Часть 2: Лучшие друзья навсегда

Ура! Ура! Ура!  Спустя столько времени вышла вторая часть, которую никто не ждал) + я ещё обновил кое-что в первой части, чтобы не нарушать логику. Кроме того, что я поработал над оформлением, чтобы было удобнее читать, также я немного изменил спальню и строение дома, чтобы всё было более логично. Знаю, меньше слов и больше фанфика >:( Приятного прочтения: >:) ( Я написал какую-то тупость, не читайте. Уже сейчас я понимаю, что эту историю нужно было начинать по другому. В итоге получилось что-то, что не туда не сюда не идёт и само не знает, чем хочет быть ) =========================== Тёмно-коричневые, деревянные ступеньки лестницы, ведущей на второй этаж, вдруг заскрипели. Спустя некоторое время, Кэтнэп спускался по ней вниз, аккуратно наступая на каждую из ступенек и держась за перила справа от него.  Он всё ещё чувствовал некую тревогу и беспокойство после своего кошмара. Но эти чувства постепенно стихали вместе со стоящей во рту горечью. Коту сейчас был абсолютно необходим свежий воздух и выйдя во двор к остальным, он ещё и надеялся всех успокоить своим появлением. Его совсем немного качало из стороны в сторону, а в голове было пусто. После принятия таблеток, сознание Нэпа каждый раз немело, но не надолго. Будто огонь внутри его голову перестал двигаться. Принятие лекарства перед сном предотвращало кошмар, а также могло остановить нарастающую панику и тревожность после него. Но у таблеток были и свои непредсказуемые побочные эффекты. После их принятия, состояние Кэтнэпа варьировалось от полностью безэмоционального до не сдерживаемой агрессии. Сопровождалось всё резкими головными болями и странными голосами. Каждый раз они шепчут что-то и каждый раз Нэп забывает что именно. Бывало, что после принятия таблеток, он забывал засыпать и всю ночь лежал, слушая голоса и смотря в потолок с горьким привкусом во рту. Когда кот уже шагнул на последнюю ступеньку, из-за поворота вышла Бобби. Она преградила ему путь, смотря на него как всегда с широкой улыбкой. «С добрым… э-э-э днём, Кэтнэп, хаха!» – радостно поприветствовала его подруга, помня, что сейчас уже не утро. Кэтнэп медленно поднял свою голову, которая сейчас была будто тяжелее обычного и свои такие же пустые глаза: «Привет, Бобби». «Ну как оно? Выспался?» – ласково, с заботой спросила она. Кэтнэп старался отводить взгляд в сторону, пытаясь не смотреть в глаза подруге. «Д-да…» – пробормотал он, говоря медлительно и безэмоционально. «Кэтнэп, – широкая улыбка медленно сползла с её морды и она грустно взглянула на собеседника, будто перевоплотившись, – Я же вижу, что нет». «Бобби, я уверяю тебя, всё нормаль…» – кот не успел закончить предложение, его перебили: «Тебе снова снился тот сон, да?» Нэп лишь неуверенно пробурчал: «Может быть…» «Нэп…» – начала говорить Бобби, но остановилась, по всей видимости решив ещё раз обдумать то, что хочет сказать. «Что «Нэп»?» – пустое выражение морды кота начинало приобретать агрессивные тона, как и его голос. В ответ медведица печально вопрошала: «Почему ты никому не говоришь о своих проблемах со сном? О том, что ты принимаешь таблетки?» «И что мне им сказать?» – он начинал злится ещё больше и его гнев можно было сравнить пламенем, что постепенно поедает сухие ветки. «Просто поговори с ними и скажи всё как есть, они поймут и поддержат тебя. Твои друзья имеют права знать такое», – пыталась объяснить она и убедить Кэтнэпа. «Нет, не поймут», – упрямо отрицал он, скорее всего сам не веря в обратное. В этот раз, Нэп забыл принять лекарство перед сном, потому что он очень устал с дороги. Ехав много часов сначала на автобусе, потом на такси, а затем дойдя пешком, он сразу, как прибыл отпросился у Дэя поспать. Некоторые не были этим очень довольны, ведь всем остальным пришлось ехать в тесной машине с кучей вещей. А когда они приехали, Догдэй почему-то заставил их сидеть во дворе, пока все не прибудут.  Сейчас, после очередного кошмара, он как обычно был не в себе и это подтверждал учащённый стук его кошачьего сердца, которое будто постепенно разъедает смертоносное, кошмарное пламя. «Мне не нужна ничья поддержка или помощь, – тихо прошептал он, а затем заговорил громко, – и никто не должен знать и ты тоже не должна была знать!» Кэтнэп был не из вспыльчивых, но его ночные страхи, не дающие ему покоя уже долгое время и влияние таблеток, негативно сказывались на нём. Он мог внезапно сорваться даже на случайных прохожих и не мог с собой ничего поделать. «Кэтнэп, я же просто хочу помочь и остальные тоже хотели бы, – Бобби пыталась его успокоить, – Мы все друзья, мы должны поддерживать друг друга и не скрывать ничего!». В итоге, после слов медведицы, Нэп сорвался на ней, озлобленно рыча: «Вы никак не поможете и никто мне и не нужен! Просто оставь меня уже в покое! Если бы я знал, что теперь ты работаешь в другой больнице, то тогда я бы не пошёл туда, чтобы сейчас мне не пришлось выслушивать твои нотации!» Бобби окаменела от потрясения, не ожидав такое от Кэтнэпа: «Ты с нами не хочешь иметь дело?» На её лице читались шок, непонимание и небольшой страх. Вдруг все эти эмоции сменились одной единственной: на лице Бобби стала вырисовываться печаль. Её мордочка сморщилась, а глаза заблестели.  Кэтнэп тут же переменился в лице, осознав что он сделал. Вся злоба ушла прочь и осталось лишь только что пришедшее чувство вины и горечь во рту, что вдруг стала сильнее.  «Б-бобби, я… я…» – небольшая головная боль побеспокоила Нэпа, но чувство вины перед подругой было сильнее, – Чёрт, ну вот, молодец, Нэп!» Никто не мог быть равнодушным, когда Бобби грустит, а когда кто-то сам расстраивал ангелочка, то этот кто-то чувствовал себя хуже некуда и Кэтнэп не был исключением. Ему совсем не хотелось её расстраивать и он сразу же принялся её утешать. Также пытаясь утешить огонь вины, что разгорелся в нём. Нэп нежно потянулся к Бобби, пытаясь обнять её и извиниться: «Бобби… прости меня, я не хотел…» Но она не потянулась к нему в ответ, а немного отступила, наполовину отвернувшись: «Ты больше не хочешь с нами дружить…?»  Медведица тихо шмыгнула своим носиком и протёрла глаза рукой, из которых чуть не полились слёзы. «Конечно хочу! – искренне ответил кот. – Вы самые лучшие зверята, которых я встречал! И ты в том числе!» «Тогда почему ты не хочешь им ничего рассказывать…?» – вновь прозвучал этот вопрос. Кэтнэп пытался думать, что не знал ответ, возможно боясь его. Какова бы не была правда – отвечать ему не пришлось. Так как внезапно из одной комнаты поодаль от них – кухни, послышался звук закрывающихся ящиков, а затем и шаги. Они оба обратили на них внимание и посмотрели в сторону кухни. Из проёма показался Догдэй, несущий кучу упаковок из-под закусок. Как только Бобби и Нэп увидели его, то сразу же начали пытаться не выглядеть так печально. «О, Кэтнэп! – воскликнул он, заметив его вместе с Бобби. – Выспался?» Пёс как всегда сиял и светился, как настоящее, пламенное солнце. Искренняя улыбка Догдэя, увидевшего своего лучшего друга, немного согрела душу Кэтнэпа и чувство вины в его сердце начало немного таять.  Он улыбнулся: «О, Дэй, привет… да, я выспался». «Отлично!» – Догдэй переводил взгляд то на Нэпа, то на Бобби, которые оба неловко и всё же немного грустно стояли у лестницы.  «У вас всё хорошо?» – недоумевал он.  Кэтнэп сразу прочёл настоящее непонимание в глазах Догдэя, что означало, что он ничего не слышал. «Д-да, конечно, всё хорошо…» – ответил Нэп, посмотрев на Бобби. Та, не поворачивая головы, немного отвела взгляд с Дэя, устремив его на Кэтнэпа, как будто пытаясь что-то ему передать во взгляде. «Э-э, ладно – мысленно пожал плечами Догдэй, – мне нужно вам кое-что показать, так что собираемся во дворе через минуту!»  Он вышел из главного коридора через огромный, открытый проход на задний двор к остальным зверькам. Когда он отошёл достаточно далеко обеспокоенная Бобби смогла оторвать от него взгляд и повернуться назад к Кэтнэпу.  «Прости меня, пожалуйста, но никому ни слова…» – кот виновато закрыл глаза и опустил голову. «Я хочу, чтобы ты сам всё всем рассказал, – печально говорила она, – это неправильно, мы же твои друзья, мы должны знать… Сколько ещё ты будешь это скрывать, Нэп?»  Он скрестил руки, злясь на себя и слегка на Бобби, не зная что ответить ей. По всей видимости рассказывать Кэтнэп никому ни о чём не собирается. «Ладно, пойдём», – Бобби печально махнула рукой, зовя его. В ответ он лишь тяжело вздохнул и последовал за ней.

