Глава 4 Самеди

Когда все жители отеля собирались в пределах одного пространства, чаще это напоминало взрыв бомбы, ибо кто-то обязательно с кем-нибудь поцапается. На удивление совместное барбекю не стало причиной для склок. Они неплохо провели время вместе, а Роза успела обзавестись брелоком в виде копья — подарок Вэгги. По традиции, впитавшейся в Митчелл с момента, как она познакомилась с группой музыкантов, каждое пиршество завершалось пением. Грешница принесла гитару, чем порадовала Чарли, просившую ее сыграть с первого дня в отеле. В этот раз Роза решила исполнить желание принцессы, да и остальных порадовать. Спустя несколько композиций ее наградили аплодисментами. — Ты красиво поешь, — воодушевлённо произнесла младшая Морнингстар, — почти как моя мама. Она могла своим голосом зачаровать любого. Правда, папа? — Да, утёнок, — Люцифер ласково погладил сидящую рядом дочь по волосам. — Моя тоже красиво пела, — улыбнулась Роза. — Она нередко выступал в парке, собирала толпу. Жаль в Ад не перенеслась ее гитара, мама лично расписала свой инструмент цветами. — Ты унаследовала талант матери, — с нежностью отметил падший. Король невольно вспомнил день знакомства с женщиной, подарившей Розмари жизнь. Он сбежал к людям, потому что устал от Ада, от вечной мглы, от депрессии. Хотелось знать, неужели все представители человеческого рода такие, какими он видел их в преисподние. Первой, кто попалась на его пути, была Кимберли. Она мгновенно очаровала бывшего серафима своим голосом и светом, окружающим ее, как ореол, в тот момент, когда та играла на гитаре и пела для толпы, собравшейся подле импровизированной сцены. Тогда он не мог предсказать, чем закончится неожиданно проснувшаяся тяга к пленительному свету, на который он устремился подобно мотыльку. Порой за собственными вдохновляющими речами Чарли совсем забывалась, и не могла заметить деталей, ускользающих от нее. Розмари сидела на очередном собрание, но пропустила мимо ушей новое задание, не поняла зачем ей цветные маркеры и листик. Огляделась, на общем сборе не хватало Аластора и Люцифера. Хотелось бы ей сделать вывод о том, что эти двое затеяли где-то дуэль, однако это не первый раз, когда они не участвовали в играх Чарли. Король отлучался во дворец, принимать прошения, князей, аристократов или разгребать завал адских дел, накопившихся за годы его отсутствия. Аластор же занимался бумажной работай отеля, не подпускал к ней никого, чтобы не нарушили его порядок, а со встроенной в этого демона педантичностью очень легко вызвать праведный гнев, положив хоть один листок неверной стороной. Розмари старалась внимательнее относиться к урокам принцессы, но как и у Кармилы, долго заниматься подобным не могла. Сбежать на маятник, которого не было в отеле, нет шансов, поэтому решила улизнуть на прогулку по коридорам. Растворилась в пространстве со вспышкой свет, замеченную лишь Хаском, позавидовавшему способностям подруги, желавшему покинуть это сборище так же легко. Сама грешница пройдясь по пустынному помещению, вдоволь насмотревшись картин, часть из которых представляла собой портреты королевской семьи, рискнула поискать кабинет управляющего. Хотелось помешать его работе, насолить за все хорошее. Маленькая пакость, а душу определенно согреет. Найти его не составила труда, достаточно прислушаться, уловить нотки джаза из старого радиоприемника и пойти на звук. Тихо зашла внутрь, застав демона за столом с кучей бумаг, он заполнял их вручную. Отметила для себя, ему идёт, когда он собирает свои алые волосы в хвост и скидывает пиджак, который повесил на спинку кресла. — Ты же в курсе, что уже давно изобретён компьютер, и он позволяет не возиться с документами сутки? — весело спросила Розмари, обходя стол и присаживаясь на его краешек, чтобы не задеть случайно стопку. — Король так же хотел перенести всё на эти глупые экраны, но я пообещал оторвать ему руки, если сделает это, — оверлорд отвел взор от бумаг. — Ещё и ручка чернильная, — закатила глаза грешница, разглядывая аккуратный красивый почерк с художественными завитушками. — И он конечно же испугался твоей угрозы? — Нет, — рассмеялся Аластор. — Он испугался Чарли, настоятельно убедившую не лезть его в работу, где я прекрасно справляюсь без венценосных ослов. — Ох, везде успел, — закатила глаза, — бумаги оформил, малышку Люцифера очаровал. — Лишь ее? — лукаво взглянул на собеседницу, коснувшись светлой руки. — Лишь ее, — подразнила в ответ, но мгновенно оказалась на коленях у мужчины. — Почему не на собрании? — насмешливо спросил, проведя пальцем по нежной щеке. — Скучно, и я же не обязана участвовать, ты не за этим меня сюда притащил, — едко подметила, намереваясь встать. — Это правда, однако, изволь заметить, как управляющий не могу закрыть глаза на нарушение распорядка отеля, — рассмеялся, прижимая девушку ближе к себе. — Ой-йо, как страшно, — повеселилась, стоило Аластору добавить ноток угрозы в голос и немного радиопомех. — Поцелуй уже меня, раз взял на руки. Приглашение принял незамедлительно, припадая к губам. Роза хотела бы оттолкнуть, но она уже сама тянулась к нему, хоть в голове еще витала точная позиция относительного этого парня, характеризовала она ее словом «мудак». Верить в то, что он исправится, влюбится, наивно и глупо, придерживалась фразы «в любовь играют только дети», сказанную ранее этим демоном, а она не малое дите, в сказки с незыблемым концом, где все жили долго и счастливо, не верит. Однако, коль нравится его целовать и быть рядом в данный момент, почему бы и нет? Аластор