Ч-9,1. Военные сборы. Начало.

Следующее утро началось с будильника, который, как всегда, никто не ставил. — Доброе утро, — лениво пробормотал Уайлд, бросая сонный взгляд на Рори. — Доброе, — так же вяло ответила она, не шевелясь. — Готова к сборам? — спросил он, натягивая маскировочный халат. — Конечно нет, — отозвалась Рори, всё ещё не покидая кровати. — Поднимайся, давай. — Не хочу. Останемся дома. — Выбора у нас нет. Вставай. — Ладно, ладно… — с неохотой пробормотала она и наконец выбралась из-под одеяла. Уайлд тем временем отправился умываться, а Рори осталась сидеть на краю кровати, пытаясь привести мысли в порядок. Вскоре он вернулся. — Ты в душ собралась? Почему не одеваешься? — спросил он, опускаясь рядом. — Да, быстренько ополоснусь, — ответила Рори, хватает полотенце и направляется в ванную. Уайлд лишь пожал плечами и, опустившись на пол, принялся отжиматься, чтобы размяться. Когда Рори вышла и начала надевать маскировочный халат, на их телефоны одновременно пришло сообщение от Павла. Уайлд взял свой аппарат и открыл уведомление. «Итак, надеюсь, все проснулись и готовы. С собой должны быть: принадлежности для мытья (щётки, полотенца и прочее) и маскировочный халат (на вас). Через тридцать минут от школы отправятся автобусы, которые доставят вас к месту сборов (уезжают все ученики, в это время в здании будет проводиться уборка и ремонт). Ваши личные комнаты трогать не будут, не переживайте. На этом всё. Жду всех.» — Ну, что там? — спросила Рори, подсаживаясь ближе. — Нужно собрать принадлежности для мытья, — ответил Уайлд, доставая спортивную сумку. Рори кивнула и направилась в ванную. У неё оказалось на несколько бутылок больше, чем у него. — Не тяжело? — поинтересовался Уайлд. — Не смешно, — сухо ответила она. — А, точно, я же забыл, что разговариваю с КМС по тайскому боксу. Они вышли из комнаты и направились к центральному входу школы. Неподалёку их взгляду открылась вереница из двадцати пяти автобусов, помеченных номерами и буквами классов. Первым делом они подошли к машине с надписью 1D, но там их встретили незнакомые ученики, исподлобья разглядывающие пришельцев. — Вы кто? Впервые вас вижу, — строго спросила куратор. — Я Уайлд, а это… — начал он, но был перебит. — Вы из класса C. Вчера по баллам вы нас обогнали, — отрезала женщина, сверяясь с планшетом. Они молча кивнули и направились к автобусу C1. У входа их уже ждали Кузнецов и незнакомый человек в камуфляже. — Первые пришли, — заметил Павел, бросая на них оценивающий взгляд. — Как и подобает старосте, — парировал Уайлд. — Не умничай. Зашёл, сел и не выёбывайся, — резко оборвал его военный. — А вы кто? — нахмурился Уайлд. — Хуй в пальто! Ты глухой, что ли? Зашёл, сел и не выёбывайся! Всё расскажу, когда все подойдут, — рявкнул солдат, повышая голос. — Монтэль, лучше послушайся, — тихо предупредил Павел. Услышав фамилию, военный едва заметно дрогнул, но тут же взял себя в руки. Уайлд фыркнул и зашёл внутрь. — Ты заметил? — шепотом спросила Рори, когда они устроились на задних сиденьях. — Про что? — Этот командир… Дрогнул, когда Павел назвал тебя по фамилии. — Нет, не обратил внимания. Мне всё равно, — отмахнулся Уайлд, но тут же вспомнил об отце. — Думаешь, он меня знает? — Не могу сказать точно, но учитывая твоих предков — вполне возможно, — предположила Рори. Уайлд промолчал, погрузившись в раздумья. Вскоре подтянулись остальные одногруппники, военный зашёл в салон, двери