Глава 15

В военной академии Тельерра находится лаборатория, куда допускаются только люди, непосредственно причастные к службе в Оранди или в Тельерре. Устав военной академии Тельерра, общие положения Озрик падает на пол, разнося по залу приглушенный звук хруста своего позвоночника. Это уже второй раз, когда профессор Гавриэла Прегер победила его в бою, используя его силу против него же самого. Со своего места я вижу, как он восхищается этой женщиной, что явно его отвлекает. – Если вы будете драться, как этот мешок с костями, то полагаю, схватки будут заканчиваться куда раньше, чем хотелось бы. И далеко не в нашу пользу. – Она стряхивает пыль со своей красной рубашки и протягивает руку Озрику. Тот с радостью принимает ее помощь. Большой зал набит оружием разного вида, штангами и матами, железными перекладинами. – Разбейтесь на пары, – Прегер становится в стойку. – А ты, Сколяр, продолжишь с ней, – она показывает пальцем на светловолосую девушку, ранее мне не знакомую. – К концу нашего урока я ожидаю от вас приличного поединка. Мы с Ракель встаем друг напротив друга, подняв кулаки. – И без магии! Один бьет, другой защищается. И наоборот, - она показывает первый прием. Правый хук, возвращение в стойку. Правый хук, левый хук, возвращение в стойку. Правый хук, левый хук, подсечка с правой ноги, возвращение в стойку. – Начали! – Гавриэла хлопает в ладоши. Я повторяю движения до тех пор, пока мышцы не начинают гореть. После вчерашней тренировки по рунам тело сопротивляется новым приемам. Но я вынуждена продолжать, вынуждена стать сильнее. Ракель отбивается, следя за моими движениями. Через полчаса мы меняемся местами. Я отражаю удары Ракель, в то время как ее комбинации кажутся быстрее и технически правильнее моих. Я подмечаю ее ошибки и анализирую свою защиту, когда к нам подходит Гавриэла. – Вы деретесь как сонные мухи, – она оценивающе смотрит на нас. – Жалеете друг друга или устали? У вас не всегда будет возможность между боями поспать на мягкой постели. И хватит уже нападать вполсилы, Менихес. Ракель кивает, надвигаясь на меня с серией приемов. В этот раз я еле успеваю отбиваться, и это заметно. – Защищаться тоже нужно уметь, Векслер. - Прегер сосредоточенно следит за нашими движениями. – Хорошо, а теперь попробуй выйти из защиты. Пот собирается на моих висках и стекает тонкой струйкой к подбородку. Я слушаю замечания Габриэлы и в один момент вижу лазейку в нападении Ракель. Вместо очередного блока я ставлю подсечку и атакую хлестким ударом левую сторону ее ребер. Ракель шумно выпускает воздух и падает на пол. – Сносно, – Гавриэла продолжает двигаться дальше по рядам, следя за нашим кворетом. – Прости, – я подаю руку Ракель. – Все в порядке, мне нужно было быть внимательней. Мы киваем друг другу и продолжаем тренировку.