уже давно свой, не чужой. Только хотелось бы ей знать происходящее в его голове, где в словах истина, а где подвох. В кабинет ворвались, прерывая поцелуй, набирающий обороты и грозящийся перерасти в соитие на столе. Розмари резко спрыгнула с колен, будто застуканная девчонка, смущенно взглянула на визитера, стараясь подавить желание провалиться на самое дно адской бездны. Щеки грешницы опалил румянец, когда она встретилась с разгневанным взглядом Люцифера. — Ваше величество, прежде чем входить, стоило постучать, — равнодушно произнес Аластор, которого казалось абсолютно не беспокоила неловкая ситуация. Он не поленился отправить тень, чтобы та продемонстрировала, как это делать. — Роза, Чарли ищет тебя, — сухо произнес владыка Ада, отходя в сторону, чтобы та могла выйти из кабинета. — Она волнуется, вернись на собрание и больше не нарушай распорядок, — тон голоса дал понять, возражений не потерпит. — Она сейчас со мной, принцессе переживать не о чем, — остановил девушку, уже планирующую побег, поймав ее ладонь. — Аластор, думаешь так сложно найти толкового управляющего, который не будет вызывать у меня массу вопросов? — недовольно спросил правитель. — Чарли немного погрустит, но рядом с ней хотя бы будет надёжный человек, который не кинет ее в ответственный момент, как ты вовремя боя с Адамом, — вечная улыбка демона дрогнула, слова попали в цель. — Вы неправы! — вместо колкого замечания Радио демона, прозвучала недовольная реплика Розмари. — Он вышел драться против архангела, хотя не знал его сил и возможностей. Кто ещё бы на это пошел ради вашей дочери? — она могла что-угодно думать об Аласторе, пререкаться с ним, ненавидеть за душу, за друга, но не потерпит несправедливых обвинений. — У него нет сил серафима, чтобы как вы шуточно бороться с Адамом, и все же не испугался, да, ушел, потому что его серьезно ранили. Прикажите умирать за вашу дочь? Поверьте, в Аду вы найдете не так много желающих. Подвиг, что ребята вообще остались биться! И где были вы, когда все началось? Может тот парень, Пентиус, не погиб, явись вы раньше, когда дочь нуждалась в вас! Аластор не представляет из себя верх альтруизма, но помог с армией для обороны и, насколько я знаю, участвовал в жизни отеля до вашего заселения. Мужчины опешили. Радио демон не ожидал, что Роза встанет на его сторону, ибо их взаимоотношения напоминали кардиограмму человека с тахикардией. У Люцифера же к замешательству добавилось беспокойство, не хотелось ему выпускать из рук эту девушку. — И прекратите меня опекать, точно вы мой папочка! — прикрикнула, прежде чем исчезнуть со вспышкой света. — Ваше величество, попрошу вас так же удалиться, работать мешайте, не все привыкли бездействовать, — насмешливо произнес Радио демон, указывая на дверь. — Аластор, убери от нее свои лапы, — строго произнес правитель. — Я не шучу, иначе мою гостиную украсит оленья голова, а Чарли скажу, что до тебя добрались враги, нажил ты их достаточно. — Все на этом? — усмехнулся. — Не сотрясайте зря воздух. Насколько мне не изменяет память, Роза дала понять, вы ей никто, чтобы лезть в ее личную жизнь. Мы с ней сами разберемся без третьего лишнего. Люциферу явно не было чем парировать в ответ. Правду не скажешь, а со стороны выглядит так, будто он назойливо лезет к этой грешнице и преследует ее. Ушел с диким желанием стереть в порошок наглеца. «Взаправду, опекает как папочка, — иронично подумал Аластор, беря в пальцы ручку и наполняя ее чернилами, замер, пришло осознание. — Возможно ли подобное? Противился ее жизни здесь. Пристально наблюдает. Излишни ласков. Не любовный интерес. Роза его дочь? От кого? Когда? — догадка поразила и вызвала приступ смеха, а так же бурное ликование. Если он сделал правильные выводы, то ему не нужна Чарли, нет необходимости ожидать пробуждение силы принцессы, он получил желаемый приз, точнее не так, тот был у него в руках все это время. — Я нашел гусыню, несущую золотые яйца». Люцифер мог соврать кому-угодно, но не себе, ссора с Розмари его беспокоила, не хотелось закладывать в ее голову свой отрицательный образ. Решился поговорить, провести вместе время, может выбраться в город. Ей же понравились лошади. А как она посмотрит на идею сходить в кино? Парк аттракционов? Может зоопарк? «Идиот, ей ведь не десять лет, чтобы ходить по подобным местам!» — отдёрнул себя падший, приближаясь к комнате дочери. Собирался постучать, когда дверь распахнулась и к нему вышла Роза в ярко-зеленом платье, увешанном украшениями, со сложной прической. За ее спиной виднелся футляр гитары. Она растерялась, едва не столкнувшись с правителем Ада. — Ты куда-то собралась так поздно? — спросил Люцифер, оглядывая Розу, проходившую сейчас на экзотическую птицу в столь насыщенной гамме цветов и переливе камней. — У меня выступление в баре, — поправила ремешок на футляре, объясняя свой слишком яркий наряд. — Чарли знает, так что можете не утруждать себя, — едко отметила, обходя короля. «Злится ещё, — сделал заключение Морнингстар. — И что тебе сдался этот олень?» — Я могу сходить с тобой? Посмотреть выступление? — не сумел отступить, хотелось сгладить ситуацию. — Вы мне не помешайте, так что пожалуйста, — кивнула в направлении выхода. — Примите пожалуйста другой облик, как на охоте. Не хочу смущать артистов и зрителей. Обстановка должна быть свободной и беззаботной, — подарила мужчине улыбку. В баре шумно и суетливо, как и полагалось в конце рабочей недели. В заведениях в эти дни собирались не только грешники, но и остальные представители адского народа: танцевали, напивались, ругались, дрались, расслаблялись после долгой и мучительной работы. Люцифер занял место за столиком, чувствуя себя неуютно в толпе низших слоев Ада, аристократия по таким местам не ходила. Ему подали пиво, какое не уточнял, тукнул в первое попавшееся в меню. Он не пил, заказал для вида. Падшего больше интересовала сцена, где сейчас выступала Розмари, развлекая публику. Она сияла так же ярко, как и ее мать, когда пела, вызывая неконтролируемую улыбку на лице правителя. — Неожиданный посетитель в столь неприглядном месте, — за столик короля устроился Аластор, окинув насмешливым взглядом Морнингстара. — Какими судьбами? — А ты что тут забыл? — зло процедил владыка, чувствуя, вечер будет испорчен. — Пришел полюбоваться нашей принцессой, — кинул мимолётный взгляд на сцену. — Интересно, ее мать была высокая? Вам это понравилось, или у вас зацикленность на поющих дамах? — Что? — растерялся Люцифер. — Давно знаешь? — глаза правителя опасно сверкнули золотом. — Вы сейчас подтвердили мою догадку, — рассмеялся Радио демон, заставляя падшего прикусить язык, понял свою оплошность. — Очаровательно, — сложил ладони вместе, опустил на них подбородок. — Чарли без сомнений обрадуется сестре. — Лучше забудь об этом, иначе вырву твой язык вместе со связками, — пригрозил король, — без шанса восстановить. Сложно будет вести радио передачи немым. — Секрет значит? — не унимался оверлорд. — Я не мог понять, с чего вдруг Кармила взяла опеку над какой-то грешницей, у нее свои дочери были. Значит для нее наличие у вас второго отпрыска не тайна, а вот сама Роза не в курсе кем приходится и кому, — хмыкнул. — Вы определенно решили заработать все награды в номинации «Худший отец Ада». — Да я тебя сейчас на куски разорву, грёбаный олень! — вспылил Люцифер, подрываясь с места и хватая демона за воротник. — Вы что тут устроить намерены? — к мужчинам подошла Розмари, махая музыкантам, собирающим оборудование, чтобы те не спешили ей помогать. — Ваше величество, на вас все смотрят, — прошипела, вынуждая правителя отступить. — Прости, не хотел портить вечер, — вздохнул бывший серафим, делая шаг назад. — Ничего, мы закончили выступать, — покачала головой. — Аластор? — Давно не видел тебя на сцене, — объяснил демон, а его тень протянула грешнице букет из красных цветов необычной формы, лепестки напоминали лапки паучков. — Ты решил завалить мою комнату ликорисом? — улыбнулась Розмари, забирая подношение. — Я не против, всё-таки мои любимые цветы, — вдохнула аромат. Несколько дней назад Радио демон явился в гостиную с охапкой этих растений. Он припомнил, что не вручил свой подарок новой постоялице. Чарли изумилась и была удивлена столь милым жестом со стороны управляющего, в отличие от своего отца и Вэгги, посмотревшую с недоверием на данную ситуацию, особенно после застуканной ей некогда сценой. Розмари смутилась, удивлённая приняла подарок со словами: «Ликорис? Ты всё ещё помнишь мои любимые цветы?» Демон насмешливо отозвался, вызвав негодование у нее, но после успокоившись, поблагодарила. Приятный момент с его стороны. Чарли же спросила, почему ей нравится это растение, и она рассказала о его мрачном значение и трагичную легенду. Данный цветок являлся символом мира мертвых из-за своей особенности распускаться на кануне дня поминания усопших. Ещё один парадокс породил сказку о несчастной любви: когда ликорис цветет, то опадают листья, и наоборот, стоит пробиться листве на тонком стволе, увядаю бутоны. Однажды двое влюбленных разгневали богиню Солнца, и та обратила одного в цветок, другого в листья, чтобы им никогда не было суждено увидеть друг друга. Влюбленные дали обещание встретиться в мире мертвых, ведь жизнь цветка скоротечна. «Какая грустная легенда», — отметила Чарли. «Да, ликорис означает разлуку и смерть, но для меня это ещё и символ того, что когда действительно кто-то дорог, ты найдешь его и в другом мире», — улыбнулась Розмари. — Ваше величество, — обратилась к королю девушка, выплывая из воспоминаний и возвращаясь в бар, где двое мужчин сверлили друг друга взглядами. — Я планировала остаться в лагере у ребят на всю ночь. Не хочу показаться бестактной, но мне неудобно приглашать к ним постороннего, — Энджел и Хаск были исключением. Кот старый приятель, бывавший там с ней не единожды, а паучок попал из-за совместного ограбления. — Аластор, тебя они знают, но, — обращение к Радио демону, которое не закончила, ведь оно было очевидным, гость он там не самый желанный. Лет десять-одиннадцать назад этот парень пришел в дом артистов в поисках Розмари, с которой до этого пил Хаск, но они разошлись в разные стороны. Достаточно грубо отвёл девушку в сторону, вызывая у остальных беспокойство. Ничего не собирался ей делать, лишь привести в порядок пьяный разум, сосредоточившийся больше на бочонке с пивом, нежели куда запропастился бывший оверлорд. Благо тогда хватило одного взгляда, чтобы Сэм не полез с кулаками, они конечно опасались Радио демона, но за своих стояли горой. Разбиралась с Аластором сама, объясняя, где оставила Хаска и в душе не ведает, почему этот баран не дома. Оказалось после, что тот завернул в бар, разминувшись с хозяином души на перекрестке. — Не будем тогда тебя задерживать, — согласился оверлорд, исчезая с тенью. Особой радости Розмари не испытала, когда Аластор вырвал ее сонную тушку в пять утра из постели. Пинание ногой и ругательства не помогли. Одно утешило, не одна она в ряду страдальцев. Зевая, зашла в кабинет управляющего, обнаружив там заспанного и хмурого