***

Кэтнэп вышел из дома, ступив босыми лапами на короткую, зелёную траву заднего двора. В него сразу же хлынул лёгкий и прохладный, чистый, загородный воздух, окатив всё его тело. Природные запахи и влага медленно успокоили его. Солнце светило ярко и облаков на небе почти не видно, но при этом жарко не было. Именно этого коту так не хватало после кошмарного сна в душной спальне. Он на секунду остановился, вдохнув побольше свежего воздуха в свои лёгкие, и закрыв глаза от небольшого наслаждения. Где-то недалеко было слышно чириканье птиц. Его мысли на мгновение замерли. Беспокойство и тревогу как рукой сняло – исчезли без следа. Нэпа наполнило облегчение и он захотел, чтобы эта лёгкость осталась с ним навсегда. Открыв глаза, кот увидел всех его остальных, не опоздавших друзей, которые сейчас были у бассейна и Бобби также уже подошла к ним. Высокий забор ограждал этот большой дом. Весь задний двор был украшен стандартными флажками, ленточками и шариками для будущей, многодневной вечеринки. Крафти уже закончила всё украшать и теперь читает книгу, сидя на скамейке у бассейна. У дома стояли две среднего размера чёрные колонки, которые по всей видимости принёс Кикин. «Интересно, какую музыку он принёс? – задался наводящим вопросом Кэтнэп. – Неужели всю? Если так, то значит и мою любимую захватил. Или даже он мог взять что-то из музыкального магазинчика на окраине Мэнтона, где работает?» По углам заднего двора были расположены две небольших постройки. В левом углу был какой-то бетонный сарай, а в правом – не работающая баня, о которой им уже говорил Дэй. Он как раз положил все упаковки с закусками на большой стол справа от бассейна и повернулся к ребятам, желая им всё поскорее рассказать, но те уже о чём-то разговаривали, поэтому Догдэй решил дождаться конца разговора и не встревать. Хоппи с довольной ухмылкой смотрела на Кикина: «Я же говорила, что я быстрее плаваю!» «Так нечестно…! Хуф… Давай ещё раз…!» – запыхался жёлтый цыплёнок, наклонившись и уперевшись о колени.  Они оба стояли у бассейна и были ещё совсем мокрыми: «Куда ещё? Я уже и так четырёхкратный победитель», – Хоппи горделиво указала на себя большим пальцем.  Кэтнэп, заинтересовавшись разговором, начал подходить ближе к друзьям. Догдэй и Бобби также следили за разговором Хоппи и Кикина. «Я вообще-то тоже… хуф… три раза победил…» – звуки издаваемые Кикином были похожи скорее на звуки сдувающегося шарика, чем на слова живого зверька. «Три – на один меньше, чем четыре», – дразнила его Хоппи. «Ты побеждала только… потому… что я под-давался… тебе…» Удивительно как этот самоуверенный цыплёнок ещё стоит на ногах. Видимо Хоппи и Кикин как обычно состязались в чём-то. И как обычно никто из них не способен принять поражение, поэтому они берут бесконечные реванши и бесконечно состязаются между собой. «Да? – саркастично поинтересовалась Хоппи. – Тогда почему ты так запыхался?» «Ты… хуф… вообще-то тоже…» – заметил Кикин.  «Что? А… а вот и н-нет…!» – она пыталась играть совершенно бодро и притворялась, что ни разу ни устала, но получалось у неё это не очень. Сморщенное лицо Хоппи и её учащённое дыхание выдавало кролика, к тому же все вокруг Хоппи слишком хорошо её знали. «О, мой рог, – завопила Крафти, сидящая с открытой книгой в руках, на скамье сзади них, – вы до своей смерти хотите досостязаться?» Видимо состязания её друзей мешали ей читать книгу. И не смотря на очевидную раздражимость, её голос всё ещё звучал мягко и спокойно. Даже её лицо выглядело очень расслабленным. «Ну почему до смерти? – с наигранным тоном спросила Хоппи. – Мы уже закончили». «В смысле… хуф… закончили?! – возмутился Кикин. – Мы только начинаем! Мне нужно… хуф… отыграться!» Кэтнэп встал рядом с Бобби и они неловко переглянулись. То ли из-за их разговора, то ли из-за лицезрения такой сцены. «Кикин, ты захлебнёшься, если ещё раз зайдёшь в бассейн…» – предостерегла его Крафти. «О чём ты? Не волнуйся, – Кикин выпрямился и размял спину, – Я всё ещё… хуф… полон сил! И… я… могу продемонстрировать это!» «Кикин, ты лишь продемонстрируешь, как тонут люди», – всё-таки немного опустив брови, повторила она. Но Кикин был слишком упрям: «Это не честно, что я не получаю реванша. Я же сказал, что я всё ещё полон энергии! Знаете, вот я вообще-то на пятом состязании Кассиопеи…» После этих слов, Крафти, Хоппи и даже Бобби резко застонали, опустив руки. Хоппи заткнула уши, отвернувшись, а Крафти громко продолжила читать свою книгу с зелёной обложкой и названием «В конце времён», поднеся её впритык к своей морде: «…закончил, так как Челси заявил, что он отлично знает, как нужно вести себя, попав в зомби-апокалипсис. Но Крис возразила, громко заявив, что больше слушать его не хочет!» «Эй! – недовольно возмутился Кикин, – Вам что вообще не интересно, как я, будучи ещё ребёнком, участвовал в чемпионате Кассиопеи?!» «Ты это рассказывал где-то семнадцать тысяч раз, Кикин…» – напомнила ему Бобби. Цыплёнок лишь фыркнул и слегка обиженно пробормотал себе под клюв: «Хм… Ну и что…»  Бобби привлекла книга, которую читает Крафти и она аккуратно спросила: «А что ты читаешь, Крафти?» «Роман в сеттинге зомби-апокалипсиса. – улыбнулась она. – Автор новичок, но книга вышла интересной и стала популярной за последнее время. Вдохновляет…» «Потом можно будет мне почитать?» - глаза Бобби будто заблестели от интереса. «Конечно, Бобби!» – разрешила ей Крафти. Если честно, следя за разговорами своих друзей, Догдэй забыл, зачем он сюда пришёл и просто стоял столбом. Как только он вспомнил это, он всё-таки встрял в беседу и сказал: «Ребята, давайте отвлечёмся на минутку и ненадолго оставим бассейн, хорошо? Я хочу вам кое-что показать». «Ну наконец-то! – Хоппи вскинула бровь, а её уши выпрямились. – И что же ты хочешь нам показать? Пустишь нас в дом?» «Пойдём-те за мной и сами увидите, вам понравится!» – Догдэй направился обратно в дом, махнув рукой, зовя за собой. «Эй, стой, нет! – крикнул Кикин. – Я вообще-то ещё должен обогнать Хоппи в плавании!» «Не дождёшься!» – ответила она ему. Крафти тихонько встала со скамьи, положив на неё книгу: «Успеете ещё поумирать, пойдём-те, наверное это что-то важное». «Ла-а-а-адно… – закатил глаза Кикин, – Пойдём-те посмотрим, что он там для нас припас, но потом я тебя обгоню, ясно?!» – повторил он, указывая указательным пальцем на Хоппи.  «Ну не знаю… – горделиво сказала она. – Я уже и так поняла, что слишком хороша». Кикин испытывал явное раздражение из-за горделивости Хоппи и своего поражения. Он желал обогнать Хоппи прямо сейчас, но отвернулся и скрестил руки. Цыплёнок пытался сконцентрироваться на том, что хотел показать Догдэй. Кикин осмотрелся по сторонам и поймал взгляды других зверят смотрящих друг на друга, тоже не знающих что хочет показать им Дэй. Почему-то их взгляды остановились на Бобби, но она лишь пожала плечами, тихо сказав всем вокруг: «Я не знаю что он хочет показать…» После этих слов все устремились за Догдэем в дом, через один из двух выходов на задний двор, через который и выходил Нэп.