закрылись. — Итак, здравия желаю, курсанты! — рявкнул сержант. — Я — ваш куратор на ближайшие две недели. Поскольку здесь есть представители других стран, программа будет особой. Автобус тронулся, и вскоре школа осталась позади. Четыре машины взяли курс за город, остальные разъехались в разных направлениях. — Ехать долго, так что можете поспать. Это последний раз, когда вам разрешат спать днём в ближайшие две недели, — бросил сержант, устраиваясь на переднем сиденье. Уайлд достал телефон и запустил оффлайн-игру. Вскоре он почувствовал, как голова Рори тяжело опустилась ему на плечо. Он отвлёкся, взглянул на неё и нежно поцеловал в лоб. Автобусы наконец прибыли к месту назначения — военному лагерю, окружённому рядами палаток. — Рори, просыпайся, — тихо позвал Уайлд, осторожно отводя её волосы назад. — Мы приехали? — она потянулась, потирая глаза. — Да, давай, вставай. В этот момент сержант вскочил с места. — На выход! — скомандовал он. Все покинули салон, и водитель, захлопнув двери, уехал. Уайлд заметил человека в форме с пятью жёлтыми полосами на плечах. Сержант что-то оживлённо обсуждал с ним, время от времени бросая взгляды в его сторону. Внезапно полковник, его адъютант и сержант направились к нему. — Уайлд Монтэль? — сурово спросил полковник. — Так точно, — ответил Уайлд. — Юго знаешь? — вклинился адъютант. — Да, это имя моего отца, — он понял, что его здесь знают. — Не знал, что у Юго есть сын. Ты знаешь, где он сейчас? — продолжил допрос полковник. — Никак нет, — ответил Уайлд, напрягаясь. — Успокойся, Юго жив, — смягчился полковник. — Но эта информация не для разглашения. Позже я вызову тебя для разговора и расскажу, что знаю. Формально мне грозит тюрьма за такие откровения, но для сына Юго сделаю исключение. Полковник и адъютант удалились, оставив его наедине с сержантом. — Расскажи, каким был Юго? — неожиданно спросил тот. — Жёстким, непреклонным, целеустремлённым. Но никогда не говорил, что я плох. Только поддерживал, — ответил Уайлд. — Понятно. Иди, строй своих, — приказал сержант. — Есть! Уайлд подбежал к группе. — Стройся! — скомандовал он. Ребята быстро выстроились по росту. — Уайлд, в начало строя! Ты командир. Если кто-то не слушается — докладывай мне, — распорядился сержант. Тот занял место, а сержант окинул всех оценивающим взглядом. — Итак, за мной шагом марш! Покажу вашу казарму. Днём на кроватях лежать запрещено — будете отрабатывать нарушения. Вперёд! Колонна двинулась следом за сержантом и вскоре остановилась у большой палатки с двумя отделениями. — Девушки слева, парни справа. Располагайтесь. Сегодня вас не трогаю, но завтра начну гонять за любой косяк, — предупредил он и ушёл. Ребята разбрелись по своим местам. Казарма представляла собой кубрик с аккуратно расставленными кроватями. Одни раскладывали вещи, другие прилегли отдохнуть, третьи перешёптывались. Вдруг в палатку вошёл человек в чёрной форме — не в камуфляже. — Монтэль здесь? — спросил он. Все обернулись, а Уайлд поднялся и подошёл. — За мной, — коротко приказал незнакомец. Они вышли и направились к штабу. Там его провели в кабинет и оставили одного. — Ну, привет, сын, — раздался знакомый голос. Человек за столом повернулся к нему лицом. — Отец?! Что ты здесь делаешь? — Уайлд остолбенел. — Специально приехал. Мне доложили, что ты здесь, — ответил Юго, вставая. — Почему ты и мама бросили меня? — вырвалось у Уайлда. — Нас срочно отправили в командировку. Сообщать было нельзя, а тебя