Хаска. Села к нему, подарив сочувствующий взгляд. — Либо говори, зачем поднял меня ни свет, ни заря, либо я иду обратно и плевать мне на все твои угрозы, — строго произнесла Розмари, пристраивая голову на плече друга. — Какое прелестное пожелание доброго утра, — ехидно подметил Аластор, занимая кресло за столом. — Доброе оно бы было к часам десяти, — ответила той же монетой. — Предполагаю, я сумею тебя взбодрить, — рассмеялся, но через пару секунд стал абсолютно серьезным, в глазах гнев и строгость. — Разговор не должен выйти за пределы этой комнаты, — положил перед собой трость. — Видишь ли, принцесса, я оказалась в крайне неприятном положение. У меня в наличие имеется сделка с одним демоном, опасным и сильным. К несчастью не его душа моя, а наоборот. Хаск уже осведомлен, — сказанные слова и взаправду подействовали, грешница навострила уши. — Данный демон сейчас пытается утянуть мою бренную душу в свои владения, пока сопротивляюсь, однако из-за Адама это дается с трудом. Меня абсолютно не прельщает играть в подчинение. — Только если подчиняешь не ты, — фыркнула Роза. — Я улавливаю двусмысленность, Ласочка, — озорно произнес, в ответ ему показали средний палец, а Хаск закатил глаза. — Вопрос напрашивается сам собой, — вздохнула грешница, подперев щеку рукой. — Зачем ты продал душу? — Признаюсь, мой промах, — хмыкнул. — Человеком игрался с темной магией, призвал не того, согласился на сделку, обещающую невероятные силы. Так и вышло, в Ад я пришел громко. — О да, знаем, — протянул кот демон. — Конкретно от нас чего ты хочешь в столь «прекрасное» утро? — Мне необходимо, чтобы вы забрали у него мою душу, — объяснил цель собрания. — Мы все прекрасно понимаем, добровольно нам не отдадут ее, — всполошилась Розмари, переглянувшись с Хаском. — Ты хочешь, чтобы мы с ним сразились! Понимаешь, какой у нас шанс на победу? Тебе этот демон не по зубам, он дал силы, которые не один из нас не смог одолеть. Предлагаешь пойти на верную смерть? У нас есть право отказаться? — Нет, я не свободен, но и вы оба принадлежите мне, ослушаться в этот раз не дам, — требование прозвучала с радиопомехами, давая понять последствия бунта — И почему сейчас? — недовольно спросил Хаск. — Мы у тебя давно в подчинении. — Раньше не было и шанса одолеть Самеди, но сейчас, — взгляд остановился на Розе. — У меня имеется кое-что важное, назовем это его ахиллесовой пятой, — встал, беря микрофон. — К сожалению для вас в мое контракте имеется один маленький нюанс, я не могу с ним биться, иначе исчезну. Поэтому помочь не смогу. — Издеваешься? — Хаск стукнул себя по лбу. — Объясни подробнее, что за Самеди? Против кого мы идём? — развела руками грешница, требуя хоть какой-то информации. — В культуре магов Вуду бог смерти, на деле один из старейших демонов Ада, находящийся вне общей юрисдикции, — объяснил Аластор, открывая дверь. — Предпочитает вместо созданий преисподние развлекаться с душами людей, но не все его забавы приятны. — Твое отсутствие семь лет как-то связанно с ним? — поинтересовалась девушка. — Барон Суббота может создавать иллюзорные измерения, затягивая в них разум, — поежился оверлорд. — В одно такое он и заключил меня, когда не ответил на его призыв. Тем утром, когда я ушел, мое сознание медленно покидало реальность, и необходимо было спрятать тело в надёжном месте, чтобы никто не уничтожил оболочку, а разум не застрял в вечных кошмар, — коснулся плеча грешницы. — Роза, ты сильно выросла с нашей встречи, у тебя хватит сил, в первую очередь делаю ставку на тебя, Хаск прикрытие. Знаю, выбора вам не дал, но все равно буду благодарен, и хочу видеть вас обоих живыми. Покидали отель в спешки по двум обстоятельствам связанным с одной персоной — это Люцифер. Король легко мог увязаться за ними, и тогда бы вся задумка демона накрылась медным тазом. Поэтому и разбудил их рано, пока все остальные пребывали в мире грез. Так же оказалось Самеди не живёт в Гордыни, и им нужен портал, ибо легального пути для грешников не имелось. Роза удивилась, встретив уже знакомого по охоте беса, дающего пропуск в круг Ярости. — Я думала Сатана его прибьет, — тихо шепнула Розмари, пока проводник возился с аркой. — Как он тебе согласился помогать после той подставы? — Отделался штрафом, который я выплатив, за одно компенсировал потери, — объяснил Радио демон. — Твой хозяин живёт в Гневе? — решила уточнить, но вопросом этим разозлила оверлорда. — Не используй подобную формулировку, будь любезна, — недовольно произнес, добавляя эффект радио в голос. — Нет, в Похоти, — рассмеялся с растерянного лица собеседницы. — Для людей он бог смерти, сексуальности и деторождения. — Обширный у него список услуг, — хмыкнула, доставая мобильный телефон. Она часто с момента заселения списывалась и созванивалась с Кармилой, Кларой и Одеттой. Вот и сейчас на экране высветилось послание от Кармайн, которая явно по природе своей являлась жаворонком. Митчелл решила, не хорошо будет оставлять ее без ответа, особенно если не переживет схватку с опасным демоном. Написав сообщение, ступила в портал. Круг Похоти встретил их ослепляющим светом неоновых вывесок и голубым небом. Хоть было ранее утро, но на широкой дороге, куда их принес портал, всюду сновали жители этого места и гости из других локаций Ада. В основном вдоль жилых домов, высоток и магазинов с товарами интимного характера, гордо украшающими витрины, бродили суккубы и инкубы. Розмари доводилось видеть их редко в родном уголке Ада, ибо чаще эти существа работали среди живых людей и являлись немногими из