Доверие, оплаченное кровью

Она договорилась о встрече на базе банды, и через день я сел в её джип — ржавый, с треснувшим стеклом, Внутри пахнувшим слабым ароматизатором. Дорога была долгой, мы ехали молча, только двигатель гудел, да её ушки изредка дёргались, улавливая звуки снаружи. База находилась в заброшенном заводском районе, огромные ангары с облупившейся краской, перекошенные от времени большие ржавые ворота, и запах машинного масла в воздухе. Джейн припарковалась у входа, её хвост качнулся, когда она вылезла из машины: -Иди за мной и не трынди. Я последовал за ней, шаги гулко отдавались по бетонному полу ангара. Внутри было темно, только слабый свет пробивался через разбитые окна, освещая штабеля ящиков и старые станки. Банда уже ждала — тёмные силуэты, кто-то курил, кто-то точил нож. Я сделал шаг вперёд, но не успел ничего сказать: резкая боль в затылке взорвалась, как молния. Кто-то ударил меня чем-то тяжёлым — кажется, куском трубы, и мир погрузился в темноту. Я рухнул на пол, сознание ускользало, но я успел услышать глухой смех и звук верёвки, которую кто-то разматывал. Очнулся я уже в подвале базы — сыром, вонючем месте с гулкими стенами, покрытыми плесенью. Я был привязан к старому деревянному стулу, грубые верёвки впивались в кожу рук и ног, оставляя жжение. Воздух был тяжёлым, пропитанным запахом сырости и гнили, а единственная лампочка мигала, отбрасывая тени на лица банды. Они окружили меня: тёмные силуэты в рваных куртках, блестящие глаза, ухмылки, полные презрения. Джейн шагнула вперёд, её ботинки с вырезами стукнули по бетону, ушки напряжённо стояли торчком, хвост качнулся, как перед броском. Она посмотрела на меня, её взгляд был холодным, но в нём мелькнуло что-то похожее на сожаление. Без лишних слов она ударила первая. Кулак в перчатке врезался мне в челюсть, кровь брызнула на пол, оставляя тёмное пятно. Второй удар пришёлся в рёбра — дыхание перехватило, по ощущениям рёбра хрустнули как сухие ветки. После третьего удара в живот я не выдержал, стул подо мной накренился и рухнул набок, я остался привязанным, ударившись плечом о бетон. Джейн шагнула ближе и пнула меня ногой по голове — боль взорвалась, губа лопнула, заливая рот металлическим вкусом крови. Я застонал, пытаясь вдохнуть, но сознание ускользало, и мир снова погрузился в темноту. (От лица Джейн Доу) Бедолага, в моменте стало его жалко. Он вырубился, рухнув на пол вместе со стулом, как мешок с песком. Кровь текла из его разбитой губы, смешиваясь с грязью на бетоне, лицо побледнело, дыхание стало хриплым. Банда загудела, кто-то сплюнул, кто-то бросил: Один из бандитов: Новенький слабак, сдохнет к утру. Я выпрямилась, вытирая кулак о рукав, ушки дёрнулись, улавливая их ворчание. -Заткнитесь, — рявкнула я, голос резкий, как лезвие. — Я отведу его в медпункт. Они переглянулись, но не стали спорить и разошлись, шёпот затих в тенях. Главный кивнул мне из угла, его взгляд был тяжёлым, но он доверил мне разобраться. Я наклонилась, вытащила нож и разрезала верёвки, освобождая его от стула. Зачем я это делаю? — мелькнула мысль, пока я хватала его за плечи. Он был тяжёлый, как чёрт, рубашка пропиталась кровью, липкая и тёплая. Подвал был не идеальным местом для лечения, а лекарь банды — старый пьяница, который скорее зальёт раны пойлом, чем вылечит. Я решила иначе. Он всего лишь новичок, ещё один стрелок, который не выживет в этом городе. Но что-то в его упрямстве напоминает мне... меня саму, — подумала я, таща его к лестнице. Это было адом, он весил как гора, ботинки скользили по мокрому полу, хвост дёргался от напряжения. Но всё же я дотащила его до выхода из базы, где стоял мой старый джип. Уложила его на заднее сиденье, кровь тут же запачкала обивку, но мне было плевать.. -Не сдохни, стрелок, — буркнула я, заводя двигатель, шины взвизгнули, когда я рванула к своему дому. Дорога заняла около получаса — улицы Нью-Эриду были пустынны в этот час, только редкие фонари бросали тусклый свет на мокрый асфальт, а ветер завывал, пробираясь сквозь щели в машине. Я остановилась у своего дома — небольшого двухэтажного здания в старом районе, где стены были покрыты облупившейся краской, а окна закрывали потёртые жалюзи. Стоит ли доверять ему доступ к моему дому? — промелькнуло в голове, пока я вылезала из машины, хлопнув дверью, её скрип эхом разнёсся по пустой улице. Дождь только начался, мелкие капли барабанили по крыше джипа, оставляя разводы на грязном стекле. Открыла заднюю дверь, схватила его за плечи и потащила наружу — он был тяжёлый, как бревно, его ботинки волочились по земле, оставляя грязные следы. -Не вздумай мне тут умереть, стрелок. Пробормотала я, хотя он всё ещё был без сознания, его голова болталась, кровь капала на асфальт, смешиваясь с дождём. Подтащила его к двери, одной рукой придерживая, другой нашаривая ключ в кармане. Дверь скрипнула, впуская нас внутрь, квартира встретила нас уютным теплом. Я повесила куртку на вешалку у входной двери, её меховой воротник чуть качнулся. Остановившись на пороге, и оглядев его окровавленное тело. Рубашка пропитана кровью, лицо в грязи и тоже в крови, кровь стекает по шее. Чёрт, не тащить же это на кровать.. Затащила его в ванную — маленькое помещение с потёртой плиткой и старым умывальником, — усадила на край ванны. Взяла мокрую тряпку, смочив её тёплой водой, и начала оттирать кровь с его лица, шеи и рук. Кровь липла к ткани, оставляя розовые разводы, а я ворчала под нос: -Как же ты всё зафаршмачил, твоя кровь везде, на мне и на полу, придётся после тебя это мыть. Промыла раны, стараясь не разбудить, хотя он лишь слабо дёрнулся. Сняла с него рубашку — пропитанную кровью ткань отлепилась с трудом, — и бросила в угол, решив заняться этим позже. Оставив его в одних брюках, я подхватила его снова, потащила в спальню — небольшую комнату с эстетичным ремонтом, аккуратно застеленной кроватью с серым покрывалом, маленьким столиком у окна, и компьютером Сбросила его на кровать, матрас скрипнул под его весом, покрывало слегка помялось, но крови уже не было. Чёрт, эти грязные брюки всё равно испачкают покрывало, — подумала я с раздражением, но сил тащить его обратно в ванную уже не было. После этого я быстренько искупалась, протёрла все от крови, и пошла на кухню, заварила себе кофе — тёмный, крепкий, как я люблю, — и вернулась в спальню с чашкой в руках, решив посмотреть новости на компьютере, пока он очнётся, чтобы понять, чего он стоит.