Страсти за страстями.

(Заранее пишу, по началу фанфика я планировал писать от первого лица главных героев. и сам не заметил как перешёл на повествование от третьего. по этому я буду чередовать способы повествования.) (Переключаемся на Алекса Кроу) От лица Алекса: Я продолжал лежать на кровати, рядом со мной была Джейн. Её тёплое и нежное тело прижималось к моему боку, и во мне боролись два чувства. С одной стороны, минут десять назад у нас был интим, и это всё ещё отдавало дрожью в груди. С другой — её тепло и уют убаюкивали меня, как будто я мог провалиться в сон прямо сейчас. Иногда я посматривал на неё: её спина поднималась и опускалась в ровном дыхании, а ушки чуть дёргались. Может, ей что-то снилось, или это просто реакция на сон — не знаю, и, честно, не важно. Но мысли о словах Джейн про налёт не давали покоя. То есть мы будем рейдить тот притон, где я уже был? От этой идеи мне стало не по себе. Я попытался отвлечься, сосредоточившись на чём-то другом — например, на её руке, что лежала у меня на груди. Её пальцы были ухоженными, и с аккуратным маникюром: острые ногти и тёмно-красный лак, будто кровь. Это было странно завораживающим. Вдруг Джейн убрала руку, засунув её под подушку, продолжив мирно сопеть. Я решил не будить её. Мне нужно было заняться чем-то, чтобы отвлечься. Я вспомнил про свои револьверы — полицейское оружие всегда казалось мне неудобным, и я боялся, что в рейде что-то пойдёт не так. По этому я Аккуратно встал с кровати, чтобы не разбудить Джейн, и отправился на поиски. Обшарил шкаф, под кроватью, даже заглянул в ящики с вещами джейн — и наконец нашёл их. В тумбочке лежала аккуратно сложенная кобура, а справа — сами револьверы. Выдохнув с облегчением, я решил не возвращаться к Джейн. Не хотел мешать её сну. Вместо этого я лёг на диван в гостиной, открыл телефон и начал смотреть всякие видео в интерноте, пытаясь расслабиться. (Переключаемся на Джейн Доу) От лица Джейн: Пробуждение было мягким, открыв глаза и немного проснувшись, я заметила что Алек куда-то ушёл, по этому немного полежав я встала с кровати и пошла в сторону гостиной, слыша, как звук телевизора становится громче. Какие-то звуки проигрывались — то ли видео, то ли реклама. Зайдя в гостиную, я заметила Алекса, который лежал на диване, залипая в телефон. Я решила подшутить и тихо подошла сзади, и резко наклонилась прямо над его головой и сказала: — Гутен таг! Алекс прикрикнул, дёрнувшись, и выругался: — Ёб твою мать! Я отстранилась, смеясь, и добавила: — Привет! Алекс, тяжело дыша, ответил: — Я чуть в штаны не наделал… Я засмеялась ещё сильнее, но, успокоившись, сказала: — Ладно, пойдём, награжу тебя, стрелок. (Тут переключение на вид скажем так... Со стороны, думаю в принцип понятен.) Алекс смутился, но пошёл за ней. Дойдя до конца коридора, где стояло большое кресло с панорамным видом на город. Она махнула рукой, показывая чтобы он сел. От лица Алекса: Я присел на кресло как она велела, и Джейн, как обычно, уселась на меня, касаясь коленями моих бёдер. Она нежно поцеловала меня, и я почувствовал её мягкие губы. Иногда мы менялись наклоном головы, обмениваясь касаниями языком. Когда она отстранилась, я посмотрел на неё и начал: — Джейн… я… Джейн посмотрела на меня с непониманием и спросила: — Что-то случилось? Я продолжил, чувствуя, как голос дрожит: — Я переживаю за рейд… Особенно, если с тобой что-то произойдёт. Джейн умилённо улыбнулась, положила руку на мою правую щёку и сказала: — Не переживай, Алекс, всё будет хорошо. Я даю тебе слово. В груди у меня что-то забурлило. Это чувство давило, в горле появился ком. Я вспомнил, как много раз терял близких. Сначала это была семья — мама, потом отец. Затем многие из банд, которые были для меня как братья. Эти воспоминания обожгли, и я почувствовал, как слёзы потекли по щекам. Это была настоящая боль. Джейн заметила слёзы в глазах Алекса, и её собственная грудь сжалась. Она начала его успокаивать, мягко сказав: — Оу… Алекс… Не переживай ты так.. Я зарыдал сильнее, а Джейн прижала меня к себе, гладя по голове. Она спросила: — Что же тебя так гложет? Я, сквозь хныканья, ответил: — Я уже стольких потерял… Сначала маму, потом отца… Потом многих из банд, которые заботились обо мне… Я не хочу, тебя потерять… Я плакал сильнее, прижавшись к ней. Джейн будто почувствовала мою боль — по её щеке скатилась слеза, но она не рыдала. Она продолжала гладить меня по голове, шепча: — Ох… милый Алекс… Любимый мой… Лапочка моя… Через время я начал успокаиваться, а Джейн прижалась ко мне сильнее. Она сказала: — Ты сильный, Алекс. Я никогда тебя не брошу... От лица Джейн: Мне было больно от каждого его всхлипа. Но к счастью, он уже начал успокаиваться. Я немного отстранилась от него, его лицо выглядело мрачным и грустным, по щекам всё ещё текли слёзы. Я посмотрела на него с жалостью, но и с улыбкой, стараясь дать ему хоть немного тепла. Положив обе ладони на его щёки, я тихо сказала: — Я тебя так люблю… Ты даже не представляешь. Только… не плачь, пожалуйста. Мне это делает больно… Алекс