адских созданий имеющими официальный доступ наверх. Стройные, подтянутые, с перепончатыми крыльями на спине они представляли из себя дьявольскую красоту и соблазнительность, тем самым полностью отвечали греху, порождением которого являлись. — Энджелу бы тут понравилось, — заметил Хаск, стараясь меньше разглядывать магазины с неприличными товарами, такие и в Гордыни можно встретить, но здесь все было утрировано. На одной из витрин парочка занималась непристойностями с помощью дополнительных игрушек. — Если однажды снимут запрет на посещения кругов, можешь прихватить его сюда, — подметила Розмари. — Кармила говорила, что изначально границ не было, а значит все возможно. Эй, а ты не мог попросить беса закинуть нас к дому этого Самеди? Мы привлекаем много внимания. — Разве я мог упустить возможность дать вам полюбоваться видами? — насмешливо спросил Аластор. — Не хотелось бы, чтобы он обнаружил мое присутствие раньше времени. Место обитание Барона Субботы находилось на границе Похоти и сильно отличалось от всего города, хотя бы тем, что это оказалось кладбищем, в центре которого стоял склеп. На типичное место захоронение усопших данная локация не походила, ибо сияло зелёным и фиолетовым неоном, как рождественская ёлка. Над могилами парили незнакомые символы, а рядом с ними сновали маленькие тени, похожие на ту, которая сопровождала Аластора. — Кто они? — спросила Розмари, указав на черный образ, напоминающий женщину. — Скорее что, — поправил ее оверлорд, — участь тех, кто пошел с ним на сделку и не смог угодить. Тело уничтожено, а разум в мире кошмаров. — Нас это ждёт, если мы проиграем? — переглянулись тревожно с Хаском. — Да, — кивнул демон. — Могу вас немного утешить, если вы проиграете, то я к вам вскоре присоединюсь, — голос дрогнул. Тут оверлорд немного слукавил, ибо не собирался отступать без боя. Вернётся к плану с Чарли, если потеряет этих двоих. Однако бросать не собирался. Случись так, что Самеди их захватит, пойдет на покаянную к Люциферу. Падший дочь не кинет, вернёт обратно, ему сил хватит, может и Хаска воскресит ради двух своих девочек, однако понимал, после будет нелегко вновь вернуть доверие. Повезет, если из отеля не выставят. Аластор остановился вдали от склепа, обдуваемого ветром, в котором слышались стенания душ. Сопроводил своих подчинённых взглядом, в котором таилась надежда на лучший исход. Когда они исчезли во владениях барона, взглянул на тень, тянувшуюся к его вечной спутнице. «Роза, на тебя вся надежда, ты его ахиллесова пята». Аромат в склепе напомнил грешнице тот же, что царил на винокурне ее друга — спирт. К нему примешивался табак, и этот запах принадлежал мутной дымке, заполняющей просторную комнату, куда они вышли, едва закончились ступеньки, ведущие вниз. В факелах на черных стенах танцевало фиолетово-зеленое пламя. Тени и символы вуду встретили их и тут, вместе с хозяином владений: черная кожа, поверх нее белый рисунок скелета, высокая шляпа цилиндр, украшенная перьями и черепами, чёрно-белый фрак, пустой белок глаз без зрачков и радужного контура. Он сидел на кресле, напоминающим трон, и курил сигару, а к его ногам ластились полуголые девицы. Стоило ему заметить Хаска и Розу, махнул рукой, и любовницы покорно исчезли с тенями. — Так-так, ко мне редко приходят без приглашения, — в насмехающейся манере произнес Самеди, покидая свой трон, который исчез во тьме, следом за развлекающими его до их появления дамами. — Пришли за сделкой? — прошёлся похотливым взглядом по бёдрам грешницы. — Девчонка да, а ты можешь гулять, котик. — Мы здесь за душой Аластора, — взяла слово Розмари. — И хотелось бы решить все полюбовно, забрать и уйти. — А иначе? — расхохотался барон. — Прибегни к радикальным методам переговоров, — Хаск наполнил силой колоду карт. — Наивные и храбрые, — хозяин склепа щёлкнул пальцами, из тьмы заиграли барабаны. — Давно я не пополнял свою коллекцию душ. Сначала вы, а потом займусь непокорным мальчишкой. У меня руки давно чешутся его придушить. Краем глаза девушка отметила, кот демон скривился, взгляд помутнел. «Это то, о чем говорил Аластор, он влияет на его сознание. Барабаны!» — догадалась грешница, извлекая меч из ножен. Она бы и не обратила внимание, для нее в пространстве звучал лишь пугающий ритмичный стук. — Не работает? — удивился Самеди, с интересом рассматривая девчонку перед собой, принявшую боевую стойку. — Очевидно твой разум намного крепче, — звук усилился, но эффекта не возымел, поразив демона. — Похоже к моим теням присоединится интересная душа. Митчелл понимала, нельзя медлить, видела, Хаск с трудом держался на ногах. Кинулась с оружием на противника, но дорогу ей перегородила стена из живых скелетов, набросившихся на нее. Замедлила время вокруг, сверкая вспышками между солдатами демона. Остановилась, усыпав пол костями, однако те зашевелились и собрались вновь, некоторые слились в единое существо, становясь крупнее, на одном теле появилось две головы, другие части играли роль оружия. Отбила новую волну, в этот раз максимально дробя противников. Рядом промелькнуло несколько заряженных карт, Хаск смог взять себя в руки, но барабаны все равно продолжали давить на него. Она переглянулись с другом, пока противник восстанавливался вновь. Не первая совместная драка, долгие годы дружбы, бывший оверлорд понял грешницу без слов, кивнул. Перебарывая себя, потратил максимально сил, вкладывая энергию в колоду. Со скоростью пулеметных снарядов, множество вееров разных мастей закружили в пространстве, рассекая кости, как лезвия. Хаск