***

Кэтнэп сделал финальный вдох свежего воздуха и вошёл обратно в дом последним, прощаясь с его коротким пребыванием на улице. Он решил не закрывать за собой двери и шёл дальше по коридору вместе с остальными к главному входу. «Этот дом такой уютный, - признал Нэп, - он как-будто идеально подходит для нашей вечеринки». Кот продолжал размышлять, пялясь на синие обои с ромбовидными узорами и на картины с изображением красных цветов: «Дом посреди поляны, окутанной лесом, далеко расположенный от поселений и тем более городов… Кому и зачем он нужен? Мне не нравилось жить с родителями на Краю Алматы… Сейчас жить в городе намного удобнее. И как, интересно, Догдэй смог найти этот дом? Судя по всему он ещё и дорогой…»хэ Начиная со своего совершеннолетия, Кэтнэп живёт в столице острова – в Мэнтоне и о деревенской жизни он хранит не лестные воспоминания. Кроме парочки особенных… Алмата – была хоть и маленькой, но очень развитой и технологичной страной-островом. Край Алматы – одна из тех деревень, где люди всё ещё любящие деревенский образ жизни, остаются жить. Друзья шли дальше по коридору прямиком к главной двери, пока Догдэй не развернулся и не заговорил, прервав мысли Кэтнэпа: «Итак ребята, наверное довольно поздно произносить такую речь, так как вы приехали не пять минут назад, но я хотел…» «Да, – внезапно перебила его Хоппи, – мы приехали часа полтора назад и до недавних пор ты держал нас во дворе». «Да, извините за это, но я не знал, что некоторые будут опаздывать так сильно. К тому же нам надо было всё подготовить во дворе и теперь двор у нас полностью украшен! Там теперь колонки для музыки стоят, огромный стол и пару спортивных атрибутов, которые ты принесла», – напоминал он, загибая пальцы на левой руке. «При этом в доме ты всё наряжал сам и нас не пускал», – ответила крольчиха. «Да, Хоппи, прости, но я никак не мог решиться показать это вам, когда вы все ещё не собрались... – Дэй почесал затылок. – Но я уже не могу тянуть, думаю вы и так уже достаточно ждали. Пора полноценно начать веселиться и показать вам самое главное! Ребята, причина, по которой я вас не пускал, находиться прямо сейчас в гостиной». «Да не тяни уже, показывай давай!» – нетерпеливо сказал Кикин. «Пройдём-те и увидите что там!» – пёс открыл дверь своей правой лапой и демонстративно поднял левую лапу, приглашая войти внутрь. После того, как все зашли, он сам поспешил внутрь, оставляя дверь открытой и встал в центре комнаты перед всеми. Полосатые, зелёно-белые стены и окна гостиной были увешаны точно такими же разноцветными флажками и ленточками как и во дворе. У стены с дверью стоял большой, коричневый и на вид очень комфортный диван. Под ним мягкий синий коврик, а напротив него огромный, дорогой, плоский телевизор. На полках, на полу и в стеклянном шкафу со всякими украшениями, который находился в противоположной части комнаты, также лежали и воздушные шарики. Но вся комната будто сосредоточивала внимание на огромной, красной книжке, аккуратно лежавшей на низком столике в самом её центре. Сразу не было понятно, что это за книжка, но как только все подошли ближе, они увидели надпись «Лучшие Друзья» и фото с ними всеми на обложке. «Это…?» – вопрошала Крафти, подходя всё ближе. «Это то, о чём я думаю…?» – закончила за неё Бобби. Догдэй взял книгу со столика и обеими руками протянул её вперёд, чтобы все смогли увидеть обложку. «Мы с Буббой создали наш собственный памятный альбом!» – громко и радостно, с большим энтузиазмом заявил пёс. – И да, он знает о сюрпризе…» Все лишь на малое мгновение замерли от приятного удивления. У всех них были разные выражения морд, но было понятно, что все они испытывают одни и те же эмоции и рады неожиданному сюрпризу. Глаза Бобби и Крафти заблестели от радости, а рот совсем чуточку отвис. У всех остальных же морды выражали скорее простое удивление и даже Кэтнэп был удивлён, будто в его груди самым внезапным образом разгорелось сильное пламя. Обычно удивить его чем-то было довольно сложно. В итоге тишину нарушил Кикин, ошеломлено спросив: «Н-наш памятный альбом?!» «Да! – радостно подтвердил Дэй, виляя хвостом. – Мы с Буббой собрали все наши фото, воспоминания и события, которые мы вместе прожили за всё время нашей дружбы!» Кэтнэп подумал про себя: «Прям все?!» «Это так классно… – произнесла Бобби с открытым ртом, протянув руку вперёд, пытаясь прикоснуться к альбому, а затем и повторяя слова Кэтнэпа уже вслух. – Прям все?!» «Я не думала, что это возможно. – в хорошем смысле не поверила Хоппи. – Я имею ввиду… Мы же столько пережили вместе!» Догдэй кивнул в ответ с широкой улыбкой: «Ну поэтому я решил, что сделать такой альбом и дать каждому по экземпляру будет самым лучшим решением в жизни! Было сложно, но думаю, мы всё-таки собрали абсолютно всё!» «Ну, как вам?!» – спросил пёс, ожидая восторга и сам чуть от него не лопая. «Это просто замечательная вещь, Догдэй!» – Крафти подошла к нему с распахнутыми в стороны копытами.  Бобби рывком ринулась к Дэю с распростертыми объятиями и крепко сжала его, обхватив лапами. Догдэй нервно сморщился и выронил книгу, издавая хриплое пищание. Ему было очень приятно, но объятия Бобби были как всегда через чур крепкие. Она ничего не сказала, но по её реакции было и так понятно, что она очень рада такой вещи. Кэтнэп наклонился и подобрал упавший на пол альбом. Он посмотрел на обложку, ласково проведя по книге и задал вопрос: «Интересно, что вы там собрали?» Хоппи подошла к Нэпу: «Если вы там действительно всё собрали, то мы можем в любой момент всё вспомнить и поностальгировать!» Кот посмотрел на Кикина, когда тот тоже подошёл к нему и, положив руку на книгу, сказал: «Мы уже можем посмотреть?!» Догдэй ели ответил сквозь продолжительные объятия: «К-к-конечно… для этого я её и д-делал…» «Отлично!» – он внезапно, но аккуратно забрал книгу из лап Нэпа. Бобби наконец отпустила Дэя и тот немного подкосился, но всё же удержал равновесие после её объятий. Она схватила его за руку, немного боясь, что он и вправду упадёт, помогая ему удержаться на ногах. Медведица поняла, что она немного переусердствовала с объятиями как и всегда, чуть-чуть потеряв самоконтроль, но радость и предвкушение перекрывали чувство смущения, которое она бы испытывала в данный момент.  Все собрались вокруг Кикина и он открыл первую страницу альбома. «Моим лучшим друзьям навсегда», – гласила подпись на ней. Морда Крафти расплылась в улыбке: «О-о-о-о, это так мило!» Бобби тем временем уже вздулась как пузырь, пытаясь не заплакать. «Ребята, вы чего? Это только первая страница с одной лишь надписью… – непонимающе спросил Дэй и с предвкушением посмотрел на Кикина. – «Кикин, переверни страницу!» Тот послушался и после единственного движения руки, все лицезрели первую совместную фотографию, приклеенную к странице. На фотографии они все вместе сидели на красно-белом пледе в клетку, где-то на поляне. Видимо это был пикник: Крафти и Бобби пили чай с улыбкой на своих физиономиях, держа чашки и маленькие тарелочки в лапах, а позади Крафти можно было лицезреть стопку различных книг; Кикин и Хоппи судя по всему спорили из-за печенья, на морде Хоппи виднелись крошки, а Кикин похоже, был в бешенстве; Догдэй и Бубба активно и с энтузиазмом что-то обсуждали между собой, а Кэтнэп и Пигги же тихо сидели, смотря на всех остальных, что-то поедая. Видимо, кто-то из зверят решил активировать камеру с обратным отсчётом посреди их пикника, тем самым запечатлев такую натуральную картину. Скорее всего Кэтнэп или Пикки.  «Это же наш пикник в Зелёной Долине!» – радостно выкрикнула Бобби, ткнув на фото. «Всё верно, помню, что тогда всем всё очень сильно понравилось! – утверждал Догдэй. – Поэтому я и решил, что лучшим решением будет и эту вечеринку тоже устроить на природе. Далеко от городского шума и суматохи!» Пёс вдруг заговорил тихо, немного ностальгически, с лёгкой улыбкой: «Да и я давно хотел снова ощутить прелесть загородной жизни… Много воды утекло со времён, когда я жил на Краю Алматы…» «Я бы даже это полноценным отпуском назвала! – заявила Крафти. – Догдэй, спасибо огромное за возможность отдохнуть от рутины! Ты очень классный друг!» Крафти стояла рядом поэтому ей получилось его слегка обнять.  «Ой, да это так… – засмущался он, махнув рукой. – Не надо благодарить, мы же друзья!» Почему-то оба произносили «друг» с некой задержкой, будто сомневаясь. «Это же тот момент, где мы все вместе на вершине главного небоскрёба Мёдлэнда, – вспомнила Хоппи, указав на вторую фотографию страницы, - вот бы снова там очутиться!» Крафти тихонько хихикнула: «Помню, как Пикки неделю не могла отойти от производившихся там сотовых палочек!» На фото все стояли на крыше какого-то жёлтого небоскрёба, а сзади виднелись другие здания жёлтых оттенков и зелёные горы ещё дальше от них. Видимо это был самый большой небоскрёб там, казалось, что он даже почти доставал до облаков.  