Часть 1

      Он начинал жалеть о принятом решении. Камни не прекращали с сумасшедшей скоростью вращаться вокруг него, создавая разноцветную рябь. От ярких вспышек и цветов кружилась голова, а к горлу быстро подступала тошнота. Вскоре Тони понял, что уже некоторое время вокруг него нарастает гул. Он становился всё громче и громче, и когда он стал, казалось, невыносимым, всё прекратилось.       Раздался резкий взрыв. Боль вернулась. Она была не такой сильной, но как же хотелось от неё избавиться. В ушах раздавался звон, заглушая остальные звуки. Он лежал на раскалённой плите, если судить по ощущениям, а в носу оседала пыль и чувствовался резкий запах крови. От страшной догадки Старк распахнул глаза и в ужасе уставился на свою грудь. На белой рубашке расплывалось ярко-красное пятно.       — Да вы издеваетесь… — с этими словами он провалился в темноту.

***

      Сознание возвращалось волнами, чтобы окунуть его в океан боли. Грудь словно огнём пылает. Вокруг бегают люди, суетятся, кричат что-то, но слов ему не разобрать. Яркая вспышка света, и резко пахнущая ткань прижимается к лицу, погружая в желанное забытие. А потом всё повторяется снова и снова. И вот перед глазами зрелище, которое он предпочёл бы никогда не видеть — в грудь ему вставляют магнитное устройство. Но на этом хотя бы закончится эта агония.       Старк сам не понял, в какой момент снова потерял сознание. Он сидел на стуле, а на голову был надет холщовый мешок. Свет пробивается сквозь него, слепя глаза, а слух улавливает иностранную речь. «Сообщение Обадайе» — мелькает мысль. С него стягивают мешок, и он действительно видит камеру, мелькающую красным огоньком. На груди бинты, пропитанные кровью, а провода, которые он не заметил в прошлой жизни, тянутся к аккумулятору в руках одного из афганцев. Через пару минут перед глазами замелькали мушки, и Тони снова проваливается в блаженную пустоту.       Липкие щупальца темноты не желали отпускать его. Да и он сам не желал возвращаться в это царство боли и отчаяния. Но огонь в груди и понимание необходимости действовать заставили открыть глаза. Взгляд уткнулся в знакомый до каждой трещинки потолок. Осознание наконец догнало его, и Тони испустил долгий стон. Его многолетние ночные кошмары снова стали реальностью.       Сердце учащённо забилось. Старк приподнялся и положил руку на свою грудь. Электромагнит, подключённый к автомобильному аккумулятору, мерно гудел и холодил пальцы. Чёртовы путешествия во времени. Он повернул голову налево и ненадолго прикрыл глаза. Человек, бреющийся перед разбитым, грязным зеркалом, сохранял поистине ангельское спокойствие. Как же Тони хотел поговорить с ним все эти годы. Он попытался снова встать и дёрнулся от резкой боли.       — Я бы не делал этого.       Медленно, миллиметр за миллиметром мужчина принял сидячее положение. На этот раз он решил не рвать бинты — в прошлый раз какое-то чудо уберегло его от инфекции в условиях жуткой антисанитарии, но сейчас ему может так не повезти. Инсен подошёл и протянул небольшое зеркало, точнее его осколок. Тони взял его и начал осторожно осматривать грудь, аккуратно оттягивая марлю.       — Что вы сделали со мной? — паника просочилась в голос, заставляя его дрожать. Это было неплохо. В конце концов, этого можно ожидать в такой ситуации. Миллиардер, что вёл праздную жизнь и не знал никаких печалей, вдруг оказался в плену среди военных. По мнению любого, кто хоть что-то про него знает, он должен быть в панике.       Но вопреки всему, Старк чувствовал непреодолимое желание истерически рассмеяться. Но внутренний голос твердил ему, что это не лучшая идея. В прошлом Мстители восприняли это не как отголосок пережитого стресса, а как издевательство. Проверять реакцию Инсена на свой смех он не хотел.       — Что я сделал? — в его интонациях слышалась насмешка. — Всего лишь спас вам жизнь, — мужчина давно отошёл к огню и что-то помешивал в сковородке. Но, несмотря на деланное спокойствие, Тони видел, что учёный насторожен.       — Я извлёк все осколки, до которых смог добраться. Но мелкие остались и теперь пытаются добраться до сердечного клапана. Хотите взглянуть? — не дожидаясь ответа, Инсен подошёл и протянул ему баночку с осколками. — Это сувенир.       Он грустно улыбнулся. Тони смотрел на него и пытался осознать, сколько же силы в этом человеке. Инсен находился в безвыходной ситуации, его семья была убита, а он изо всех сил пытался поступать правильно. Спас ему жизнь, несмотря на холодный приём на конференции в Бёрне и его образ в СМИ. А ведь возможно, именно Старк создал бомбу, что убила его родных.       — Я видел многих с такими ранениями, — продолжал Инсен, пока Тони рассматривал банку, — их называют «ходячие мертвецы». Осколки за неделю до жизненно важных органов…       — А что это? — Тони перебил его, не желая выслушивать дальнейшие объяснения. От мысли, что его жизнь снова зависит от железки в груди, мужчину охватывала дрожь.       — Это? — глаза его метались от Тони к посудине, на которой сейчас что-то шипело, будто он не мог смотреть на мужчину, но при этом взгляд оторвать было немыслимо. — Электромагнит. Работает от аккумулятора. Он не даёт шрапнели войти в ваше сердце, — неловкая улыбка на секунду появилась на лице, пытаясь смягчить сказанное.       Тони слегка передёрнул плечами и потянул язычок молнии вверх, застёгивая кофту. В пещере было прохладно, а заработать простуду или, того хуже, воспаление лёгких не входило в его план. Слишком свежи были в памяти мучительные боль и резь в груди от кашля. Не хотелось снова это испытывать и проверять, как долго продержится его тело.       Внимание привлёк маленький красный огонёк в углу. Камера. Чёрт, он забыл, что их снимают. В голове сразу мелькнула мысль — Раза наблюдает за их разговором? Или по ту сторону лишь охрана, которую на самом деле они интересуют не более, чем погода в Бразилии? Его вопросы в любом случае остались бы без ответа, но интерес Инсена всё-таки заметил.       — Да, верно, — он оглянулся на камеру, но почти сразу вернулся к еде. — Улыбайтесь.       Эти слова казались издёвкой. Улыбайтесь своим похитителям. Смешно…       — А мы с вами встречались, — он глянул на миллиардера с грустью и каплей надежды, но улыбка была полна горечи — на инженерной конференции в Берне, помните?       Он помнил. Теперь да. Бесконечную череду дней, заполненных девушками, алкоголем и работой. И эту пустоту в груди, которую он пытался прогнать всю жизнь. В ту ночь он создал демонов. Мог ли он что-то изменить? Не обойдись он так по-свински с Инсеном, не уйди от Майи, что бы было? Но эти философские вопросы надо оставить на потом — Инсен из настоящего ждёт ответа.       — Не помню… Простите, — огонёк надежды быстро угас в тёмных глазах. Но по-другому он не мог. Но в его силах было относиться к нему с должным уважением сейчас. — Как вас зовут?       — Хо Инсен. Ничего страшного, я понимаю. Вы большой профессионал — если бы я так напился, то не смог бы стоять, не то что читать доклад об интегрированных цепях.       — Ну-у, у меня была практика, — лицо сморщилось от не слишком приятных воспоминаний. Профессионалом в инженерии он был и будет, но вот его поведение было далеко не только от профессионального. Его даже просто вежливым не назвать. — Где мы?       Он завертел головой, пытаясь уйти от неприятной темы. Но за металлической дверью раздались голоса на другом языке. Звук торопливых шагов, скрипит засов, и в проёме появляются глаза. Инсен с первыми звуками подлетел к нему и дёрнул за руку.       — Вставайте, скорей вставайте, — но Тони не нуждался в указаниях, тело рефлекторно начало производить необходимые действия. — Просто делайте то, что я делаю. Руки за голову.       В комнату вошёл Бакар с двумя помощниками. Ещё несколько маячили сзади. Все с автоматами, вооружены до зубов. Тони постарался изобразить растерянность.       — Моё оружие, где они взяли? — Инсен сразу зашипел на него.       — Молчите, молчите…       Он перевёл взгляд на похитителей. Глаза мгновенно нашли Бакара. Кулаки сжались, а в животе разлился страх. Из-за этого человека его жизнь в эти три месяца была максимально мучительной. И ему нужно снова это пережить. Внезапно он заметил деталь, что раньше от него ускользнула — на запястье одного из охранников были надеты ярко-оранжевые часы Джимми, солдата, который просил сделать фото с ним. Бакар уже начал свою речь, но Старк, не отрываясь, смотрел на часы, чувствуя поднимающуюся в груди ненависть. Голос Инсена стал неожиданностью.       Пока он переводил, Бакар внимательно оглядел Тони, будто он был призовой лошадью. Горькая улыбка коснулась губ — он и есть призовая лошадь для Разы и остальных. Они не думают, что пленный представляет какую-либо опасность. Чёрт, они пожалеют об этом.       — Добро пожаловать, Тони Старк, самый знаменитый убийца в истории Америки. Он польщён.       В прошлом эта фраза нехило его задела. Настолько, что он закрыл производство оружия. Сейчас он понимал, что это была ошибка. Не надо было делать это так резко, и не надо было полностью прекращать поставки. Спустя годы он осознал, что производство оружия не делает его убийцей. Он просто продолжил дело отца. Создавал его, чтобы защитить Роуди и остальных солдат. Защитить свою страну. Теперь он не будет терпеть всех этих дураков и лицемеров. Он будет брать ответственность только за свои действия.       