Chapter one.

***

«Спокойной ночи, девочки. Обещаю дорисовать иллюстрацию до следующей ночи».

Пишет в окончание девушка и выключает чат со своими собеседницами. Ночь уже поздняя, за окном – лишь темнота и светлый месяц, который освещает хоть как-то всё, что находится на улице. Из открытого окна слышатся капли ливня, которые бьются об крышу и стекают по окнам. Холодный воздух пробрался в комнату, создавая освежающую обстановку, ведя за собой любимый запах сырости... Она сидит за столом, придерживая голову ладонью и с нахмуренным лицом старательно рисует на экране планшета. Стараясь сделать как можно лучше и не разочаровать тех, кто ожидает от неё этого, в конце концов ничего не выходит. Всё криво, всё не так, это должно быть по-другому... Да к чёрту это всё. — Да блять! Какого хуя оно разного размера получается?! – не выдержав, вскрикнула Эна, а затем моментально прикрыла рот своей правой ладонью. Глаза девушки медленно посмотрели на входную дверь в её комнату, которая, как оказалось, была не закрыта. Шинономе быстро и с нарастающей паникой перекрестилась, надеясь, что все остальные члены семьи по-прежнему спят и никто ничего не услышал... Испустив вздох, художница постаралась немного успокоить себя и не поддаваться эмоциям, которые норовили вновь выскользнуть из-под её контроля. — Спокойно, спокойно... Вдох и выдох... – пробормотала Эна, устраиваясь поудобнее в кресле и медленно начиная опять водить стилусом по экрану, продолжая рисовать мельчайшие детали. Всё никак не выходило то, на что она рассчитывала... Почему мысли не могут просто сами переноситься на экран? Это так неудобно... Собравшись с духом, Шинономе решила посвятить любимому делу ещё немного времени, несмотря на то что завтра утром ей надо было вставать в школу. Минуты шли, быстро тикали, время уходило совсем незаметно для всех людей, независимо от того, спят они или нет. За всё время работы девушка успела сказать ещё несколько матов, вскрикнуть пару раз и даже пошвырять вещи в стенку просто от злости и досады. Не выдержав, Эна выключила планшет с громким хлопком и ударила по столу, издавая кучу шума. — Сука, идите нахуй все! Почему у многих художников всё так легко выходит и они получают популярность, а я, нафиг стараюсь и мне нихуя?! Как же меня заебало прорисовывать мелкие детали, на которые всем поебать, но мне это важно! Нихрена не выходит... – прокричала Эна, почувствовав, что от гнева на её лице начинают скатываться слёзы и течь по щекам. Не в силах терпеть, девушка садится на кровать и закрывает лицо руками, выпуская эмоции наружу и плача от такой несправедливости. Разве она много просит?! — Я просто хотела... чтобы мои рисунки тоже имели значимость!... Почему только селфи всем нравятся?! Во мне нет ничего больше, чем внешность?! – вновь крикнула художница, позабыв об открытой двери. Да кого это, впрочем, волнует? Семья не сильно будет заботиться о ней...