Глава 4. Неизвестный

Колледж Магии Токио. Столовая

Утро в столовой Колледжа Магии Токио было в самом разгаре. Солнечные лучи проникали сквозь широкие окна, отражаясь от полированных деревянных столов и заливая помещение тёплым золотистым светом. В воздухе витал аппетитный аромат свежесваренного риса, жареной рыбы и бульона с мисо, смешиваясь с лёгкими нотками травяного чая, который разносили по залу помощники кухни. Длинные столы, выстланные аккуратными рядами подносов, гудели от голосов студентов — кто-то громко обсуждал вчерашние тренировки, кто-то сонно потягивал чай, а где-то в углу раздавался звонкий смех. На потолке висели старинные светильники из рисовой бумаги, слегка покачиваясь от сквозняка, а стены украшали выцветшие гравюры с изображениями древних магов, чьи строгие лица контрастировали с живой суетой зала. В центре этого оживлённого хаоса сидел Наруто Узумаки, его ярко-жёлтые волосы сияли, как маленькое солнце, а оранжевая куртка была небрежно распахнута, открывая потёртую чёрную футболку. Перед ним громоздилась гора пустых мисок — тринадцать, если быть точным, — их глянцевые края ещё блестели от остатков соевого соуса и бульона. Он с довольным видом доедал последнюю порцию рамена, ловко орудуя палочками, и вдруг вскинул голову, широко улыбаясь, обнажая зубы в своей фирменной, почти мальчишеской ухмылке. — ДОБАВКИ! — выкрикнул он, его голос звонко разнёсся по столовой, перекрывая гул разговоров. Юдзи Итадори, сидевший напротив, замер с ложкой в руке, его карие глаза расширились от изумления. Его розовые волосы были слегка растрёпаны, а на щеке виднелось пятно соуса от утреннего мисо, которое он ещё не успел заметить. Он смотрел на Наруто так, словно тот только что совершил невозможное — а, возможно, так оно и было. На его подносе лежала всего одна пустая миска, и он всё ещё пытался осознать, как этот блондин умудряется поглощать еду с такой скоростью. — Ты серьёзно?! — вырвалось у Юдзи, его голос дрожал от смеси восхищения и неверия. Наруто кивнул, не отрываясь от своей лапши, которую он с аппетитом закидывал в рот, причмокивая от удовольствия. — Ага! — подтвердил он радостно, и его голубые глаза сверкнули озорным огоньком. Рядом с Юдзи сидел Панда, его массивная фигура занимала почти половину скамьи. Его чёрно-белая шерсть слегка блестела в утреннем свете, а когтистые лапы небрежно покоились на столе, рядом с подносом, где лежала недоеденная порция жареной рыбы. Он склонил голову набок, глядя на Наруто с лёгкой ухмылкой, которая обнажала его острые зубы. — Ладно, признаю, ты — абсолютный монстр, — прогудел он, и в его низком голосе чувствовалось искреннее уважение. Инумаки Тоге, сидевший чуть дальше, лениво ковырял палочками рис в своей миске. Его светлые волосы слегка падали на лоб, а высокий воротник униформы скрывал нижнюю часть лица, оставляя видимыми только глаза — спокойные, но внимательные. Он поднял взгляд на Наруто и коротко кивнул. — Лосось, — произнёс он монотонно, и этот единственный слог прозвучал как подтверждение слов Панды. Маки Зенин, устроившаяся на краю стола, скрестила