Часть 6

      Уютным воскресным утром я решила наконец-то взяться за проект, который всеми любимый профессор Миллер дал нам ещё три недели назад. Я сидела на полу в тёплой и уютной спальне, одета лишь в тонкую футболку с принтом моей любимой рок группы и шортами, пока куча фотографий, флешек, линз для фотоаппарата и альбомы были разбросаны по полу. Большой толстый блокнот с розовой обложкой покоился на моих коленях.       Несмотря на мою "отрезанность" и "скучную эмо натуру" как любят шептаться и обсуждать между собой мои одногруппники, я действительно обожала яркие цвета, цветы, солнце и лето. И даже если в яркой одежде они практически не видели меня, а моя закрытость легко была объяснима тем, что я просто не видела их интересными собеседниками, (кроме Кудряша) они давно выстроили обо мне удобное лишь им мнение. "Розали снова сидит одна, бедняжка." Я буквально услышала мерзкий смешок одной из однокурсниц в своей голове и встряхнула ей, отгоняя лишние мысли. Плевать, что они говорят и что думают. У меня есть хорошие друзья, которые знают, что я интересная личность. Ах, точно, даже мои друзья оказываются подозреваемыми маньяками. Как мило.       Я сгребла все альбомы с распечатанными на фото бумаге картинками пейзажей для своего проекта и небрежно кинула в небольшую карточную коробку, чтобы разобраться с этим позже. Желание учится сегодня быстро пропало. С тяжелым вздохом я поднялась на ноги и растянулась, потянувшись руками вверх. Размяв спину я выровнялась и пнула коробку ногой под стол, последовав прочь из комнаты.       Босые ноги наступили на что-то и я опустила глаза обратно на пол, заметив слегка смятую фотографию под собой. Вероятно, она упала далеко и я не заметила её. Я нагнулась и подняла небольшую бледную фотографию в руки. На обратной стороне красовалась кривая подпись "Лето" и пару пятен чернил. — Лето..       Слова вырвались совсем тихо. Я вспомнила то самое время в старшей школе. Никаких бед, заботы о взрослой жизни и страха. На фото были запечатлены трое. Я быстро узнала себя с краю: темное каре и ровная челка, сильно выраженные темным карандашом и тенями глаза, бледные губы. С моих губ слетел тихий смешок, многое изменилось с того времени. Я тоже стала совсем другим человеком, но так и не смогла побороть лёгкую отрешенность от мира, играя роль наблюдателя. Рядом со мной стоял Трэвис, обнимая милую девушку со светлыми волосами и веснушками. Девушка высунула язык на фото, жмурясь от яркого солнца. Мои глаза забегали по фото, сканируя его снова. Трэвис, девушка, его рука обнимает её талию. Точно. Это была его первая девушка, с которой он расстался спустя несколько месяцев после этого фото. Напрягая мозги, я попыталась вспомнить как её зовут. — Думай же, давай…— я почесала уголком фотографии затылок, пытаясь вспомнить имя. — Хлоя? Или же Британи.. Я осела на край кровати, снова смотря на фотографию и сжимая её между пальцев. — Кристи… Кристи Морган.       Я удовлетворенно хмыкнула и тут же потянулась за телефоном, открывая его и набирая Леону. Через пару гудков мужчина взял трубку и я услышала его слегка хриплый голос, словно он недавно проснулся. По коже пробежали мурашки и я вдохнула носом воздух, шумно выдыхая. — Ало, Рози, что такое?— Он прочистил горло тихим кашлем. — Рози? Ладно, не важно, я вспомнила имя первой девушки Трэвиса — Кристи Морган. Это могло бы нам помочь в раскрытии дела?— По телу вновь прошли мурашки от укороченной формы моего имени из его уст. Я не привыкла, чтобы меня так называли, но мне странно понравилось как это звучало от него. Несколько секунд по ту сторону телефона была тишина. Я слышу тихий шорох и звук ложки, что стучит о стенки чашки. Леон, вероятно, только заварил чай или кофе. — Это очень помогло бы нам. Если она расскажет нам о чем-то странном в его поведении, мы точно будем иметь больше полномочий в будущем на обыск и арест,— он делает маленький глоток своего напитка.