Бубба, Догдэй и Бобби располагались на переднем плане, маша в камеру. Было видно, что это было селфи, сделанное Буббой. На заднем плане, у края небоскрёба и перил, виднелись Кикин и Хоппи, как обычно спорящие о чём-то, а также не очень довольная Крафти, наблюдающая за этим вместе с очень даже довольной Пикки, которая ест странные, длинные жёлтые палочки. Кэтнэп тоже стоял в сторонке, тихо смотря на остальных. Его смутило то, что на обеих фото, он выглядит будто лишним. Оглядевшись по сторонам, кот понял, что смутило это только его. Быть может они так не считали? Или может просто не замечали его на фотках вовсе? Или даже забыли, что Нэп сейчас здесь и что он вообще существует?  Им нет дела до тебя Ком пламенной тревоги материализовался где-то внутри его живота и Кэтнэп почувствовал неуверенность и печаль. Возможно он просто преувеличивал, но что-то в глубине него пыталось убедить его в обратном. Его друзья любили его и кот всегда чувствовал себя на месте рядом с ними, к тому же это были лишь две фотографии, а они пережили вместе больше, чем можно представить. Но растущую тревожность было не остановить. Откуда взялись такие мысли?  Он стал медленно и тихо отступать назад, помаленьку съёживаясь. «Постойте, – резко приметила Хоппи, а Кэтнэп замер, уже успев сделать пару шагов, – оба этих события были совсем недавно. На пикник мы ехали около двух недель назад, а уезжали с острова в Мёдлэнд мы тоже не так давно». Догдэй кивнул: «Всё верно! Я сделал так, чтобы события в альбоме были расположены от недавних до самых, самых… давних!» «Хмм… значит ли это, что последними фотографиями являются…» – задумалась Бобби. «Сто-о-оп! Лучше пролистайте книгу целиком и сами всё увидите!» – остановил пёс догадливую медведицу. «Как ты это сделал, Дэй? - спросил Кикин. - Как ты собрал все эти фото?» «О, это было проще, чем ты думаешь! Как оказалось, мы с Буббой храним почти всё, связанное с нами всеми и мы объединились, чтобы создать что-то, что позволит хранить это всё не только нам! Кстати, ведь Бубба ещё везёт некоторые игры, в которые мы раньше очень сильно любили играть и я даже взял парочку сам!» Кэтнэп мысленно повторил слова Дэя: «Игры, в которые мы любили играть…? Мы много в какие игры любили играть… Или он имеет ввиду…? Наверное нет…» Он грустно опустил голову, смотря себе под ноги и развернувшись, вышел в коридор медленным, тихим шагом. Никто этого не заметил и зверята продолжали рассматривать альбом. Шагая по коридору, Кэтнэпа накрыла резкая боль в голове, будто его мозг раскололся на две половины. Остановившись, он немного нагнулся, схватившись за голову. «Как же меня это достало! –запаниковал он. – Почему эти таблетки так на меня действуют…?» Он аккуратно пошёл дальше, ступая по лестнице. «Я схожу с ума…?»  Просто поддайся нам… «Ха-ха, смотрите-ка, а Нэп такой кринжовый в этом костюме!» – рассмеялся Кикин из-за одной из фоток с их костюмами под вечеринку на Хэллоуин. Догдэй не сильно, шутливо врезал Кикину кулаком по плечу: «Кикин!» Тот лишь больше гоготал: «Что «Кикин»?!» Пёс обернулся, пытаясь найти Нэпа, но не обнаружил его. Не поняв, куда пропал его лучший друг, он ещё раз взглянул на остальных, но они не замечали его пропажи. «Дэй, ты такой молодец, что сделал для нас такую восхитительную вещь!» – уже который раз сказала ему Крафти, не отрывая взгляд от альбома. «А-ага», – с каждым новым «спасибо» Догдэй почему-то выглядел всё более и более нервным, – В-вы знаете… В-вы тут полистайте пока, а я схожу в туалет пожалуй…» Бобби чуть повернулась к нему: «Не волнуйся, мы тебя подождём и продолжим всё вместе смотреть». Глаза медведицы немного запрыгали по сторонам, видимо она тоже наконец-то заметила пропажу кота, но почему-то не стала акцентировать на этом внимание. «Д-да н-нет, всё хорошо… С-смотрите без меня, я же его и создавал… и знаю что там где…» – сказал Дэй, отступая назад быстрее с каждым шагом. «Э-э-э, ну да, хорошо…» – ответила она, когда пёс уже чуть ли не выбегал из комнаты. Бобби вновь немного смутило поведение Дэя, который чуть заикался, но расспрашивать его сейчас она не стала. «Как скажешь, Догдэй!» – закричала ему в след Хоппи. Идя по коридору к ванной комнате быстрым шагом, чуть ли не рывками, Догдэй больше не выглядел весёлым, а скорее чем-то сильно озабоченным. То ли пол под его ногами будто начал проваливаться, то ли голова у него начала кружиться. Его руки тряслись, а в выражении лица читалось странное предвкушение и нервозность.  Догдэй обернулся, осмотревшись не идёт ли за ним кто, но коридор был пуст, ведь все прибывшие остались осматривать альбом, а Кэтнэп ушёл наверх. У Дэя начала выделяться слюна, а на морде стала образовываться немного безумная улыбка. Резко и со всей силы схватившись за дверную ручку ванны, пара капель его собственной слюны упали ему на руку.  Пёс, повернув её, открыл дверь и оказался внутри. Тусклое, сырое, не освещенное помещение с клетчатой, зелёной плиткой на стенах, залилось ярким светом автоматически включающейся, люминесцентной лампы. Дэй немного зарычал, прикрыв глаза лапой, забыв о такой неожиданности. Он незамедлительно развернулся и сразу же быстро защёлкнул дверь. Теперь никто не войдёт. Он подошёл к раковине и включил поток холодной воды. Дэй упёрся своим лбом в зеркало над раковиной и громко засопел, немного прикрыв рот левой лапой. Сейчас он почему-то выглядел не так, как обычно выглядит тот самый позитивный, жизнерадостный Догдэй.

***

Кэтнэп вновь спускался вниз по той же самой лестнице. Он собирался обратно в гостиную, где уже видел своих друзей, но понял, что не видит Дэя среди них и остановился. Нэп услышал льющуюся из ванной воду и подошёл к двери, аккуратно постучав: «Там кто-то есть?» Сразу ответа не последовало. Кран перестал течь и наступила недолгая, смутная тишина. Лишь через пару секунд, привычный голос отозвался на немой вопрос, разорвав жутковатую тишину: «Да это я, а что?» «Да я тебя просто в гостиной не увидел, – объяснил кот, – и услышал, как в ванной льётся вода». Далее последовал смыв унитаза и видимо, Догдэй протирал морду полотенцем, так как следующие слова прозвучали приглушенными: «А куда ты уходил? Почему не смотрел альбом вместе с нами?» «Я… – Кэтнэп боялся этого вопроса, как огня. – Я смотрел, но мне нужно было в туалет…» «И-и… ты пошёл в тот, что на втором этаже?» – непонимающе спросил пёс, предполагая единственный возможный вариант. «Просто… Мне он показался лучше…?» – неуверенно произнёс Нэп, не зная какую отмазку придумать. Дверь ванной щёлкнула и отпоролась, а из-за неё медленно показался сам Догдэй. Его смутили странные для него слова друга: «Лучше? Ха-ха!» Увидев друга, мордочка Кэтнэпа покрылась едва заметным румянцем, а зрачки увеличились. По всей видимости после умывания, физиономия Дэя стала ещё красивее и лучезарнее, чем ранее. Догдэй будто излучал от себя приятно обжигающее тепло и позитив с новой, вновь разгоревшейся силой. Странно, что уже наполовину севшая батарея оптимизма пса снова полностью заряжена. Неужели простое умывание ему так помогло? «Ладно, посмотришь альбом потом. – сказал он, слегка улыбаясь и вешая полотенце обратно. – Когда Бубба приедет, то он выдаст каждому по собственному экземпляру». Догдэй осмотрелся по сторонам и шагнул ближе к Кэтнэпу, потянувшись его уху. От Дэя исходил прекрасный, лёгкий аромат ванили, ощущаемый котом и ещё больше странного тепла, которые даже слишком сильно нравились коту.  Теперь после очередного ощущения аромата пса, которым он по каким-то причинам пах всегда, Нэп понял, что есть что-то лучше свежего воздуха после кошмарной ночи. Теперь ему казалось, что аромат Дэя гораздо эффективнее исцеляет его душу. «Я тебе по секрету скажу, как лучшему другу. – ласково и мелодично прошептал Дэй Кэтнэпу. – В каждом экземпляре я немного видоизменил некоторые детали и над твоим постарался больше всех!» Нэпа на секунду парализовало от некой сладкой дрожи. То ли от нежных слов друга, то ли от того, как близко он приблизился. Коту стало интересно что имеет ввиду Дэй: «П-п-постарался…? Н-над чем…?» Догдэй лишь загадочно ответил с нетерпением в голосе: «Увидишь…» Пёс отпрянул назад и теперь уже сказал с нормальной громкостью: «Но уж если другие сейчас тщательно осматривают мой экземпляр, а мы оба здесь, то пожалуй не будем их сейчас прерывать, верно?» «И я знаю чем мы можем заняться, пока они это делают! – глаза Догдэя засияли и он немного покачивался на месте, виляя хвостом. – Ты помнишь «Рыцарей и Волшебников»?!» Кот неуверенно открыл рот: «Э-это же та старая игруха, в которую мы когда-то давно часами вместе играли?» «Именно! – сразу же выкрикнул он, немного напугав Нэпа. – И она сейчас у меня в одной из тумбочек наверху!» «П-правда?!» – шокировано вопрошал кот. «Да! Хочешь сыграть?» – предложил Дэй. Неожиданная информация с предложением застала кота врасплох.  «Д-да, конечно!» – ответил он почти сразу. «Тогда пошли скорее! Я очень соскучился по нашим игровым сессиям!» – Дэй схватил Нэпа за лапу и потащил его обратно наверх. Дом был двухэтажным, с просторным чердаком и подвальным помещением. На втором этаже находились три спальни, а также под спальню была обустроена одна из двух комнат на чердаке, а вторая была обустроена под склад, но в основном прибывала пустой, не считая некоторых коробок и других вещей, которые хозяин дома просил не трогать. Так как друзей было восемь, они делили спальню с кем-то ещё: Догдэй с Кэтнэпом, Кикин с Буббой и Хоппи с Бобби на втором этаже, а чердак достался Крафти и Пикки. Ребята обсудили какая комната кому достанется и кто как будет до сюда добираться ещё до своего приезда.  