Часть 3. Осмысление. Глава пятнадцатая

      Практически сразу после Йоля потоком хлынули посетители. Старые и новые родственники, знакомые, друзья. Словно подарки из йольского мешка, посыпались новости: Дорея ждёт первенца, и все Поттеры сошли с ума, скупая детские принадлежности. Финеас Блэк разгромил статью итальянского светила зельеварения, выиграл несколько дуэлей и вошёл в Попечительский совет школы. Кассиопея умудрилась очаровать русского дипломата, князя Воронцова, и дело идёт к помолвке.       Прошли обряды обручения Ориона и Изабель Лабом, Лукреции и Игнатиуса Прюэтта.       Меня навестили подруги с целым ворохом новостей. Оливия готовится к помолвке с Яксли и ждёт только моего присутствия. За Ванессой ухаживает испанец де Мендоса, но «там всё пока неясно», по её словам. Хезер Флинт и Аквила Патель заняты учёбой и очень хотят кое о чём посоветоваться со мной.       Масса накопившихся сообщений ждала ответа. По мере того, как я их читала и отвечала на часть из прочитанного, приходили пространные письма Гонта с описанием полезных заклинаний для увеличения выносливости, восторженные послания от Мальсибера с экзотическими цветами, короткие, полные добродушного юмора записки Долохова, приветы и подарки практически от всех старшекурсников Хогвартса. Писала мне и разнофакультетская троица.       После визита девушек родители решили, что мне пора потихоньку включаться в светскую жизнь. Малфои устраивали детский праздник перед большим приёмом, завершающим Йольские каникулы, и мать решила, что это прекрасный случай показаться в обществе.       Кажется, все стремились станцевать со мной хоть один танец. Заключительный бостон достался Абраксасу Малфою. Я уже слышала о его успешной мести Дамблдору, но решила узнать историю из первых рук.       Малфой после ряда упорных экспериментов выделил из крови прадеда яд, сумел разложить его на составляющие и нашёл элемент, отвечающий за активацию. Абраксас не знал, почему профессор вдруг решил отравить кого-то в Хогвартсе, но сумел практически поймать его с поличным, доказав с помощью элемента, что безобидная добавка имени Дамблдора – вариация вируса Драконьей оспы. Я предполагала, что шпионами Малфоя были домовые эльфы: то ли с хогвартскими он смог договориться, то ли хитростью провёл в замок своих, но об этих догадках я промолчала.       Были у меня и предположения, что Гриндевальд и Дамблдор как-то связаны, и смерть одного ввела в состояние помрачения другого. Сейчас же шло расследование, бывший профессор трансфигурации сидел в тюрьме Аврората, так что надежда на внятные ответы оставалась.       ‒ Я слышала, что Гильдия зельеваров активно проводит опыты с твоим элементом-активатором, и есть все шансы, что в сочетании с ним наконец смогут безбоязненно использовать кровь Перуанского ядозуба. Вы сможете стать самым молодым мастером зельеварения столетия, мистер Малфой.       ‒ Всё возможно, ‒ с ноткой гордости сказал Абраксас. – Впрочем, мне больше нравятся финансы. В удачных сделках и игре на бирже такой азарт!..       Перед приёмом, на который оставались дети старше пятнадцати, я решила отдохнуть в зимнем саду, которым на всю Британию славилось поместье Малфоев. Оказалось, что оранжерею облюбовали белые павлины, и я, спасаясь от их противных криков, ушла в дальнюю часть и прикрылась чарами Помех. Неожиданно по ним прошла лёгкая рябь. Я активировала заклинание Слуха и стала различать приближающиеся голоса.       ‒ Никого нет, кроме павлинов, Томас.       ‒ Да, я проверил Гоменум Ревелио.       ‒ Видел, ты два раза танцевал с Блэк. Она похорошела и стала в разы сильней, так что напрасно ты за неё волновался. Если бы от дуэли с Гриндевальдом все могли получить такой результат, немца ещё в тридцать девятом растащили бы на кусочки, ‒ иронически заметил Малфой.       ‒ Не думаю, что победа была лёгкой.       ‒ Ты об этом хотел поговорить? Глупый вопрос, конечно же нет. Ты не услышишь от меня нового. Блэк стала в разы сильнее, думаю, теперь твоему авторитету труднее будет удерживать тех, кто желает познакомиться с этой девой ближе. И не всех остановят дружеские чувства к тебе.       ‒ Ты тоже испытываешь искушение?       ‒ Малфои чувствуют силу. Это наше достоинство, и наш недостаток, ‒ спокойно ответил Абраксас. – По-моему, ты лукавишь, Томас. Кажется, ты давно определился с ролью Блэк в твоей жизни. В чём же дело?       ‒ Мне пока нечего ей предложить. Род без вассалов, без прежней силы, без денег… Я не могу быть на вторых ролях!       ‒ Ты про дружбу или…       ‒ Про что угодно, ‒ категорично заявил Гонт. ‒ Она обещала, что её планы не изменятся, поэтому я думал, что есть время разобраться… со всем. А теперь снова эта круговерть! И Адонисы эти иностранные активизировались…       ‒ Томас, ‒ осторожно сказал Абраксас. – Будь очень осторожен с Молинари.       ‒ Ты думаешь?..       ‒ Здесь не место для подобных разговоров. Пойдём, скоро начнётся приём.       Странное окончание разговора меня насторожило. Про Молинари ничего странного я не слышала, сама к нему не присматривалась особо, но запомнила, что с одним из итальянцев в Хогвартсе что-то не так.

***

      Результаты дела Дамблдора решено было напечатать в газетах. Жизнь бывшего профессора превратилась в урок тем, кто предпочитал незнание и обвинял в своих неудачах других. Неожиданным результатом стало то, что все газеты магической Британии так или иначе стали вести колонки типа "Чары для первой колдомедицинской помощи" или "Помоги себе сам". В них публиковались сведения, которые позже свели в очень популярные книги "Домоводство. Версия для начинающего", "Версия для домохозяина", "Версия для колдостроителя" и прочее.       Отец же упомянул, что Гриндевальд на самом деле был ширмой: амбициозный юноша из древнего рода служил чужим целям.       В пользу этой версии говорила война, так и не утихшая со смертью зачинщика, хотя с некоторых влиятельных магглов из разных стран сняли Империо, нашли несколько магов-шпионов, но явно не всех. Магглы продолжали воевать, в войну вступила Россия, многие волшебники сражались по обе стороны фронта. Словно без Гриндевальда отпала необходимость притворяться, и балом правили некие скрытые силы.       Вторым, хоть и косвенным, доказательством стали откровения Дамблдора о покровителях его приятеля, которыми тот и не думал делиться.       ‒ Случайно некий Молинари не числится среди них? Отец или дед моего однокурсника? – спросила я у отца.       Тот кивнул и уточнил:       ‒ Сама догадалась?       ‒ Слышала от Малфоя.       Отец многозначительно молчал.       ‒ Малфои как-то с ним связаны?       ‒ Почти верно. Эти люди сами себя выдали, послав своего агента в Хогвартс. Думаю, это и есть настоящие организаторы войны.       ‒ Кто?       ‒ Инквизиция, ‒ ответил отец. – Думаю, Дамблдора они к Малфоям подвели. А те не сразу сообразили, с кем связались в поисках места повыше.       ‒ А когда поняли, попытались спрыгнуть с едущего поезда?       ‒ И получили отраву. Если вирус у Дамблдора вышел бы более мощным, возможно, повторили бы этот трюк и с другими родами.       ‒ Получается, Дамблдор поломал чью-то игру, спасая того, кого сам же отравил? А Малфои пытались играть на стороне Гриндевальда?       ‒ Не без этого. Одного у этих белобрысых не отнимешь: всегда выгоду чуют. Вот и отошли в сторону вовремя.       ‒ Зачем Инквизиции нужна магическая война?       ‒ Предполагаю, это способ прийти ко власти. По сути инквизиция превратилась в тайный орден, где декларируемые цели не соответствуют реальным. Не знаю, остались ли в его рядах магглы, но представителей древних фамилий там хватает.       ‒ Инквизиции тоже нужен магический мир?       ‒ Скорее всего. Ты же помнишь истоки нашей истории? Давно, несколько тысячелетий назад, люди и магические народы проживали вместе. Не буду приводить тебе теории о зарождении магического начала, они не столь важны. Потом начался Великий исход магических народов, а спустя некоторое время волшебники ощутили ослабление магического фона в мире.       ‒ Это фейри, гномы и другие народы уходом его ослабили? – спросила я.       ‒ Или они ушли, потому что магии им не хватало. Люди стали беспокоиться, что рано или поздно без магии могут остаться они. Тогда-то многие потомки волшебников и магических народов после долгих поисков нашли подходящий для нас мир и открыли туда проходы.       ‒ Почему мы не переселились туда ни тогда, ни во время войн с инквизицией, почему и не думаем переселяться сейчас?       ‒ То, что я тебе скажу, знают немногие. И не думаю, что в других странах дело обстоит по-другому. Подходы к решению проблем могут быть свои, но… Дело в том, что в Британии все проходы оказались в руках старых родов. Они исследовали земли, осваивали их и ограждали барьерами. В том мире очень плотная насыщенность магией, слабосилки (а таких у нас, увы, очень и очень много) могут жить только за барьерами-фильтрами. Вот и выявился раскол: одни завидуют, что не могут не то что жить в магическом мире, а даже пройти в него, другие не понимают, почему они должны подарить свои завоевания ленивцам, не желающим развивать собственный талант.       ‒ Поэтому многие в вассалах у других? Чтобы попасть в магический мир?       ‒ Конечно. Это взаимовыгодно, одни дают защиту, другие платят верностью. Но их мало. Обыватели предпочитают что-то вырастить сами, что-то купить подешевле, на работу устроиться не на ферму или мануфактуру в магическом мире, а в Министерство на должность младшего секретаря. Кто-то и вовсе работает у магглов, а магию воспринимает инструментом, а не частью жизни.       ‒ Кто-то даже из аристократов зарабатывает состояния у магглов... - подхватила я и уточнила:       - У Министерству, получается, нет доступа в магический мир?       ‒ С Министерством тоже сложно: с одной стороны, они чересчур заняты магглами и поддержанием Статуса, с другой, там есть Отдел Тайн, чьей задачей, в частности, и является исследование мира. Скорее, всех последних министров устраивает текущее положение дел, никто не готов к реформам.       ‒ Да, от маггловского оружия пока закрылись, а там хоть трава не расти… ‒ задумчиво согласилась я. – Так что же с инквизицией?       ‒ Мы думаем, что им нужно максимально ослабить магов. Вот зачем – здесь мнения расходятся. Малфой, прадедушка твоего однокурсника, уверяет, что и магический мир им нужен, а конкуренты в его освоении не надобны.       ‒ Говорят, что лучше всего в магическом мире идут дела у России. Поэтому война докатилась и до её границ?       ‒ Возможно. Война мировая, и удержит ли инквизиция её в каких-то рамках, неизвестно. Мы разобщены, каждая страна занята своими проблемами. У нас мало шпионов в этой организации, и то не на самых верхах.       ‒ Поэтому ты сказал, что их цели ведомы только им самим…       ‒ Кстати, некоторые ритуалы и принятие силы на семнадцатилетие должны будут пройти именно в магическом мире. Догадываешься, почему?       ‒ Из-за того, что я Универсум.