— Ты хочешь, чтобы я отследил её по имени и узнал, где она сейчас проживает, чтобы мы могли приехать и допросить её? — Если это возможно. — Хорошо. Я приеду в участок и узнаю что-то. Но как ты вообще вспомнила о ней? Я снова опускаю глаза на фото. — Я готовила проект для университета и среди фото нашла мой старый снимок со школьных времён. Мужчина тихо хихикнул, снова сделав глоток из чашки и поставил её со звоном на стол. — Не знал, что ты любитель хранить вещи на память. Я думал, ты более холодна к таким милым и трогательным моментам. — Ты много чего не знаешь, если у тебя такое мнение обо мне.— Слабо хихикнув, я откинулась на кровать в позе звезды, все ещё прижав телефон к уху.       Кеннеди тихо хихикает в ответ, заглушив зевок рукой. Он молчит пару десяток секунд, а затем добавляет с прежней долей профессионализма. — Я напишу позже о времени и заеду за тобой, чтобы поехать к Кристи.       Леон написал мне сообщение с информацией о том, что он будет ждать меня у моего дома около 5 часов. Я была пунктуальной, поэтому ровно в пять спускалась по лестнице. Выйдя из многоквартирного дома, я окинула взглядом двор, пока не приметила машину с тонированными окнами. Я подалась к ней и убедилась, что это Кеннеди. Видимо он тоже заметил меня, так как открыл дверь прямо перед моим лицом. Я поблагодарила его коротким кивком и села на пассажирское сиденье, закрыв за собой дверь. — Здравствуй, спасибо, — коротко сказала я, на что мужчина ответил мне легким приподнятием уголков губ.       На мое утешение в машине было тепло, поэтому я быстро начала согреваться. Леон аккуратно выехал со двора. Когда мы попали на трассу, я устроилась поудобнее и чтобы не мучать друг друга гнетущей тишиной, начала незначительный разговор. — Сколько нам ехать к ней?       Я повернула голову в сторону Кеннеди и только сейчас заметила, какой же он напряженный. Руки крепко сжимали руль, будто норовились раздавить. Губы были сжаты в одну линию. Оно и не удивительно после того, что он пережил на днях…В голове до сих пор не укладывается, что к этому приложил руку Трэвис. Но может он лишь отвлекающий маневр? Это мы и выясняем. — Около полу часа. Может дольше потому что дорога скользкая, от того и трудная.       Я коротко кивнула и решила не заканчивать разговор, а попытаться поддержать его. Неловко поправив плотный шарф, я вздохнула и вновь заговорила к нему. — Ты же знаешь, что это не твоя вина, Леон, — твердо произнесла я, не зная какой реакции ждать от такого мужчины как он. Кеннеди казался мне холодным и недоступным человеком, к которому невозможно подступиться.       Однако в последние дни он начал раскрываться с новой стороны. Я прекрасно видела, что у него есть чувства, что ему тоже больно. Леон обычный человек, просто привык держать свои эмоции, да даже личность под замком. — Что? — его холодный голос прорезал воздух, но я уловила в нем нотки грусти. — Это не твоя вина, — более уверено повторила я. Мужчина лишь грустно усмехнулся и помотал головой, не отводя взгляда от дороги. — Ты не знаешь всей ситуации. Не делай меня святым, Рози, — продолжил он более мягко. Меня немного тряхнуло влево из-за поворота, но на это я не обратила внимание.       Мое внимание привлекло слово «Рози». Уже второй раз Леон так называет меня. Это случайность или он просто пытается смягчить наши взаимоотношения и не казаться «злобным полицейским». На это ответ я не знала. Может мне его вообще лучше и не знать. В любом случае мне приятно. Не хочу рушить это хорошее чувство и впечатление. Между нами вновь повисла неловкая тишина. Я могла бы сто раз сказать Кеннеди, что он не виноват — все равно будет стоять на своем до последнего. Уж за это время я в этом убедилась. Еще пару минут мы ехали молча, пока мужчина не включил музыку, поставив её на среднюю громкость. С первых секунд я уловила знакомые ноты моей любимой группы - Type o negative. Вскоре я начала тихо подпевать и я заметила, как Леон удивился. На мгновение он обратил свой взгляд на меня прежде чем бросить: — Не знал, что ты слушаешь такое.       