Бакар достал фото и протянул ему. Иерихон. Он заговорил на арабском, прося построить эту ракету. Тони помнил всё, что он говорил, а даже если бы не помнил, перевёл бы. Отец ему всегда говорил, что он должен знать как можно больше языков. Это помогает при заключении международных контрактов. А ещё, если люди думают, что их не понимают, они могут многое выдать. После плена он выучил множество языков. Тони желал теперь всегда понимать, о чём говорят люди вокруг него. Неизвестность чуть ли не худшее, что есть на свете.       — Он хочет, чтобы вы построили им ракету «Иерихон». Ту, что вы показали, — он кивнул на фотографию. — Вот эту.       Тони понимал, что нужно согласиться. Ему всё равно нужно провести здесь ровно столько, сколько и в прошлый раз, чтобы Роуди мог забрать его. Может, будь он сговорчивее, его захватчики не станут так активно его пытать? Но слова сами собой вырвались из его рта.       — Обойдутся.       Это растерянное и разочарованное лицо будет ещё долго греть его ночами. Но сожаление быстро подкрадывалось к нему. Понимание, что он не согласен, дошло до Бакара, и в его глазах появился злобный блеск. Тони знал, что сейчас будет. Но он бы ни за что не изменил своего решения.       Его вытащили за пределы их клетки и натянули на голову мешок. Путь казался бесконечным. Да, Тони был бы только рад, если бы это оказалось правдой, вот только конец всё же был. Как бы он ни храбрился, он не был готов к тому, что его голова окажется под водой.       Его держали крепко. Тони боролся с удерживающими его руками и пытался держаться за крохи сознания. Внутри него закипела паника. Нестерпимо хотелось закричать, но только он открыл рот, как вода хлынула внутрь, в одно мгновение наполняя лёгкие. Она была везде — в ушах, носу, текла по горлу, заливала глаза. Грудь горела, нужен, просто жизненно необходим был воздух.       Вдруг рука с загривка исчезла. Он вынырнул на поверхность и отчаянно пытался сделать вдох. Повреждённые лёгкие разрывались от боли, а кашель разрывал горло. Сознание было затуманено паникой. Единственное, что помогало — мысль о том, что он пережил уже это ранее. И он сможет сделать это снова.       Его опять погрузили под воду. Надо отдать должное — его похитители следили за тем, чтобы провода, подключённые к электромагниту, были сухими. Его смерть от удара током не входила в их планы. Но раз за разом они окунали его, давали несколько секунд отдышаться, а потом снова погружали под воду. В какой-то момент мелькнула мысль, что это будет длиться вечность.       Кончилось всё неожиданно. Его в очередной раз вытащили, но не стали окунать вновь, а натянули на голову тот же холщовый мешок. Песок, налипший на ткань, сразу попал в глаза и рот, начал тереться о кожу лица, раздражая её. На автомате Старк перебирал ногами, теряясь в многочисленных поворотах. Обращать внимание на дорогу было слишком сложно. Главным сейчас стало не свалиться с панической атакой.       Он щурился от жгучего дневного света, когда мешок исчез с головы. Несколько секунд ушли на то, чтобы избавиться от мушек перед глазами. Но вот стала вырисовываться небольшая военная база. В чаше из высоких гор раскинулись замаскированные брезенты. Люди ходили, таскали вещи, поправляли укрытия. И везде, везде оружие с надписью «Stark Industries». Как и в прошлый раз, это зрелище шокировало его, хоть ми было ожидаемо.       Взгляд выхватил стоящие рядом ящики с логотипом. Некоторые были выцветшие, другие совсем новые. Солдат сзади грубо толкнул Тони и сказал на арабском двигаться. Ошеломлённый, он, шатаясь, двинулся вдоль ящиков. Инсен неотступно следовал за ним. Вскоре они подошли к Бакару.       — Он спросил: «Впечатляет?», — учёный перевёл потухший взгляд на него.       — Ну, у него дохрена моего оружия, — Тони уже приходил в себя после пытки. А с тем фактом, что его оружие попало не в те руки, он уже давно примирился.       — Он впечатлён, — пробормотал Инсен на арабском.       Из Бакара полился поток слов. Он пошёл обходить их, а они в свою очередь поворачивались к нему лицом. Договорив, афганец подал знак рукой переводить.       — Он сказал, что у них есть всё, чтобы вы построили им ракету. Только составьте список материалов. Говорит, что надо начинать работать немедленно, а построите… — Инсен слегка замялся, — он вас отпустит.       Бакар стоял с ожидающим лицом. Рука его была протянута к Старку. Выбора нет. Как и в прошлый раз, Тони, не особо раздумывая, протянул руку и скрепил рукопожатие, широко улыбнувшись. Бакар радостно оскалил зубы в ответ.       — Не отпустит, — в голосе была лишь железная уверенность и спокойствие. Инсен легко кивнул и тихо выдохнул:       — Да, не отпустит.       Глазами Тони нашёл Разу. Мужчина стоял на скале, окружённый десятком солдат. Он тихо наблюдал за ними свысока, как ястреб, высматривающий жертву. Старк бросил на него последний взгляд, перед тем как уйти в пещеру, и подумал:       «Ну мы ещё посмотрим, кто кого…»