяком меня видит. — Может, Вы и правы… Что?! Я сейчас галлюцинацию поймал от жары, или… Или это он с катушек съехал?! И ещë смеëтся, сумасшедший! — Чего зубы скалишь, а?! — Простите, — всë ещë хихикает, балбес. — Просто Вы только что так удивлëнно на меня смотрели! Теперь уж точно совсем Вас бояться не хочется, — хихикать перестал, но улыбается. Хотя, улыбка выглядит дружелюбно и приятно. — Да и, в конце концов, я ведь уже сказал, что не смогу ничего сделать в случае опасности от Вас. Так что действительно, лучше мне поспать. А то неизвестно ещë, сколько с парнем времени проведëм, не хотелось бы отключиться посреди встречи… Надеюсь, что всë обойдëтся, — он сглотнул ком в горле. — Я буду надеяться с тобой, не против? — я попытался как-нибудь его подбодрить. Пусть его доверие ко мне и было призрачным, пусть и было вызвано безысходностью, но всë же было приятно, что такой хрупкий парнишка не шарахается от каждого моего взгляда. — Так шансов будет в два раза больше, разве нет? — Спасибо, — он вздохнул. — Даже если Вы планируете отвезти меня глубоко в лес для личного пользования, познакомиться с Вами было приятно. Он зевнул, его веки накрыли глаза, и вскоре по салону разнеслось умиротворëнное сопение. Да, под конец он совсем расклеился — и жара, и усталость навалились, вот и стал бред нести. Я притормозил — всë равно тут никого, — вытащил из бардачка пачку влажных салфеток, достал одну, дополнительно смочил водой и накинул ему на лоб. Пусть остывает, а то мало ли, чего ещë на свидании от перегрева наговорит.