За долгое время на лице Кеннеди заиграла хоть и слабая, но искренняя улыбка. Напряжение сходило на нет и находится рядом с друг другом становилось более комфортной. Уже не было этой неловкости и зажатости. — Ещё как слушаю. А от тебя не ожидала, — и улыбкой произнесла я. Лишь потом я это осознала. Я тоже впервые за долгое время улыбнулась. Еще и в присутствии Кеннеди. Не то, что бы я не хотела при нем улыбаться. Нет. Просто слишком много вещей навалилось. Не до улыбки было и приподнятого настроения.        А сейчас я становлюсь более открыта с ним. Я вижу и понимаю, что Леону можно и нужно доверять. Ничего плохого он не желает. Просто выполняет свою работу и хочет положить конец убийствам. Я сама хочу закончить этот порочный круг и избавится от постоянного чувства страха, которое преследует меня в последнее время. Я тщательно скрываю его и держусь уверено, хоть и в глубине души я боюсь той же участи, что и у жертв.       Боюсь умереть так рано и не оставить за собой ничего; познать страдания, прежде чем покинуть мир. Но стоило мне взглянуть на Леона как я тут же убрала эти мысли куда подальше. Сейчас нужно сосредоточится на совсем другом. И быть стойкой как он. Даже не смотря на смерть коллеги, которая наверняка стала для него чем-то родным. А может их связывало что-то больше, нежели просто работа. Может это лишь мои догадки.       Прибыв на место, я ступила на снег, который хрустел под моими ногами. Я поморщилась от ледяного ветра который подул в мою сторону, обжигая кожу. Леон как раз закрыл машину и подошел ко мне. — Советовал бы одеваться теплее, — бросил он и прошел прямо, оставив меня в недоумении. Я слегка пожала плечами и последовала за ним.       Когда мы оказались у двери дома, я надеялась, что эта Кристи сейчас находится дома и нам не придется ждать её или откладывать встречу на другой день. Но к нашему счастью, после громкого и сильного стука в дверь со стороны Леона, она отворилась, показывая нам обитательницу. — Здравствуйте. Я гостей не принимаю и никого не жду, — буркнула она. Я осмотрела её с ног до головы, замечая сонный взгляд. Девушка потянулась, чтобы закрыть дверь, однако Кеннеди резко придержал её, показывая свое полицейское удостоверение. — Вы нужны нам для пары вопросов. Долго не задержимся. Она фыркнула и сощурилась, глядя на меня с огромным недоверием. — Вас то я впущу, а эта? — пренебрежительно сказала она. Я вскинула брови, явно раздраженная таким тоном в свою сторону. Да, она меня тоже не помнила. Может это и к лучшему. — Она со мной — моя напарница, Розали. На лице Кристи мелькнула нотка узнавания. — Стоп…ты же…Проходите.       Все таки девушка впустила нас. Дом был совсем небольшим, но уютным. Мы прошли на кухню и каждый устроился на свой стул. Я выбрала место у камина, ожидая начала допроса. Единственный вопрос - согласится ли Кристи рассказать все? Расскажет правду или соврет? Может половину информации просто утаит? В любом случае пока что она не вызывала у меня доверия.       Я тихо рылась в своей сумке, подготовив небольшой блокнот и ручку. Леон на удивление расслабленно раскинулся на диване, положив руку на подлокотник слева от него. — Кристи, верно? Нам нужно поговорить с вами насчёт одного человека, которого вы точно хорошо знали, — мужчина говорил ровно и мягко, приняв роль “хорошего” полицейского.       Я щёлкнула ручкой, когда стержень послушно выдвинулся наружу, готовый записывать всё, что она скажет. Мои брови были слегка нахмурены, отчего лицо казалось ещё более серьёзным — в отличие от Кеннеди, который выглядел самым расслабленным в этой комнате. По крайней мере, он хотел таким казаться. — Хорошо. Я принесу вам чай, — Кристи пробормотала, вставая на ноги и направляясь на кухню.       Она тянет время? Раздражает. Я тяжело вздохнула, пытаясь успокоиться, и с силой щёлкала ручкой. Мой взгляд встретился с глазами Леона, который всё это время следил за мной. Он тихо хмыкнул, одарив меня спокойным взглядом, который словно говорил: “Соберись. Нам нужно быть терпеливыми”.       