Глава 15. Родители Бена

      Сев за свой стол Бен позвонил старому приятелю в Лас-Вегас, ему повезло, Уорес как раз находился в участке. Соло сообщил ему, какой отель и казино надо проверить и продиктовал имена Теодора и его друга Люка. Коллега Бена пообещал заняться этим прямо сейчас.        После этого разговора Соло позвонил другу Родена Люку Брауну, тот, похоже, находился на работе, был слышен гам голосов офиса, но он вышел в коридор и поговорил с детективом. Как и ожидал Бен, алиби Теодора можно считать подтвердилось, теперь осталось только посмотреть записи с камер.        Закончив с этими делами, Соло набрал номер Хингес, она ответила после первого же гудка, видно ждала этого звонка и была очень рада, когда детектив заверил её, что Роден не насильник. Аманда поблагодарила полицейского и попросила по возможности держать её в курсе расследования. Бен пообещал, что сделает это, и напомнил ей, что если где-то рядом с собой она снова почует запах того самого одеколона, то пусть сразу же позвонит ему, девушка заверила его, что обязательно сделает это. На этом их разговор закончился.        Следующие два часа Соло потратил на чтение показаний Хингес, он сверял всё с другими жертвами насильника. Чем больше он читал, тем сильнее убеждался, что его отец прав: преступников двое. Один из них главный — он старше по возрасту, и, похоже, он более жестокий, а второй младше. Теперь появился главный вопрос, кто убил Тиркен: лидер или его подчинённый?        У Бена зазвонил телефон, это был его друг Бред Уорес из Лас-Вегаса. — Я получил записи из казино, уже отправил их тебе, — быстро заговорил Бред. — Из гостиницы мне обещали прислать видео в течение суток, думаю, завтра утром они будет у меня. В отеле проверили записи регистрации и подтвердили: Роден и Браун провели первые выходные декабря в номере люкс в Лас-Вегасе. — Я в этом и не сомневался, — не стал скрывать сей факт Соло. — Сейчас посмотрю видео из казино. — Как только получу записи из отеля, я сразу перешлю их тебе, — пообещал Уорес. — Спасибо, — поблагодарил друга Бен. — Я твой должник. — А как же, — усмехнулся Бред.        Обменявшись ещё парой фраз с коллегой из Вегаса, Соло положил трубку и открыл свою рабочую почту, которая была лучше защищена от взломов. Он начал просматривать видео и быстро нашёл на записи Родена, он не знал, как выглядит Люк Браун, но через несколько минут сообразил кто он, Теодор общался только с одним мужчиной, он был одного с ним возраста, ниже ростом, темноволосый. По их поведению сразу ясно, что они друзья. В казино они провели две ночи, так что записи из гостиницы уже и не нужны, и так ясно, что Роден не один из насильников. Закрыв файл, Бен вернулся к чтению документов.        Долго посидеть с ними ему не дали, его вызвал Хакс, ему надо было узнать всё о новой жертве. В кабинете капитана Бен сел напротив него и рассказал о том, что за сегодня они с Рей выяснили. Он заметил, как расслабился начальник, когда он подтвердил, что Теодор Роден точно не насильник, но говорить начальник ничего не стал, всё было ясно и без слов. — Какие ваши дальнейшие действия? — спросил Армитаж. — Нам нужно найти Кендал Лоуренс, — ответил Соло. — Она сменила имя и точно покрасила волосы, может, ещё как-то попыталась изменить свою внешность. — Считаете, Лоуренс могла сделать пластическую операцию? — напрягся капитан. — Нет, я не думаю, что у неё есть на это деньги, судя по её счетам, — качнул головой детектив. — Я проверял её родственников, ближайших нет. Родители умерли, она была единственным ребёнком в семье, есть кузены и кузины, но они живут в других Штатах, судя по распечатке звонков, с ними мисс Лоуренс отношения не поддерживает. Но и это не главное, она бы просто не стала