Часть 23

Солнечное утро окутало деревню мягким светом. После недавних битв жизнь в бейлике словно выдохнула — над горами витала тишина, прерываемая лишь звонким смехом детей и скрипом колёс у повозок. В центре деревни, возле колодца, уже собирались люди — кто-то торговал, кто-то стирал бельё, кто-то просто сидел на лавке и грелся на солнце. Среди этого мира — шёл сам Осман Бей. На его плечах, будто на троне, сидел маленький Мустафа, сын Амиры и внук Османа. Мальчику не было ещё и года, но он уже крепко держался за папаху деда, гордо оглядывая деревню сверху вниз, как маленький султан. — вот он будущий воин племени Каыи — провозгласил Осман, проходя мимо лавки с фруктами. — ух ты, как высоко — восторженно выдохнул один из мальчишек. — и крепко сидит прямо как его мама — хмыкнула пожилая женщина, протирая руки от муки — а глянь, какие глаза точно как у Алаэддина Осман подошёл к центру площади и остановился. Сбоку к нему уже спешила Бала Хатун, с повязкой на голове и корзиной в руках. Увидев, что её внук сияет от счастья, она скрестила руки на груди и строго, но с любовью, сказала. — Осман я же сказала, что сегодня моя очередь держать Мустафу — сегодня — приподнял бровь Осман, оборачиваясь — мы так не договаривались я просто решил показать внуку, как живёт его народ это обучение мужское воспитание — воспитание на плечах — Бала прищурилась — не смей спорить, ты и так всё утро с ним теперь моя очередь — если хочешь попробуй уговорить его самого — спокойно ответил Осман, погладив ножку внука — Мустафа, скажи, ты хочешь к бабушке Мустафа молча зажался крепче за его голову. Народ засмеялся. — ха видишь — победно сказал Осман — он знает, что дед это значит приключения ты бы видела, как он на всадника смотрел прямо тянулся к мечу — к мечу ему ещё даже зубы не все прорезались — фыркнула Бала. — а ты думаешь, я в детстве не тянулся к оружию — усмехнулся Осман — воспитание начинается с глаз, потом с сердца, а потом с меча — хватит философствовать, Осман Бей — сказала Бала и хитро добавила — посмотрим, что он скажет, когда я достану мед Мустафа, до того державшийся уверенно, вдруг заинтересованно наклонился вперёд. — видишь он мой — улыбнулась Бала и протянула руки. Осман покачал головой, осторожно передавая внука. — хитрость оружие бабушек запомню на будущее Бала прижала Мустафу к себе, а он тут же схватился за её платок и засмеялся. Народ снова зааплодировал, кто-то крикнул. — пусть этот малыш будет таким же храбрым, как Амира и Алаэддин — или как Осман Бей — добавил старейшина. — или как его бабушка — строго заметила Бала, а все тут же засмеялись. Мустафа, довольный вниманием, снова потянулся вперёд, к деду. Но Осман покачал головой. — всё, теперь твоя очередь, Бала держи его до вечера я пойду, поговорю с воинами — муж Балы сложил руки за спину. — до вечера — переспросила Бала — нет уж, я посижу с ним до обеда, потом он снова твой — до вечера — повторил Осман. — до обеда — протестовала главная Хатун. — до вечерней молитвы — главный Бей начал торговаться. — до полдника — громко крикнула Бала и на етом ппор закончился. Мустафа смеялся громче всех. А народ шёл мимо, с улыбками, глядя на эту мирную, добрую сцену. Их вождь — был не только великим полководцем, но и любящим дедом. А это значило: в этом бейлике царит не только сила, но и тепло. В тенистом дворе бейлика стоял легкий шум — молодые девушки из деревни собирались на тренировку по боевым искусствам. Руководила ими сама Амира — сильная, решительная, с огнём в глазах, который заставлял даже самых робких почувствовать уверенность. Она показывала правильные стойки, как держать меч, как уклоняться от удара. В стороне, чуть в тени, стоял Алаэддин. Его взгляд был прикован только к Амире. Он восхищался каждым её движением — как плавно она переходит с удара на защиту, как легко увернулась от взмаха деревянного меча соперницы и сама ловко нанесла точный удар по воображаемому противнику. Осман Бей, подходя к ним, заметил пристальный взгляд сына и не удержался от шутки. — Алаэддин — громко позвал он, прихрамывая на одной ноге после утренней тренировки — сынок, тебе что, уроки от Амиры важнее моих советов или меч у неё острее Алаэддин мгновенно отвернулся, пытаясь скрыть улыбку. — отец, я слушаю вас, конечно — попытался он быть серьёзным, но глаза его всё равно невольно возвращались к Амире. — эх, мальчик — покачал головой Осман — когда будешь таким же сильным и быстрым, как Амира, тогда и поговорим