Догдэй сам привёз Бобби, Хоппи, Кикина и Крафти с их вещами на своей машине и как только все оказались на месте, они сразу же захотели осмотреть свои комнаты, но так как Бубба и Пикки опаздывали и не отвечали на звонки, Дэй завёл всех во двор и попросил сидеть там, пока остальные не приедут. Нэп приехал чуть позже на такси и ему пришлось ещё долго идти пешком со своими вещами. Догдэй всё-таки разрешил ему немного вздремнуть в их спальне после дороги, чему Хоппи начала активно возмущаться, хотя в сонливости Нэпа не было ничего экстраординарного. Из-за проблем, возникших в последнее время, он даже наоборот пытался спать меньше. Сейчас наконец-то довольно глупый запрет Дэя на вхождение в дом снят. Оба из друзей зашли в свою спальню. Кэтнэп закрыл за собой дверь, а Догдэй с разбегу запрыгнул на свой, нижний этаж кровати с красным одеялом с кучей солнц и белой подушкой с одним большим. Он потянулся к рюкзаку, лежавшему за ней. Он быстро достал консоль и пару джойстиков, не мог дождаться вновь сыграть с Нэпом. Подключив старую и пыльную консоль к телевизору и включив её, он открыл пластиковый футляр с игровым диском и вставил его в выдвигающийся дисковод, затем уселся рядом с Нэпом, который уже сел на кровать, ожидая Дэя. Догдэй включил телевизор, взяв пульт в лапу и через пару секунд они оба лицезрели логотип консоли на экране, а затем и меню выбора игр. Их было не так много и Кэтнэп даже не успел разглядеть хотя бы одно название, так как пёс быстро кликнул на кнопку на джойстике, выбрав первую в списке. Заедающая в голове, главная музыкальная тема игры начала играть, как только показался экран главного меню. На пиксельном фоне располагались два персонажа: оранжевый пёс-волшебник в фиолетовой, ведьменской шляпе и тёмной мантии с зелёным, магическим посохом в руках, а также фиолетовый кот-рыцарь в серебряных доспехах и большим, бриллиантовым, угрожающим мечом в руке, стоящие на зелёных холмах. На заднем фоне виделись горы, небо с солнцем и облаками, леса и королевство с огромным замком, а на переднем кроме голубых, полупрозрачных кнопок интерфейса располагалась надпись «Рыцари и Волшебники». «Ай, – не ожидал Кэтнэп такого резкого появления музыки, – сделай потише, пожалуйста». «Ой, хорошо. – Догдэй взял пульт и нажал на кнопку, убавив звук. – Ты же помнишь как играть?» «Конечно! А ты помнишь, за кого я всегда играю?» – спросил кот. Дэй закатил глаза: «Да, да… за волшебника… Ты ни разу не выбирал рыцаря». «Мечом рыцарь атакует!» – резко прокричал Нэп, направив правую руку с кулаком вверх и встав одной ногой на кровать, а другой на пол. «А волшебник магию кастует!» – улыбнулся Дэй и тоже встал, приняв точно такую же позу в ногах, но его правая рука, в которой был Джойстик, элегантно легла на его грудь, а левая также элегантно выпрямилась, направившись вверх, в ту же точку, куда указывал и кулак Кэтнэпа, хотя руку в кулак он не сжимал, а оставил ладонь, как будто в ней что-то в лежало. Следующую реплику они произнесли одновременно: «Вместе сила мы! И королю всегда верны!» После этого, они оба рассмеялись, ухватившись локтями за плечи друг друга.  Ребята взглянули друг другу в глаза и Нэп обрадовался: «Ты помнишь нашу кричалку!» «К-конечно я помню! Как я мог забыть? – совсем чуточку возмутился Догдэй. – Ты думаешь, у меня деменция чтоли, соня?» «Соня» недовольно фыркнул: «Вовсе нет и не называй меня так!» «Хи-хи, ладно, ладно, прости…» – хихикал Дэй. Про себя он подумал: «В последнее время я действительно мог сомневаться в своих друзьях, надо это прекращать!»  Прибывание с лучшим другом развеяло его непонятно откуда взявшуюся тревогу. Коту хотелось уже поскорее начать игру, как будто и не было больше никаких забот. Догдэй решил напомнить Нэпу о ещё парочке тёплых моментов: «Но на всякий случай… Я много, что помню, хорошо? Ха-ха! Особенно я никогда не забуду твоё лицо, когда моим подарком тебе на пятый день рождения оказалась именно эта игра!» «Я помню тот день, как будто это было вчера, тогда мою радость и передать нельзя было!» – утверждал Кэтнэп. «Ну… вообще-то можно было. – возразил Дэй. – Сразу после того, как ты открыл подарок, ты меня обнял покрепче, чем обнимает Бобби». «Ну да… прости. – извинился кот. – Но я очень обрадовался тогда, это было одна из вещей, которых я хотел больше всего на свете!» «Одна из? По-моему ты хотел этого больше всего остального. Тебе же ещё понравился персонаж волшебник. – напомнил он другу. – Ты даже где-то плакат с ним раздобыл, хотя самой игры у тебя не было и бывало что долго засматривался на него». Кэтнэп засмущался: «Д-да… Было дело…» «Хотя он чем-то на меня похож, так что не понимаю зачем было смотреть на него, если ты мог смотреть на меня». «Т-ты… сейчас…» – Кэтнэп замер после такой неожиданности от Дэя. «Что?» – непонимающе спросил пёс. Нэп посмотрел тому прямо в глаза и поняв, что Дэй сам не понял, что он сказал, отвернулся, весь покраснев, будто он был зажарен на медленном огне: «Н-ничего». Про себя Нэп подумал: «П-почему это прозвучало к-как ф-ф-флирт…?!» «Ты чего? У тебя с ним и плюшевая игрушка была! Ты без неё не засыпал… Может ты её даже сохранил и она сейчас где-то в твоих чемоданах», – предположил пёс. «Э-э-э-а-а-а, хватит!!!» – он откинул назад свою красную, как помидор, морду и закрыл её лапами. «Ну, ладно, ладно! И не беспокойся, нет в этом ничего такого! Ха-ха!» – смеясь, успокаивал он Нэпа. «Нет, он попросту не способен на флирт… – думал он, немного хлопнув себя по лицу ладоней. – Да и какой к чёрту флирт?! О чём я думаю?!» «Мы будем играть или нет?!» – смущаясь, спросил кот Догдэя с немного надутыми губами. «Конечно будем! – Дэй высоко поднял указательный палец своей левой руки и резко кликнул на кнопку на джойстике, тем самым нажав кнопку «начать игру». – И начинаем мы сейчас!» Началась начальная заставка и друзья приготовились погружаться в игру. Кэтнэп как всегда выбрал мага, а Догдэй рыцаря. «Не могу поверить, что мы снова в неё играем, – сказал кот. – Где ты её нашёл?» «У-у р-родителей… П-пришлось заехать к ним…» – пёс почему-то немного боялся говорить об этом. «Как они поживают?» – с чистым любопытством спросил Нэп, выбирая себе волшебную шляпу. «У н-них всё замечательно…» – ответил он другу, пытаясь выбрать себе шлем. «У тебя такие классные родители! – он переключился на выбор внешнего вида посоха. – Я бы тоже хотел с ними повидаться». «Может к-как-нибудь у вас получится встретиться…» – как только Дэй выбрал себе внешний вид меча, он нажал на кнопку «готово» и игра началась. Следующие четверть часа друзья играли в «Рыцарей и Волшебников» и полностью погрузились в игру, прямо как когда-то давно. Остальные тем временем продолжали изучать совместный памятный альбом и ни чуть не скучали. Разве что Бобби оборачивалась назад каждые дюжину секунд в надежде увидеть Дэя или Нэпа, возвращающихся обратно. Но каждый раз сзади никого не оказывалось. Медведица немного грустнела: «Эх, что же делать то? Мало того, что Кэтнэп закрылся и никому не хочет говорить о своих трудностях, так ещё и Дэй ведёт себя странно… Что происходит? Как остальные ещё ничего из этого не заметили?» «Смотри, Хоппи, это же мы в Лунном Бластере!» – указывала Крафти на очередную фотографию правой рукой, а левой схватила Хоппи за плечо и немного затрясла её. «Д-да, я видела… Мы там очень хорошо время провели. – откликнулась она. – Смотри-ка, Кикин, а ты «кринжовый» в этом космо-костюме!» «Ч-Ч-ЧЕГО?! – громко возмутился он. – А… а вот и нет!» «Ты похож на марсианина-горбуна», – заявила Хоппи, после чего Крафти рассмеялась из-за сравнения. «Эй, а вот ты похожа на… на…» – он активно пытался придумать контр-сравнение подруге, но без успешно и единственным результатом был звук двигающихся шестерёнок, исходящий из его головы. Бобби немного улыбнулась, смотря на друзей, но подумала про другую тему: «Когда приедет Бубба, надо будет его спросить о… Ой, нет. Я не могу ему ничего рассказать! – перебила она свои же мысли. – Мне пришлось пообещать Кэтнэпу, что я никому не расскажу его секрет, хотя то, что он это скрывает – неправильно, но… он должен сам всё рассказать». Бобби взглянула на часы, аккуратно тикающие и висящие на стене: «Как мне сподвигнуть Нэпа на то, чтобы он сам всем всё рассказал? Может, если я просто скажу Буббе, что я заметила, как они оба странно себя ведут, то…? Нет, Нэп всё равно обидится… Ладно, может сказать только о Догдэе и может, Бубба сам заметит что-то неладное с Кэтнэпом? Хотя может я слишком много думаю и вижу то, чего нет?» Медведица закрыла глаза и сжала руки в кулак, пытаясь собраться с мыслями: «Так, Бобби, возьми себя в руки! У Кэтнэпа всё в любом случае под контролем. У него есть таблетки, просто он их забыл принять. Судить о Догдэйе нельзя только лишь по одной сцене да по паре незначительных факторов! Он просто не тот человек, который мог бы соврать или скрывать что-то». В горле медведицы пересохло после долгих размышлений и раздумий: «Они оба были друзьями с самого детства и Нэп рано или поздно всё расскажет Дэю, а он убедит его поделиться с остальными. Они должны найти общий язык». Бобби ещё раз взглянула в глаза каждому своему другу, находящемуся сейчас в зале и улыбнулась: «Мы здесь, чтобы отдохнуть и не нужно это забывать. Догдэй и так сделал уже многое, организовав это всё. Тебе просто нужно как всегда проследить, чтобы все оторвались по полной, включая себя саму. Кикин, Крафти и Хоппи сейчас получают удовольствие от просмотра наших воспоминаний и когда приедет Бубба, просто убедись, что вечеринка пройдёт отлично». Бобби немного успокоилась и вновь присоединилась к просматриванию совместного альбома. Тем временем… «Ты совсем забыл как играть!» – жаловался Дэй на своего напарника, агрессивно кликая по джойстику. «Вовсе нет, просто джойстик барахлит! – ответил Кэтнэп, который максимально пытался сконцентрироваться на игре, даже немного высовывая язык, облизывая им губы и приподнимая задние лапы каждый раз, когда он кастует заклинания. Хоть джойстики и вправду были уже старыми, но спустя столько времени, они оба немного потеряли свои знания умения в этой игре.  