делать операцию, так как это оставит бумажный след, а она стремится исчезнуть. — В таком случае Лоуренс осталась в Атланте, но просто спряталась, чтобы её невозможно было найти, — понял ход мыслей Соло Хакс. — Некоторым женщинам стоит сменить стиль в одежде и надеть очки и их будет уже не узнать. — Я не удивлюсь, если Лоуренс работает в каком-нибудь кафе или ресторане официанткой, — поделился своим предположением Бен. — Считаете, Лоуренс не сидит всё время дома, запершись в квартире на пять замков? — приподнял брови начальник. — Она ведь изменила себе имя, чтобы скрыться. — Прошло уже почти полтора года после случившегося с ней, за это время Лоуренес если и не пришла в себя полностью, то, думаю, всё равно стала более социальной, она ведь была журналисткой, — напомнил Соло. — Я, конечно, могу ошибаться, но мне кажется, Лоуренс потому и осталась в городе, чтобы быть в курсе событий. Если бы она хотела по-настоящему исчезнуть, она бы просто уехала в другой Штат, как можно дальше от Джорджии. А она осталась здесь, значит ей зачем-то это нужно. — Ладно, ищите Кендал Лоуренс, — кивнул Армитаж, и вдруг его лицо резко изменилась, словно он что-то вспомнил. — Как там Рей Джонсон? Она помогает вам в расследовании или хотя бы не мешает? — Рей точно не мешает, и она как раз помогает, — заверил капитана Бен, за что получил удивлённый взгляд. — Джонсон всё-таки врач, хотя и делает вскрытие, но она ведь разбирается во всех тонкостях. Она читала медицинские отчёты жертв и объяснила мне то, чего бы я сам точно не понял. Её знание медицины очень важны в этом деле. И жертвы маньяка, с которыми мы общались, они спокойнее чувствуют себя, видя рядом со мной женщину из полиции. — Я рад, — плечи Хакса опустились. — Держите меня в курсе расследования.        Соло пообещал, что будет это делать и вышел из кабинета. Про своего отца он ничего не сказал, всё-таки эту версию ещё надо было подтвердить.        Сев за стол, Бен достал свой телефон, пока он говорил с капитаном, ему звонил отец. Он тут же перезвонил ему и узнал, что родители уже вернулись в Атланту и сейчас едут в свой особняк. Соло сказал отцу, что где-то минут через тридцать-сорок приедет к ним со своей напарницей. Хан был не против, он решил, что пока будет их ждать, достанет все документы по старым делам.        Бен позвонил Рей, она уже закончила свои дела в морге и была готова поехать с ним. Они встретились на парковке, поскольку в участок они уже не вернутся, то Джонсон села в свою машину и поехала за напарником, стрелки часов показывали пять минут одиннадцатого.

* * *

       Дел сегодня у Рей в морге было много, произошло ещё два несчастных случая, так сразу определил на месте полицейский, и, сделав вскрытие, она подтвердила это.        Джонсон пришлось сегодня нелегко, она каждый раз напоминала себе, что должна думать о телах погибших, а не о двух убийцах и насильниках. Она была уверена, что Хан Соло прав и преступников двое, она поняла, что даже Бен больше сомневается, чем она сама. Она считала, что всё именно так, как предположил его отец. Пока Джонсон писала отчёты, она часто отвлекалась, и всё думала о том, как один более опытный насильник управляет своим молодым напарником. К концу рабочего дня у неё в голове созрел один главный вопрос: как эти мужчины встретились? А потом появились и другие: где произошло их знакомство? Как молодой мужчина решился помогать опытному насильнику? И почему пошёл на это? Все эти мысли кружились в голове у Рей как стая пчёл и не давали ей даже спокойно попить чай. Поэтому она очень обрадовалась, когда ей позвонил напарник и сообщил, что они могут ехать в дом его родителей. Джонсон была уже готова, она взяла сумку и помчалась на парковку к своей машине.        