руки на груди, её тёмно-зелёные волосы были стянуты в тугой хвост, а острый взгляд то и дело скользил по шумной компании. Её униформа была безупречно чистой, а на подносе лежала аккуратно недоеденная порция риса с овощами — она явно не собиралась участвовать в этом гастрономическом безумии. Услышав похвалу в адрес Наруто, она фыркнула, её губы искривились в презрительной гримасе. — И этот тип нас разнёс, даже не вспотев… — пробормотала она, и в её голосе сквозила смесь раздражения и невольного признания. Чуть поодаль, у окна, сидел Саске Учиха, отгородившись от общего шума невидимой стеной молчания. Его тёмные волосы падали на лицо, закрывая один глаз, а чёрная униформа была застёгнута до самого верха, подчёркивая его сдержанную натуру. Перед ним стояла чашка чая, к которой он даже не притронулся — пар поднимался тонкими струйками, растворяясь в воздухе. Его взгляд был устремлён куда-то за стекло, где утренний ветер гнал по двору опавшие листья, но мысли явно витали далеко отсюда. Ощущение опасности, тонкое, но настойчивое, сжимало его грудь, как невидимая рука. Он чувствовал, что кто-то приближается — неясная тень, пока без имени, но с каждой минутой становившаяся всё реальнее. — Кто? — думал он, его пальцы слегка сжались в кулак под столом. — Почему? Годжо Сатору появился в дверях столовой, словно материализовавшись из воздуха. Его белоснежные волосы сияли в солнечном свете, а длинное чёрное пальто развевалось за спиной, придавая ему вид то ли героя, то ли загадочного странника. Повязка на глазах слегка съехала, но он тут же поправил её небрежным движением пальца. Его взгляд, скрытый тканью, мгновенно уловил напряжение в позе Саске, и уголок его губ дрогнул в едва заметной улыбке. Он тоже чувствовал это — лёгкое дрожание в воздухе, предвестник чего-то большого. Но, как всегда, скрыл свои мысли за маской беспечности. — Ну что, банда, как вам завтрак? — весело спросил он, его голос разнёсся по залу, перекрывая шум. Наруто, не отрываясь от очередной миски, поднял руку с большим пальцем вверх, его рот был набит лапшой, но это не помешало ему ответить. — Отлично, даттэбайо! — промычал он, а затем с энтузиазмом вернулся к еде, звеня палочками о край миски. Годжо ухмыльнулся, его длинные пальцы скользнули по краю дверного косяка, но взгляд быстро переместился на Саске. Тот, не говоря ни слова, поднялся с места, его движения были плавными, но резкими, как у хищника, почуявшего добычу. Он направился к выходу, не удостоив шумную компанию даже взглядом. Годжо нахмурился, его улыбка на миг поблекла. — Эй, ты куда? — окликнул он, склонив голову набок. Саске остановился у порога, бросив через плечо короткий ответ. — Просто проверю кое-что, — сказал он, и его голос был холодным, как утренний ветер. Тишина повисла в воздухе, но Годжо не стал его останавливать. Его пальцы постучали по косяку, а в голове уже крутились десятки предположений. Он тоже хотел знать, что происходит. Вскоре после Саске поднялся Инумаки, молча кивнув остальным, и тихо покинул столовую, его шаги почти неслышно растворились в общем гуле.

