Вкус тепла

Мы шли по улице. Точнее, меня тащили. Наруто упорно держал меня за руку, увлекая всё глубже в деревню. Его маленькие, но цепкие пальцы впивались в мою кожу, а сам он, кажется, и не думал замедляться. Я же просто шагал рядом, стараясь не обращать внимания на его бесконечную энергию. Но он молчать не умел. — Так ты шиноби, да?! — вдруг взорвался он, заглядывая мне в лицо с таким азартом, будто вот-вот начнёт подпрыгивать от нетерпения. Я фыркнул. — Нет. — Ага… — он на секунду задумался, но тут же снова разгорелся. — Но ты ведь хочешь им стать, да?! — Нет. — ЧТООО?! Наруто резко остановился, едва не дернув меня назад, и уставился с таким потрясением, будто я только что признался, что ненавижу рамен. Я устало выдохнул. — Не все хотят быть шиноби, понял? Он моргнул, нахмурился, переваривая сказанное, и на долю секунды его лицо стало удивительно серьёзным. Но уже через мгновение — будто и не было ничего. — Да ладно тебе, быть шиноби же круто! — он энергично зашагал вперёд, и мне пришлось поспешить за ним. — Ты сильный, можешь всех защищать, делать крутые техники! БАЦ — и противник вырубается! Я молчал. — А ещё можно стать Хокаге! Я вздрогнул. — И я стану! Даттебаё! Он с треском врезался кулаком в воздух, вся его фигура буквально вибрировала от решимости. Я уставился на него. Блондин. Худой, потрёпанный, в грязной одежде. Одинокий. Но с такой бешеной верой в свою мечту, что я не мог не смотреть. Вокруг уже давно начали останавливаться прохожие. Некоторые просто фыркали, бросая на нас косые, высокомерные взгляды. Другие не скрывали презрения — особенно в сторону Наруто. Я видел, как их губы кривятся, как глаза сужаются от неприязни. Он не замечал. Или делал вид, что не замечает. Я сжал губы. — Ты серьёзно хочешь стать Хокаге? Наруто посмотрел на меня так, будто я только что спросил, дышит ли он воздухом. — Конечно! — гордо выпятил грудь. — Чтобы все меня признали! Я медленно выдохнул. Признание, значит?.. — Ты ведь тоже хочешь стать сильным, да? Я задумался. Вопрос казался простым. Но ответа я не знал. Мне нужна сила? Я вспомнил, как меня избивали Учихи. Как я сжался в камере, сгорая от беспомощности. Как сжимал зубы от бессилия перед собственным отцом. Я невольно сжал кулаки. — …Да. — Вот видишь! — Наруто восхищённо хлопнул меня по плечу, будто лично раскрыл великий секрет вселенной. — Значит, тебе надо в Академию! Я резко замер. — В Академию?.. — Ну да! — он снова взял меня за руку и потянул вперёд. — Там учат, как становиться сильными! Вдалеке кто-то фыркнул. Кто-то бросил на нас брезгливый взгляд. Кто-то прошептал: "Опять этот мальчишка…" Наруто не обратил внимания. А я смотрел на него. И впервые за долгое время… Задумался. Академия… С одной стороны, нужная вещь. С другой… Я туда поступить не смогу. Значит, я проебал свой шанс. Я выдохнул сквозь стиснутые зубы. И посмотрел на Наруто. Этот бесконечно громкий, нелепый блондин, который вопил про мечты так, будто они уже сбылись. Сука, ему вообще ведомо, что такое проигрыш? Я схватил его за руку и потянул вперёд. — Эй! — Идём… Меня буквально выворачивало. Эти взгляды. Колючие. Скользкие. Полные презрения. Я чувствовал их кожей. Будто грязь липла к спине, к затылку. Шёпот. Чужие губы, кривящиеся в насмешке. Усмехающиеся лица, полные скрытой злости. Я не мог их видеть. Но чувствовал. И как же меня тошнило. Как же хотелось развернуться и просто сломать кого-нибудь об стену. Но Наруто, будто не замечая этого гнилья вокруг, вдруг спросил: — Слушай, а как тебя зовут? Я моргнул. — Макай. — А я — Наруто Узумаки! Будущий Хокаге! Даттебаё! Я невольно усмехнулся. И, чуть тише: — Рад знакомству… — Макай! — Что? — Нам не в ту сторону! Я резко затормозил. — А куда нам? Наруто вырвал руку, подпрыгнул, а потом развернулся на пятках. — За мной! И побежал. Да блять… Мне не осталось ничего, кроме как бежать за ним.

