«Месть — это блюдо, которое подают холодным».

Последующее утро после поистине Страстной ночи окутывало комнату мягким светом, пробивающимся сквозь полупрозрачные занавески.  Яна Шемаева медленно-медленно открыла глаза, ощущая тепло, исходящее от человека рядом.  Даниил Лещинский, крепко спящий, выглядел прямо сейчас так спокойно, что она жаждала запомнить этот момент на веки вечные.  Воспоминания о ночи, полной нежности и Любви, в эту самую секунду, просто-напросто накатывали бурной волной. Яна вспомнила, как его разгорячённые губы касались её кожи, как он, во время страстного процесса, пылко шептал ей именно те слова, которые заставляли в одночасье сердце биться быстрее… Она осторожно встала с постели, стараясь не разбудить Даниила. На кухне её встретил аромат свежезаваренного кофе, который она приготовила сама. Яна наливала себе чашку горячего напитка, наслаждаясь тишиной и спокойствием утра. В голове всё ещё звучали его слова, полные обещаний и надежд. Вернувшись в спальню, она села на край кровати и наблюдала за спящим Даниилом. Его волосы были растрепаны, а на губах играла лёгкая улыбка. Яна не могла не улыбнуться в ответ. В этот момент она поняла, что эта ночь стала для них чем-то большим, чем простецкой мимолётной встречей «на одну ночь».  Даниил плавно разлепил свои красивые очи и, увидев Даму собственного Сердца, улыбнулся ещё шире.  — Доброе утро, — произнёс он с лёгким хрипом в голосе.  Яна Шемаева лишь безмолвно улыбнулась в ответ, и в этот миг они оба поняли, что это утро — лишь прелюдия к новым приключениям, которые ждут их впереди. Яна почувствовала, как внутри неё разливается тепло, когда Даниил потянулся, словно пробуждаясь от долгого сна. Его движения были плавными и грациозными, и она не могла отвести от него взгляда. В этот момент ей казалось, что весь мир сжался до размеров этой комнаты, наполненной утренним светом и их общими мечтами. — Как ты себя чувствуешь? — спросила она, стараясь скрыть волнение в голосе. Вопрос был простым, но за ним скрывалось множество эмоций и надежд. — Лучше не бывает, — ответил он, приподнимаясь на локте и смотря на неё с искренним интересом и обожанием.  — Ты знаешь, я никогда не думал, что утро может быть таким... таким действительно Волшебным. Яна улыбнулась. Она вспомнила, как долго искала что-то подобное — не просто физическую близость, а настоящую Связь, которая могла бы объединить их Души. Конкретно сейчас она полноценно поняла, что Даниил стал для неё чем-то большим, чем просто другом или знакомым. — Может, нам стоит что-то приготовить на завтрак? — предложила она, вставая с кровати и направляясь к кухне. — Я могу сделать омлет, а ты можешь заняться кофе Яна улыбнулась, чувствуя, как в ней разгорается желание сделать этот момент особенным. Она представила, как они вместе готовят завтрак, смеются и обсуждают планы на день. Это было не просто утро, а начало новой главы в их жизни, и она хотела, чтобы оно запомнилось. На кухне, пока сковорода разогревалась, она задумалась о том, как быстро всё изменилось. Ещё совсем недавно они были просто знакомыми, по сути, соперниками по сцене, которые действительно не особо жаловали друг друга, а теперь между ними возникла такая глубокая Душевная Связь, что казалось, будто они знали друг друга всю Жизнь.  Украинка разбила яйца в миску, добавила немного молока и приправ, и, взбивая смесь, почувствовала, как её Душа сейчас согревается Изнутри. Каждое движение девушки было наполнено нескрываемой радостью и ожиданием. Яна знала, что этот завтрак станет символом их нового начала, и она хотела, чтобы он был просто-напросто идеальным. Когда омлет был совсем готов, она аккуратно выложила его на тарелку и вернулась в спальню.  