Заброшенный район Токио. Спустя 40 минут после завтрака

Заброшенный район Токио утопал в мрачной тишине, нарушаемой лишь редкими звуками — скрипом ржавых вывесок, качающихся на ветру, да шорохом сухих листьев, которые гонял по разбитому асфальту холодный порыв. Луна висела высоко, её бледный свет отражался в лужах, оставшихся после недавнего дождя, и рисовал длинные тени от покосившихся зданий. Воздух был пропитан запахом сырости, смешанным с едким ароматом гниющих деревянных балок и ржавеющего металла. Руины тянулись вдоль узких улочек, их выбитые окна зияли, как пустые глазницы, а стены, покрытые трещинами и облупившейся краской, казались свидетелями давно забытых времён. Среди этого унылого пейзажа двигался высокий силуэт, его длинный плащ колыхался за спиной, словно крылья ночной птицы. Ткань была изодрана, испещрена тёмными пятнами крови, которые блестели в лунном свете, как свежая краска. Его шаги были неспешными, почти ленивыми, но каждый из них оставлял за собой едва заметный след — капли крови, стекающие с кончиков пальцев, падали на землю, растворяясь в пыли. Алые глаза фигуры горели во тьме, отражая лунную дорожку, и в их глубине таилась холодная, хищная радость. Он вытер руку о край плащ, оставив на ткани новый размазанный след, и усмехнулся, обнажая острые зубы. — Неплохо… Этот мир интереснее, чем я думал, — произнёс он, его голос был низким, с хриплыми нотками, словно шёпот из глубины могилы. Позади него, в тени разрушенной стены, лежали тела трёх магов. Их чёрные униформы были разорваны, а конечности вывернуты под неестественными углами. Кровь растекалась по земле, смешиваясь с грязью, а их лица застыли в немом крике — смерть пришла слишком быстро, не оставив шанса на сопротивление. Он даже не использовал всю свою силу, лишь лёгким движением руки оборвал их жизни, как ветер срывает сухие листья с ветки. — Тунец… — раздался тихий голос из темноты. Фигура медленно повернула голову, её алые глаза сузились, уловив источник звука. В паре десятков метров, у обвалившегося угла здания, стоял Инумаки Тоге. Его светлые волосы слегка шевелились на ветру, а высокий воротник униформы колыхался, открывая часть бледной шеи. Он стоял неподвижно, его поза была расслабленной, но глаза — острые и внимательные — не отрывались от незнакомца. В руках он сжимал ничего, но его присутствие говорило о том, что он наблюдал уже давно. Фигура ухмыльнулась шире, её губы растянулись в хищной гримасе. — О? Ты тоже маг? — спросил он, и в его голосе сквозило насмешливое любопытство. Инумаки молчал, его взгляд оставался неподвижным, но внутри него росло чувство тревоги. Этот человек… Его аура была тяжёлой, как свинец, и опасной, как натянутая тетива. — Он не просто силён, — подумал Инумаки. — Он смертельно опасен. Фигура сделала шаг вперёд, её плащ зашуршал, цепляясь за обломки кирпича. — А что, если я… разорву тебя на части? — произнёс он, и воздух вокруг задрожал от всплеска энергии, тёмной и угрожающей. Но Инумаки не дрогнул. Его лицо оставалось спокойным, почти безмятежным. Он медленно поднял руку к горлу, пальцы коснулись кожи, и его губы шевельнулись. — Замри! — вырвалось из его уст, и голос, усиленный проклятой речью, разрезал тишину, заставляя воздух вибрировать. Фигура замерла на миг, её тело напряглось, но затем она рассмеялась — низкий, хриплый звук, полный презрения. — Ну давай, покажи, на что способен, — сказал он, и его алые глаза вспыхнули ярче.

Колледж Магии Токио

В столовой шум стих, когда Саске, стоявший у выхода, резко обернулся. Его тёмные волосы качнулись, а глаза сузились, уловив невидимый сигнал. Ощущение опасности, которое тлело в нём с утра, вдруг вспыхнуло, как факел, заставив сердце биться быстрее. Что-то произошло — где-то там, за пределами этих стен. Рядом с ним возник Наруто, его шаги были быстрыми и громкими, а на щеке всё ещё блестели капли бульона от рамена. Он вытирал рот рукавом, но его голубые глаза уже потеряли привычную беспечность. — Эй, ты тоже почувствовал, даттэбайо? — спросил он, его голос был резким, настороженным. Саске кивнул, его взгляд метнулся к окну, за которым простирался двор. — Кто-то в опасности, — сказал он тихо, но твёрдо. В этот момент рядом возник Годжо, его длинное пальто развевалось, а белоснежные волосы сияли в свете ламп. Его лицо, обычно озарённое лёгкой улыбкой, теперь было серьёзным, почти суровым. Он поправил повязку на глазах одним движением пальца, и его голос прозвучал неожиданно мрачно. — Плохие новости, — сказал он. Наруто повернулся к нему, его брови нахмурились. — Какие? — спросил он, и в его тоне не осталось ни следа веселья. Годжо скрестил руки, его длинные пальцы постучали по рукаву. — Инумаки столкнулся с кем-то очень, очень сильным, — ответил он, и его слова повисли в воздухе, как тяжёлый камень. Тишина опустилась на мгновение, но затем Наруто изменился. Его весёлая улыбка исчезла, сменившись стальной решимостью, а глаза сузились, как у хищника перед броском. — Где он? — спросил он, и его голос был твёрдым, почти угрожающим. Годжо усмехнулся, но в этой улыбке не было привычной игривости. — Я вас туда доставлю, — сказал он, и его пальцы щёлкнули, вызывая лёгкое искажение воздуха. Саске и Наруто переглянулись — короткий, но полный понимания взгляд. В следующую секунду они исчезли, оставив за собой лишь лёгкий порыв ветра.