Ехать им пришлось по той же дороге, по которой они сегодня уже навестили Теодора Родена. Охранник снова спокойно пропустил их, Рей услышала, как он удивился, что Соло второй раз за день навещает родителей, что ответил её напарник, она не разобрала.        Теперь они проехали дальше по улице, почти во всех огромных домах горел свет, Джонсон их внимательно разглядывала, пока не заметила, как Соло посветил фарами, показывая, куда надо поворачивать. Заезжая на этот участок, он тоже поздоровался с охранниками, и она услышала, что хозяева вернулись домой двадцать пять минут назад. Рей остановила машину позади автомобиля Бена и вылезла из неё. Он уже стоял и ждал её. — Родители дома, наверняка моя мама захочет нас накормить, — сразу предупредил напарницу Соло. — Признаюсь, от ужина я бы не отказался. — Я тоже, — кивнула Джонсон. — Отлично, тогда пойдём скорее в дом, — Бен повёл её между клумбами к главным дверям.        Здесь было хорошее освещение, и Рей жалела, что не может немного задержаться, чтобы рассмотреть потрясающе красивые цветы, которые росли на клумбах, они произвели на неё впечатление. Её мама выращивает только розы, последние два года она ещё пытается орхидеи, но они очень прихотливые и плохо приживаются.        Они вошли в двери дома, Джонсон подумала, что оказалась в особняке Родена, но быстро поняла, что это не так, когда почти сразу увидела лестницу в коридоре, которая вела наверх. В доме Теодора этого не было, там архитектура другая. Бен прошёл дальше, и ему на встречу вышла женщина в теле непонятного возраста. Рей только поняла, что это не его мать. — Бен, мальчик мой, наконец-то ты приехал к родителям, — женщина крепко обняла Соло, а он её. — Миссис Лея наверху, сказала, что быстро спустится, а мистер Хан поспешил в свой кабинет, он что-то пробормотал о бумагах, которые должен найти и показать тебе. — Да, так и есть, — кивнул Бен, он обернулся и посмотрел на Джонсон. — Селеста, познакомься, это моя напарница Рей Джонсон, а это Селеста Касталья главная в этом доме, — усмехнулся он. — Добрый вечер, — поздоровалась Рей. Она почувствовала себя очень неловко под взглядом женщины, которой было, наверное, лет за шестьдесят, хотя волосы она красила в чёрный цвет и кожа у неё была темнее, судя по имени и фамилии, она латиноамериканка. Но говорила без акцента, так что даже если она родилась не в Штатах, то живёт здесь уже много лет.        Селеста очень обрадовалась встречи с коллегой Бена, она пожала её руку и проводила в столовую. Миссис Касталья, Джонсон успела заметить кольцо на её руке, напомнила Бену и Рей, что им нужно помыть руки перед ужином и отправила их в ванную комнату, которая находилась рядом со столовой. Соло велел Джонсон идти туда, а он пока найдёт отца.        Рей оказалась в просторной ванной комнате отделанной явно очень дорогой плиткой, прямо как в доме у её деда, только эта комната светлая, а сенатор Палпатин подобрал для себя более тёмные тона даже в комнатах для гостей. Джонсон помыла руки, мыло приятно пахло жасмином, а затем умыла лицо. Она почувствовала, что очень сильно нервничает, но не перед встречей с сенатором Леей Органо-Соло, нет, к таким знакомствам она привыкла. Рей волновалась предстать перед легендой седьмого участка полиции Ханом Соло. О нём до сих пор много говорят, потому что он был одним из самых эффективных капитанов за последние сто лет. Все знали, что он человек строгий, но справедливый. Именно Соло запретил применять самые жёсткие методы допроса к подозреваемым в убийствах, даже если все улики указывали на них. Не раз потом на суде, действия полицейских всплывали, и признания обвиняемых и даже улики из-за этого ставили под сомнения. Через год после того, как капитаном стал Хан Соло, такого больше в суде ни разу не случалось. Поначалу говорили, что Соло слишком мягок, а он просто соблюдал закон и это сработало.        