определили в интернат — так положено, если ребёнок остаётся без связи с родителями. Он подошёл и крепко обнял сына. Уайлд ответил тем же, но вскоре отец отпустил его. — Садись, рассказывай. Чего добился в этой школе? — спросил Юго. — Это долгая история. Ты правда хочешь услышать всё с начала? — Конечно. Для тебя у меня есть время. Уайлд глубоко вздохнул. — Ну, слушай… — и начал свой рассказ. Юго удобно устроился на месте и приготовился слушать. — Astralis — это место для лучших из лучших. Когда меня отправили в детский дом, вскоре меня забрала другая семья… Но они лишь нагружали меня работой и самоутверждались за мой счёт. Я начал сбегать на улицу, игнорируя их приказы. Глава семейства бесился, но благодаря моей силе, твоим урокам и тхэквондо я быстро ставил его на место — и они отставали… на время. Уайлд замолчал, взгляд его упёрся в отца. — Ты поступал правильно. Я горжусь тобой, — тихо ответил Юго. — Однажды я подслушал их разговор и узнал об этой школе. Понял — это мой шанс. Взялся за учёбу и к концу года вытянул почти все пятёрки. Летом пришло письмо о зачислении. Ночью я сбежал, дождался рассвета и отправился в Astralis — к счастью, она была в нашем городе. Всё подтвердили, и тогда я встретил Лео. Моего лучшего друга, которому могу доверить спину. Он усмехнулся. — Как-то раз, выходя из комнаты, мы столкнулись с двумя одногруппницами — Рори и Тенью. Лео и Тень сошлись в тот же день. А Рори… сначала была просто подругой. Но через два месяца она позвала меня на крышу общежития. Там мы решили быть вместе. С тех пор делим и радости, и трудности. Я счастлив с ней. — Рори… Знакомое имя. Фамилия не Кингсли, случайно? — переспросил Юго. Уайлд нахмурился: — Откуда ты знаешь? — Я был знаком с Генри Кингсли… Царство ему небесное. Он рассказывал о дочери. Сам я её не видел, но много слышал. — Да, она его дочь, — кивнул Уайлд. — Генри был хорошим человеком. Хочу поговорить со снохой. Юго набрал номер: — Рори Кингсли из первого «C» — ко мне в кабинет. — Есть! — донеслось из трубки. — Если не против, возьму твою группу на тренировки. У меня как раз две недели свободны — побуду с тобой до отъезда. — Конечно, не против! Буду рад снова тренироваться у отца, как в старые времена. Хотя… — Уайлд ухмыльнулся, — она пока что не сноха тебе и не жена мне. Дверь открылась, и в кабинет вошла Рори. Увидев Уайлда, она замерла. — Привет, Рори, — мягко сказал Юго. — Садись, — Уайлд отодвинул стул. Девушка опустилась в кресло, глаза полны вопросов. — Кто это? Где мы? Откуда он меня знает? И что ты здесь делаешь? — Мой отец, Юго Монтэль. Мы в штабе лагеря. Он дружил с твоим отцом. Я уже говорил с полковником об этом после нашего приезда. — Приятно познакомиться, — Рори кивнула Юго. — Взаимно. Прими мои соболезнования… о родителях. Девушка нахмурилась, бросив взгляд на Уайлда: — Что ты ему ещё рассказал? — Он ни при чём, — вмешался Юго. — Я знал Генри, мы были друзьями. Мы служили хоть и в разных странах, но совместные операции у нас были. О тебе он говорил часто. Жаль, не успели познакомиться раньше… Но я рад, что Уайлд нашёл тебя. — Отец, нам пора, скоро отбой, а если опоздаем — задрочат, — пошутил Уайлд. — Никто вас не тронет, — Юго усмехнулся. — Хотите, принесу что-нибудь перекусить? Или расскажу, что было в той командировке… — Пап, тебе ещё и сорока нет, хватит говорить, будто завтра помрёшь, — Уайлд покачал головой. — Ладно, обсудим позже. Идите. Они вышли, направляясь к палаткам. — Хоть