***

Из класса выходим потные, проголодавшиеся и изнеможенные. Хотя Озрику, кажется, понравилось больше, чем на других занятиях. – Знаете, я прямо чувствую, у меня явно талант, – он улыбается, потягиваясь. – Заглядываться на любую, кто может дать тебе сдачи – это не талант, – Ракель одаривает его холодным взглядом. – Что поделать, страсть к сильным женщинам, – он пожимает плечами. – Тогда тебе повезло, таких здесь целая академия, – сзади нас раздается голос Аелит. Мы останавливаемся в коридоре. – Аелит, он еще просто не понял, что таких добиваться сложнее всего, – Авель кладет свою руку на плечо шатенки. – Хорошо, что я люблю трудности, – на щеке Озрика выделяется ямочка, а я закатываю глаза. – Поскольку вы не сильно устали, позвольте провести вам небольшую экскурсию по Тельерре, – Авель разворачивается вместе с Аэлит, и они следуют по коридору. Цезония скептически хмыкает: – Я думала, Риммон наш наставник. Я вспоминаю, как накануне вечером он называл «Векс», и меня передергивает. – Риммон сейчас занят более важными делами, и ему пришлось переложить эту ответственность на лучших тельерцев, – Аэлит хмыкает, смотря через плечо на меня и Ракель, – к тому же, почему бы нам с Авелем не встряхнуть в памяти историю академии. Всем кворетом мы подходим к лестнице и не спеша спускаемся вниз. Наш рет идет первым. Где-то в хвосте я замечаю рет Хендрика и Иски. – Мы еще не были в этой части академии, – Марк заинтересованно выглядывает вперед. – Потому что нижние этажи используют в основном в башне архивариусов, остальные по большей части пылятся без дела, – Авель толкает дверь перед собой. – А здесь, – он отходит, чтобы открыть перед нами обзор, – что-то вроде музея. – История, – поправляет его Аэлит. – Профессор Савара раньше водил нас сюда на занятия. Не знаю, как будет в вашем случае, учитывая положение… Я всматриваюсь в плохо освещенное помещение и у меня захватывает дух. Перед нами открывается вид на огромного анхелита, подвешенного цепями под высокие потолки. Конечно, по меркам драконов, его тело не больше среднего, я бы даже сказала, что он еще подросток, если верить описаниям в книгах. Но я впервые видела дракона. И настолько близко. Мертвый, он все равно внушал ужас. Его серая, отливающая синевой кожа, блестела в свете магических сфер, посланных Аэлит к самому потолку. Хребет дракона был покрыт острыми шипами. Чешуя натянута в местах закрепления цепи. Крылья дракона были сложены за спиной. Вероятно, не хватило места их раскинуть во всю мощь. Его голова была как тело крупного Ярсы, и я бы точно не хотела встретиться с анхелитом при других обстоятельствах. Думаю, я бы обделалась, если бы попала сюда одна. – Анхелит, или морской дракон. Знаю, зрелище захватывающее, – Авель проходит вглубь зала, и я отрываю взгляд от дракона. – Его считали последним в своем роде. До недавнего времени. Кажется, один был замечен здесь, в Мортеме. – Мы этого точно не знаем, – Аэлит распределяет магические сферы по периметру, и я вижу множество сосудов, наполненных мутной жидкостью. – Что за… – Марк отшатывается, когда чуть не натыкается на сосуд слева от себя. По рету проходит шепот удивления. – Дельфи, – Авель подходит ближе. – Внутри Тельерры раньше проводились различные, как бы это сказать… – Опыты, – добавляет Аэлит. – Спасибо, милая, – он секунду смотрит на девушку, улыбаясь, затем снова возвращается взглядом к сосуду. Внутри объемной колбы оказывается тело, сильно схожее с человеческим. Я бы даже сказала, что это человек, если бы не синюшная кожа. К моему ужасу, там по всем признакам находится ребенок примерно десятилетнего возраста. – Формалин хорошо сохранил дельфи и остальных морских существ, – продолжает Авель. – Наши предшественники много изучали то, что находится под водой. – Как им удалось заполучить все это? – Озрик с сомнением смотрит на «экспонаты». – О, ну вы уже, наверное, в курсе, что нападения случались и раньше. Все, что удавалось забрать, отправляли в лаборатории академии. – А где эти лаборатории сейчас? – Марк переводит взгляд на еще один сосуд, только уже с каким-то