Джонсон боялась, что не понравится бывшему капитану, потому что по образованию она врач, пусть и судебный эксперт, но всё равно ведь она не заканчивала Полицейскую академию, а лишь ходит на курсы криминалистики и до сих пор работает в морге.        Все эти мысли пронеслись в голове у Джонсон за несколько секунд. Она посмотрела на себя в зеркало и заметила, что побледнела, она ещё раз умылась, вытерла руки и вышла из ванной. — Добрый вечер, — за спиной она вдруг услышала приятный женский голос и обернулась. Перед ней предстала Лея Органо-Соло во всей красе. Она была одета в длинную коричневую юбку и под тон ей блузку, а её тёмные волосы, которые она, понятное дело, красит, были заплетены в косу, открывая её лицо почти без морщин. — Вы Рей Джонсон, напарница моего сына? — спросила хозяйка дома. Она улыбнулась и протянула руку. — Да… это я, — Рей почувствовала себя неловко, но руку пожала. — Добрый вечер, — добавила она и оглядела коридор, в надежде увидеть Бена, но он не спешил к ней присоединиться. — Хан и Бен ещё в кабинете, но я велела им не задерживаться, — в тоне хозяйки дома послышались властные нотки, хотя лицо при этом осталось спокойным и расслабленным. — Когда Хан услышал о девушке, которая не помнит, что с ней случилось, но скорее всего она была изнасилована, он тут же позвонил Бену, — брови Леи взметнулись вверх. — Подробности этого дела я хорошо знаю. Хану все эти годы не давало покоя, что он не поймал сообщника Робертсона, он не сомневался, что тот был, но моему мужу никто не верил, — теперь она не скрывала осуждения в голосе.        Рей только кивнула, она не смогла быстро придумать, что на это ответить. Она была под впечатлением от Леи Органо-Соло, в этой женщине чувствовалась сила и власть, и в то же время, то, как она говорила о расследовании своего мужа, сразу показало, что она полностью уверена в его правоте и зла на тех, кто не думал так же. Теперь ясно, почему у Хана Соло вышла такая яркая карьера, с такой поддержкой жены это не удивительно. — Мы с Беном очень хотим найти и арестовать преступников, — Джонсон заговорила так, будто уже выступила на суде. — Мне всегда не давало покоя то, что у женщин очень разные травмы, поэтому я согласна: насильников двое. — Об этом вы ещё поговорите, а сейчас пойдёмте в столовую, — миссис Органо-Соло пошла по коридору. — Я узнала у Бена, что он ещё не ужинал, вы я думаю тоже? — Нет. У меня было много дел в морге, я только выпила чай и съела энергетический батончик, — честно ответила коронер. — Тогда от спагетти и салата вы не откажетесь, — улыбнулась Лея. — Я так закрутилась на конференции, что забыла раньше позвонить Селесте и предупредить её, когда мы возвращаемся.        Они вошли в столовую, стол уже был накрыт на четверых, Рей сразу поняла, что её место слева рядом с Беном, так как с правой стороны от хозяина дома села Лея. Через несколько минут в комнату вошёл младший Соло, а следом за ним старший. Бен представил отцу свою напарницу. Джонсон очень нервничала, когда пожимала руку хозяину дома, но он улыбнулся ей и напряжение немного отпустило. Она заметила, что легендарный капитан, несмотря на свой возраст, не утратил своё обаяние. Лея велела подавать ужин, все сели за стол и приступили к еде.        Рей была рада, когда Бен предложил ей налить бокал красного вина, Мерло оказалось бесподобным и оно помогло ей немного расслабиться.        