Даниил уже сидел на краю кровати, потирая глаза и пытаясь окончательно проснуться. Его взгляд, встретивший Шемаеву, был полон нежности и удивления, словно он не мог поверить, что это утро действительно происходит. — Ух ты, — произнёс он, глядя на пышный омлет, — ты настоящая Волшебница. Яна почувствовала, как щёки её слегка заливаются румянцем от данного комплимента.  Она поставила тарелку перед ним и села рядом, наслаждаясь моментом. Их руки случайно соприкоснулись, и это прикосновение вызвало в ней волну Тепла. — Я просто хотела сделать что-то поистине особенное, — ответила она, улыбаясь. — Это утро Волшебно для нас обоих. Я хотела порадовать тебя. Хоть и обычным простецким блюдом из яиц. Даниил откусил кусочек омлета и закрыл глаза, по-настоящему наслаждаясь вкусом. — Это действительно вкусно, — сказал он, открывая глаза и смотря на неё с восхищением. — Ты знаешь, я никогда не думал, что завтрак может быть таким... романтичным. Яна искренне рассмеялась, её сердце наполнилось радостью. Каждый миг, проведённый вместе, наполнял их счастьем и надеждой на Будущее.  Певица полноценно чувствовала, что данная утренняя идиллия — лишь начало их совместного долгого пути. И, словно прочитав сейчас её мысли, Лещинский совершенно неожиданно произнёс следующее: — Яно. — Да?..  — Ты… Ты только не подумай, что всё, произошедшее сегодняшней ночью ничего не значит. Не значит ничего, абсолютно. Пожалуйста, только не подумай так. Я… Я правда не такой. — Я верю. Даню, я и вправду сейчас верю тебе. — В связи с этим… — робко продолжил вокалист. — В связи с этим, Сонечко, я официально сейчас прошу… твоего Сердца. Я хочу, чтобы твоё Сердце принадлежало лишь мне. Чтобы так было всегда, Яно. Ты… ты согласна стать Моей возлюбленной?.. Я на полном серьёзе сейчас. — Да, — лишь прошептала Яна, и Даниил донельзя ласково притянул певицу к себе…                              *** Когда Даниил Лещинский, наконец-то, переступил порог собственной квартиры, (а время уже полноценно близилось к часу дня), навстречу ему вышел ни кто иной, как брат-близнец. — Даню, ты вконец охренел или как?!.. — морально набросился на Даниила Валентин. — А что такое?.. — спросил парень весьма и весьма ошарашенным тоном. Валентин выдохнул с ощутимым раздражением, однако ссориться с родным братом ему сейчас отнюдь не хотелось.  — Дань. Я понимаю, конечно… Я всё прекрасно понимаю, что ты полноценно потерял голову от своих действительно крышесносных чувств к Шемаевой и всё такое. Я действительно это понимаю. И именно поэтому, заметь, я даже не спросил тебя, не поинтересовался тем, где именно ты ночевал сегодня, потому что лично мне, всё абсолютно ясно и прозрачно. Как белый день. Но. Дань. Вот поверь моему опыту: не всё в этом Мире есть Любовь. Да, настоящая Любовь, несомненно, крайним образом важна, однако существует же ещё сфера карьеры и творчества.  И у нас «Евровидение» на носу, в конце-то концов. Шемаевой явно везёт: она своё уже отработала, непосредственно в прошлом году. Ну а ты то куда сейчас, Даню?.. В омут с головой?.. Ныряешь в Любовь?.. Не время, Дань, абсолютно не время. Ты реально забыл, что нам сегодня — на студию к 15:30? — наконец, завершил свой длинный назидательный монолог Валентин, прожигая собственного брата архи укоризненным взглядом. — Я… Прости. Прости, Валь. Реально прости. Что-то я действительно, похоже, голову совсем потерял. Да. Я помню про сегодняшнюю студию. Тогда я — в душ, и мы быстро собираемся. И Феде позвони ещё.  — В отличие от тебя, порхающего сейчас на своих крыльях Любви, он не забыл, — съязвил Валя и тотчас же расхохотался собственной шутке. — Не смешно, — улыбнулся Даниил в ответ.  — Я, всё же, в душ.  — Да, давай, — коротко кивнул Валентин и направился в гостиную, а Даниил, в свою очередь, в ванную комнату их с братом квартиры.                            *** Ребята из группы «Циферблат», в полном составе прямо сейчас держали путь на такую излюбленную ими студию звукозаписи, абсолютно готовые погрузиться в такой изумительный для всех них Творческий процесс.  Атмосфера была в этот день крайне напряженной, однако, в то же время— Вдохновляющей: музыканты бурно обсуждали новые идеи, делали бесконечные записи и неустанно работали над аранжировками.  Каждый из них был сосредоточен на своей уникальной Задаче, но в воздухе витала некая недосказанность. После долгого и вправду изнурительного  рабочего дня, когда самые-самые последние аккорды были, наконец,  записаны, а последующие идеи —обдуманы, Даниил Лещинский, в абсолютном одиночестве вышел на улицу, чтобы немного «проветриться» и освежить мысли в собственном разуме. Он молниеносно остановился у дверей студии, когда его взгляд упал на ту самую Алису, одиноко и отчуждённо сейчас стоящую неподалеку. Девушка выглядела в это самое мгновение немного растерянной, даже — как-то испуганной, но в то же время, отчего-то-то решительной. Алиса, заметив Даниила, сделала уверенный и твёрдый шаг навстречу.  — Что ты здесь делаешь опять, — чуть ли не прорычал Лещинский сквозь сжатые зубы. — Ну, во-первых, привет, — бесцеремонно произнесла украинка. — Я абсолютно не звал тебя сюда. Уходи.  — Мне нужно с тобой поговорить», — невозмутимо бросила Алиса. — Мне тоже много чего нужно, — в сердцах огрызнулся парень.  Даниил, вспомнив недавние, хоть и лёгкие недоразумения, явно почувствовал, как внутри него прямо сейчас борются весьма противоречивые чувства. «Я хочу полноценно извиниться за всё то, что между нами произошло. Я была сильно не права и не хотела, чтобы это так закончилось», — продолжала Алиса, искренне глядя ему в глаза.  — Ты?.. Извиниться?.. — поинтересовался певец насмешливо. — Скорее, Санта-Барбара закончится раньше, чем ТЫ извинишься. — Даня, я очень сейчас серьёзно. Я правда пришла принести свои искренние извинения. Я не буду больше тебе досаждать своими сообщениями. Я… Я понимаю, что у тебя — своя Жизнь, — прощебетала девушка, и Даниил тотчас же отчего-то явно почувствовал себя донельзя неуютно… Отчего-то сейчас, его «чуйка» подсказывала, шептала, нет — просто кричала парню о том, что: «Даня, здесь что-то НЕ ТО!» Даниил Лещинский совершил в тот момент поистине роковую ошибку: он просто-напросто проигнорировал собственную «чуйку» — свою сильно развитую Интуицию.  А зря. Очень и очень зря… — Ну хорошо, — промолвил, наконец, Даня после продолжительного молчания. — Я действительно сейчас готов принять твои извинения, Алиса. Но. Обещай мне: после этого ты навсегда исчезнешь из моей Жизни и больше в ней никогда-никогда не появишься.  — Обещаю, — произнесла девушка громко и чётко. — Всё. Твои извинения приняты. Ступай, Алиса. — Давай обнимемся? — совершенно неожиданно промолвила украинка. — Чего?..  — Нет, я серьёзно. Давай обнимемся. Ну. Просто, так принято. Примирение, вроде как,— Алиска широко распахнула собственные объятья.  Даниил поджал губы,  однако, совсем не отверг просьбу. — Ну ладно, — согласился певец, и они с Алисой крепко обнялись. Когда уже непосредственно ночью Даниил рассказал Валентину о полноценном примирении с Алиской, тот почему-то сразу очень и очень насторожился: — Извинялась?.. Она?..  — Да, представляешь!.. Я очень рад, на самом деле: одной проблемой меньше! — Погоди ты радоваться, — хмуро сказал Валя. — А чего такое?.. — не понял солист. — Что-то здесь мне явно не нравится, — ощутимо нахмурился Валя. —Да брось. Загоняешься. Всё норм же. — Ну, я очень надеюсь, что я всего лишь загоняюсь, да. — Давай спать? —Да, разумеется.  — Спокойной ночи, — бросил Даниил, коротко зевнув. — Спокойной.  Даниил со счастливым сердцем моментально провалился в размеренный сон, а вот Валентин в эту ночь очень и очень долго не спал: Вале донельзя не давала покоя весьма странная ситуация с Алисой.                              ***  Быстро минула целая неделя. Даниил Лещинский и Яна Шемаева крайне часто виделись друг с другом на квартире украинской певицы, подолгу оставались вдвоём. Да и в целом — в их отношениях царила полнейшая Гармония и в Взаимопонимание.   Стоял обыкновенный, ощутимо прохладный мартовский вечер. Даниил Лещинский, по обыкновению, направлялся к своей Любимейшей Женщине. Он бесшумно открыл дверь её квартиры запасным ключом, который и вручила ему Шемаева однажды и тихонько прошёл в квартиру. Вдруг,  вокалист обомлел: в гостиной, аккурат на диване, сейчас сидела его обожаемая Яна, поджав под себя ноги и… тихонько плакала. Даниил сглотнул, всеми фибрами своей Души предчувствуя неладное и в одночасье приблизился к любимой: — Дорогая. Что… что с тобой?.. В ответ на это Шемаева лишь протянула ему свой айфон, также последней модели и небрежно, казалось бы, даже с какой-то невиданной раньше злостью,  бросила всего лишь короткое: — Читай. Даниил взял переданный ему в руки гаджет. Это был какой-то ролик на YouTube. — Родная моя. Ты опять, что ли, плачешь над всякими котиками? Какая ты у меня сентиментальная, — умилился Даня. — Заголовок читай! — вдруг рявкнула Шемаева. Лещинский с быстротой молнии поднял глаза на заголовок видео. И… в тот момент будто оборвалась его Жизнь. Его целая Жизнь.  «Откровенные сексуальные домогательства ко Мне с реальной попыткой изна*илования от солиста группы «Циферблат» Даниила Лещинского. Все подробности — в этом видео». Даниил кликнул на кнопку воспроизведения и… мгновенно узнал Алису. Ролик был как раз свежий, почти недельной давности. А тем временем, под самим роликом красовалась весьма и весьма внушительная цифра, страшная цифра: 8 млн просмотров. — Зачем… просто зачем ты мне всё это время врал?.. —  вот лишь те слова, которые Яна Шемаева, с навернувшимися на глаза слезами могла  вымолвить в этот самый момент. — Мало того, что ты обратил внимание на другую, так ещё… так ещё и домогался её?.. Серьёзно?.. Сердце Дани мгновенным образом оказалось чуть ли не в собственном горле, руки слегка задрожали, а дыханье сбилось. — Яно… Я сейчас… я сейчас всё объясню!.. Правда!  — сглотнул певец, пребывая прямо сейчас в дичайшем приступе шока и действительной паники. — Поздно, — отрезала вдруг Джерри Хейл, и данное слово поистине прозвучало как Приговор, который, увы, не подлежит даже банальному обжалованию. — Поздно, — повторила украинка чуть тише. — Я не нуждаюсь сейчас ни в одном твоём оправдании. Ни в одном. А знаешь, почему?.. Потому что я всё равно им не поверю. — Сонечко, пожалуйста, выслушай меня! Пожалуйста, дай мне возможность промолвить хоть слово в своё оправдание!.. — Я… — дыханье Яны Шемаевой сбилось точно так же, как и у Даниила, а по щекам совершеннейшем образом внезапно, всё же, хлынули солёные слёзы. — Я и не знала, что ты… Что ты такой. — Яно… — прошептал парень совершенно в отчаянии. — Я ухожу.  — Куда?.. — Лещинский, я от ТЕБЯ ухожу. — Но… — И, да. Не звони мне больше. И не пиши. Вообще, забудь. Забудь, как меня зовут, — Яна Шемаева резким образом поднялась с дивана. Чуть погодя, громко хлопнула входная дверь в квартиру, и Даниил Лещинский остался совершено один. Один на один со своими тяжёлыми, словно свинец мыслями, которые сейчас полноценно сжирали, сжигали несчастного Даню изнутри.