Умру за тебя... но отчёты - это слишком.

Колетт ненавидела бумажную работу. Ну, может, не ненавидела, но… да, скорее всего, ненавидела. Она сидела над стопкой отчётов, которые совершенно не хотели складываться в логическую картину: — Что за…? Как это вообще считать?! Она перечитывала одни и те же строки, но цифры будто прыгали перед глазами. Спустя два часа страданий, она поняла – всё. Хватит.

***

СКЛАД. Эдгар стоял по пояс в коробках, раздражённо что-то бурча себе под нос. Как только он увидел Колетт, его глаза сузились: — Нет... Она даже рта не успела открыть: — Но... — Нет. Колетт надулась: — Ты даже не знаешь, зачем я пришла! — Знаю. Ты пришла мучить меня. Она закатила глаза: — Мне нужна помощь с отчётами! Эдгар замер. И очень медленно перевёл взгляд на неё: — С… отчётами? Она закивала: — Я уже пыталась сама, но… они против меня! — Против тебя весь мир. — Эдгааар… – Колетт протянула его имя, делая жалобный взгляд. Он напрягся: — Нет. Я занят. — Ты всегда занят. — Вот именно. Она подошла ближе: — Ну, пожаалуйста! — Нет. — Эдгааар… — Нет! Она набрала в грудь воздуха: — Тогда я начну разбирать эти коробки и всё перепутаю! Он замер. Медленно повернулся: — Ты не посмеешь. Колетт ухмыльнулась: — Ах, да? Она уже протянула руку к коробке, но Эдгар в панике перехватил её запястье: — Ладно! Ладно! Я помогу! Только не трогай — Спасибо! Эдгар устало пошагал: — Я продал душу.

***

СПУСТЯ ДВА ЧАСА Колетт удивлённо моргнула: — Это так работает? Эдгар, сидя рядом, устало потер висок: — Да. Это так работает. Он тяжело вздохнул: — Напомни, почему я это делаю? Колетт хитро улыбнулась Наклонилась к нему… и быстро чмокнула его в щёку: — Потому что ты меня любишь.) Эдгар замер. Прямо на месте. Он смотрел в одну точку, пока Колетт собирала бумаги. Через несколько секунд она заметила его неестественную тишину: — Эдгар? Он не ответил. Просто сидел. Покраснев. Совсем чуть-чуть, но она заметила. Колетт тихо хихикнула: — Ты растааааял)... Эдгар резко встал, натягивая капюшон своего черного худи, чтобы спрятать лицо: — Я ухожу. — Но отчёты... — Всё, что было в моей власти, я сделал. Колетт рассмеялась. Он был романтиком. Просто не признавал этого. Но теперь она знала, что может заставить его краснеть. И, честно говоря… Это было прекрасно.