Часть 1. Первая встреча

Ли́са прогуливалась по побережью моря мечей в поисках трав. Как она себя убеждала. И не потому что, рядом упал огромный наутилоид из которого веяло странной силой. Нет, конечно, ей было не интересно — почему пожиратели мозгов падают с неба таким чудесным солнечным днем.  Девушка фыркнула, взбираясь на горку, пропуская цветки белладонны и едва не топча воровское лакомство. Она даже не помнила, куда дела корзинку с травами, которые собирала.  Или делала вид, что собирала. Заправив край подола длинной юбки под ремень, Лиса упорно шла сквозь густые заросли, благодаря Хаос, что додумалась надеть хорошие ботинки. Ночью прошел дождь, делая землю рыхлой, а камни скользкими. Девушка не беспокоилась о том, что кто-то может ее увидеть в таком неподобающем виде. Да и к ее чести, было видно всего лишь ноги и бедра. Остальное скрывалось складками многослойной юбки. А льняная рубаха в разводах от сока цветов, и вовсе была почти как у жрицы монастыря. Наконец взобравшись на вершину, Лиса тяжело вздохнула и притаилась за камнями, издали наблюдая за горящим кораблем и несколькими интересными персонажами, которые вели себя как ни в чем небывало, хотя и вылезли из-под завалов.  Жрица Шар и последовательница Ллос. Лиса едва не рассмеялась, широко улыбнулась, обнажая острые клыки. Ей было интересно наблюдать. Смотреть за необычными вещами. А в союзе двух полностью противоположных девиц все было необычным. Особенно их ментальная связь, которую Лиса могла ощутить издалека, но не могла понять, что за этим кроется.  Когда незнакомки скрылись из вида, девушка собиралась спуститься с горки, чтобы пойти следом, но ее отвлёк треск рунного камня. Портал открывался с трудом, рвал саму материю на части и выглядел нестабильно. Сжимался и распускаться подобно цветку. Проходить через такой было опасно, он мог убить, схлопнуть, и никто не найдет тело проходящего.  По ту сторону портала послышались крики. Очевидно, мужчина, звал на помощь, даже не надеясь, что кто-то услышит его.  Но ему повезло. Воля Хаоса или богини Мистры — неизвестно. Но Лиса оказалась рядом и вполне одарена магически, чтобы стабилизировать портал лёгким взмахом руки и вытянуть нерадивого волшебника из опасной ловушки. — Ох, спасибо тебе, я не ожидал такого поведения от этой штуки, — мужчина встал с земли отряхиваясь, с недовольством косясь на рунный круг. — Богиня не одарила волшебством? — Лиса почесала подбородок, не пытаясь скрыть свой склочный характер.  Волшебник наконец-то посмотрел в сторону спасительницы. Ей оказалась невысокая девушка с длинными серебристыми волосами, серыми глазами и оскалом. В ней было точно что-то от дроу, хотя бы небольшие икла которые выглядели достаточно пугающе, когда она улыбалась. И характер. Да, он не ошибся, когда подумал, что девушка та ещё скотина. — Зато одарила хорошими манерами, — он пожал плечами, не собираясь реагировать на язвительность, все же, он ещё был обязан ей спасением. Лиса закатила глаза.  И вспомнила, что ее юбка до сих пор заправлена.  Поджав губы, девушка поправила ненавистный предмет одежды и сделала вид, что ей слишком жарко. Поэтому щеки и покраснели. Не потому, что ей неловко. — Ты случайно не целительница? — он невинно осмотрел девушку с головы до ног, отмечая, что она выглядит как дикарка. — А похожа? — Лиса приподняла бровь.  — Я бы сказал, ты похожа на внебрачную дочь гоблина, но к сожалению, это нивелирует всю возможность дальнейшего знакомства, — волшебник не остался в долгу, годы заточения в башне напрочь отбили в нем социальную жилку. — И все же, ты сказал, — она не обиделась и даже не сделала ничего такого, что сделала бы любая другая девушка в такой ситуации. — Ладно, прости, вырвалось, — волшебник неловко прокашлялся. — Ты не видела никого на берегу? Может кто-то странный?  — Две девушки, дроу и жрица Шар, — она сощурила глаза, пытаясь понять, что не так в волшебнике, помимо всего прочего. А потом ей в голову пришло осознание. Ментальная нить, она связывала не только двух незнакомок, но и этого волшебника, едва уловимая, тонкая, как корка весеннего льда.  Вместе с любопытством, в Лисе проснулся хаос. Он прошёлся разрядом по ее телу, выплевывая маленькие искорки из ее кожи. Серые глаза на мгновение сверкнули бурей. Запахло озоном. — Ты с наутилоида?  — Да, — он опасливо покосился на девушку. — Пойдем, я знаю где те, кого ты ищешь. Девушка сбежала со скалы так быстро, что маг едва поспевал за ней, чтобы не упустить из виду. Она была слишком проворной, слишком странной и ее плетение было запятнано чем-то первородным. Мужчина не мог понять что это. Нужно было время, желательно прикосновение и сканирование, но вряд ли незнакомка позволит провести над собой анализ.  Они успели вовремя, ровно в тот момент, когда на врата Изумрудной рощи напали гоблины, а группа странных компаньонов пыталась их убить. Лиса увернулась от летящего огненного шара, с криками, что они пришли помочь роще. Девушка не очень любила пользоваться магией из-за некоторых побочных эффектов, вызываемых хаосом внутри нее, но за неимением выбора, пришлось изрядно пометать молнии. Молясь тому самому Хаосу, чтобы он поспал чуточку дольше обычного. Когда с гоблинами было покончено. Волшебник с довольной улыбкой подбежал к дроу и начал у нее спрашивать о "личинке". Лиса внимательно слушала, незаметно пристроившись рядом. В этом был несомненный плюс ее "корней". Дроу всегда были скрытными, а она хоть и не чистокровная, но всё ещё владеет парочкой фокусов для отвлечения внимания от своей персоны. Открывшаяся правда не была страшной. Тем более, что никто из них ещё не превратился в иллитида, а значит, что-то останавливало цереморфоз.  — У тебя нет личинки, — протянула жрица, всматриваясь в лицо Лисы, пытаясь что-то в нем найти. — Нет, — она пожала плечами. — И зачем ты хочешь пойти с нами? — Мне жуть как интересно, а в лесу с приключениями... туго, — Лиса пожала плечами, как любила делать говоря очевидные для нее вещи.  Путем нехитрого голосования, в котором против чародейки высказалась только Лаэзель. Гитьянки не доверяла чужакам, особенно, если чужаки были чудаковатыми, странными и настырно пытались влезть в отряд "зараженных". Но Тав, а так звали дроу, решила, что помощь им не помешает, тем более помощь от того, кто хорошо знает местный лес. Лиса была довольна тем, как складываются события. Она наконец-то сможет сбежать из надоевшей жизни лесной травницы и увидеть что-то интереснее, чем медвесыч. В роще, девушка сразу отправилась на поиски своего давнего знакомого друида Хальсина, который мог бы что-то рассказать о личинке.  Но вместо ответов, ей встретилась заплаканная гномка Нетти, державшая в руках синюю птицу. И пока Тав решала вопросы с друидской несправедливостью по отношению к тифлингам, Лиса слушала сбивчивые объяснения целительницы о том, как отважно Хальсин отправился к гоблинам, чтобы узнать, что происходит. Но мужчина не возвращался уже третий день, что наводило на самые неприятные мысли.  — Нам нужно в лагерь гоблинов, — Лиса подошла к дроу, как к самой адекватной из их компании. — Зевлор тоже просит о помощи с гоблинами, — девушка почесала подбородок. — Если мое мнение здесь учитывается, то я против, нам бы самих себя спасти, а не кучку этих... тифлингов, — блондин с луком не перевес, едва не выплюнул название расы местных обитателей.  