Обстановка за столом успокоилась, Лея стала рассказывать сыну, как прошла её конференция в Лос-Анджелесе. — Какой же грязный стал Лос-Анджелес, просто невероятно, — поведала хозяйка дома. — А они потом жалуются, что у них в городе и в целом Штате плохо с безопасностью, там участились мелкие кражи, и ещё больше стало торговцев наркотиками. Даже в богатых районах подростки нюхают всякую гадость. И что ещё плохо для местных жителей, так это то, что многие полицейские уезжают работать в другие Штаты, такие как наши, республиканские. — Дорогая, Калифорния вряд ли когда-нибудь станет республиканским Штатом, — посмотрел на жену Хан. — Разве что Голливуд закроется, и все киностудии куда-нибудь переедут, — он зло усмехнулся. — После того, как я увидел работу полицейских и даже агентов ФБР в Лос-Анджелесе, я ещё больше стал ценить то, что сделано у нас в городе. Да, коррупционный скандал вышел пренеприятный, но будем честны: комиссия поработала хорошо, и многих продажных копов, и даже работников суда, посадили или хотя бы уволили. — Но не всех, — устало произнесла Лея. — Некоторые судьи и прокуроры до сих пор сидят на своих местах, — её глаза блеснули гневом. — Милая, я знаю, что у тебя обострённое чувство справедливости, но давай радоваться уже тому, что сделано, — спокойно сказал хозяин дома, ласково глядя на жену. — Мама, папа прав, — поддержал отца Бен. — И я же говорил тебе по телефону, что Чарли в эти выходные вернётся в Атланту и займёт место прокурора. — Вот это как раз хороший пример, — Хан выразительно посмотрел на сына. — Чарли уезжает из демократического Штата, и возвращается в наш республиканский. В Нью-Йорке нет смертной казни, а ведь у них за последние годы очень сильно вырос уровень преступности, но за убийство даже нескольких человек у них дают от двадцати пяти до пожизненного, это же мало. — Слава богу, у нас в Штате есть смертная казнь, — выдохнула Лея. Она посмотрела на мужа, затем сына, а потом и на Рей. — Надеюсь, когда вы поймайте этих преступников, их ждёт то же что и Мета Робертсона. Я как подумаю о бедной Грейс… — хозяйка дома вздрогнула. — О ком? — спросил Бен, с недоумением глядя на родителей. — Раз наш разговор сам как-то подошёл к теме вашего расследования, то, думаю, вы должны знать, что мы с Леей до сих пор поддерживаем отношения с одной из жертв Робертсона, — поведал отец и поставил локти на стол, пристально глядя на сына. — Грейс Пресот это новое имя, которое я помог получить ей, а на самом деле её раньше звали Джина Ричардсон… — Про эту жертву писали, что её чуть не задушил Мет Робертсон, — вспомнила это имя Джонсон. — Вы совершенно правы, — старший Соло, посмотрел на коронера с одобрением. — Грейс, я буду называть её так, потому что уже привык, ладно? — Папа, делай так, как считаешь нужным, — кивнул Бен. — Главное, расскажи нам всё. — Грейс могла стать второй убитой жертвой насильников, но она отчаянно сопротивлялась, когда другой преступник, не Робертсон, начал её душить, — заговорил Хан глухим тоном. — Грейс на самом деле повезло, кто бы ни был сообщником Робертсона, он или забыл о времени, или просто не спешил, может слишком долго убирался в квартире, потому что трогал много предметов и оставил там свои отпечатки и ДНК. Да, уже тогда тесты ДНК проводили, в то время их отправляли в лаборатории ФБР, проверки занимали несколько месяцев, но результаты мы всё равно потом получали. Сообщник Мета не мог не знать об этом, поэтому всё тщательно вымыл, а потом принялся за… Джину, — он всё же назвал её старым именем. — Сейчас придётся называть её Джиной. Так вот, она, несмотря на таблетки, действие которых уже, видимо, заканчивалось, смогла сопротивляться, под её ногтями нашли кусочки от свитера преступника.        