на несколько мгновений создал просвет к Самеди, и Роза воспользовалась им. Вспышка. Она около врага, отступившего на шаг, однако лезвие задело плечо. На каменный пол упало несколько капель черной крови. — Шустрая, малышка, — шикнул, выдохнул в лицо девушки дым от сигары. Закашляв, отступила. Упустила момент, когда в руке барона сверкнул костяной нож. Реакция выработанная годами на «мучильне», когда ты не знаешь с какой стороны прилетит удар и кто его нанесет, спасла. Острый кончик ножа оцарапал лишь край корсета. Раздалось шипение, взгляд упал к ногам, пол оказался услан змея. — Проклятье! — услышала ругательства Хаска, оказавшегося так же посреди логова гадов. «Это не настоящие! — догадалась Розмари, когда ощутила холодное скользкое тельце. В детстве ей доводилось потрогать змею, когда они ходили в террариум, не смотря на общее предубеждение, кожа этого животного была гладкой и приятной на ощупь. Подсказкой вновь стали слова Аластора об иллюзиях. — Он видит через них, научен горьким опытом отличать реальность от обмана зрения. Смогу ли я?» Прикрыла глаза. Глубокий вдох, как во время медитаций. Выдох. Разум стоит держать в узде. Посмотрела вновь, пол был чист. Усмехнувшись, взглянула в белки глаз Самеди. — Ещё трюки остались? — спросила с издёвкой, крепко упираясь ступнями в каменную поверхность для сильного рывка. — Давно мне не приходилось выходить на поклон лично, — нож из кости в его рука стал длиннее, напоминая шпагу. — Пора размяться, засиделся. Барон был быстр и силен, шел тараном, нападая на Розмари, которую превосходил и в росте, и в крупности телосложения. Грешница затанцевала, уходя от ударов. Ее стиль боя подразумевал лёгкость, строился на уклонениях, ибо она по меркам Ада была слишком мелкой, в силовой схватке у нее не имелось шансов. Нужен один точный удар. — Неплохо, — усмехнулся демон, — интересно взглянуть на того, кто научил тебя драться. Крутишься как волчок. — Для этого вам необходимо меня одолеть, — в удобный момент смогла атаковать, но ее меч парировали, вынудив сделать шаг назад. — Люблю дерзких, — провел черным языком по окрашенным в белую краску губам, — однако, пока мы тут с тобой флиртуем, у твоего друга неприятности. В пылу сражений Розмари забыла о Хаске, тот пытался добраться до девушки, но ему мешали вновь и вновь восстанавливающийся марионетки барона. Не они его сломили, иллюзию полностью овладели бывшим оверлордом, и скелеты схватили тело, таща кота к зелено-фиолетовому огню. — Скоро он присоединится к вечной пляске теней, — повеселился Самеди, нанося удар. В пируэте Роза уклонилась от атаки и бросилась на выручку. Перед ней появились скелеты, а пламя загорелось ярче. Барабаны и шепот душ слились в единую какофонию звуков. «Вода вряд ли потушит этот огонь», — подумала грешница, снося ожившие кости. Это было не настоящее пламя, а проявление силы демона, на которое можно ответить лишь чарами, а не навыками фехтования. — Кармила, ну хватит ругаться, всего лишь какой-то сарай! — топнула ногой Митчелл, которая, разозлившись из-за неудач на тренировке, выпустила силу и сожгла золотым пламенем постройку во дворе женщины. — Вы в нем хранила всякий хлам! — Медитировать, марш! — указала на дверь Кармайн, и стоило взбешённой девочке оставить ее, выдохнула. Сила передавшаяся с кровью отца порой давала о себе знать, но Розмари не понимая природы своего дара, часто теряла контроль, и все завершалось длительными медитациями. Сейчас было лучше, взрывалась Митчелл редко, однако порой Кармиле приходилось ее подавлять и экранировать, чтобы та не навредила себе и окружающим. Плюс к этому столь огромная энергия могла вызвать вопросы, а хозяйка «топора войны» старательно оберегала секрет короля. Обучала Розу держать себя в узде и пользоваться отработанными до совершенства навыками. «Кровь старшего серафима должна рано или поздно проявить себя», — с грустью подумала женщина, не желая для своей подопечной судьбы принцессы, в которой она может оказаться размерной монетой. Снимая замки, так долго сдерживающие ее, Розмари чувствовала силу, заполняющую тело, щекочущую кончики пальцев. Эйфория примешалась к страху утратить контроль, но выбора не было, друг в беде. Фиолетово-зеленое пламя взвилось к потолку, шипя как раненый зверь, а после его цвет изменился на золотой. Силы грешницы вытеснили чужеродную магию. Огонь раскрыл пасть, поглощая скелетов и окружая кольцом Самеди. — Не может быть, — прошептал барон, задыхаясь в дыму, стараясь держаться ближе к середине, но жар лизнул кожу, оставляя ожег. — Холера. Из тени появился Аластор, резко поднял на ноги Хаска, вручая ему цепь из ангельской стали. Его подчинённый освободился от власти иллюзий. — Свяжи его, как только будет шанс, — отдал приказ Радио демона, приблизившись к грешнице. — Роза, убери огонь и оставь лишь кольцо, иначе спалишь и нас, и весь круг Похоти, — произнес спокойно, оказываясь подле напуганной девушки, беря ее за руки. — Я не могу, — голос дрогнул. — Нет, у тебя получится, — обошел со спины. Одна его ладонь легла на живот, другая прикрыла глаза. — Это же твои силы, они слушаются тебя, сосредоточься на них, дыши, — прошептал над ухом. — Умница, — огонь отступал. — Визуализируй все, не отпускай, — продолжил наставлять, одновременно экранируя ее для общей безопасности. Убрал свои руки и отступил, победоносно глянув на заключённого в ловушку Самеди. — Роза, дай Хаску зайти, — Аластор кивнул коту, легко преодолевшему огонь. Тот сковал мужчину и быстро вернулся к подруге. — Ты как? — спросил бывший оверлорд у