В его алых глазах, бледной коже и вычурной одежде, Лиса видела не простого эльфа, но говорить об этом не собиралась. Тайна не ее, а на чужие ей было плевать. — Тебя не спрашивают, — Тав скривилась, она не любила, когда кто-то ей перечит. Особенно, если это делает мужчина. — Отлично! — воскликнул Астарион с негодованием, и отправился к ближайшему торговцу, присмотреть новый лук. В животе Лисы неприятно заурчало. Она не ела уже второй день, поглощённая событиями и теперь, организм давал о себе знать. И все бы ничего, но рядом снова оказался несносный волшебник. Теперь она знала его имя — Гейл. И лучше бы Лиса прошла мимо его колдовской ловушки, оставив в рунном круге. — Тебе наловить мышей? — невзначай спросил Гейл. — Зачем? — девушка нахмурилась. — Ну, лисы же любят мышей?  — Ха-ха, очень смешно, — чародейка закатила глаза. — Мое имя Ли́са.  — Почти одно и то же, — мужчина пожал плечами самодовольно улыбаясь. На самом деле, Гейл не собирался подшучивать над ней, ему в принципе было дико такое поведение. Все же воспитание в аристократической семье, отношения с богиней и жизнь галантного мага дают о себе знать. Но именно сейчас, глядя на серебро ее волос, мужчина думал о том, что Лиса похожа на снежную лисицу, такая же хитрая, изворотливая и красивая. И шутка, вкупе с их первым разговором, вылетела сама. А он уже не смог остановится.  — Прости, — мужчина неловко сжал руки за спиной.  — Забей, — чародейка прошла мимо него, целясь на район тифлингов, откуда тянулся вкусный запах овощной похлёбки. Она не собиралась обижаться на глупого волшебника, но его слова немного задевали. Даже если Лиса привыкла к колкостям, сейчас они цепляли больше обычного. Хаос внутри чародейки вскипел, заставляя волосы на теле встать дыбом. Магия потекла по коже, словно кто-то вылил на девушку смесь разных красок.  Всего мгновение и сотни искр слетели с ее тела. Этого мог никто не заметить. Но Гейл стоял сзади.  И видел как Лиса превращается в настоящее звёздное небо. Хаос. Она была чистым хаосом. В далёком детстве, Гейл завидовал чародеям. Они были рождены с даром, отмечены богами или хаосом, умели то, чего обычные люди не могут, не прикладывая должных усилий. Он и сам учился десятилетия и продолжает учиться, впитывая знания как губка.  После знакомства с Плетением и богиней Мистрой, он понял, что чародеи ограничены в своих возможностях. Они не могут выучить больше чем позволяет их врождённый дар, не умеют черпать силу с нитей Плетения, как это делают волшебники. И все же, глядя на хаос внутри Лисы, он снова позавидовал тому, что не может ощутить мир так, как это делают чародеи. Он может коснуться Плетения, попытаться в нем раствориться, побывать в высшем плане, где могут находиться боги, но все остальное ему недоступно. Мир был гораздо глубже того, что Гейл знал.  И это его удручало. Лиса уже стояла рядом с тётушкой Этель, прекрасно зная о ее "другой стороне". Но если хочешь жить в лесу, то умей заводить друзей, даже если эти друзья могут вырвать тебе глаза своими когтями. — Надо же, как ты выросла! — приторно воскликнула тетушка, размешивая варево в котле. К счастью для Лисы, там действительно была похлёбка, а не яд. — Ладно Вам, мы виделись несколько недель назад, — чародейка махнула рукой. — Как поживают детишки? — Хорошо, твоими молитвами, недавно объявилась внучка, худенькая такая и, диво, беременная! — Этель хлопнула в ладоши, удивляясь своему везению. — Никак не может наестся. — Будьте осторожны, не перекормите, — Лиса усмехнулась покачав головой. — К слову о еде, может найдется порция и на меня? — Конечно, моя девочка! — тетушка налила похлёбку в глубокую тарелку и протянула чародейке.  — Спасибо, — она благодарно кивнула, принимая еду. — Может зайду к Вам на днях, нужно обновить припасы. — Только не бери с собой новых друзей, — на мгновение, по лицу Этель пробежала тень. — Уж больно они мне не нравятся. — Постараюсь, — заверила ее Лиса, прежде чем уйти. Мать Лисы была дроу, а отец высшим эльфом. И, как оказалось, ни той ни другой стороне не было до нее дела. Даже больше, родственники осуждали, а под гнетом осуждения, разбежались и родители, забыв о своем ребенке, как о проказе. Тогда девушке и пришлось учиться выживать. Так она оказалась на Побережье мечей, где сразу же попала в дом местной карги. Тогда ей было уже тринадцать и на роль новой карги Лиса не подходила, а вот в виде вкусного обеда в день восхваления темной богини Кегилун — идеально. Тогда то девушку и спасла дикая магия, открыв завесу секретов карги, показав, что и домик не чайный, и прекрасный сад — обычное болото, а яблоки и вовсе отравлены.  Первым делом Лиса испугалась, но своему хаосу она доверяла и поступила так, как та подсказала сделать.  Больше чем причинять мучения, карги любят магические артефакты. А Лиса умела накладывать нехитрые чары на любое изделие. Так и сложился союз.  Карга не лезла в дела чародейки, лишь изредка помогая в особых случаях. А та в свою очередь периодически сплавляла Этель ненужные артефакты, которые считала хламом. Что до моральной стороны вопроса, то Лиса считала, что каждое существо имеет право на жизнь, если ее собственная в безопасности. А уж чем питаются и как размножаются эти существа — не ее забота. Здесь с ней оказался солидарен и друид Изумрудной рощи — Хальсин. Он был непохож на простого эльфа. Слишком высокий, крепко сбитый и даже в своем эльфийской обличии был похож на медведя. Лиса любила сидеть с ним в круге друидов, слушать истории, учиться друидскому мастерству лечения и травничеству. Они много философствовали, могли не спать ночами, споря о чем-то глупом и для Лисы Хальсин был очень важным.  Его отсутствие рождало самые разные эмоции, которые девушка не хотела трактовать и лишь прогоняла гулкую боль, веря, что Дуб-отец не оставит в беде самого преданного сына. — Хей, привет! — покой чародейки потревожил одноглазый мечник с чудными косичками на голове. — Ты ведь помогла отбиться от гоблинов! — Помогла, — девушка утвердительно кивнула, не понимая, что от нее хотят. — И показала себя как отличный воин! — темнокожий с энтузиазмом закивал головой.  — Да...? — Лиса приподняла брови. — И может быть я могу надеяться, что ты поможешь мне?! — мужчина лучезарно улыбнулся, светя ровными белыми зубами. Лиса фыркнула.  — С чего бы это? — О, представь, мы убьем дьяволицу и о нас будут слагать баллады!  — Альтруизмом не страдаю, своих проблем по горло, — девушка почесала подбородок, обдумывая предложение незнакомца. — Но за деньги, готова поиграть в святую кару. Темнокожий стушевался, его энтузиазм прибавился, а улыбка померкла. — Не на такой ответ я рассчитывал, но могу предложить триста золотых монет. — По рукам!  Лиса вскочила на ноги, ощущая запах лёгкой наживы. Не то, чтобы ей приходилось часто сражаться с дьяволицами, но именно сейчас, чутье подсказывало, что все пройдет как нельзя гладко. А чутье у нее было хорошее. — Я Уилл, клинок фронтира, — с гордостью произнес мужчина, протягивая руку для знакомства. — А я Лиса... э.. волшебные руки побережья мечей? — она задумчиво сощурилась. Рука мужчины дрогнула. — Ты обо мне не слышала? — Это не просто дурацкое прозвище?  Уилл опустил руку и поджал губы. — Через час встречаемся возле ворот. Лиса кивнула. Полный желудок и усталость не давали совести проснуться и заставить язык болтать чуть меньше глупостей. Поэтому, без каких-либо нравоучений со стороны подсознания, девушка побрела в сторону врат, чтобы посидеть в тишине и ни с кем не поругаться. За один день, слишком много внимания к ее маленькой персоне. А она к такому не привыкла. Чародейка давно перестала думать о других. О ней же не думал никто.