А спасло Джину ещё и то, что её лучшая подруга и она же соседка Стефани постучала к ней в дверь в половине седьмого утра. Она вернулась из Лас-Вегаса со своим уже не парнем, а мужем. И первым делом Стефани захотела поделиться этой радостной новостью с подругой и стала настойчиво барабанить в дверь. А когда Джина не открыла, то уже миссис Комс побежала к управляющему и очень упорно стала убеждать его открыть своим ключом квартиру Джины. Стефани испугалась, что её подруге стало плохо, она лежит без сознания и ждёт помощи. — Какая проницательная подруга, — не удержался от комментария Бен. — Знаю, о чём ты подумал, что мисс Комс как-то замешана, я поначалу тоже так решил, — понимающим тоном произнёс Хан. — Но как позже выяснил, у миссис Комс бабушка и кузина медиумы, они и её хотели научить гадать по картам и кофейной гуще, но Стефани отказалась и выучилась на парикмахера, но при этом интуиция у неё очень сильно развита. Она потом показала мне дневники своей бабушки и очень старые карты Таро. Не знаю, существует ли на самом деле эта сила у медиумов, гадалок или колдунов, но в одном я уверен: если бы не Стефани, то Джина бы умерла. Благодаря подруге она быстро получила помощь и осталась жива. Если бы не миссис Комс, то Он просто сломал бы ей подъязычную кость и никто Джине уже не помог бы. — Если Он сильно душил мисс Ричардсон, то значит, после этого она не могла говорить несколько дней, — быстро прикинула Рей. — Да, так и было, — кивнул хозяин дома, его лицо напряглось. — Когда Стефани и управляющий вошли в квартиру, преступник уже покинул её, но там было чисто, пахло хлоркой, а на кровати без сознания с красной шеей лежала Ричардсон. Миссис Комс и управляющий сразу кинулись к Джине и испортили улики, но это не важно, главное они узнали, что мисс Ричардсон жива, они тут же вызвали скорую и полицию.        Только полицейские вступили в квартиру и почуяли запах хлорки, они тут же всё поняли и вызвали меня, все знали, что я и детектив из отдела сексуальных преступлений Милнер занимаемся этим делом. Да и все копы уже тогда в участках по всему городу знали об этом маньяке. Мы с Милнером тут же прибыли в квартиру Джины, только взглянув на идеальную чистоту в помещении, мы подтвердили, что это наш насильник. В тот момент я ещё думал, что ищу одного насильника и убийцу.        Мы с Алексом оставили в квартире криминалистов, а сами поехали в больницу, там мы познакомились со Стефани и я узнал то, что уже рассказал вам. Миссис Комс выходные провела в Вегасе, она и её тогда ещё жених выиграли двадцать тысяч долларов и на радостях поженились, — он улыбнулся. — Брак их крепкий, они до сих пор вместе и у них двое детей.        Посмотреть на мисс Ричардсон мы с Алексом смогли только в обед, говорить Джина не могла, но она написала нам, что с ней случилось. В субботу, вернее уже в воскресенье, потому что время было после полуночи, Ричардсон вернулась из ресторана, где у неё была вечерняя смена, она быстро приняла душ, выпила сок и легла спать. А потом у неё остались размытые воспоминания о руках на своём теле и неприятных ощущениях, а затем она вдруг оказалась в ванной и мужчина в маске мыл её. А потом она уже лежала в постели и Он душил её. Джина слышала настойчивый стук в дверь, Он испугался шума и оставил её. Когда стало тихо, Он тут же ушёл и она потеряла сознание, а дальше очнулась уже в больнице. — Бедная мисс Ричардсон, — Джонсон поёжилась. Она очень чётко представила эту картину перед глазами, потому что видела, что случилось с Лесли Тиркен. Бен посмотрел на неё и они обменялись понимающими взглядами. — Дальше, я думаю, вы помните, что была убита Памела Никсон, и вот благодаря тому, как небрежно Робертсон вёл себя с Никсон в её квартире, я смог вычислить его и поймать, — без какой-либо гордости продолжил Хан. — Ещё после первого убийства Алисы Уиллис, когда меня и подключили к этому делу, я сразу подумал, что так спокойно попасть в квартиру может тот, кого люди могли пустить сами и не ждали от этого человека ничего плохого. Роберстсон оказался сантехником, за эти три года до первого убийства он побывал в квартирах всех жертв, но под разными именами, и компании, которые обслуживали многоквартирные дома, тоже были разные.        