Встреча

В одиночной камере было жутко и сыро. Холод пробирал до костей, и только яркие лучи восходящего солнца, пробиваясь через крошечное окно, разбавляли своим светом темноту вокруг. Стоя на коленях, на липком, грязном и местами гниющем деревянном полу, юная особа сотрясалась в беззвучных рыданиях, и почти непрерывно шептала слова молитвы. Единственной, что помнила наизусть. Молитву, которой её научила покойная мать. Солнечные блики падали на вьющиеся каштановые пряди, и под их свечением локоны приобретали яркий медный оттенок. Худенькие плечи то и дело вздымались и опускались. Вдруг, дверь отворилась. В комнату вошли трое. Мужчины, в длинных чёрных одеяниях молча наблюдали за реакцией заключённой. Самый старший из вошедших, с нескрываемым презрением взглянул прямо в испуганные глаза напротив. -Даниэлла Моретти, ты обвиняешься в служении дьяволу. Твоим мерзким выходкам есть свидетели. Суд состоится сегодня же, и мы отправим твою душу прямиком в ад. -Но это какая-то ошибка, я...-попыталась возразить девушка, но её тотчас перебили. -Молчи, несчастная! С тобой будут говорить дыба и раскалённое железо. Сказав это, мужчина дал знак двум другим схватить девушку под руки, и вывести из камеры. Ступая шаг за шагом по лабиринту коридоров, Даниэлла думала лишь о том, что Бог спасёт её от ужасных пыток, о которых она, как и любой другой житель города была, безусловно, наслышана. Ещё вчера жизнь её была беззаботной. Она вместе с тётушкой и младшей сестрой жила в богатом доме и занималась лишь тем, что вышивала платки, да читала книги. А ещё, помогала воспитывать малышку. На днях к ним нанёс визит очень важный гость - верховный судья. Он предложил тётушке Даниэллы сосватать племянницу за его старшего сына. Род Борджини был одним из самых древних и значимых в стране. Но мужчины этого семейства отличались ужасной наружностью. Ромальо Борджини, старший сын судьи, был не просто неприятной наружности, но ещё и довольно глуп. Все в городе это знали, но делали вид, что очень уважают его. Франческа Моретти, родная сестра матери Даниэллы, единственный опекун девушки, и она ответила вежливым, но категорическим отказом. И после этого, жизнь изменилась до неузнаваемости. В этот же вечер, к ним в дом ворвались гвардейцы и стали обыскивать каждый уголок. Подвергли всех домочадцев допросу и довольно постыдному осмотру... Даже девятилетнюю кузину Леттицию. А затем, Даниэлла покинула свой дом навсегда. И только теперь ей стало понятно, что судьба её почти решилась. Она посмела отказать важному человеку. Её обвиняют в ужасном преступлении, и защитить её некому. В пользу её виновности выступали сразу несколько "неоспоримых фактов": У неё зелёные глаза, небольшой вес (разумеется, чтобы летать на метле) и волосы отливают медным. А это уже очень много. Девушка догадалась, кто будет её обвинитель. Оскорблённый отказом судья Борджини. Чтобы спастись от смерти, ей нужно настоящее чудо. С противным скрежетом отворилась очередная дверь, и глаза заболели от яркого света в зале. За сутки проведённые в темноте, они позабыли о такой роскоши, как свет дневного солнца. Дальше всё было как во сне. Множество странных вопросов о детстве, юности, образовании. Затем об истории её семьи, и наконец, вопросы о Боге и вере. На всё Даниэлла отвечала быстро, уверенно и точно. Но грозные взгляды присяжных заставляли терять надежду на милость. За спиной послышались шаги. В зал снова прибыли. Все члены совета спешно встали со своих мест, и старший среди них обратился к вошедшим: -Добро пожаловать, ваше Преосвященство! Также приветствуем синьора Орси. Совет пришёл к выводу, что девушка должна пройти испытание. -Бог ей судья!-Воскликнул Верховный инквизитор, и жестом отдал приказ начинать. Второй мужчина лишь обречённо вздохнул. "Это будет ужасное зрелище"-подумал он. На миг, его взгляд устремился на осуждённую. Девушка смотрела умоляюще, и очень странно. Как будто действительно невиновна. "Все они пытаются использовать свои ведьмовские уловки. Я не поддамся. Я докажу свою верность добру и правде"- твердил молодому инквизитору внутренний голос. Но почему-то не так уверенно, как раньше. "Что-то тут не так..."-говорило его нутро. Но менять ход дела было уже поздно. -Уважаемый совет, я передаю дело в руки Габриэлю Орси. Мне нет нужды разбираться с такой незначительной проблемой, как эта. Я "умываю руки".- Обратился к присутствующим Верховный инквизитор. Затем мужчина повернулся к своему слегка удивлённому заместителю и улыбнулся. -Ну, юноша, покажите, чему вы у меня научились. После, в полной тишине, Алессандро Конти покинул зал. Дверь захлопнулась, и Габриэль почувствовал, как бешено заколотилось его сердце. Он снова случайно взглянул на обвиняемую, и подумал о том, что у неё, должно быть, сердце бьётся ещё чаще, как у загнанного в угол животного. Собрав всю свою волю в кулак, мужчина отдал свой первый в жизни приказ: -Подготовить раскалённое железо.