у тебя отец жив… — тихо сказала Рори. — Да… Но при тебе, наверное, не стоило так радоваться. — Всё в порядке. Я и правда за тебя рада. Они дошли до палатки и разошлись по своим кубрикам. — Эй, Уайлд, а кто это был? — Лео заметил друга и не смог сдержать любопытства. — Охранник отца, — коротко бросил Уайлд, опускаясь на кровать. — Разве он не… — Лео запнулся, подбирая слова. — В итоге — нет. Отец жив, мать, вроде бы, тоже. Теперь наша группа переходит под его командование, — объяснил Уайлд. — Будет легче? — встрял Чейз. — Наоборот. Будет тяжелее. Гораздо тяжелее. Вам предстоит пройти то, что я проходил пять-шесть лет назад, — ответил Уайлд, и в его голосе прозвучала усталая уверенность. — Ну, тебе-то проще — у тебя же блат, — усмехнулся Моби. — Моби, ты вообще не знаешь моего отца. Меня будут гонять в два раза сильнее, — отрезал Уайлд. — Может, дашь какие-нибудь советы? Всё-таки он твой отец, — вставил Арбби. Уайлд лишь пожал плечами: — Он непредсказуем. Я никогда не мог угадать, куда у него кровь ударит в голову в следующий раз. Казалось бы, обычный понедельник — а он заставляет меня кроссы гонять. Так что не знаю, чего ждать. — М-да… Плохо, что у нас нет тактики, — пробормотал Маршалл. — Тактика одна: не огрызаться, слушать и быть готовым ко всему, — твёрдо сказал Уайлд. — Отбой! — в комнату резко вошёл незнакомец в строгом костюме. — Выполнять! — скомандовал Уайлд. Парни моментально сбросили маскировочные халаты и замерли на койках. Как только последний из них лёг, свет погас.

***

Утро началось так же резко, как закончился вечер. В кубрик ворвался тот же человек в костюме. — Подъём! На сборы — полторы минуты! — рявкнул он и направился к женской части палатки. Ребята подскочили с кроватей, засуетились, и только Уайлд уложился за тридцать секунд, чётко встав по разметке перед койками. Остальные кое-как оделись, но в норму не уложился никто, кроме него. — Плохо, курсанты. Уайлда — похвалю, собрался быстро. Остальным есть куда расти, — Юго прошёлся вдоль строя, оценивая каждого взглядом. — Строимся на плацу! Все бросились к выходу, и вскоре отряд уже стоял на плацу, вытянувшись в ровную линию. — Итак, сегодня — разборка и сборка автоматов. Уайлд, хоть что-то помнишь? — Юго устремил на него взгляд. — Так точно! — чётко ответил Уайлд. — Отлично. Ты показываешь, как разбирать и собирать, а я посмотрю. — FAMAS, — раздался голос Юго, и в следующее мгновение на стол перед строем легла французская штурмовая винтовка с характерной компоновкой. — Сегодня работаем с ним. Уайлд, показывай. Уайлд шагнул вперёд, взял оружие и на секунду замер, будто вспоминая давно забытые движения. Пальцы скользнули по прохладному металлу, нащупывая знакомые выступы. — Разборка FAMAS начинается с извлечения магазина, — его голос звучал ровно, но в глазах мелькнуло что-то вроде старой привычки. — Проверяем патронник, страхуем пальцем. Он щёлкнул затворной задержкой, резко дёрнул рукоять затвора — патрона не было. Потом перевернул автомат, нажал на фиксатор ствольной коробки. — Снимаем ствол. Затем — ударно-спусковой механизм. Отделяем приклад. Детали одна за другой ложились на стол с тихим металлическим стуком. Курсанты следили, затаив дыхание. Даже Юго слегка приподнял бровь — движения Уайлда были точными, без лишних колебаний. — Теперь сборка. Он начал собирать FAMAS в обратном порядке, но вдруг замедлился на секунду — приклад встал чуть криво. Уайлд почти незаметно дёрнул