Глава 11: Эхо открытий

Гарри проснулся от стука Хедвиг. Сова нетерпеливо стучала клювом по стеклу, требуя внимания. Привязанное к её лапке письмо трепетало, как будто ему не терпелось попасть в руки адресата. — Тише, Хедвиг, — прошептал Гарри, поспешно вставая с кровати. Он бросил взгляд на часы — было 5:30 утра. Точнее, на устройство, замаскированное под часы, которое дал ему Роман. Дурсли ещё спали, и он не хотел их разбудить. Отвязав письмо, Гарри погладил сову по голове и дал ей угощение. Развернув пергамент, он сразу узнал почерк Гермионы: Гарри, Надеюсь, у тебя всё хорошо. Я всё ещё в Париже с родителями, но мы возвращаемся через неделю. Роман рассказал мне о вашем летнем проекте по зельеварению, и я немного удивлена. Разве нам не запрещено использовать магию на каникулах? Я спрашивала профессора Макгонагалл о возможности экспериментов дома, и она была категорически против. Кстати, я нашла интересную книгу о магических теориях алхимиков средневековья. Думаю, она могла бы помочь вам с проектом, если, конечно, всё легально. С нетерпением жду ответа. Гермиона Гарри сложил письмо и задумчиво посмотрел в окно. Гермиона была проницательна, слишком проницательна. Её вопросы становились всё конкретнее, и скоро отделываться расплывчатыми ответами станет невозможно. Взглянув на устройство на запястье, он дважды нажал на кнопку. Экран ожил, показывая меню с несколькими опциями: «Сканирование», «Эмуляция», «Сбор данных», «Анализ». Гарри выбрал «Сканирование» и направил устройство на письмо Гермионы. Экран мигнул и показал: «Магический след отсутствует. Обычный пергамент.» Гарри облегчённо выдохнул. Он не думал, что Гермиона станет использовать заколдованный пергамент, но проверка лишней не была. Профессор Смирнов предупреждал о возможности слежки со стороны Министерства магии. Он спрятал письмо под половицу, рядом с блокнотом экспериментов. Потом нужно будет обсудить его с Романом. Гарри посмотрел на часы снова — 5:45. У него было достаточно времени, чтобы добраться до дома Смирновых до того, как Дурсли проснутся. — Интересная реакция, — заметил Роман, когда измерительное устройство над осколком философского камня выдало серию мерцающих импульсов. — Смотри, когда мы увеличиваем частоту, структура кристалла как будто… резонирует. Гарри наблюдал за экраном компьютера, где отображались данные в реальном времени. Три часа непрерывных экспериментов уже начинали сказываться — глаза слезились, но он не мог оторваться от процесса. — Похоже на какой-то код, — сказал он, указывая на повторяющуюся последовательность. — Видишь? Каждый седьмой импульс сильнее остальных. Профессор Смирнов подошёл к ним, отложив в сторону планшет с вычислениями. — Не просто код, — сказал он, внимательно изучая данные. — Это квантовая подпись. Нечто вроде идентификатора создателя. — Фламеля? — предположил Гарри. — Возможно, — кивнул профессор. — Но также возможно, что это остаточный след самого процесса создания. Необходимо провести дополнительные тесты. Роман отошёл к другому компьютеру и начал вводить новые параметры. — Мы получили сообщение от группы в Токио, — сказал он, не отрывая взгляда от экрана. — Они смогли воспроизвести эффект Репаро на молекулярном уровне. Фактически, они научились восстанавливать разрушенные клеточные структуры. — Это… это же прорыв в медицине, — осознал Гарри. — Именно, — подтвердил профессор. — Представь возможности: восстановление повреждённых органов, регенерация тканей, даже возможное излечение дегенеративных заболеваний. И всё это без использования традиционной магии. Гарри вспомнил о письме Гермионы и решил, что сейчас подходящее время поговорить об этом. — Я получил письмо от Гермионы, — сказал он, доставая пергамент из кармана. — Она задаёт вопросы о нашем «проекте по зельеварению». Роман взял письмо и быстро прочитал. — Она догадывается, — сказал он, хмурясь. — Не конкретно о чём, но чувствует, что что-то не так. — Что мы будем делать? — спросил Гарри. — Пока ничего, — ответил профессор. — Ответь ей обычным письмом. Поблагодари за предложение помощи, но скажи, что вы уже закончили проект. — А если она продолжит спрашивать? — Тогда придётся решать, — Роман вздохнул. — Гермиона умна, но консервативна в своих взглядах. Она верит в систему, в авторитеты. Если она узнает о наших настоящих исследованиях… — Она может пойти к Дамблдору, — предположил Гарри. — Именно, — кивнул Роман. — И тогда всё усложнится. Мы ещё не готовы раскрывать наши открытия. Нам нужно больше времени, больше данных. Профессор Смирнов прервал их разговор, подойдя с планшетом. — У меня есть идея, — сказал он. — Мы можем использовать квантовую подпись камня для создания