небольшим костлявым существом, похожим на водяного зверька. – Одна из них здесь же. На нижних ярусах. – Аэлит проходит вперед, посылая светящуюся сферу по направлению к двери в конце зала, запечатанную несколькими замками. – Правда, она давно уже заброшена. – Ей никто не пользовался минимум полвека, – Авель проводит нас дальше, к центру помещения. Я разглядываю конечности дельфи, разных существ в банках, на одной различаю какую-то подпись, но не могу разобрать слов. Слой пыли скрывает его от меня. – Почему исследования прекратились? – кажется, я впервые вижу на лице Цезонии замешательство и даже тень страха. – О, они не прекратились, лишь переместились в Оранди, – пожимает плечами Авель. – Там как раз вторая лаборатория. Но часть исследуемого хранится здесь, как и записи. – Раньше экскурсии здесь придавали урокам истории какую-то живость, – хмыкает Аэлит. – Теперь старик что-то сдает, не торопится спускаться. – То есть это помещение вот так просто открыто для всех в академии? – Марк недоверчиво смотрит на пару тельерцев. – Нет, конечно. Только для тех, кто знает, – отвечает Аэлит. Для тех, кто знает. Слова высвечиваются где-то у меня внутри. Значит, тот, кто провел ход к пещере, может как-то относиться и к этому помещению, и к самой лаборатории. – Кто скрыл этот ход? – спрашиваю я и перевожу взгляд на анхелита, точнее, на его брюхо, и меня охватывает непонятное чувство грусти. Мне действительно становится жаль это гигантское существо. И мысли, что вряд ли он бы пожалел меня, встретив в своем расцвете сил, никак не помогают. – Мы не знаем, – Авель прислоняется к стене. – Может, профессор Савара, но скорее всего, кто-то другой, кто также показал ему. Никто не задавался этим вопросом. – В Тельерре слишком много тайн, чтобы пытаться найти истину, пока ты стараешься выжить, – отчеканивает Аэлит. И я не могу с ней не согласиться. Но все же любопытство берет верх. – Получается, кто-то владеет достаточно мощной магией, чтобы скрыть целые этажи помещения под землей от ненужных глаз, но никто не в курсе, что это за человек? – Аккуратнее, – Аэлит мягко улыбается. – У тайн есть свойство раскрываться иной стороной монеты. Ну, знаешь, – она поправляет волосы, – не той, которой ты ожидаешь. – Например, ты хочешь просто узнать, а тебя уже тащат к этим лабораториям как представителя своей расы, – Авель улыбается, и я понимаю, что он шутит, но что-то в его тоне заставляет меня нервно прикусить губу. Мы немного шокированы его словами, поэтому просто молчим. Авель обводит взглядом помещение и задумчиво говорит: – Да ладно, я же пошутил. Но враждебно настроенным против нас существам лучше сюда и правда не приближаться. Вы же понимаете, что информация для книг не берется из воздуха? – Но видеть это все своими глазами… – Ярса качает головой. – Часть вашей службы в Тельерре, – заканчивает за него Аэлит. – Причем не худшая. Она садится на пол, зашнуровывая свои ботинки, когда Авель подходит к ней. Он оборачивается на нас и произносит: – У вас есть немного времени, чтобы осмотреться. Скоро ужин. Я перевожу взгляд на Ракель, которой здесь явно не сильно нравится. Она молча кивает мне, отходя в сторону, чтобы рассмотреть какую-то табличку. Я же двигаюсь ровно по периметру образа анхелита. Меня поражает все в нем. Помимо этого, меня больше вводит в ступор элемент какого-то узнавания. Я словно уже видела его. Дежавю, вот, что это. Но как я могла его видеть раньше? Только представлять по лекциям, описанию в книгах и на картинках. Пасть дракона закрыта, но я будто знаю, какие острые зубы скрываются в ней, и как бы мне не хотелось иметь с ним дело один на один. Мне сложно представить, что кто-то мог убить такое могущественное существо, пусть и не самое большое из его представителей. В то же время я начинаю остро ощущать какую-то неопределенность. Что-то вроде одиночества окутывает мою грудь пеленой, словно щитом. Это магия места, бесспорно. Однако мне кажется, что дело не только в ней. Висеть здесь, прикованным цепями и десятками кольев к потолку, так хорошо сохранившимся внешне, но уже давно не