***

      Январь и начало февраля прошли в напряжённых тренировках. Я должна была восстановить форму и выйти на новый пик развития.       Некоторые ритуалы проводила бабушка, и я часто ловила её задумчивый взгляд.       - Я что-то делаю не так? - спросила я наконец.       - Всё так, дитя.       - Я чувствую, что ты не договариваешь.       - Я видела в тебе способности, Вальбурга, - помолчав, сказала наконец Эфрусина. - Я надеялась, что ты сможешь принять наследие моего рода... Но ты выбрала Блэков. Я не осуждаю тебя, просто немного расстроена.       - Твой род на самом деле из России?       Бабушка пристально посмотрела на меня и медленно кивнула.       - Поделишься догадками?       - Твоё имя. И отношение Долохова-старшего.       - Вот как... Что ж, приоткрою немного свои тайны. Мой род очень древний. Мы потомки не людей, а Великого Полоза. Сам-то основатель ушёл ещё до Великого исхода, а мы остались.       - Полоз? Великий Змей... Кажется, он с кладами связан... Нет, с золотом, - вспомнила я.       - Вот и до причины добралась. Владения рода обширны и богаты что здесь, что в магическом мире. Кое-кому показалось, что нам одним много будет.       - В войне родов твой...       - Проиграл, - закаменев лицом, сказала Эфрусина. - Но и враги желаемого не получили. Я отомстила за близких, однако этого мало. Надо восстановить род.       - Мама не смогла стать наследницей?       - Да. Она не приняла бы магию моего рода. Возможно, другие потомки обретут наследие...       Я понимала, что она имеет в виду кого-то из детей Сигнуса или Альфарда. Или моих. Но для меня этот вопрос был преждевременным и умозрительным.       Стремительно приближалось 15 февраля. Накануне дня семнадцатилетия мы с родителями переместились в самое старое поместье Блэков в магическом мире. Располагалось оно в горной долине среди неприступных скал. Тут же находилось и большое фермерское хозяйство, где работали сразу несколько вассальных семей.       С удивлением увидев вдалеке крылатые силуэты, я узнала, что отец купил Валлийский заповедник и переместил драконов сюда.       - Как они здесь прижились? - спросила я.       - Долина гораздо больше, чем кажется, и магических барьеров здесь несколько. Драконы живут ближе к горам, там естественные для них условия. Некоторых сотрудников заповедника род взял под свою руку, но большинство - из наших вассалов.       - Зато теперь решена проблема с избытком скота. - добавила мать. - Доход от одних только сброшенных шкур и скорлупы яиц в разы выше, чем от продажи мяса и молока.       Полюбовавшись летающими драконами, я вошла в дом. Отец отдал в моё распоряжение целое крыло рядом с библиотекой, и я пообещала себе задержаться здесь хотя бы на месяц.       В огромной ванной комнате около купальни, напоминавшей бассейн, меня уже ждала Нэнни. Искупавшись в пяти водах, я окунулась в шестую, ощутив ароматы можжевельника и полыни.       - Я поставила песочные часы, хозяйка Вальбурга, - сказала Нэнни и исчезла.       Точно в момент падения последней песчинки в ванную вошла моя мать.       Приговаривая ритуальные слова, она полила меня родниковой водой, потом окутала жёстким полотном и подала длинную рубаху из дикого шёлка с серебристыми узорами из рун. Я рассмотрела некоторые из них: "Род", "Защита", "Долг", "Наследие".       Ритуальный зал располагался в основании главной башни и был похож на пещеру, слабо освещённую свечами.       Я вошла в ритуальный круг. Отец был ведущим, мать должна была поддерживать его.       С первыми словами отца "Как лорд рода Блэк, хозяин земель, отец семьи, представляю дочь рода" в центр круга потянулись магические завихрения.       Магическая мощь нарастала, проходя сквозь моё тело, душу, мою суть. Что-то во мне перестраивалось, устанавливалось на свои места, ликовало. Я не чувствовала ничего и одновременно ощущала себя как никогда живой и цельной.       Магия неторопливо схлынула, как волна отходит от берега, тьма сгустилась на указательном пальце правой руки. С заключительными словами отца "Нарекаю тебя, дочь рода, Вальбурга Астра Ирма Блэк!" кусочек мрака оформился в тяжёлый чёрный перстень с тёмным изумрудом в форме глаза.       Послышался леденящий душу вой, и передо мной возникла сотканная из темноты фигура Гримма. *Дикий шёлк - чесуча, материал, полученный благодаря дубовым шелкопрядам - гусеницам бабочек-павлиноглазок.