усовершенствованного эмулятора. Этот прототип будет способен не просто воспроизводить магические эффекты, но и адаптироваться к индивидуальным особенностям пользователя. — Как волшебная палочка? — спросил Гарри. — Намного лучше, — улыбнулся профессор. — Палочка только фокусирует врождённую магию волшебника. Наше устройство будет создавать магический эффект самостоятельно, используя квантовые принципы философского камня. Но для этого нам нужны дополнительные материалы. — Какие именно? — спросил Гарри. — Мы составили список, — ответил Роман, доставая сложенный лист бумаги. — Некоторые из них можно найти только в Хогвартсе. Гарри взял список и внимательно прочитал. Там были перечислены различные ингредиенты и предметы: перо феникса, чешуя русалки, образец зелья удачи, кровь единорога (добытая без причинения вреда), древесина из Запретного леса и несколько других редких компонентов. — Это будет сложно, — сказал он. — Но не невозможно, — заметил Роман. — К тому же, у нас есть время до начала учебного года. — А что с Волдемортом? — спросил вдруг Гарри, вспомнив о том, что оставалось его главной проблемой. — Мы продвинулись в понимании того, как он выжил? Профессор и Роман переглянулись. — У нас есть теория, — осторожно сказал профессор. — Основываясь на том, что ты рассказал о его… призрачной форме, и о том, как он использовал Квиррелла, мы предполагаем, что он каким-то образом разделил свою сущность. — Разделил сущность? — повторил Гарри, не совсем понимая. — Квантовая связь, — объяснил Роман. — Возможно, он нашёл способ создать квантовую запутанность между частями своей души. Этим можно объяснить его способность выживать после физического уничтожения тела. — Вы имеете в виду, что его душа… раздроблена? — спросил Гарри, чувствуя холодок по спине. — Это лишь теория, — сказал профессор, поднимая руку. — Но если она верна, то это объясняет многое. И даёт нам направление для дальнейших исследований. — И как мы можем с этим бороться? — спросил Гарри. — Если мы правы, — ответил Роман, — то нам нужно найти все фрагменты и разорвать квантовую связь между ними. Для этого мы разрабатываем специальный детектор, основанный на принципах нашего эмулятора. Гарри задумался. Это звучало логично, но было так непохоже на всё, что ему говорили раньше о Волдеморте. Никаких пророчеств, никаких древних защитных чар — просто наука, пусть и продвинутая. — Интересно, знает ли Дамблдор что-то об этом? — спросил он задумчиво. — Мне кажется, он не всегда делится всей информацией… — Вполне возможно, — кивнул профессор. — Дамблдор, при всей своей приверженности традициям, очень умён. Он мог догадаться о природе выживания Волдеморта. Но вопрос в том, как он планирует с этим бороться. — Судя по его методам, — сказал Роман с лёгким скептицизмом, — он, вероятно, предпочтёт древние ритуалы и заклинания вместо научного подхода. И, возможно, не сочтёт нужным посвящать тебя во все детали. Гарри нахмурился. У него действительно складывалось впечатление, что директор иногда придерживает информацию, направляет его определённым образом, но никогда не даёт полной картины. — Мы должны быть готовы действовать самостоятельно, — сказал он. — Если Волдеморт действительно разделил свою сущность, мы должны найти способ обнаружить и уничтожить все части. — Для этого нам понадобится доступ к образцам, связанным с Волдемортом, — сказал профессор. — Что-то, что принадлежало ему или содержит его магическую подпись. — Но где мы можем это найти? — спросил Гарри. — Это сложный вопрос, — ответил Роман задумчиво. — Возможно, в Хогвартсе есть какие-то артефакты, связанные с ним, ведь он учился там. Или у его последователей… — Мы продолжим исследования, — заверил профессор. — Со временем найдём способ. В этот момент их разговор прервал звук компьютера, сигнализирующий о входящем сообщении. Професор быстро подошёл к монитору и открыл зашифрованный канал. — Это от команды из Праги, — сказал он, читая сообщение. — Они обнаружили необычную активность в квантовом поле вокруг одного из древних магических артефактов. Похоже на ту же структуру, что мы видим в философском камне. — Что за артефакт? — спросил Гарри. — Тиара, — ответил мистер Смирнов. — По описанию очень похожа на диадему Равенкло из легенд Хогвартса. Гарри и Рома быстро подошли к экрану, чтобы прочитать сообщение. Приложенные снимки показывали замысловатую диадему с сапфиром в центре и гравировкой на внутренней стороне. — «Ума палата — дар бесценный», — прочитал Гарри гравировку на изображении. — Это же слова из истории о Равенкло! Диадема, которая дарует мудрость носящему её. — И которая считается потерянной уже много веков, — добавил Роман задумчиво.