От телевизора исходили самые разные звуки и музыка, добавляя напряжение. «Да я сейчас уже восьмое усиление за раунд схвачу, а ты даже второго не смог получить!» – предъявил пёс другу, отбиваясь от розовых слаймов, стреляющих жвачкой.  «Зато посмотри сколько у меня амулетов! А у тебя, я напомню, ещё ни одного! – справедливо ответил Нэп на претензию в его сторону, очередной раз умирая от живого, огнедышащего пня. – Вот чёрт!» «Я всю свою валюту трачу на броню, – ответил Дэй, как только смог, отбившись от комаров-вампиров, – чтобы не умирать каждые пять секунд как ты!» «Да мы дошли сюда только благодаря разблокированным мною заклинаниям и амулетам!» – заявил он, ждя своего возрождения.  «Лучшего поскорее возрождайся и сделай что-то полезное! – оставшиеся монстры загоняли Догдэя в угол. – Иначе я умру и уровень придётся начинать с начала!» Кэтнэп наконец возродился в последнюю секунду и благодаря накоплений маны, найдя момент, он кастанул своё самое мощное заклинание на данный момент: «Огненный Смерч». Все оставшиеся враги были побеждены, а они оба запрыгали и начали радоваться, громко выкрикивая: «Да! Да! Ура!». Крутясь вокруг своей оси от радости, Догдэй увидел в окно справа от кровати приближающуюся к ним машину. «Бубба!» – всплыло имя друга сначала как мысль в голове, а затем и как слово изо рта. Кэтнэп обернулся и выглянул в окно, убедившись, что их общий друг действительно наконец-то почти прибыл.  Догдэй сорвался, слегка кинув джойстик на кровать и побежал вниз. Но как только он открыл дверь, кот остановил его: «Эй, но мы же почти дошли до спасения дочери короля и её возлюбленного! Помнишь? Скрывав от другу друга страшные тайны, они угодили в ловушку сильнейшей огненной ведьмы! Они ждут своего спасения!» «Просто поставь пока на паузу, я скоро вернусь. Всё равно у нас вечеринка чуть больше недели будет продолжаться! К тому же стоит сообщить другим о том, что мы играем. Уверен, как минимум Крафти захочет посмотреть, как мы играем!» — нетерпеливо ответил Догдэй, он хотел поскорее вновь встретиться с Буббой. «Ну, хорошо!» – счастливо согласился он. Пёс улыбнулся коту и быстро зашагал вниз.  Видимо Дэй весил как пушок, потому что лестница ни разу не заскрипела.  Благодаря времени, проведённым с лучшим другом, кот прибавился в уверенности: «Может Бобби права? Не хорошо скрывать то, что я таблетки принимаю… Стоит им рассказать?» Но мысли Кэтнэпа прервались очередной, резко вспыхнувшей, огненной головной болью: «Ай! Да что ж это такое?!» – нагнулся он, упав коленями на ковёр и схватившись за голову обеими руками. Тем временем… Со второго этажа донеслись несильные прыжки и крики радости. Все присутствующие в зале посмотрели на потолок с непонимающим видом. «Они были вместе на верху?» – непонимающе подумала Бобби. Хоппи обернулась и поняла, что Нэпа с ними нет, а Догдэй до сих пор не вернулся. «Значит мы тут сидим и смотрим наш альбом, а они без нас наверху веселятся? Ну уж нет, так не пойдёт!» – возмутилась она.  «Стой, Хоппи, – медведица остановила её рукой, сама пройдя немного вперёд, – я сама схожу, проверю и приведу их». «И я тоже с тобой», – протестовала крольчиха. «Тихо, тихо, ребята, вы чего? Догдэй же разрешил нам входить в дом, так что пусть каждый теперь веселиться как хочет», – остановила их обоих Крафти. «Ну вообще… да, но на прямую он это всё же не говорил. К тому же, Бубба ещё не приехал, так что…» – ответила ей Хоппи. «Я знаю, Крафти, – Хоппи была перебита Бобби, – просто хочу удостовериться, что они веселятся». «А разве не очевидно, что они там веселятся?» – непонимающе спросил Кикин. Никто из них, разговаривающих друг с другом, не заметил Дэя, мельком пробегающего в коридоре, направляющегося прямиком к главной двери. «Неважно, я просто за них переживаю. Я проведаю их и приведу сюда, либо позову вас наверх», - она развернулась и направилась на второй этаж.  Не способная бороться со своим желанием помочь, она понимала: «Я так не могу, я слишком переживаю за этих двоих…» Порядок для Бобби это – когда все счастливы и по мнению Бобби, Кэтнэп с Догдэем почему-то заслуживают быть счастливыми больше всех на свете. Крафти лишь грустно посмотрела на затылок уходящей подруги и подумала про себя: «Иногда ты уж слишком сильно переживаешь за других…» «Ладно… Дай-ка мне посмотреть кое-что, Кикин», – попросила Хоппи дать ей альбом. «Только с моих рук!» – горделиво произнёс он. Хоппи опустила брови, на её лице читалось немое: «Серьёзно?»

***

Бубба подъезжал на своём маленьком фургоне к дому по на удивление хорошей, не забетонированной дороге, а на встречу ему мчался, знакомый с давних пор, жизнерадостный Догдэй, маша рукой. Зелёная, довольно высокая по городским меркам трава немного щекотала лапки пса и колыхалась от несильного, восточного ветра. Из-за ветра было чуть прохладно, но не сильно, благодаря свету солнца. Дом стоял на границе между небольшим лесом и полем, не лишённым редких деревьев: задний двор смотрел в сторону леса, а главный вход в сторону поля и машины. Возможно, если хорошенько приглядеться, то в самом правом окне второго этажа можно было разглядеть Кэтнэпа, хотя солнце, светившее прямо на стекло, могло этому помешать.  Синий слон увидел своего друга почти сразу, как тот выбежал из дома, но махать ему в ответ начал, когда переднее стекло машины опустилось до конца и он высунул свою руку из машину. «Наконец-то ты приехал!» – обрадовался Дэй, активно виляя хвостом, уже подбежав к открывшемуся окну. «Да, ещё раз прости за опоздание, Догдэй», – Бубба окончательно затормозил, остановившись где-то в 10 метрах от дома. «Ничего страшного, – махнул Дэй рукой, уверяя друга не волноваться об этом, – я тебе уже говорил, главное что ты здесь! Я сейчас тебе открою гараж и ты поставишь туда свою машину, хорошо?» «Хорошо!» – послушно кивнул слон. Бубба медленно подъехал к гаражу с двумя воротами, который находился справа от входной двери. Догдэй достал пульт от ворот из кармана, который взял с тумбочки возле входа и нажав на кнопку, открыл вторые ворота. Медленно поднимаясь, ворота немного поскрипывали, но похоже остальные этого не услышали. Слон аккуратно заехал внутрь и встал рядом с машиной Дэя.  Всю комнату вместе с серыми, частично облезлыми стенами гаража, освещала одна единственная, но очень яркая лампочка. Также в комнате можно было увидеть садовый шланг, огнетушитель и пара металических шкафов вместе со столом с самыми разными инструментами. В гараже было две двери: небольшие ступеньки и тёмная, деревянная дверь вели в коридор, который вёл бы в гостиную, а светлая, деревянная дверь ведёт на задний двор. В комнате было сыро и пыльно, пахло бензином и маслом. Наконец, Бубба вышел из машины: «Поможешь мне занести вещи?» «Конечно!» – Догдэй посчитал это очень глупым вопросом. Бубба подошёл к своему фургону сзади и распахнул его дверцы. За ними оказалась стопка небольших коробок и сумок. «Сумки со своими вещами, – я сам занесу, – сказал он, взяв коробку, – а ты тогда поможешь мне с коробками». Догдэй легко взял коробку и осторожно спросил: «Так что там произошло? Ну… у тебя на работе?» Бубба вдруг резко помрачнел: «У меня, с одним моим коллегой, очередной раз возникло кое-какая проблема и меня вызвал к себе новый директор контроля исследований «НАА». Потом мне пришлось долгое время работать с ним помогая другим исследователям, вроде как в качестве штрафа. А дальше начали происходить какие-то странные вещи…» «Ну ладно, всякое бывает…» – смирился Догдэй, уже собираясь уходить с коробкой. «Ты не дослушал», – слон перебил Дэя, а тот в ответ вопрошающе взглянул на собеседника. Бубба сжался и медленно продолжил: «Этот… директор… Я не знаю кто он такой, но… У меня от него мурашки…»