дышащим. Находиться в этих колбах, подвергнувшись доскональному изучению… Меня чуть не выворачивает от мысли, что дельфи могли провернуть подобное и с нами. А если они и правда… Я не успеваю закончить мысль, как слышу приглушенный стук о стекло. Озрик нарушает наше тихое шарканье ногами по помещению и стоит у сосуда, в котором находится что-то вроде морены. – Ты это серьезно? – Цезония выгибает бровь, смотря на Озрика, как на дурака. – А что? Вдруг они живые? – Позволь заметить, сильные девушки ценят еще интеллект, – Аэлит отвлекается от Авелия, чтобы одарить Озрика снисходительным взглядом. – Да ладно, я просто сделал то, что было у всех на уме, – он пожимает плечами, проходя дальше по помещению. – У меня другое на уме, – Ракель косится на него, но быстро возвращает взгляд на табличку. – Если мы все это так долго исследуем… потому что здесь стоит дата, указывающая, что сосуду не меньше двух веков... Так вот, – она заламывает руки, подбирая слова, – может ли быть такое, что так же они исследуют нас? – Хороший вопрос, – Авель подходит ближе, чтобы рассмотреть табличку. – «Дорми. 638 год после Великого Раскола.» – Еще один представитель морских существ. Создание выглядит как русалка. Девушка с длинными волосами и большим рыбьим хвостом, но слишком истощенная. Отличие от русалки в том, что у этого существа есть крылья, перепонками соединенные с руками. На кончиках этих крыльев весьма острые, темные когти. Само существо характерного сине-черного оттенка. – Они схожи с дельфи примерно как мы, ну, может, чуть больше, – Авель разглядывает дорми. – Однако сведения о изучении нас нам недоступны. Никто еще не спускался в морские глубины, чтобы это проверить. Знаешь, Ракель, не все могут дышать под водой. Я смотрю на дорми и замираю от этих слов. Мне вспоминаете мой сон. В который раз я благодарю прошлую себя, что не раскрыла этой тайны Арику. – Нам пора, – Авель двигается в сторону выхода вместе с Аэлит. Мы молча следуем их примеру. Всем поскорее хочется убраться отсюда. Я бросаю последний взгляд на анхелита. Чудовище возвышается надо мной, тогда как я представляю, каким он был при жизни. – Ах, да, я бы на вашем месте не ходил здесь в одиночку, и уж тем более не пытался попасть в лаборатории ниже, – Авель серьезно смотрит на нас. – То, что вы знаете об этом месте, не дает вам права вмешиваться в науку. Думаю, это должно быть ясно. Мы киваем и все вместе покидаем жуткое место.

***

За ужином никто особо не обсуждает увиденное, только само наличие лаборатории. – А мне кажется, это не странно. Действительно, откуда бы еще взялось столько сведений и такое явное представление о дельфи, – Ракель сидит в закрытой позе, явно размышляя над своим вопросом, заданным полчаса назад. – Скорее жутко, что все это находится под нами. Мы даже не знаем, сколько там этажей, – Озрик жует, явно не чувствуя вкуса еды. Что действительно меня впечатлило, так это воздействие магии, ее существование в стенах Тельерры и за ее пределами. Сколько еще скелетов спрятано в этом шкафу? Хочу ли я видеть их все? Тут моя мысль резко обрывается, и я смотрю на Цезонию. – Ты проверяла шкаф? – Что? – она непонимающе смотрит в ответ. – Свой шкаф. Я нашла задание в тумбе, Ракель – в кровати, Озрик – в столе, а Марк в своей двери. Вы с Ярсой проверяли свои шкафы? – Нет, – отвечает Ярса, – но это неплохая идея, спасибо. Мы продолжаем обсуждать недавно увиденное и задания, делясь предположениями и знаниями. В свои комнаты возвращаемся уже сильно уставшими. Несмотря на практически смыкающиеся глаза, я решаю отправиться на очередную вылазку. Я не могу позволить себе расслабляться. Не после того, как узнала, что скоро здесь может появиться Воанергес. Переодеваясь, я плотно кутаюсь в плащ, когда вспоминаю, что научилась согреваться при помощи магии. Провожу пальцами по воздуху, сосредотачиваясь, и мне становится тепло. Что бы здесь ни происходило, мне нравится ощущение, будто я могу больше, чем считала до прибытия в Тельерру. Будто я и есть нечто большее. Я выхожу из здания увереннее, чем вчера, и направляюсь к Мортему.