Митчелл. — На удивление хорошо, — она слабо улыбнулся. — Немного мутит от переизбытка энергии, но приятно ощущать себя без ограничителей. — Мы ещё не закончили, — заметил демон. — Роза, Хаск, выйдете. Можешь полностью убрать огонь, в цепях он бессилен. — Разве ты не планировал его убить, чтобы освободиться? — спросил кот. — Мы сумеем договориться с ним, — хмыкнул Радио демон. — Все козыри в моих руках. — Предпочту поскорее убраться с этого склепа, — сказал бывший оверлорд, с неприязнью осматривая пространство. Грешница заметила, его потряхивало. Кошмары подкосили разум. «Хаск пробыл в них недолго, а ему очевидно паршиво, — задумалась Розмари. — А ты жил в иллюзиях семь лет. Как сумел сохранить разум?» — с тревогой посмотрела на Аластора. Демон дождался, пока они уйдут, и после призвал тень, из которой появилась женщина, скованная такими же цепями, как и Самеди. Она вполне могла сойти за сестру барона со своей черной кожей, темными волосами, сплетёнными в мелкие косички, белым рисунком на теле, лишь карие глаза отличали ее от мужчины. — Попросил их уйти, чтобы не видели твоей подлости? — хмыкнул барон Суббота, посмотрев на испуганную супругу. — Они предпочитают играть по правилам, но с тобой это не работает, — ударил тростью микрофоном об каменный пол. — Сожалею Бриджит, что пришлось поступить с вами столь грубо, но у вашего мужа не так много слабостей, за которые можно зацепиться. Кровь старшего серафима и вы, первая человеческая душа, к которой он настолько привязался, что наградил силами за даром и сделал своей женой, — ликующи взглянул на владельца души. — Я не тратил время в пустую, собирал информацию, чтобы вернуть свое, — подошёл к связанному демону. — Стоило добавить в раздел о неприкосновенности ее, иначе это становится слишком очевидной лазейкой в нашем контракте. — Отпусти нас, я верну твою душу, — сдался Самеди, который не мог рисковать любимой. — Не так быстро, — покачал пальцем, достал составленный договор. — Я прекрасно понимаю, стоит мне вернуть свободу и я труп, как и мои подчинённые, к тому же из-за разрыва сделки потеряю силы, дарованные тобой. Поэтому мы сделаем небольшую рокировку в наших взаимоотношениях. — Планируешь забрать мою душу? — усмехнулся. — Ее смерть или твоя душа, выбирай? — равнодушно произнес Радио демон. — Согласен, — признал поражение, и между ними вспыхнули символы вуду. — Жадность многих сгубила, мальчик. Тебя не монеты интересуют и власть, а хаос, ты жаждешь обладать большей силой, в этом твоя погибель, — сказав последние слова, обратился тенью, перетекая к Аластору. В кругу Похоти они пробыли недолго, портал открылся в том же месте в четко назначенный час. Розмари многозначительно взглянула на Аластора. «Ты время боя просчитал?» — мысленно спросила она, следуя за спутниками обратно в Гордыню. Утруждать ходьбой в этот раз своих подопечных, потрёпанных после встречи с Самеди, демон не стал. Через тени переместил их к порогу отеля, дал наставление, молчать под страхом смерти о событиях сегодняшнего утра. К месту своего обитания они пришли, когда часы ещё не показывали полдень. — Выглядите так, будто прошли войну, — подметил Энджел, увидев своего парня и его подругу. Роза хмуро взглянула на паучка, понимая, трудно будет объяснить появление в таком виде. После перевела взор на оверлорда, осознавая, тот не намерен им помогать выкручиваться, хотя это в его интересах. — Потом, Эн, мне сейчас нужно выпить, много выпить, — поёжившись, Хаск пошел к бару, очевидно ему необходимо стереть из воспоминаний кошмары, насланные бароном. — Роза, у тебя все хорошо? — вопрос Люцифера прозвучал обеспокоено. Он подошёл к ней, хотел коснуться руки, но она отстранилась. — Нормально, — шикнула. И вновь король вел себя как будто ему не плевать на нее, уже бесило, ибо она абсолютно перестала понимать его мотивы. Не верила, что дело лишь в Кармиле. — Ох, как вы сегодня будете заниматься? — Чарли похоже состояние обитателей беспокоило меньше пропущенного собрания. — Где были? «Вот честно, сейчас бы сон и горячий душ, а не это все. Не хочу рисовать, складывать оригами или заниматься чем-то ещё в этом кружке сумасбродства», — устало подумала Розмари, пытаясь понять, как избежать сегодняшних страданий, на которые у нее не было сил ни моральных, ни физических. — Прости, дорогая, — Аластор наконец-то вмешался. — Сегодня Роза нужна мне. Прошу простить за нарушение твоих планов, но я ее забираю, — обнял грешницу за талию и унес на верхние этажи отеля, не позволяя кому-то помешать ему. Розмари хотела спросить, с чего вдруг проявил заботу о ее душевном состоянии, однако все слова растворились в пылком поцелуи. Они стояли посреди его комнаты, когтистые пальцы крепко сжимали лицо, не позволяя улизнуть, а посторонний язык скользнул между губами. Когда демон оторвался, грешница увидела счастливый блеск в его глаза, да и жест мужчины был излишни горячим и порывистым, обычно он выражал власть даже в том, что по определению должно показывать любовь и страсть. Этот поцелуй прозвучал как благодарность, а блестящий взор счастье от полученной свободы. «Те кто называют его снобам и сухарем не видели, как он умеет радоваться», — с пробившейся через усталость улыбкой подумала Роза, перебирая между пальцами красные волосы. — Ещё что-то хочешь от меня на сегодня? — лукаво спросила, хотя у самой не было сейчас никаких мечтаний, кроме как о горячей ванне. — Да, одно маленькое поручение, — очертил контуры лица. — Отдохни, ты заслужила. Завтра продолжишь участвовать в великой затее нашей