В то время нельзя было загрузить в компьютер алгоритм, который бы проверил все фото в обслуживающих компаниях и нашёл бы схожие. Тогда и фотографий всех рабочих в системе не было. Мы с Алексом выяснили, что Робертсон работал во всех компаниях и имел доступ в квартиры всех жертв уже позже, когда собирали доказательства для суда. — Папа, но ведь Робертсон потом признался тебе во всём, — вспомнил Бен. — Да, но это случилось через двадцать пять дней после его ареста, — хозяин дома одним глотком допил вино. — Я решил, что два раза в неделю буду приезжать в тюрьму и пытаться разговорить Робертсона. Он почти никогда не говорил со мной, а лишь слушал то, что я успел выяснить за это время о его прошлом. Я замечал, что чем больше копаю, тем напряженнее становится взгляд Мета, — он поджал губы. — У него точно была какая-то тайна, какое-то слабое место, но я так и не узнал, что он скрывает, потому что Робертсон вдруг взял и сознался в двух убийствах и ещё девяти изнасилованиях, включая Джину Ричардсон. Хотя уже до этого Джина приходила в участок, она посмотрела на Мета, но не узнала его, я заранее предположил, что так и случится, действие таблеток никто не отменял, его лицо осталось для неё размытым пятном. Тогда я дал ей послушать запись его голоса, надеясь, что Ричардсон узнает его, но она уверенно заявила, что это не он. Джина послушала запись несколько десятков раз и заверила меня, что не этот мужчина её изнасиловал, а потом пытался задушить.        Три другие жертвы наоборот уверено заявили, что именно Мет Робертсон их насильник, ещё две сомневались, но скорее склонялись, что это не он. А остальные четыре сказали, что не могут узнать голос, поскольку он шептал им, а не говорил с ними. В таком случае ясно, что определить это невозможно. А внешне из женщин его никто не опознал. — Тогда вы и решили, что преступников двое? — спросила Рей. — Да, тогда я уже допустил мысль, что у Робертсона есть сообщник, — подтвердил Хан. — Я стал тщательно изучать дела об изнасилованиях, Алекс был единственным, кто помогал мне в этом. Все остальные, включая моего капитана, говорили, что мисс Ричардсон просто ошиблась, она чуть не умерла, вот и перепутала всё на свете. Другие жертвы тоже пережили шок, вот и не могут ничего вспомнить, у них в голове сплошная каша. Ведь главное, что в квартире Памелы Никсон нашли отпечатки пальцев Робертсона, и анализ ДНК, ради такого дела в ФБР провели за неделю. И образец, который взяли у Мета, совпал с тем, что нашли на кружке, из которой он пил кофе на кухне убитой. Так что в этом случае виновность Робертсона была точно подтверждена.        Все тогда в участке радовались, что насильник и убийца схвачен, а мои доводы никто слушать не желал. Единственный, кто тоже сомневался, это Милнер, он вёл эти дела с самого начала, поэтому и стал мне помогать. Он делал это спокойно, потому что через четыре месяца уходил на пенсию, и ему, как и мне, вручили медаль от мэра города, так что мы ни чем не рисковали.        За неделю до того, как Робертсон признался во всех изнасилованиях и двух убийствах, мне домой позвонила Джина. Она была страшно напугана, сказала, что сидит в шкафу с битой и молотком в руках. — К ней снова приходил насильник? — испугалась Джонсон.        Хан и Лея переглянулись и покачали головами. — Нет, Он не пришёл к Джине, ОН позвонил ей, — ответил старший Соло.        Бен и Рей тут же переглянулись и открыли рты, а вот об этом они никогда не слышали.