Через пару минут Кристи вернулась и, поставив чашки на журнальный столик, уселась обратно на диване недалеко от Леона. Я внимательно следила за её эмоциями. Девушка некомфортно ёрзала на мягкой ткани дивана и скрестила руки на груди, принимая закрытую позу. — Итак, вы были в отношениях с Трэвисом в средней школе, верно? Каким человеком он был? — мужчина вежливо взял чашку и сделал щедрый глоток, похоже, обычного чёрного чая. — Мы не были очень близки. Я… я рассталась с ним спустя некоторое время, Розали это прекрасно знает.       Пока Кристи опустила глаза в пол во время своего монолога, я снова посмотрела на Леона и едва не засмеялась вслух. Кеннеди слегка покраснел, держал полный рот чая, сжимая чашку в руках. Он крепко зажмурился, проглотил чай и тут же закашлялся. Его лицо выразило полное отвращение к напитку. Я поспешно отвела глаза, когда мои плечи предательски дрогнули от тихого смеха.       Он громко прочистил горло, спешно извинился и сослался на боль в горле, которой, конечно, не было, поставил чашку обратно и закинул ногу на ногу. Я решила не рисковать пробовать чай, если Леон так отреагировал. Опустив глаза в свой чай, я заметила странные тёмные круги на поверхности — такое бывает, когда чай долго стоит. Бедный Леон. — Почему вы расстались? Личная ссора? — Леон тряхнул головой, убирая прядь волос с лица. — Мы просто решили, что разные люди. Ничего большего. — Глаза Кристи судорожно бегали по комнате, а пальцы мяли край кофты. Леон тяжело вздохнул, одарил девушку усталым взглядом и подсел ближе, чтобы заглянуть ей в глаза. — Мисс, если вы будете лгать, это отрицательно скажется на деле. Нам нужна ваша помощь, и я прошу вас, — он положил руку на её плечо, — если вы можете рассказать что-то важное об этом человеке, не молчите. Любая деталь будет полезна.       Кристи сжалась всем телом. Она неуютно ёрзала на месте, опустив глаза в пол и шумно выдохнув. — Я обещала забыть это. Он сказал забыть всё, что было между нами, если я не хочу усложнить себе жизнь… — голос девушки дрогнул, и из её горла вырвался тихий всхлип. Леон осторожно взял её за подбородок, подняв её взгляд на себя. — Вы можете рассказать нам всё. Мы сохраним это в тайне. Вы в безопасности, мисс, — его голос внушал доверие, — вам ничего не угрожает. Я обещаю. Я сделала пару пометок на бумаге, отмечая её нервную реакцию. — Мы были в отношениях, и сначала этот мужчина ко мне хорошо относился, но потом… — слёзы полились по её щекам, и она вытерла их рукавом, оставив на ткани пятна от туши. — После одной ссоры он словно стал другим. Ударил. Потом повторял снова и снова. Я не смогла это терпеть и быстро разорвала отношения. Её глаза внезапно встретились с моими. В её взгляде мелькнула злость. Кристи вытянула руку в мою сторону, тыкнув в меня пальцем. — А ты! Ты всё знала и молчала! Тебе должно быть стыдно! Твой друг — настоящее чудовище! Ты знала о нашей ситуации и просто молчала! — её голос сорвался, девушка резко поднялась, но мужчина рефлекторно схватил её за руку. Он держал её не слишком крепко, но достаточно, чтобы она не набросилась на меня. — Скажи, почему ты молчала?!! Почему?! Моя ручка с тихим стуком упала на пол. Я застыла, глядя на бывшую знакомую, и сжала губы. Хриплый шёпот вырвался из пересохшего рта. — Я не знала, что он причинил тебе боль. Прости. — Не ври! — она истерически взвизгнула. Кристи дёрнулась, Кеннеди встал и мягко удержал её за плечи, когда она снова рванулась ко мне, словно разъярённая собака на цепи. — Ты всегда молчишь и наблюдаешь! Ты ничем не лучше Трэвиса! — Хватит, дамы! — Леон почти силой посадил девушку обратно, кивнув в сторону кухни. — Рози, принеси ей стакан воды.       Я тут же встала на ватных ногах и пошла на кухню. Взяв первый попавшийся стакан, я наполнила его водой, вернулась и протянула его девушке. Кристи коротко взглянула на меня и взяла стакан, сделав несколько больших глотков. — Спасибо и...простите меня. Я не могу вспоминать это без других эмоций, — тяжело выдохнула она.       