Беги или умри

Алекс, вытирая кровь с рук, обернулся на хриплый голос седого мастера. Тот стоял у стола, сжимая в руках металлическую коробку с облигациями. Рядом молодой парень с лисьими ушками — рыжими, чуть подрагивающими от напряжения — ковырялся в куче хлама. В его пальцах поблёскивал жучок, тот самый, что Алекс подложил Джейн. Парень поднял взгляд, оскалился и бросил устройство на стол. — Нашёл в её шмотках, — буркнул он, вытирая руки о штаны. Седой мастер кивнул, подцепил жучок гаечным ключом и с хрустом раздавил его о столешницу. — Стрелок, сюда скоро нагрянут бандиты. Их куча, нас тоже немало, но шансов мало, — прохрипел он, глядя Алексу в глаза. — Когда начнётся, уводи Джейн. И забери облигации. Алекс напрягся. Ответственность рухнула на него как бетонная плита. Он сглотнул, кивнул старику и пробормотал: — Сделаю. Тишина в ангаре длилась недолго. Джейн лежала на койке, бледная, как призрак, сжимая смятую обёртку от конфеты. Её ушки слабо дрожали, улавливая гул моторов и треск выстрелов, доносящихся снаружи. Алекс сидел рядом, стирая кровь с ладоней тряпкой, пропитанной запахом железа. Его новая куртка теперь была в пятнах и разводах — война оставила свой след. Он бросил взгляд на Джейн. Её грудь поднималась медленно, с хрипом — она цеплялась за жизнь, но силы таяли. Мастер обещал, что она выкарабкается, но времени ждать не было. Громкий взрыв сотряс стены ангара, осколки стекла брызнули внутрь. Молодой парень с лисьими ушками выругался, и потянулся за винтовкой. Седой мастер выскочил из угла, сжимая дробовик. — Видимо Вечеринка Начинается — крикнул он. — К бою! Куча бандитов побежала занимать оборону. Алекс стиснул зубы. В моменте он вспомнил про облигации — та самая коробка, что Джейн выкрала на крыше. Бумаги, которые стоили больше, чем он мог представить: оружие, еда, власть. Джейн приподнялась на локте, её лицо перекосило от боли. — Алекс... не лезь, — прохрипела она, её голос дрожал. — Прошу… Он не ответил. Проверил револьверы — по шесть патронов в каждом — и рванул к выходу. Её слабый крик потонул в грохоте выстрелов. Снаружи база горела. Бандиты — больше двадцати, в рваных плащах, с автоматами и дробовиками — ломились через забор. Взрыв гранаты разворотил грузовик, седой мастер укрылся за его остовом, отстреливаясь короткими очередями. Алекс нырнул за ящики, пот стекал по вискам. Трое бандитов с дубинами и пистолетами рванули к ангару — к облигациям. Он выдохнул. Мир замедлился. В висках запульсировал жар, сердце стучало, как метроном. Алые крестики вспыхнули перед глазами — метки на лбах врагов. Три выстрела слились в один звук — три тела рухнули в пыль, кровь смешалась с грязью. — Алекс, машина! — проорал мастер, махнув рукой к заднему двору. Он кивнул. Джейн не могла драться, но её машина — их билет отсюда. Сжимая револьверы, он бросился к ангару. Пули свистели над головой, одна чиркнула по плечу, оставив жгучий след, но он не остановился. Ворвался внутрь, подхватил коробку с облигациями и сунул её за пояс. Затем склонился над Джейн. — Вставай, надо валить! Она застонала, её холодные пальцы вцепились в его рукав. Алекс подхватил её под руки, почти волоча к выходу. Джейн цеплялась за него, каждый шаг отдавался сдавленным хрипом. Её ноги подгибались, повязка на животе пропиталась кровью, но она стиснула зубы, упрямо переставляя их, будто отказывалась сдаваться. Её хвост слабо скользнул по полу, наконечником царапая пол. Добравшись до машины, он распахнул дверь и уложил Джейн на пассажирское сиденье — она рухнула, тяжело дыша, кровь стекала на обивку. Алекс выхватил ключи из её кармана, пальцы дрожали, дважды промахнулся мимо замка зажигания. Наконец попал. Двигатель взревел, шины завизжали, и они рванули со двора. Пули барабанили по кузову, заднее стекло треснуло, осыпав их осколками. Машина Джейн летела по старым улицам Нью-Эриду, Выехав с того района приследование отстало. двигатель ревел, выхлоп дымил, как раненый зверь. Алекс сжимал руль так, что костяшки побелели, пот стекал по вискам, смешиваясь с кровью от царапины на плече. Рядом Джейн хрипела, скорчившись на сиденье, её рука прижимала повязку, пропитанную алым. Он бросал на неё короткие взгляды. Её лицо было мокрым от пота, ушки прижаты, глаза мутные, но всё ещё живые. Машина влетела во двор её дома — старого двухэтажного здания с облупившейся краской и разбитыми окнами. Алекс ударил по тормозам, шины завизжали, гравий брызнул из-под колёс. Не теряя времени, он выскочил из машины, рванул пассажирскую дверь. Одной рукой схватил коробку с облигациями, другой подцепил Джейн под плечи и взвалил её на себя, как мешок. Она слабо застонала, её голова мотнулась, но сопротивляться не могла — сил не осталось. Её хвост безвольно волочился по земле, царапая бетон, пока Алекс нёс её к входу. Он открыл дверь дома, петли скрипнули. В комнате было довльно холодно. Он прошёл в комнату. бросив коробку в угол. и положив джейн на диван — на тот самый, где Джейн когда-то штопала его раны, — и уложил её на чистые подушки. Кровь с её живота тут же начала впитываться в ткань, оставляя тёмные пятна. Алекс бросил облигации на пол рядом, коробка глухо стукнула. Он метнулся к шкафу в углу, рывком распахнул дверцы. Руки шарили по полкам, сбрасывая хлам — старые тряпки, пустые банки, какой-то провод. Наконец пальцы наткнулись на жестяную коробку с патронами. Он высыпал их на стол, пересчитал — десяток для револьверов, хватит на бой. Заряжая оружие, он услышал слабый голос Джейн. Она приподнялась на диване, цепляясь за спинку, её глаза блестели от боли и чего-то ещё. — Алекс… что ты делаешь? — прохрипела она, голос дрожал, но в нём сквозило беспокойство. Он щёлкнул барабаном револьвера, не глядя на неё. — Возвращаюсь. Надо помочь. Джейн стиснула кулаки, её ушки дёрнулись. — Нет. Ты не пойдёшь. Ты остаешся, — сказала она твёрже, но голос сорвался на хрип. Алекс продолжал заряжать второй револьвер, движения резкие, механические. Он молчал. Джейн подалась вперёд, насколько могла, её лицо исказилось. — Алекс, стой! — крикнула она, и этот крик перешёл в плач. — Пожалуйста, не уходи! Он замер. Медленно обернулся. Джейн рыдала, слёзы катились по её щекам, смешиваясь с грязью и потом. Её руки дрожали, они были все в крови. она тянулась к нему, но не могла встать. Её хвост слабо ударил по дивану, будто в отчаянии.