Заброшенный район

Инумаки тяжело дышал, его рука всё ещё была прижата к горлу. Его униформа была покрыта пылью, а светлые волосы прилипли ко лбу от пота. Перед ним стояла тёмная фигура, её алые глаза сияли во мраке, а ухмылка не сходила с лица. Воздух вокруг дрожал от остаточной энергии его проклятой речи, но противник выглядел лишь слегка удивлённым. — Хм. Ты неплох… — протянул он, его голос был пропитан насмешкой. Он сделал шаг вперёд, но не успел завершить движение. Воздух разорвался от внезапного всплеска силы, и тёмная фигура отскочила назад, её плащ взметнулся, как крылья. Земля под ногами Инумаки треснула, а ударная волна подняла облако пыли, закружившееся в лунном свете. Раздался громкий крик, и кулак Наруто обрушился на то место, где только что стоял противник. Фигура приземлилась в нескольких метрах, её алые глаза сузились от лёгкого удивления. — О? — выдохнул он, склонив голову набок. Саске появился рядом с Инумаки, его тёмная фигура возникла словно из ниоткуда. Он быстро окинул взглядом состояние товарища, его Шаринган вспыхнул на миг, оценивая ситуацию. — Ты в порядке? — спросил он, его голос был холодным, но в нём чувствовалась забота. Инумаки кивнул, вытирая кровь с уголка губ. — Лосось, — ответил он коротко, что означало "да". Наруто выпрямился, его кулаки сжались, а голубые глаза прищурились, уставившись на противника. — Ты кто, черт возьми?! — рявкнул он, и его голос эхом разнёсся среди руин. Фигура ухмыльнулась, её зубы блеснули в лунном свете. Она слегка склонила голову, словно наслаждаясь моментом. — Я? — переспросил он, и его голос стал ниже, почти зловещим. — Ну… скажем так, я ваш старый друг. Он сделал паузу, позволяя словам повиснуть в воздухе. — И мы с вами… ещё не раз встретимся, — добавил он. — Очень скоро. Очень близко.