Следующие полчаса я наблюдала, как Леон успокаивал девушку. Сославшись на недостаток свежего воздуха, я вышла на улицу. Морозный воздух приятно холодил щеки, и я довольно выдохнула, выпустив клуб пара изо рта. Пошарив в кармане, я нашла пачку сигарет, закурила и опершись на стену, встала у порога дома. Когда я выбросила окурок в снег, Леон вышел из дома, за ним выглянула Кристи, которая выглядела лучше и даже слегка улыбалась. — Леон, подождите! — Она остановила его, когда он уже спустился с крыльца, обернувшись к ней. — Можете дать мне свой номер? Если вдруг Трэвис объявится или мне понадобится помощь…       Я невольно усмехнулась, и уголок моего рта пополз вверх. Личный номер телефона под предлогом защиты? Хитро. — Ох, боюсь, что не всегда смогу быть на связи из-за работы. Я дам вам номер нашего участка. Звоните, если почувствуете угрозу. Мужчина выхватил мой блокнот и ручку, быстро написал номер и, оторвав листок, протянул его ей сдержанно улыбаясь. — Спасибо, — произнесла она с каменным выражением лица, взяв листок и кивнув.       Мы коротко попрощались и направились к машине. Мои плечи дрогнули от сдерживаемого смеха, когда губы изогнулись в улыбке. Леон заметил это и вопросительно посмотрел на меня, шагая рядом. — Что? Я сказала что-то смешное? — Он непонимающе взглянул на меня. — Ты не понимаешь женского флирта. Только что ты упустил потенциальный шанс с довольно эмоциональной девушкой, — я не выдержала и тихо рассмеялась. Кеннеди задумался, а затем нахмурил брови и ускорил шаг. — Знаешь, когда минуту назад она была готова наброситься на тебя, а потом попросила мой номер, мне и в голову не пришло, что она делала это с романтическим подтекстом…       Единственное, чего я хотел по прибытию домой так это просто отдохнуть. Я чувствовал жуткую усталость от сегодняшнего «допроса». Да и все эти события в последние дни сильно давили. Глория…Я надеюсь, что она хотя бы сейчас счастлива и не страдает. Я последовал в гостиную, присев на мягкий диван. Может отвлечься и глянуть что-то? Вместе с выпивкой? Нет. Далеко не лучший вариант. Алкоголем я только вгоняю себя в пропасть.       Мотнув головой, чтобы освободиться от навязчивых мыслей, я прикрыл глаза, откинув голову на спинку дивана. Рука взметнулась вверх, потерев переносицу. Мне точно не пошел бы полноценный отдых от работы. Отпуск. Но не сейчас. Не сейчас, когда убийца на свободе. Уже абсолютно все сводится к тому, что это Трэвис. Единственная проблема — нет прямых и весомых доказательств. Ни отпечатков пальцев, ничего, что могло дать другим сотрудникам полномочие засадить его за решетку. Нужно больше, нужно докопаться до правды…Взять ордер на обыск дома? Вряд ли получится.       Голова раскалывалась от всей информации и от непонимания что делать. Я слабо приоткрыл глаза, услышав надоедливый звонок телефона. Даже не взглянув на того, кто звонит, я взял трубку и недовольно пробурчал. — Что вам нужно? Если просьба выйти на работу и заменить кого-то, то нет! Свое я отработал. — Эй, ну разве так встречают своих старых друзей, Леон? Мои глаза расширились и я расположился поудобнее, услышав знакомый голос. — Крис!? Это ты? Какими судьбами? — искренне поинтересовался я, уже не чувствуя себя настолько подавленным. — Служба закончилась. Поэтому теперь я вновь на заслуженном отдыхе. А ты то как? — донесся его слегка грубый голос по ту сторону. — Если честно, то так себе. Дела в городе плохи, убито множество невинных девушек. Я знаю, кто убийца, но у меня нет весомых доказательств. — Это ужасно, Леон. Но, откуда ты так уверен в убийце? — Все сводится именно к одному человеку. Да и мне помогает его близка подруга, Розали. Вытягиваю информацию. — Ты уверен в ней? Может она сообщница? — Нет-нет. Я сначала тоже так думал, но она чиста. Ей можно доверять… — Что ж, смотри. Я на днях приеду в город к родным. Может помогу тебе чем-то, хорошо? Заскочу к тебе, поговорим о всяком. — Да, конечно, Крис. Приезжай, буду рад видеть тебя, — произнес я и моих губ коснулась легкая улыбка. Может все по немного налаживается? Или это затишье перед бурей? — До встречи.       