***

Это был обычный рабочий день. Бубба как обычно заполнял не такие уж и скучные для него, надоедливые документы.  Каждый раз ему приходилось работать с кое-какой, не очень любимой им птицей. Их зовут По и их работой является сортировка и распределение документов и исследований, а также дальнейшее их хранение и охрана.  Не смотря на то, что По работали на такой ответственной и высокооплачиваемой работе в мегакорпорации, они, по мнению Буббы, как будто и не очень ей дорожили. Их коллега были довольно наглым и упрямым зверьком. По не раз нарушали правила на работе. Например, проносили еду в лабораторию и другие зоны, куда пищу было проносить запрещено. Они часто отвлекались и отлынивали от работы, слушая громкую, прорывающуюся из наушников, музыку и лежали на стуле, откинув спинку назад.  Несмотря на свою специальность компьютерного техника, По были очень непредусмотрительной и неорганизованной вороной, вечно вызывая неприятности Буббе и никак не парясь на счёт этого. Как говорил сам Бубба, их поведение больше напоминало поведение подростка, чем высококвалифицированного учёного и он искренне не понимал, как их вообще взяли на работу. Сегодня, Бубба как обычно пришёл на работу с бело-синей сумкой на плече. Проходя через привычные, былые, плиточные коридоры, он вежливо здоровался со всеми своими коллегами, многих из которых он знал, и с отличным настроением направлялся к своему офису номер шесть на семнадцатом этаже.  Здание «НАА» – Научно-исследовательской Ассоциации Алматы являлось небоскребом, также уходящим этажами вниз и главным штабом всей мегакорпорации, который стоит в самом центре Мэнтона. «НАА» – изначально маленькая компания по укладке кирпича, со временем стала ассоциацией из множества компаний и главным двигателем прогресса, распространившись и на другие страны.  Бубба открыл дверь в свой офис, который ему приходилось делить с уже упомянутой ранее птицей. Люминесцентные лампы светили тускло, грязно-жёлтым цветом, а все жалюзи окон были опущены. Даже те, которые выходили в коридор, а не на улицу. Такие лампы были установлены по просьбе По, потому что те недолюбливали солнечный свет и постоянно закрывали жалюзи, включая лампы. Сказать, что Бубба с По из-за этого постоянно с друг другом ссорились – ничего не сказать.  Сам офис был не очень большой, со светло-деревянным полом и белыми стенами. Посреди него стояли два длинных стола, расположенные впритык к друг другу. Стол, расположенный ближе к выходу, принадлежал Буббе, а ближе к окнам – По. На каждом было по большом монитору с мышкой, клавиатурой и кучей бумаг с канцелярией и самими компьютерами под столами. В дальней части комнаты, у стены были расположены серые шкафы и ящики с другими папками и документами. Но Бубба обратил внимание на По, которые сидели на его рабочем месте, расположенном ближе к выходу. Они сидели на офисном стуле своего коллеги с колёсиками в не заправленной, белой рубашке и не удосужились завязать надетую галстук-бабочку. Эта ворона ела ещё горячую лапшу быстрого приготовления палочками, прямо в пластиковой упаковке, поставив ноги на стол, на стопку бумаг. «Эй, ты же можешь свой ужас на них пролить!» – закричал слон, как только лицезрел данную картину. По обернулись и хмуро, вопросительно вскинули левую бровь, посмотрев на Буббу. С хлюпающим звуком отлетали брызги при поедании лапши. На столе была вещь, которую слон не ожидал увидеть: фотография с По и группой других людей в рамочке с подписью «Чемпионат Кассиопеи». Он увидел это, но По сразу же взял её и закинул к себе портфель, стоящий рядом, у стены, как бы пытаясь скрыть фото от коллеги. Бубба конечно всё увидел, но что-то спрашивать не горел желанием. Вместо этого из-за того, что По абсолютно никак не отреагировали на его слова, он подбежал и грубо, локтём оттолкнул лапы По, убрав их со стола. По немного отъехали на стуле назад, поставив ноги на пол и злостно посмотрев на Буббу.  На их рубашку капнула капля бульона, после такого толчка и По смиренно промолвили себе пол клюв: «Чопс будет очень довольна, конечно…» «И тебя тоже с добрым утром», – огрызнулись они. «Для тебя на Вы, сколько раз повторять!» – сказал слон, взяв стопку бумаг и постучал ею по столу, выравнивая их хаотичное расположение. «Для тебя тоже», – По встали со стула и держа лапшу в правой руке, подошли к столу. Они положили её на стол, совсем не смотря куда именно и у Буббы от этого начался нервный тик. Он хотел что-то сказать, но сдерживался раздражённо сверлив голову По взглядом, пока те что-то искали среди других бумаг. Слон отвернулся и сделал глубокий вдох и выдох, успокоившись.  Он отложил важные бумаги, которые держит в руках, подальше от По и собрался рыться в своей рабочей сумке, присев и расстегнув молнию: «Что ты вообще делаешь на моём месте?!» Но как только тот задал вопрос и начал доставать нужные ему вещи, По вдруг окликнули его, не ответив на вопрос: «Эй, уважаемый мистер слоник! Вам повесточка». Ворона наконец-то нарыла что-то среди бумаг и по-хамски протянула это Буббе. Он обернулся и встал, взглянув на бумажку, а затем и взяв её.  По сразу же сели обратно на стул и подкатились к компьютеру, начав что-то печатать: «Это по поводу того испепелившегося минерала из пещер. Тебя босс к себе вызывает». «Меня?! – ошарашено, с ноткой злости вскрикнул синий слон. – Вообще-то это по твоей вине его разъела кислота, он не испепелился». «Неважно, что там с ним произошло. – закатили глаза По, продолжая клацать по клавиатуре. – Босс хочет видеть тебя сейчас». Бубба сжал бумагу в руке из-за злости и молча, резко распахнул дверь их офиса, направившись к кабинету нового директора по контролю исследований. Его хобот немного подрагивал из-за чувства несправедливости по отношению к нему. «Если что, я пользуюсь твоим компом, чтобы собрать оставшиеся данные об экспериментах над минералом, которые мы успели провести!» – крикнули По вслед Буббе. Бубба не ответил на вопрос и никак на него не отреагировал. В следствие того, что ни Бубба ни По никогда друг друга не слушают и распределяют и организовывают все данные и вещи абсолютно по разному, при исполнении эксперимента получилось кислота, разъевшая минерал, который только им было поручено изучить. Теперь они оба винят в этом друг друга, но хотя бы хорошо то, что это был один из последних планируемых экспериментов с минералом и изучить его получилось достаточно хорошо. Сейчас По отправляют обрабатываться на сервер последние крупицы информации, полученной при опытах. Вновь пройдя через знакомые коридоры, Бубба немного успокоился. Он остановился перед огромной, двойной дверью и немного замер, вытянув руку вперёд, как бы пытаясь решиться зайти внутрь, но никак не решался. В итоге двери сами распахнулись перед слоном. Он отступил назад, немного потрясываясь. Бубба не очень любил этого директора. В дверном проходе величественно возвышалась аномально высокая фигура пламенно-оранжевого волка в деловом, чёрным костюмом и полосатым галстуком в тех же цветах, что и его пушистая, выпирающая шерсть. Он надменно, слега улыбнулся и тихо промолвил: «Мистер Буббафант, Вы откликнулись на моё письмо… Прошу, пройдите внтурь».  Он протянул руку в сторону его шикарного стола, стоящего по середине его просторного, шикарного офиса. Левая дверь закрылась, так как его лапа её больше не держала.  «К-к-конечно, Сэр…!» – Бубба медленно, неловко прошёл через дверной проём открытой двери, пытаясь не касаться директора и не смотреть на него. «Можно просто мистер Делайт», – усмехнулся он, пристально смотря на него и не отводя взгляд.  Как только Бубба зашёл внутрь, он ступил на мягкий, зелёный ковёр и его облил такой же мягкий, солнечный свет, ведь левая стена была целиком стеклянной и была эдаким большим окном. Мистер Делайт взял стул, который стоял у полок с книгами и поставил напротив его стола: «Прошу, присаживайтесь…» Директор был максимально вежливым, но слон сел на стул очень неуверенно. Когда мистер Делайт сел на свой стул, он заговорил, смотря на бумаги на своём столе: «Итак… вы наверняка знаете почему вы здесь, верно?» Бубба не теряя ни секунды сразу же начал объяснять ему что произошло: «Мистер Делайт, я могу объяснить! Это вышло совершенно случайно, по вине По. Дело в том, что…» Директор остановил его жестом руки: «Мистер Буббафант, мне неважно кто в этом виноват. Я уже наслышан о том, что произошло, а минерал уже не вернуть». «Я понимаю, – уверял его Бубба, – но всё же… Вы уверены, что поведение По соответствует нормам учёного…?» Мистер Делайт посмотрел на Буббу, вскинув бровь. «Они постоянно нарушают правила, совершенно не профессиональны и всегда грубят всем вокруг, но Вы почему-то постоянно идёте им на встречу!» – жаловался он, перечисляя и загибая пальцы на руках. «Я понимаю… – тихо заявил мистер Делайт, встав из-за своего стола и подойдя к окну, смотря вдаль. – Работать с Грэйвстоун иногда бывает сложно, но поверьте мне на слова, работать с ними нужно». Он обернулся, посмотрев на Буббу на удивление немного хмурым взглядом: «Они довольно особенные и Вы, мистер Буббафант, должны как никто другой понимать, что особенные зверьки особенно ценны». Отойдя от окна, тот начал расхаживать по офису, объясняя Буббе: «По прямо как и мой сын Саймон такие же особенные, как и минерал из пещер. Я уже получил некоторые ваши отчёты и результаты экспериментов и я ими очень доволен. Я уверен, что и По тоже приложили свою руку к