Глава 9

~~~~~

Звонок Чана выбил Ёнджуна из колеи. Как бы он ни старался не думать об этом, никак не мог выкинуть его слова из головы. Смесь боли, гнева, ревности и надежды бурлила в нем, сменяя одно другим. Этот звонок и напоминание об Анне вызвали сначала новую волну боли, от которой он только начал оправляться и понемногу радоваться жизни. Чем дольше слова Чана крутились у него в голове, тем больше тревоги и сомнения мучили его. «Почему она сказала ему, что любит меня, а мне не сказала? Это часть ее игры с ним? Или она правда меня любит? Она плакала? Даже при мне она не плакала, с чего ей плакать при нем? Что у них за отношения, раз она так откровенна с ним? И почему они спали вместе? Что там происходит вообще…» — он не мог остановить поток этих мыслей. Ёнджун представлял Анну с Чаном и его охватывала ревность… думал о том, что она любит его и плачет от разлуки с ним и мечтал о ней, сгорая от любви… вновь вспоминал ее резкие слова, сказанные ему в последний вечер и ненавидел ее… — карусель этих переживаний нарушала его покой и мешала сконцентрироваться на работе. Спустя несколько недель мучений он пришел к выводу, что единственный способ прекратить это — позвонить Анне и узнать у нее напрямую, какого черта происходит. Собравшись с мыслями он набрал знакомый номер, который так и не смог удалить…

~~~~~

      — Анна? Ты меня слышишь? — уточнил он.       — Да Ёнджун, я тебя слышу… — после продолжительной паузы услышал он знакомый голос.       — Что происходит, Анна? Мне позвонил Бан Чан. он сказал ты скучаешь по мне, ты плачешь… что это значит?..       — Что? Чан? — растерянно начала Анна — Да… это правда… я… я не сказала тебе…. — его голос обжег изнутри, а глаза вдруг начали наполняться слезами, против ее воли.       — Что ты не сказала? — тихо уточнил он, сдерживая нарастающее волнение.       — Я просто хотела чтобы ты знал. я люблю тебя, Ёнджун… — обреченно прошептала девушка, ее голос дрожал, ведь она знала, что эти слова уже не смогут ничего изменить.       — Что? Тебе не кажется, что слишком поздно говорить это…когда я был готов тебе все отдать…ты оттолкнула меня, ты сказала, что не любишь меня… — с каждой фразой в его голосе нарастала отчаяние и злость, долго скрываемые глубоко внутри.       — Мне очень жаль…. прости меня за мои слова, я не хотела, но я должна была так сказать… у меня не было другого выбора. поверь мне, Ёнджун… — он услышал ее всхлипы в трубку и у самого защемило сердце. Она действительно плакала, он слышал это.       — Слишком поздно Анна… — его голос был почти беззвучным, а каждое слово пропитано болью. Эмоции начали переполнять Ёнджуна и он почувствовал слезы и на своих щеках, выдающие всю его подавленность и горечь.       — Я просто хочу чтобы ты знал… каждое мое слово и действие… они были искренними… я любила тебя в каждый момент вместе, в каждую секунду с тобой, Джуни… — безнадежно говорила Анна сквозь слезы.       — Какого черта Анна? Я не понимаю тебя… — прошептал он, путаясь в своих чувствах, не в силах отличить правду от лжи.       — Прости меня. за мою жестокость. я не хотела ранить тебя… — продолжала говорить она, сквозь слезы. — Я не хотела… так нужно было сделать…       — Но что ты хочешь от меня теперь? Что у тебя с Чаном? Почему он звонил мне? — он вдруг вспомнил про Чана и смесь гнева и ревности вспыхнули в его сердце.       — Ничего… правда. и я ничего не хочу… я просто хотела чтобы ты знал. о моих чувствах… — сдерживая рыдания прерывисто говорила она, сердце окончательно растаяло и полыхало огнем.       — Скажи мне… ответь только на один вопрос честно, Анна. — его голос дрожал, он не мог больше сдерживаться и тоже всхлипывал в трубку — Ты спала с Чаном. скажи мне… правду.       — Да. но это не то… — сквозь слезы, выдохнула она — Не то что ты думаешь…       — Какого черта, Анна? — яростно взорвался Ёнджун, чувствуя, как его пронзает боль от её признания. — Как ты можешь говорить, что любишь меня, но спать с другим. Ты совсем ненормальная? — выкрикнул он. — Это уже слишком… — удушающая боль вновь накрыла его.       — Это не то. — отчаянно попыталась она объяснить, но он грубо перебил её:       — Как можно тебе верить? — зло кричал он в трубку. — Как можно, Анна?       — Ты должен верить мне… это правда — всхлипывала она в ответ.       — Боже… да ты играешь всеми… прекрати мучить меня… я не могу это терпеть. — она слышала его всхлипы и сердце разрывалось от желания быть рядом, обнять и утешить его прямо сейчас.       — Я не играю… Я правда люблю тебя… — выкрикивала она в трубку — Поверь мне. Прошу тебя…       — Я не знаю во что мне верить… уже слишком поздно для признаний… Ты все уже сказала мне… тогда… — ненависть наконец затмила все остальные его чувства.       — Прошу тебя…       — Слишком поздно… Анна… оставь меня в покое… Кажется у тебя уже есть новая жертва… — наконец совладав с собой холодно сказал он и положил трубку. Анну накрыла безысходная волна отчаяния и тоски по Ёнджуну. Если бы она могла быть рядом… утешить его. все было бы по другому… но она на другом конце земли. и ничего не могла… только плакать и тосковать по нему…

~~~~~

Звонок Ёнджуна встревожил Чана. Он понимал, что этому уютному вечеру пришел конец и сейчас что-то произойдет. Через несколько минут он услышал громкие возгласы Анны, не предвещающие хороший исход разговора. Парень переживал за нее и ходил по гостиной из угла в угол, слыша лишь обрывки ее слов и всхлипывания. Спустя еще несколько минут, показавшихся ему часами напряженного ожидания, он услышал её надрывный плач. Не в силах больше бороться с желанием поддержать девушку, Чан зашел к ней в спальню. Анна сидела на полу перед кроватью и, закрыв лицо руками, рыдала навзрыд. Парень тихо сел рядом и прижал ее к себе, ничего не спрашивая. Было понятно, что разговор закончился не лучшим образом и Чан пожалел, что вообще влез в их отношения. Кажется он сделал только хуже и винил теперь себя за это. Через некоторое время безутешные всхлипы прекратились и Анна замерла.       — Ну ты как? — посмотрел он на девушку, продолжая гладить ее по голове, как ребенка. Какой-то лихорадочный огонь загорелся у нее в глазах. Она подалась вперед и парень неожиданно почувствовал вкус ее соленых от слез губ. Девушка прижалась к нему и запустила руки под его футболку. Чан опомнился и мягко отстранил ее.       — Не надо, Анна — вкрадчиво сказал он       — Ты разве не хочешь меня? — с вызовом спросила девушка.       — Я хочу, но не так… Послушай меня — вновь прижимая ее к себе начал он — Тебе это не нужно… это не уймет твоей боли и не залечит раны… Ты же сама это знаешь. Напротив, тебе станет только хуже, потому что сейчас ты хочешь не меня… Тебе нужно человеческое тепло рядом, поддержка и забота… я могу тебе это дать и без этого… Я хочу быть с тобой, во всех смыслах…правда, но тогда когда ты тоже захочешь быть именно со мной. Понимаешь? — нежно говорил он, Анна молча обняла его крепче, ища защиты. Он, конечно, был прав. — Не волнуйся, я никуда не уйду и буду рядом. Хорошо? — он почувствовал, что она кивает. — Пойдем, я налью тебе чаю, ладно? А у тебя есть чай? — решив переключиться на другую тему заговорил он. Анна снова утвердительно кивнула. Парень вышел из спальни, а Анна направилась в ванную чтобы умыться. Глянув на себя в зеркало она увидела прискорбную картину: глаза ее покраснели и распухли от слез, тушь размазалась под ними, губы тоже вспухли, на щеках проступили какие-то красные пятна, а волосы растрепались… Кажется никакой красоты в ней не осталось. «Хёнджину бы не понравилось…» — оглядывая свое опухшее лицо, грустно хмыкнула она про себя и попыталась привести в порядок. Когда она пришла на кухню, Чан уже налил чай и ждал ее. В его глазах она была также прекрасна, а ее грустные заплаканные глаза вызывали у него глубокое чувство сострадания и тревоги. Он чувствовал себя виновником ее текущего состояния.       — Чан, зачем ты позвонил Ёнджуну? Как ты вообще узнал, что это он? — безэмоционально спросила Анна, садясь напротив него за стол. Она чувствовала себя совершенно опустошенной.       — Прости… Ты звала его во сне и я подумал, что если он узнает о твоих чувствах, то возможно вы помиритесь… Мне показалось это хорошей идеей, но я похоже ошибся… Прости… — раскаивался он.       — Не стоило тебе лезть в это… — вздохнула она глядя в кружку.       — Но почему ты говорила, что должна была его бросить? В чем причина, что ты не захотела продолжать отношения? Потому что он Айдол и ему ничего нельзя? — хотел понять Чан.       — Нет… Мне поставили такие условия, что я обязана была с ним расстаться. И если бы я ему призналась, он бы совершил какую-нибудь глупость и загубил бы свою карьеру и жизнь… а так мы всего лишь расстались.       — Условия? Кто поставил такие условия?       — Его компания. — Анна глубоко вздохнула, решив рассказать ему правду, пока он еще не натворил дел, пытаясь ей помочь. — Когда он пропал из отеля, я привезла его сюда, в свою квартиру, а наутро мне позвонил его концертный директор и сказал что так как я похитила мембера, то варианты у меня следующие: либо он сейчас же докладывает моему начальству и меня увольняют, либо я сотрудничаю с ними и делаю всё, что считаю нужным, чтобы Ёнджун почувствовал желанную «свободу», но с концом тура любые наши с ним контакты должны закончиться, либо все вскрывается и мы с ним оба теряем работу. Я не могла разрушить его жизнь, ведь работа для него всё. И чтобы сохранить ему привычную жизнь, я не могла рассказать о своих чувствах, он должен был поверить, что для меня это всего лишь развлечение. И он поверил… Я знаю, как глубоко ранила его своими словами, но другого выбора у меня не было. Чана шокировало это признание. Он знал, что это жестокая индустрия, но чтобы компания так хладнокровно играла жизнями людей и их чувствами, ставя такие жесткие условия, слышал впервые.       — Но я сама виновата… я же знала с самого начала, что ничего не выйдет, не стоило начинать никаких отношений и увлекаться… я поддалась своим желаниям, сделав хуже нам обоим… — продолжила Анна.       — Черт… Анна… Это так ужасно… Не вини себя… Нельзя же ставить такие условия… Как ты вообще выдержала это? — он не знал как реагировать, просто был потрясен глубиной ее чувства и силой характера.       — Поэтому ничего тут не сделаешь. Ты никак не сможешь помочь. Он должно быть ненавидит меня теперь еще больше… Ну, оно и к лучшему… — тоскливо выдохнула девушка. — Нужно просто жить дальше. — завершила она свой рассказ. Тоскливая безысходность ее рассказа тронула Чана до глубины души.

~~~~~

Этой ночью Анне и Ёнджуну приснился практически одинаковый сон, где они были в доме на озере, принадлежащем отцу Анны — в месте где останавливалось время и не было тревог, казалось что в мире остались только они вдвоем, под защитой вековых деревьев и этого прочного дома — их общем «месте силы», где они были свободны и счастливы вместе. Они прижимались друг к другу и не хотели чтобы этот момент хоть когда-то закончился. Не произнося слов они чувствовали взаимную любовь, как их сердца бьются в унисон, каждый вздох и прикосновение наполняли их теплом. Они стояли посреди гостиной, освещаемой лишь бликами огня из камина и растворялись в этом чувстве заполняющем все вокруг. Внезапно парень почувствовал, как девушка начинала таять в его объятиях, и пытался крепче удержать её, но она ускользала, как песок сквозь пальцы. Девушка, в свою очередь, ощущала, как парень становится призраком, уносимым невидимой силой, и её сердце сжималось от боли утраты. Вскоре каждый остался совершенно один. Их объятия превратились в пустоту, и они почувствовали ледяной холод одиночества, окруживший их. Проснувшись каждый в своей кровати они продолжали ощущать холод и зияющую пустоту в душе… Чувство отчаяния и одиночества переполняли Ёнджуна… Анна же несмотря на ноющую боль внутри, почувствовала тепло спящего рядом с ней Чана… прижавшись к его груди она быстро заснула снова, убаюканная его размеренным дыханием и спокойным биением сердца.