***

"Ичираку." Лавка была маленькой, но уютной. Запах наваристого бульона, специй и чего-то по-домашнему тёплого накрыл меня, как мягкое одеяло. Здесь не было осуждающих взглядов. Не было ядовитых слов, проедающих кожу. Было… спокойно. Как только мы переступили порог, раздался старческий, но бодрый голос: — О, Наруто! Привет, тебе как всегда? — Привет, старик Теучи! — Наруто широко улыбнулся, закидывая руки за голову. — Я сегодня с другом! Другом?.. Слово будто хлестнуло по нервам. Другом. Я опустил взгляд. — О… С другом. Голос старика был мягким. Он не осуждал. Не презирал. Он просто… смотрел. И его взгляд был тёплым. — Ага! И я его сегодня угощаю! Наруто, словно телепортировавшись, уже оседлал стул за стойкой. А я… Вдохнул запах рамена. И сел рядом.

***

Я будто проваливался в сон. Голова налитая свинцом, мысли разбегаются. Мир ощущался приглушённым, далёким, словно я смотрел на него сквозь мутное стекло. Гул голосов растворялся в воздухе, смешиваясь с запахами пряностей, бульона и чего-то жареного. Наруто что-то оживлённо болтал, Теучи с улыбкой поддакивал, но их голоса были глухими, размытыми, как звук через воду. Я просто сидел. Сил думать не было. Сил реагировать – тоже. Пальцы слабо сжимали палочки, тело будто вошло в режим экономии, существуя на автомате. И тут... Передо мной опустилась тарелка. Золотистый бульон, от которого шёл лёгкий пар. Тонкая лапша, аккуратно свернувшаяся в глубине. Идеально разложенные ингредиенты: зелёный лук, свинина с тонкой корочкой, яйцо с мягким желтком, отражающим свет. Запах ударил в нос – густой, насыщенный, с нотками чего-то домашнего. Я вцепился взглядом в это совершенство. Где-то глубоко в груди что-то дёрнулось. Что-то… тёплое. Рука медленно потянулась к палочкам, пальцы дрогнули, когда я приподнял их, обхватывая немного лапши. — Приятного… Голос сорвался почти в шёпот. Привычный. Но не мой. Я замер. Но рука уже двигалась. Лапша коснулась губ, попала в рот. И... Боже. Тёплый, насыщенный вкус разошёлся по языку, пробрался в каждую клетку тела, разгоняя липкий холод внутри. Как волна. Как укрытие от ветра. Как крылья, сомкнувшиеся над головой. Я не ел... Сколько? День? Больше? Но сейчас – это не имело значения. Я поднял глаза. Наруто и Теучи смотрели на меня. У Наруто – лёгкое удивление. У Теучи – мягкая, понимающая улыбка. Я сжал челюсти, ощущая что-то горячее в горле. Поднёс руку к лицу. Щека… влажная. Слёзы? Чёрт. Я быстро вытер их рукавом и, уже не сдерживаясь, наклонился ближе к тарелке. И начал есть. Быстро, жадно, загребая лапшу так, будто… Будто боялся, что её отнимут. Тепло разливалось по телу. По венам. По душе. Это был, блять, лучший рамен в моей жизни. Когда я доел, тело наполнилось невероятным теплом. Где-то внутри, глубоко в груди, что-то оттаивало. Как будто долгое время я был намертво сжатым кулаком… и вот, пальцы начали разжиматься. Я медленно опустил пустую миску на стойку, провёл пальцем по её краю, ощущая гладкую поверхность. Реально. Но внутри уже зародилось новое чувство. Неловкость. Неуверенность. Желание. Я поймал себя на том, что смотрю на пустую тарелку. На свои пальцы, всё ещё сомкнутые на палочках. На остатки бульона на дне. Я… хочу ещё. Но могу ли? Я сжал губы. Эти люди... Они же не должны просто так давать мне еду. Я даже не успел осознать, как слова сами сорвались с губ: — Можно ещё?.. На мгновение — тишина. Но затем... — Конечно можно! Наруто буквально вспыхнул радостью, глаза засверкали, улыбка засияла так ярко, что будто осветила весь "Ичираку". Я даже не знал, что на это сказать. Теучи молча кивнул, развернулся к стойке и, с привычной лёгкостью, снова начал готовить. Я слышал звук кипящего бульона, видел, как его руки ловко двигались, как он добавлял приправы, раскладывал ингредиенты. Этот процесс был... умиротворяющим. Сперва перед Наруто опустилась его порция. А потом, спустя несколько долгих для меня минут... Тарелка снова оказалась передо мной. Я смотрел на неё. Тёплый пар поднимался вверх, пахло специями, наваристым бульоном и... чем-то ещё. Чем-то домашним. Чем-то родным. Но я не двинулся. Я чувствовал этот взгляд. Поднял голову. Теучи смотрел спокойно, мягко, с той самой редкой теплотой, от которой в груди стало ещё теплее. — Не торопись — его голос был ровным, но в нём читалась забота. Как будто он знал, что я не просто ем рамен. Я что-то возвращаю. Я кивнул. Взял палочки. И, в этот раз не торопясь, поднёс первую порцию лапши ко рту. Тёплый бульон, нежная лапша, идеально сбалансированный вкус — всё это разлилось по телу, будто… обнимало изнутри. Я закрыл глаза. Просто наслаждался моментом.