Послышались гудки и я отбросил раскладной телефон. Если Крис правда поможет это будет очень здорово. Все таки, еще один человек лишним в этом деле не будет. После этого я медленно поплеся в ванную, прежде чем вновь не начать утопать в противных мыслях. Видимо, общение со старым другом дало лишь временный «дофамин». Теперь мне вновь казалось, что все плохо.       Что я не доберусь до правды, что станет только больше жертв. Что Трэвис убьет Розали…От этой внезапной мысли меня передернуло, а что-то внутри неприятно отозвалось. Будто…она за такое время стала не просто напарницей, а чем-то более весомым… Холодные потоки воды стекали по моему телу, будто сотни иголок. Это немного освежило меня. Протерев волосы полотенцем и переодевшись, я прошел в спальню. Нужно поспать иначе точно стану дерганым и совсем невнимательным.       Завалившись на кровать потушил свет, укутываясь в одеяло сильнее. Сегодня было слишком холодно и мерзко. Как только я прикрыл глаза, тут же провалился в сон. Усталость взяла свое, однако я не знал, что меня будет ждать такой….ужасный сон. Даже кошмар.       Черная пелена медленно расступилась, вырисовываясь в различные образы. Я обернулся по сторонам. Вокруг меня было бескрайнее поле усеяно снегом, а небо приобрело темно красный оттенок. А туман становился гуще. Я весь поежился от холода и ступил шаг вперед, глянув под ноги. Тропинка, которая вела меня вперед была запятнана кровью. Я нахмурился. Ничего не оставалось кроме как просто идти…Я шел медленно и казалось, что этому нет конца, пока не уловил вдалеке силуэт, который скрывался в тумане. Я ускорил шаг, не понимая, кто ждет меня впереди. — Эй, у вас все в порядке?       Как только я чуть ли не вплотную приблизился к девушке, она обернулась. Её руки, тело, абсолютно все было в крови. А взглянув выше, увидел зеленые глаза, знакомые рыжие волосы. — Почему ты отпустил меня тогда, Леон? Я заслужила такой смерти? — слова давались ей тяжело. Глаза женщины наполнились темнотой и болью, которую я даже передать не могу. — Нет…Не заслужила, Глория. Прости меня, — прошептал я и сделал шаг вперед. Однако она будто сторонилась меня…Не хотела даже слышать. Мое сердце заныло от чувства вины еще сильнее. — Уже слишком поздно для извинений, — прошептала женщина, пока по её щекам начали течь слезы. Они были такие сильные… Настолько, что это перешло в рыдание. Оно внедрялось в каждую клеточку мозга, заставляя меня вздрогнуть. Неужели я правда монстр, раз все свелось к такому? — Я не хотел, чтобы так вышло. Я наплевал на твои чувства и очень виноват. Пытался оправдаться я, протянув ей руку. Хотелось просто почувствовать её прикосновение, дабы убедиться, что это кошмар. Или чтобы заслужить её прощение. — Я попытаюсь простить тебя. Но мне было очень больно. Он бил меня, потом отвез куда-то, вытолкнул на снег и начал душить. Он настолько сильно сжимал мою шею, что… — Прекрати, пожалуйста. Перестань, — прошептал я, прикрыв уши руками. Я не мог слышать такие душераздирающие вещи. Это слишком. Слишком плохо. — Что я чувствовала, как жизнь медленно угасает. Я до последнего надеялась, что каким-то чудом появишься ты и спасешь меня. Свою напарницу и подругу…Которая любила тебя, а ты разбил ей сердце. — Хватит, — обессилено прошептал я, прежде чем земля не ушла из под ног, а мир не ушел во тьму. Я подскочил на кровати, тяжело дыша. По моему телу и лицу стекал холодный пот от этого кошмара.       Я дотянулся к телефону-раскладушке и взглянул на время. 3 часа ночи. Я выдохнул и тяжело опустился на подушку. Моя ладонь легла на лоб, вытирая пот. После этого сна внутри было ужасное чувство опустошения. А вина сдавила меня еще больше. Если бы только можно было повернуть время вспять…       Всю оставшуюся ночь я ворочался. Меня бросало то в сон, то в явь и всё посмешивалось в одну кучу. Я перестал различать где был кошмар, а где была реальность. Но этот ад, к счастью, закончился с наступлением рассвета. Лишь тогда я спокойно выдохнул и успокоился. Хоть на миг. Я обязательно доберусь к этому чертовому Трэвису. Не позволю, чтобы он причин вред хоть еще кому-то. Особенно Розали. Опять она. Опять эта девушка занимает мои мысли. Уже в который раз…