опытам». Мистер Делайт прошёл за Буббой, погладив спинку его стула лапой. Ему стало немного не по себе, но оборачиваться он не стал: «К-кстати на счёт особенности минерала из пещер… Его состав странный и даже немного аномальный. Вы уверены, что продолжать копать вниз – хорошая идея?» Директор подозрительно, угрожающе посмотрел на учёного, тот не видел этот взгляд, но полностью ощутил его на своём затылке: «Я полностью уверен в своих методах управления исследований, не переживайте. К тому же, как вы знаете, мне дали добро». «Д-да, к-конечно… – овтетил он немного сомневаясь. – Но к чему Вы сейчас стремитесь?» «Все мы, звери к чему-то стремимся. Все мы стремимся что-то побороть. Я же стремлюсь к прогрессу, пытаясь побороть невозможность. – Мистер Делайт взялся за стул обеими лапами и величественно склонился над Буббой. – В «НАА» мы движемся к прогрессу каждый день и когда-нибудь зверьки смогут гораздо больше, чем могут сейчас». Слону стало невыносимо тяжело, будто на него давили тысячи килограмм. Он чувствовал угрозу и боялся встрять в монолог директора или сказать хоть что-то. Волк ехидно улыбнулся и прошёл к своему стулу, встав возле него: «Не беспокойтесь, мистер Буббафант, Вас никто не будет принижать». Директор сел на стул, собрав руки воедино и потянувшись ближе к Буббе: «Я вижу в Вас потенциал и… пламя. Вечное, иссушающее, но прекрасное пламя. Вы здесь, потому что я Вами доволен и хочу, чтобы вы помогли с исследованиями на минус двенадцатом этаже». Он взял стопку бумаг и перелистнул первую бумажку: «Исследователям нужна помощь и Вы можете им помочь. Остальную информацию Вы узнаете от них на месте. Но я попрошу взять По с собой. Вопросы или возражения не принимаются». Серьёзно посмотрев на Буббу, мистер Делайт вновь надменно улыбнулся: «На этом всё, можете идти. Попросите По, как обычно отправить результаты на сервер. Приступить к поручению рекомендую сейчас же, удачи». Он пристально смотрел на Буббу, сохраняя ту же улыбку.  До слона не сразу дошли эти слова, но в итоге он понял, что ему уже можно идти. Словно приклеившись к стулу за время пребывания в офисе директора, он резко будто разморозился и ели поднялся со него. Учёный улыбнулся, но скорее всего от облегчения и понимания, что может теперь уйти. «С-спасибо, т-тогда я пойду и… сделаю всё что Вы попросили, сэр», – Бубба медленно начал отступать назад. Когда он понял, что упёрся в дверь, он начал искать дверную ручку, не сводя взгляд с Делайта. Нащупав её, он резко повернул её и быстро скрылся, закрыв дверь. Чуть ли не убегая от офиса, как от какого-то монстра, он судорожно поймал себя на тревожной мысле: «Почему, чёрт возьми, он такой жуткий? Мне не по себе от одного его вида. Это чувство, будто исходящее от него…»

***

«Обжигает…» – Бубба сверлил пол взглядом, облокотившись на фургон. «Бубба, – окликнул его пёс, немного волнуясь, – ты в порядке?» «Д-да, может я просто немного на работе устал… – посмотрел он на Дэя печальным взглядом. – Дальше на работе я долго помогал им с исследованиями, заполнял бумаги и задержался, а потом внезапно… они что-то нашли там, под землёй. Не знаю что, но у меня плохое предчувствие». «Я немного не об этом. – Догдэй поставил коробку обратно в фургон и взял друга за лапу, посмотрев на неё. – Ты трясёшься…» «Я-я… Мне просто нужно отдохнуть…» – Бубба убрал руку и повернулся к сумкам, до сих лежащим в фургоне. Он взял одну из них, а затем потянулся и за второй, но Догдэй его опередил и схватил его вещи: «Тогда иди к остальным, а я пока сам всё занесу, даже твои сумки. Мне не сложно». «Х-хорошо, спасибо Догдэй. – поблагодарил его слон и протянул свою сумку ему. – А где остальные?» «Оу, должны быть в гостиной. – пёс немного сморщился от веса сумок, но пытался не показывать, что ему тяжело. – Это через ту дверь, сам увидишь. Я им уже показал альбом если что, а также мы украсили задний двор и большинство комнат». Лапы Догдэя были заняты коробками, поэтому тот пытался указать на нужную дверь головой и глазами. «Показал? – Бубба направился к двери, а Дэй последовал с сумками за ним. – Ну ладно, жаль я их реакцию не увидел…» Тем временем… Упав от головной боли после игры с Дэйем на втором этаже, Кэтнэп встал на колени. Это была необычная головная боль, с которыми он сталкивался каждый раз, как принимал таблетки. Чувство было похоже на то, как будто в его мозгу кто-то копошиться. Внезапно, кот понял, что не в состоянии двигать конечностями. Его поток мыслей сменился на другой, более зловещий: «Ты продолжишь им лгать. Сколько лжи донеслось из твоих уст за всю твою жалкую жизнь? Не сосчитать. Твои «друзья» вообще слышали от тебя правду хоть раз?» Заглянув в первую комнату слева на втором этаже, Бобби узрела Кэтнэпа, стоящего на полу на коленях и держащегося за голову. «Кэтнэп! – испугалась она, резко подбежав к нему. – Что с тобой?!» «Всё хорошо… просто голова заболела», – ответил он, открыв глаза и взглянув на Бобби. Физиономия подруги успокоила его и от её присутствия наваждение тут же испарилось. «Уверен? Встань-ка лучше, пойдём, сядешь на кровать…» – медведица взяла кота за плечо и помогла ему аккуратно сесть на первый этаж двухъярусной кровати. «Почему заболела голова? Хочешь принесу воды?» – предложила она. «Н-нет, спасибо, Бобби, не надо. Она уже перестала болеть», – ответил Нэп, взяв джойстик и поставив игру на паузу. Бобби наконец заметила включённый телевизор: «Вы играли?» «Да, в «Рыцарей и Волшебников», эта игра, в которую мы с Дэйем любили играть в детстве», – объяснил Кэтнэп. «Да, Дэй и Крафти мне про неё как-то раз рассказывали. Крафти ещё говорила, что любила смотреть как вы играете», – вспомнила Бобби. Повисла пауза, но её прервала Бобби: «Так ты… Рассказал ему?» Нэп отвернулся, больше не желая, чтобы Бобби с ним об этом разговаривала: «Д-да… рассказал». Глаза Бобби немного округлились и на её морде начала вырисовываться улыбка. «И что он сказал?» – поинтересовалась Бобби. «Ничего особенного. – поток лжи продолжался. – Он печально удивился, пожалел меня и сказал, что уверен, что всё скоро должно пройти. Я попросил его другим об этом не рассказывать и он согласился».  «И всё?» – Бобби немного смутилась. «Ну… это я вкратце пересказал. Не буду же я весь наш диалог пересказывать». «Ладно, ты молодец, что уже рассказал Дэйю, но я всё же считаю, что рассказать нужно всем…» – Бобби похлопала Нэпа по спине. Вновь повернувшись, кот промолвил: «Там вроде Бубба приехал, пойдём посмотрим?»  Кот как бы перебил ход их диалога такой внезапной новостью, пытаясь сменить тему. «Правда?!» – обрадовалась Бобби, уже забыв о чём они говорили пару секунд назад. «Да, идём, встретим его. – подтвердил Нэп, улыбнувшись, и, взяв Бобби за руку, вывел её из комнаты и потащил вниз. Внизу к тому времени все уже встретили Буббу и что-то активно обсуждали, радуясь прибытию друга. «Тогда вы все сейчас можете, либо пойти раскладывать вещи в свои комнаты, либо пойти за стол на заднем дворе, который Бобби уже давно накрыла. – предложил всем Догдэй. – Я отнёс ваши вещи в ваши комнаты и сейчас отнесу вещи Буббы в его с Кикином комнату, а закуски уже лежат на столе». «Привет, Бубба!» – Бобби сразу же бросилась к нему с объятиями. «О, привет, Бобби!» – поприветствовал он её в ответ, приняв крепкие объятия. «Наконец-то ты удосужился явится!» – пожаловалась Хоппи. «А ты как обычно не удосужилась подождать?» – ответил ей слон. «Ну давай, говори, какие ты игры принёс, Бубба?!» – спросил Кикин, убрав Хоппи с дороги. «Я вам всё покажу, но давайте вы сначала мне покажете дом и задний двор», – попросил он. «Конечно, пойдём скорее!» – позвала его Крафти, махнув копытом. Бобби, Крафти, Бубба и Кикин с Хоппи пошли все вместе на задний двор.  Догдэй подошёл к Нэпу, который лишь смотрел, как его друзья уходят: «Потом доиграем, хорошо? Я пойду относить вещи Буббы наверх, а потом и коробки с играми на улицу потащу. Поможешь мне?» Кэтнэп не мог не согласиться помочь другу: «К-конечно!» «Отлично! – обрадовался Дэй, уже шагая наверх по лестнице. – Тогда иди в гараж, коробки в грузовике Буббы!» Пёс скрылся за правым поворотом второго этажа, а Кэтнэп направился в гараж. Войдя в гараж, он увидел фургон Буббы, а затем, подойдя у нему сзади и открыв дверцы машины, он увидел и кучу коробок. Взяв первую, тот начал тащить её наверх. Кот тут же забыл о своей лжи, но в глубине его сердца оставалось дурное предчувствие, что будто разгоралось сильнее с каждой секундой. =========================== Бумс! Вот и конец второй части! ( Наконец-то я закончил её, господи боже ) Вот такой вот она получилась :) Надеюсь она получилась не кринжовой и тем, кто это читал, она понравилась ( я ОЧЕНЬ на это надеюсь ) и если это так, то вы можете поставить лайк и подписаться, чтобы поддержать фанфик :3 ( чувствую себя как какой-то ютубер, лол Х_Х ) Ну и конечно же буду благодарен, если вы сообщите об ошибках и дадите мне критику, написав комментарий  ( теперь я точно чувствую себя как ютубер, короче кринж какой-то не слушайте меня и не ставьте лайки )  >:’-(  ( Получилась полная тупость, зачем вы это читали, господи ) На этом у меня на сегодня всё. Вам Ай говорит прощай. Ауф.