посмотрел на меня глазами, полными надежды, но в них я заметила и вину. Он прошептал: — Прости, пожалуйста… Я не хотел тебя огорчать… Я медленно приблизилась к его лицу и ответила: — Я не обвиняю тебя. Люблю тебя таким, какой ты есть. Затем я аккуратно поцеловала его, чувствуя его губы и лёгкий солёный вкус слёз. Этот момент был хрупким, но он согрел меня изнутри. Каждый момент казался печальным, но в то же время тёплым. Джейн хотелось хоть как-то успокоить Алекса, и она не нашла ничего лучше, чем прижаться к нему всем телом. Отстранившись от его лица после поцелуя, она прислонилась к нему, её тело расслабилось. Она обмотала руки вокруг его шеи, чувствуя его дыхание. Алекс вдруг прервал тишину, его голос стал твёрже: — Давай вернёмся в кровать? Мне нужно немного собраться с мыслями. Джейн кивнула, соглашаясь — ей самой ещё хотелось спать. Она отстранилась, встала с кресла и, взяв его руку с лёгкой улыбкой, потянула за собой. Они направились в спальню. У кровати она отпустила его руку и легла, растянувшись на простыне. Алекс лёг на бок, глядя на неё с задумчивым, но решительным выражением. Джейн не стала медлить — она придвинулась ближе, и Алекс повернулся на спину, всё ещё оставаясь слегка боком к ней. Она забралась на него половиной тела, обняв за талию. Алекс последовал её примеру, обняв её в ответ, и наконец расслабился, его напряжённые плечи опустились. Лёжа на нём, она поняла, что заснуть в такой позе будет непросто. Её тело расслабилось, но мысли о нём не давали покоя. И она решила поговорить с ним о его чувствах, чтобы лучше понять, что его гложет. Заметив, что он ещё не спит — его дыхание было ровным, но глаза открыты, — и она начала: — Алекс… Знаю, тебе больно об этом говорить, но расскажи, как была твоя жизнь до меня? И в начале нашего знакомства… Мне правда хочется узнать. Алекс слегка погрустнел, но всё же начал говорить, его голос стал твёрже, с ноткой решимости: — Детство я помню смутно. Когда мне было двенадцать, мама умерла от утечки химикатов на работе. А папа был исследователем в кавернах — однажды, исследуя одну из них, он просто исчез без следа. До пятнадцати я подрабатывал, где мог: грузчиком в Минимаркете 141, официантом в ресторане, что принадлежит Агентству домашнего персонала «Виктория». Зарплата была мизерной… Он на мгновение замолчал, его взгляд упёрся в потолок, а затем он заметил, как Джейн его слушает — с интересом и печалью. Продолжил он увереннее: — Однажды я решил вернуться туда, где был наш дом. Его снесло из-за обрушения каверны, но охотникам удалось её уничтожить. Среди завалов я нашёл потрёпанный, но рабочий револьвер отца — смит эн вессон. Забрал его как память. А потом, прогуливаясь после смены, подслушал разговор бандитов. Не помню деталей, но понял, что в кавернах, даже после их уничтожения, можно найти ценное, оставленное людьми. Решил действовать. Взял револьвер и пошёл в одну из каверн. Долго блуждал, пока головокружение не свалило меня — тогда я ещё не знал, что без защиты от эфира туда соваться нельзя. Потерял сознание. Меня подобрали бандиты, удивившиеся моей смелости. Оклемавшись, я начал ходить с ними на поиски сокровищ. Его голос дрогнул, но он продолжил, сжав кулаки: — Через три года, в восемнадцать, в той банде началась мясорубка. Пришлось бежать. Потерял многих хороших знакомых… Потом было то же: попадал в банды, по обстоятельствам их покидал. Потом я Решил действовать один. Накопил денег, купил оружие у оружейника — это тот самый смит энд вессон, но позолоченный и с гравировкой, как у отца. Дальше я сам Стал лазить по кавернам, и жить как отшельник, брал заказы, зарабатывал. А потом купил информацию о грузе… и встретил тебя. Она смотрела на него по-новому. Его история потрясла её до глубины души. — Ухты... Пробормотала Джейн, эта история действительно была интересной, хоть и такой короткой. Алекс хотел что-то добавить, но его голос начал набирать силу, но внезапно его прервал звонок телефона, раздавшийся громко в тишине спальни. Джейн, слегка поморщившись, слезла с него, её длинный хвост нервно дёрнулся, пока она тянулась за устройством. Взяв телефон, она ответила. На экране высветился номер начальника. Голос на том конце линии был сухим и деловым — он сообщил, что на пресс-конференции объявили Алекса и Джейн в штурмовой отряд для предстоящего рейда. Лицо Джейн помутнело, её ушки слегка прижались к голове, но она старалась сохранить обычное выражение, кивая в трубку. Договорив, она положила телефон обратно на тумбочку, её пальцы дрожали. Алекс заметил перемену в её лице. Джейн начала мямлить, пытаясь отвлечься: — Да… не важно… Хе… хе… Может… ты голоден? Хочешь, закажу чего-нибудь? Её голос звучал поспешно, и Алекс понял, что она не хочет говорить об этом прямо сейчас. И чтобы избежать конфликта он подыграл ей, его тон стал мягким, но уверенным: — Да, я бы что-нибудь поел. Давай съездим куда-нибудь? Джейн почувствовала облегчение, её хвост расслабленно опустился, и она кивнула с улыбкой. — Согласна, но только если ты отведёшь меня куда-нибудь.