Заброшенный район Токио

Ночь была тиха — слишком тиха. Ветер стих, оставив лишь лёгкое шуршание листьев, а луна висела высоко, заливая руины холодным светом. Наруто, Саске и Инумаки стояли среди обломков, их взгляды были прикованы к тому месту, где только что находился их противник. Но теперь там было пусто — лишь тёмная тень, растворяющаяся в воздухе, и слабый запах крови, всё ещё витавший вокруг. Он исчез. Растворился, как дым, оставив за собой лишь эхо своих слов. Саске медленно сжал кулаки, его ногти впились в ладони. — Телесное мерцание, — произнёс он тихо, но в его голосе чувствовалась сталь. Наруто прищурился, его взгляд стал острым, как лезвие. Он знал этот приём — они оба знали. Но больше всего их поразил голос. Знакомый, до боли знакомый, словно призрак из прошлого, вернувшийся, чтобы напомнить о себе. --- ### Колледж Магии Токио. Позже Кабинет Годжо был погружён в полумрак, лишь лунный свет проникал сквозь высокие окна, отражаясь от полированного стола. На нём лежали разбросанные свитки, книги и пустая чашка из-под кофе, а на стене покачивался старый свиток с выцветшей каллиграфией. Годжо сидел за столом, опираясь подбородком на руку, его белоснежные волосы сияли в полутьме, а повязка слегка съехала, открывая краешек брови. Он слушал рассказ Наруто и Саске, его длинные пальцы постукивали по столешнице. — Хм… — протянул он задумчиво. — Значит, кто-то использовал технику телепортации? Наруто стоял напротив, его руки были скрещены на груди, а лицо — необычно серьёзным. — Это было не просто что-то вроде "проклятой техники", даттэбайо, — сказал он, и его голос был твёрдым. Саске кивнул, его взгляд был прикован к Годжо. — Это был чистый, идеальный "Шуншин но Дзюцу" — телесное мерцание, — добавил он холодно. Годжо приподнял бровь, его пальцы замерли на столе. — Так-так… это значит, что он из вашего мира, — сказал он, и в его голосе мелькнула искренняя заинтересованность. — И он не обычный шиноби, — продолжил Наруто, его кулаки сжались сильнее. — Он был слишком хорош. Годжо вздохнул, откинувшись на спинку стула, и задумчиво потёр подбородок. — Проблемы, проблемы… — пробормотал он, но в его тоне не было паники. Он наклонился вперёд, его голос стал чуть серьёзнее. — Итак, давайте разберёмся, — сказал он. — Кто из вашего мира может владеть такой техникой? Саске и Наруто переглянулись, их взгляды встретились на долю секунды, но этого хватило. Они оба подумали об одном и том же — о ком-то, чьё имя казалось невозможным произнести вслух. Наруто стиснул зубы, его голубые глаза потемнели. — Если это он… — начал он, но замолчал. Саске закончил за него, его голос был холоден, как лёд. — То этот мир в большой опасности, — сказал он. Годжо тихо усмехнулся, его длинные пальцы сцепились перед лицом. — Звучит угрожающе, — произнёс он, и его улыбка на миг стала шире. Затем она исчезла, сменившись редкой серьёзностью. — Но мне нравится вызов, — добавил он, и в его скрытых повязкой глазах наверняка загорелся огонёк.

Ночь. Комната Наруто

Комната Наруто была небольшой, но уютной. Стены из тёмного дерева отражали мягкий свет луны, льющейся сквозь узкое окно, а на полу лежал простой соломенный коврик, слегка потёртый по краям. Кровать, застеленная мятым оранжевым одеялом, стояла у стены, а рядом на тумбочке валялась пустая миска из-под рамена, всё ещё пахнущая соевым соусом. В углу висела его куртка, небрежно наброшенная на стул, а на подоконнике лежал одинокий кунай, поблёскивающий в лунном свете. Наруто лежал на кровати, раскинувшись на спине, его руки были закинуты за голову, а голубые глаза уставились в потолок. Он не мог уснуть — мысли кружились в голове, как осенние листья на ветру. Этот голос… Он знал его, чувствовал его где-то глубоко в памяти, но не мог поверить. — Чёрт… — пробормотал он, его голос был тихим, почти шёпотом. На секунду ему показалось, что он снова там — в их мире, среди дымящихся полей битвы, где кровь пропитывала землю, а крики разрывали воздух. Он стиснул зубы, его пальцы впились в подушку. — Если это и правда ты… — сказал он себе, и его глаза стали серьёзными, как никогда.

За пределами Токио. Неизвестное место

Тёмная фигура стояла на крыше заброшенного здания, её силуэт вырисовывался на фоне ночного неба. Внизу простирался Токио — море огней, мерцающих, как звёзды, упавшие на землю. Ветер гнал по крыше мелкий мусор, а воздух был холодным, с привкусом металла и дыма. Плащ фигуры развевался, цепляясь за ржавые перила, а алые глаза сияли во тьме, отражая свет далёких фонарей. Он улыбался — тонкой, хищной улыбкой, полной предвкушения. — Наруто… Саске… — произнёс он, и его голос был мягким, почти ласковым, но с зловещей ноткой. — Мы встретимся снова, — добавил он, и его взгляд устремился куда-то вдаль, туда, где спал Колледж Магии Токио.