плечом, поправил его и закончил. — Норматив для новичков — сорок пять секунд, — сказал Юго, бросая взгляд на секундомер. — У тебя тридцать восемь. Неплохо… для того, кто "ничего не помнит". В его голосе явно звучал намёк. Уайлд промолчал, лишь слегка сжал челюсть. — Теперь — все по очереди. Лео, следующий. Лео неуверенно взял FAMAS, перевернул в руках. — Э… а где тут магазин вставляется? Юго закрыл глаза, будто молясь о терпении. Уайлд тихо вздохнул. — Будет долгий день… — Магазин вставляется сзади, Лео, — сквозь зубы процедил Уайлд, наблюдая, как тот тычется стволом в собственное плечо. — Нет, не в ствол, чёрт возьми! Сзади! Лео покраснел, перевернул FAMAS и наконец вставил магазин — но не до щелчка. — Не зафиксировано, — тут же бросил Юго, даже не глядя. — Выронишь в первом же марш-броске. Следующим был Чейз. Он хотя бы правильно начал — снял магазин, проверил патронник. Но когда дело дошло до разборки ударно-спускового механизма, его пальцы вдруг превратились в неуклюжие сосиски. — Фиксатор надо оттянуть вниз, а не ломать, — Уайлд едва сдерживался, чтобы не вырвать автомат. — Ты его сейчас… Щелк! Тонкая пружинка выскользнула из механизма и звеня покатилась по полу. Юго медленно поднял глаза к потолку, будто ища там божественного вмешательства. — Курсант Чейз, ты только что убил FAMAS. На полчаса. Пока найдёшь эту пружину — все отдыхают. Моби, следующий в очереди, хотя бы не сломал ничего — но умудрился перепутать последовательность. Сначала снял приклад, потом попытался отсоединить ствол, а когда ничего не вышло — просто дернул сильнее. — Это не шведский стол, курсант, — ядовито заметил Юго. — Если бы ты так же собирал свою жизнь, у тебя бы ноги из ушей росли. Когда очередь дошла до Арбби, тот хотя бы делал всё медленно и вдумчиво — но собрал автомат с запасными частями. Лишняя деталь осталась в его ладони. — Это что? — Юго поднял бровь. — Э… предохранитель? — Нет. Это стопорная шайба газового поршня. Без неё после третьего выстрела тебе этим стволом в лоб прилетит. К концу занятия только Уайлд и — неожиданно — Маршалл смог выполнить норматив без катастроф. Юго обвёл взглядом притихший взвод: — Завтра повторяем. А сегодня — пять кругов по плацу с FAMAS над головой. Кто уронит — начинает сначала. Уайлд, ты ведущий. — Есть! — Уайлд резко вскинул автомат, но уголки его губ дёрнулись. Он-то знал — настоящий ад начнётся, когда отец узнает об этих "успехах". Беговая полоса превратилась в настоящее испытание для одногруппников Уайлда. Они то и дело роняли автоматы, спотыкались, сбивались с ритма — и каждый раз начинали заново. А Уайлд уже давно закончил норму и теперь стоял рядом с отцом, наблюдая за их отчаянными попытками. — Мешки с картошкой у тебя, а не одногруппники, — проворчал Юго, скептически окидывая взглядом ребят. — Всё придёт, но не сразу. Я ведь тоже не сразу так бегал, — спокойно ответил Уайлд, снаряжая магазин холостыми патронами. — Это да, но у нас с тобой были годы. А у них — две недели, — отрезал Юго. — Разве тебя это когда-то останавливало? — Уайлд вставил магазин, передёрнул затвор и посмотрел на отца. — Ты мне сын, а они кто? Чужие люди. Из всей этой оравы хоть сколько-то знакома мне только одна, — пробурчал Юго. — Во-первых, ты слишком на них давишь. Они вообще не были готовы к такому. Повышай планку постепенно. Если твоя обычная группа три километра по-пластунски с пулемётом ползёт, это не значит, что школьники на такое способны, — Уайлд