Амира, заметив эту сцену, рассмеялась и подошла к Алаэддину: — не волнуйся, я не укушу — сказала она с лёгкой насмешкой — но если не будешь внимательнее, можешь получить по голове от меча от моего меча — как я могу сосредоточиться, когда ты так красиво сражаешься — тихо ответил Алаэддин, глядя в её глаза. Осман усмехнулся и махнул рукой. — вот и всё ясно у меня, кажется, появился соперник — главный Бей шутливо задумался. — соперник — удивлённо переспросила Амира. — да — хмыкнул Осман — если сын больше смотрит на тебя, чем на меня, значит ты побеждаешь его не только на поле боя Алаэддин покраснел, а Амира ласково улыбнулась. — тогда пусть так и будет — тихо сказала она — ведь в бою и в жизни важна поддержка Осман вдруг широко улыбнулся и с дружеским похлопыванием по плечу сказал Алаэддину. — ладно, сын, возвращайся к тренировкам а я посмотрю, как мои девчонки здесь учатся может, и мне пару приёмов подскажут — все рассмеялись, а Алаэддин, наконец, сконцентрировался на своёй тренировке но взгляд его всё равно время от времени возвращался к Амире. Тёплый майский день начинал спадать к вечеру, когда семья Османа Бея собралась на обед во дворе. Вокруг стоял лёгкий аромат свежего хлеба, тушёного ягнёнка и травяного чая с мятой. На деревянном столе уже лежали блюда с рисом, овощами и фруктами. Осман Бей стоял у стола, держа на руках своего первого внука Мустафу. Малыш с любопытством глядел по сторонам, иногда протягивая ручки в сторону папы. — вот кто станет будущим воином — гордо говорил Осман, поднимая малыша на плечи и аккуратно прижимая к себе — посмотри, Мустафа, как держит тебя твой дед Бала Хатун стояла рядом, усмехаясь. — ну, я держала его меньше вчера дай хоть немного больше времени сегодня — попросила Бала — ах, моя Бала Хатун — засмеялся Осман — я не дам тебе соревноваться, пока Мустафа не скажет, кто из нас главный Вдруг Осман аккуратно поставил Мустафу на стол — малыш слегка пошатывался, но крепко держался на ногах. — вот кто будет держать меч Кайи — с гордостью в голосе произнёс Осман, улыбаясь всем. Все вокруг улыбнулись и зааплодировали, а малыш широко распахнул глаза от удивления и радости. Орхан, держа на руках шестимесячного Мурада, подходил к столу и улыбнулся. — маленький Шехзаде Мурад пока ещё слишком мал, но он скоро догонит старшего брата — Холофира Хатун которая беседовала с амирой подошла, мягко улыбнулась и положила руку на плечо мужа. — пусть растут здоровыми и сильными, как наши предки — Холофира нежно смотрела на свою семью. Алаэддин, сидя рядом с Амирой, невольно улыбался, наблюдая за сценой. — вот почему ты не слушаешь меня, Алаэддин — бурчал Осман — всё время смотришь на Амиру, а не на меня — отец — Алаэддин слегка покраснел — я просто учусь у лучшей она сильнее и мудрее, чем многие из нас Бала подала Амире тарелку с тушёным мясом и мягко сказала. — ешь побольше, доченька тебе нужна сила для маленького воина и мужа — Амира взяла ложку и ответила с благодарностью. — Спасибо, мама Бала ваша забота даёт мне силы — всё хорошо, отец — спросил Орхан передавая сына в руки матери, улыбаясь. — хорошо, сынок просто счастлив видеть всех вместе — Мустафа заплакал, потянув ручки к Амире. — мой маленький воин скучает по маме — улыбнулась Амира и взяла сына на рукино он недолго побывал с ней и поже уже был на руках отца. — вот и я — пошутил Орхан — иногда думаю, что дети наших воинов — самые смелые из всех — верно — согласилась Бала, накрывая Амиру своим тёплым платком — ты выглядишь усталой, Амира отдохни Амира присела рядом, и Бала ласково положила её голову себе на колени. — Алаэддин — сказала она с улыбкой — тебе стоит иногда уделять ей больше внимания, чем войнам и тренировкам Алаэддин сделал вид, что обижается, и в шутку проворчал. — не обижайся, мама, но я и так ревную Все засмеялись. В это время Орхан смотря на эту сцену, решил пошутить. — ну что, Алаэддин, похоже, у тебя соперник — да уж — ответил тот — и он старше меня — будете соревноваться, кто больше любви подарит Амире — улыбнулся Орхан. Когда солнце стало садиться, и вечерний холод начал подкрадываться, Осман взял на руки Мустафу и Мурада, тихо запел колыбельную. Его голос сначала звучал уверенно, но вскоре он забыл слова. — эй, дедушка — подсказала Бала с улыбкой, — это же не первый раз, когда ты поёшь эту песню попробуй так Осман улыбнулся и, благодарно глядя на Балу, продолжил петь, а остальные слушали в тишине, наполняясь чувством семьи и единства.