венценосной особы по спасению душ. — Ого, как милостиво с твоей стороны, — язвительно сказала Роза. — Не собираешься покинуть отель? Почему остаёшься? Твоя душа свободна. Чарли не нужна, у тебя ведь была цель натаскать её для боя с Самеди? — череда вопросов вызвали смешок у Радио демона. — Нет смысла дразнить Люцифера мной, ведь он больше не помеха твоим планам. — Где заканчивается одна история, начинается новая, — рассмеялся Аластор. — Мои планы идут намного дальше, но рад знать, что ты настолько наблюдательна и умеешь складывать детали, — коснулся губами лба девушки. — Нас ждут великие дела, принцесса. — Меня это пугает, — отстранилась. — Не люблю интриги. И с каких пор решил привязать ко мне прозвище «принцесса»? — Разве не ты обижалась, когда я говорил «Ласочка»? — в игривом жесте склонил голову на бок. — Потому что для тебя это очередной способ поиздеваться, — сложила руки на груди. — Солидарна с Хаском, продолжишь играть с королем и долго не продлится твоя загробная жизнь. — Острая приправа к основному блюду, без риска нельзя ничего добиться, — хмыкнул. — Я отдал распоряжение отдыхать. Иди и не забивай голову глупостями, на это у тебя будет время. — Раз уж меня отпустил, то и Хаску дай вольную на этот день, он как бы в отличие от тебя тоже дрался, — направилась к выходу из комнаты. — Всегда помнишь о друзьях, — забота о ворчливом бармене насмешила. — Без этого у меня бы их не было. Тень Радио демона щедро подлила в стакан хозяина алкоголь, пока тот сидел за баром в отеле и слушал джаз из старого приемника, занявшего место рядом. Настроение великолепное, впервые за долгое время демону удалось расслабиться без шума в голове и ментального сопротивления Самеди. Рана на груди затянулась, стоило освободиться от власти древнего Лоа. Чувствовать изобилие сил приятно, знать, что можешь получить больше и стать мастерским кукловодом, притягательно. — А теперь говори правду, куда втянул мою дочь? — стул рядом занял до чёртиков злой Люцифер, который беспокоился о Розмари, не показывающейся на глаза весь день. — Я чувствую, как выросла твоя сила. — Предполагайте, отнял у нее, узнав о происхождении? — усмехнулся, отпив из стакана. — Сделал бы это сразу, коль нуждался, а не затянул на месяцы. Недооцениваете вы Розу, она бы без боя мне ничего не отдала, да и я не стал. — Скорее поверю в то, что Энджел решил стать монахам, чем в чистоту твоих намерений, — зло процедил сквозь зубы правитель. — Мне она нравится, как женщина, — сделал признание Аластор, — и нравилась до открытия мной «ужасной» правды, — глаза Морнингстар полыхнули огнем. — Думайте, каждому позволяю говорить со мной в подобной манере? Нет, Роза исключение. Роль ревнивого папочки тут неуместна. Кто по-вашему слушал ее капризы, подставлял плечо в те моменты, когда ей было необходимо поплакать? Не со всем она шла к назначенному вами опекуну, есть вещи, которые от родителей скрывают. Я слушал все, включая то, как она боится своих сил. Из-за непонимания природы их происхождения теряет контроль, вы знали об этом? Ее часто приходилось экранировать в моменты эмоционального срыва, чтобы не навредила себе и другим, — данная новость являлась сюрпризом для Люцифера, поскольку из-за попыток держаться от Розмари подальше, он мало спрашивал о ней, избегая соблазна увидеть и забрать. — Ты такой знаток всего и вся, — раздражённо цокнул языком Морнингстар. — Да, мне мало известно о своей дочери, но отстранился ради ее благо, чтобы ни один стервятник, наподобие тебя, не навредил ей, — взгляд короля обещал смерть. — И все же ты ужом вьешься около моих девочек. От всех гиен не смог скрыть. — Ирония в том, что я появился в жизни ваших дочерей и был рядом с ними, когда их бросил «любящий» отец, — посмеялся с высказывания Аластор, жестом отдавая распоряжение тени налить выпивку своему собеседнику. — Не дышите огнем, в Аду и без этого жарко. С Розой могу ещё понять, хотя не вижу причин вас оправдывать. А Чарли? Лилит не подпускала к ней? Семь лет прошло, достаточно, дабы наладить контакт, но вам понадобилось мое присутствие рядом, чтобы вспомнить о том, что значит слово «отец», — поднялся со стула, наблюдая за реакцией падшего. Держался тот хорошо, но демон знал, сейчас танцует на болевых точках, истязает морально истиной. — Чарли простила, приняла. Ей легко, она знает кем является, так или иначе любит вас, ведь вы присутствовали какой-то отрезок времени в ее жизни. Чего вы хотите от Розы? Правда причинит лишь страдания, поэтому пока молчу. Ждёте, что взросла девушка с устоявшимися жизненными позициями примет вас? Глупый, я ей всегда буду ближе, — Люцифер быстро подорвался с места, схватил за грудки и потянул на себя, позабавив противника этой словесной дуэли. — Примет или нет, решит сама, если правда выйдет наружу, — прошипел, приближаясь лицом к демону. — Но будешь много болтать, не узнаешь об этом. Я же вижу тебя насквозь, паршивец. Хочешь использовать мою дочь против меня, подобраться к трону Ада, но где залез, там и слезешь, ибо не забывай, я сильнейшее существо в этой яме, и ты жив, пока полезен отелю и девочкам. — Милая угроза, но на меня не работает, — скинул руки короля с себя, с принибрижением стерев следы прикосновений. — Чего я хочу, вам неведомо, но спасибо за идею насчёт трона, — отступил. — Не напивайтесь сильно, алкоголь плохо сочетается с лекарствами, употребляемыми вами, дабы сохранить моральные силы, — рассмеялся, скрываясь во тьме. — И про это гадёныш пронюхал, — усмехнулся горько, зарываясь пальцам в золотых волосах. — Что делать?