перекинул Famas за спину. — А во-вторых? — прищурился Юго. — Во-вторых, Гаскет опять автомат уронила, — констатировал Уайлд. — Ладно, хрен с ним. Пусть бегут как могут, — махнул рукой Юго. — Хорошо. А по секрету не скажешь, что завтра будет? — Уайлд приподнял бровь. — Практика штурма. Командовать группой обороны будешь ты. Можешь не сдерживаться, — тихо ответил Юго. — Можно сразу команду составить? — Валяй. — Рори, Тень, Лео, Чейз, Маршалл, Скай, Эверест, — перечислил Уайлд. — Ладно. Завтра им скажешь. Инструктаж проведёшь. Что делать — знаешь, — кивнул Юго. — Уай… Товарищ командир, мы всё! — доложила Рори, указывая на строй. — Отлично. Справились плохо, но для первого раза сойдёт. Желающие — в баню, остальные — отдыхать. Через два часа отбой, — рявкнул Юго и повернулся к сыну. — Уайлд, за мной. Группа разошлась по лагерю, а Уайлд с отцом направились на стрельбище, где другой класс усердно чистил стволы после занятий. — Стреляешь по мишеням. Сколько раз промажешь — столько кругов с пулемётом бегать будешь, — сказал Юго, надевая наушники. — А прицел? Без оптики я все тридцать кругов отбегаю, — усмехнулся Уайлд, взяв оружие в руки. — Ох, солдат… — Юго достал из ящика коллиматорный прицел и протянул ему. — На, держи. Уайлд установил прицел, надел наушники и чётко отрапортовал: — Рядовой Уайлд к стрельбе готов! — Огонь по готовности, — скрестил руки на груди Юго. Раздались выстрелы. Меткие, быстрые, почти без пауз. Когда стрельба закончилась, две пули так и не достигли цели. Ученики и их инструктор застыли с открытыми ртами. — Рядовой Уайлд стрельбу окончил, — щёлкнул предохранителем Уайлд. — А в прошлый раз сколько попал? — спросил Юго. — Двадцать два из тридцати. — Вроде растешь, а по росту — карлик. Пулемёт в зубы — и марш бегом! — приказал отец. Уайлд молча поставил Famas на подставку и взял MG-5. — Стой! Мало для тебя. Бежишь на склад, берёшь броник, засовываешь внутрь две бронеплиты, вместо шлема — камуфляжную кепку и две пулемётные ленты. С этим добром — два круга. Каждый непробежанный метр — отжимание, — ужесточил условия Юго. — Не многовато? — нахмурился Уайлд. — Сейчас допиздишься — и с ракетницей побежишь. Бегом, я сказал! — рявкнул отец. Уайлд молча рванул на склад. Там ему выдали бронежилет, две стальные пластины, кепку и ленты. С этим грузом он вернулся на плац, где его уже ждал Юго. — Бегом, чего уставился?! Уайлд рванул вперёд. В середине круга мимо проходили Лео, Рори и Тень. — Что случилось? — крикнула Рори, когда он пробегал мимо. — Пизда с хуем разлучилась, — бросил Уайлд, не сбавляя темпа. К группе подошёл Юго. — Не отвлекайте бойца от наказания, — строго сказал он. — А что он натворил? — поинтересовалась Тень. — В тире две пули в молоко отправил. Теперь два круга вот так бегает, — пояснил Юго. — Из скольки он промазал? — спросил Лео. — Из тридцати. — И сколько на нём сейчас весит? — насторожилась Рори. — Килограммов сто двадцать. — Я и не думала, что его так жёстко тренируют… — Мы почти три года не виделись. Надо навёрстывать, — сухо ответил Юго. Вскоре Уайлд, тяжело дыша, подбежал к ним. — Закончил… — выдохнул он. — Пулемёт — в тир, броник, кепку и ленты — на склад, — отдал приказ Юго. Уайлд шагом направился к складу, сдал снаряжение, затем побежал на стрельбище, чтобы вернуть MG-5. Освободившись от груза, он медленно побрёл к палатке. Ничего не слыша, не обращая внимания на окружение, он вошёл внутрь, скинул форму и рухнул на кровать.