Ледяное отчаяние.

Даниил Лещинский, прямо в эту самую секунду, сидел на краю постели Яны Шемаевой, а если быть совсем уж точным — их постели, где между ними разгоралась настоящая Любовь, глубоко погруженный в собственные тягучие, словно кисель, тяжелейшие мысли и переживания. На самом-то деле, Яна отсутствовала дома уже почти сутки, и Даниил совершеннейшем образом не мог избавиться от чувства всепоглощающей паники и тотального страха за горячо любимую им женщину. Окончательно приняв решение остаться на ночь в её квартире, поскольку завтра ему совсем не нужно было на студию, он надеялся, что девушка всё равно вернётся, и всё это окажется лишь недоразумением и страшным сном из разряда кошмарных.  Парень снял с себя верхнюю одежду и, оставшись в одном нижнем белье, взял со стола зарядку для айфона, которая принадлежала Яне: у них были абсолютно одинаковые модели айфонов, только — в разной цветовой гамме. Даниил поставил свой телефон на зарядку, чтобы быть на связи, если ему кто-то позвонит, и, не заметив, как очень и очень устал, буквально, морально вымотался, вскоре провалился в лёгкую дрёму, в холодной и неприветливой их постели.   Однако, сны к Дане всё не приходили: полноценно ощущалась лишь страшная, поистине жуткая тишина и лёгкое покачивание света от уличных фонарей за окном. Наконец, Лещинский, всё же, забылся каким-то сном, больше похожим на обморочный. На следующее утро Даня рывком проснулся от назойливых лучей Солнца, которые нещадно били ему сейчас прямо в глаза. Он молниеносно потёр веки и, оглядываясь вокруг, осознал, что Яна всё ещё не дома. В груди тотчас же крайне болезненно защемило... Певец тут же вскочил с постели и, нервно перебирая собственные мысли, схватил телефон, который уже полностью зарядился. Лещинский без малейшей тени промедления стремительно открыл приложение Инстаграм. Сейчас его очень и очень интересовал аккаунт Шемаевой а точнее — её последняя публикация в Instagram, которая, как он по-настоящему полагал, могла бы дать ему полноценную «зацепку», намёк о том, где сейчас могла находиться его любимая.  Даня совершенно не обращал внимания на крайне гневные комментарии пользователей Инстаграм, которые сейчас «сыпались» на него бесконечно и отовсюду, буквально из «рога изобилия». Он ведь по-настоящему понимал: Адская машина по дискредитации его доброго имени уже была запущена… На все сто процентов. Но сейчас, такие мелочи действительно не имели для Лещинского ни малейшего значения. Ведь, пропал ЧЕЛОВЕК. И более того, его любимый человек… Певец посмотрел последний пост Яны, который был сделан ровно неделю назад. И да, на который он самолично ставил «лайк». Всё. Больше публикаций в аккаунте Шемаевой на данный момент не было, ровно так же, как не было хоть одной сторис. Даниил нажал на кнопку блокировки собственного айфона, отложил его в сторону и так и замер на месте, всё прислушиваясь к тишине, которая прямо сейчас окутывала квартиру Шемаевой.  В голове крутились мысли о том, что на самом деле могло произойти с Яной.  Память очень «вовремя» подсунула ему их самый последний разговор, когда она выглядела донельзя расстроенной. Как она плакала прямо у него на глазах. Как ей было действительно сильно больно. Как она ушла из квартиры, громко хлопнув дверью, когда он сам ещё пребывал в квартире. «ЗРЯ я тогда САМ ушёл. Какой же я ДУРАК…», — с полнейшим отчаянием в собственной Душе, подумал Даня.  Неужели, она тогда ушла и… И так и не вернулась?.. Неужели, Яна отсутствует дома уже целых два дня?.. Верить в это совсем уж не хотелось. Но разве всё это могло стать полноценной причиной её исчезновения? Разве он, Даниил Лещинский, солист группы «Циферблат», мог САМ стать такой причиной?.. Если это и в самом деле было так: Лещинский был готов поклясться сам себе хоть прямо сейчас: он себя никогда-никогда уже не простит… Даня прямо сейчас силился представить, где же могла быть Яна, но каждый раз, когда он пытался найти ответ, его мысли возвращались к тому, что она могла оказаться в страшнейшей беде… С трудом набрав номер своего брата, поскольку руки его опять принялись трястись, он попытался говорить спокойно, но его голос также предательски дрожал: «Валь, привет. Прости, если я разбудил тебя сейчас. Яна она… она пропала. Валь, совсем пропала… Я не знаю, где она. Я ждал её всю ночь, но она так и не пришла».  В ответ на его слова послышался глубокий вздох и всё, и Даниил почувствовал, как внутри него сызнова нарастает паника. Он не знал, что же ему сейчас делать, и единственным выходом казалось обратиться за помощью к брату-близнецу. «Нужно что-то предпринять», — решил парень, и сызнова молниеносно оделся, не обращая внимания на то, что его одежда была отнюдь не совсем аккуратной. Возможно, он сможет найти хоть какую-то полноценную подсказку, которая и подскажет, где же искать любимую.  В первую очередь — он поедет в места, которые они чаще всего посещали вместе. Но для начала, нужно было вернуться домой. Даниил вышел из подъезда жилого дома, и холодный утренний воздух ударил ему прямо в лицо, заставив по-настоящему вздрогнуть. Он глубоко вдохнул, стараясь успокоить донельзя нервное сердце… Размеренное Киевское небо сейчас было очень и очень красивым, насыщенным голубым и действительно ясным, без единого облачка, однако для Даниила прямо в эти самые мгновенья Мир потерял абсолютно все краски. По пути в голову всё лезли и лезли обрывки воспоминаний о Яне, атаковывали его будто вражеские бомбардировщики: черты её лица, невероятная улыбка, её глаза, полные надежды и мечтаний. Он вспомнил, как они вместе планировали отпуск, как мечтали о будущем...  Даня не мог поверить, что она могла вот так вот просто взять и исчезнуть, как будто её никогда и не было. Не было на этом Свете. Вообще. Лещинский сглотнул: думать конкретно об этом было страшно и… И безумно больно. На улице Даниил сел в первое попавшееся такси и, не раздумывая, поехал к Валентину: вместе уж они точно придумают, что предпринять дальше.  Дорога казалась парню бесконечной, и каждый красный светофор только усиливал его тревогу, которая уже зашкаливала. Он проклинал себя за то, что конкретно тогда не настоял на том, чтобы Яна полноценно поделилась с ним своими переживаниями, чтобы выговорилась, а не уходила. Может, если бы он был более настойчивым, она бы не ушла… Конкретно об Алисе думать сейчас совсем уж не хотелось: Даниил понимал, что, если с Яной действительно что-то случится, это всё равно будет полностью только ЕГО вина. Целиком.  Однако каждая мысль об Алисе Нечистяк, которая, всё же, приходила Дане в голову, вызывала лишь тотальную злость и ярость… Даже местами — безудержный гнев. Однако сейчас. Сейчас нужно думать только о любимой Женщине. И о том, где же, всё-таки, она сейчас может находиться…