Dead depths (Гепард Ландау)

«И как меня сюда занесло?» С каждым новым шагом все отчетливее и отчетливее прокручивалась эта мысль в голове молодого человека, что отчаянно продолжал идти вперед. И хотя он понятия не имел куда брел по этому туманному лесу, в глубине души ему хотелось верить, что этот путь выведет его обратно к деревне.  Гепард и вся его семья переехали сюда всего пару месяцев назад, от чего почти вся местность была им не известна. Впрочем, ему было по большей степени все равно, ведь бродить по диким лесам и полям ему не доставляло никакого удовольствия, по крайней мере в первое время. Спустя же пару недель молодой человек начал заходить вглубь этого леса, бродя между деревьями, чьи кроны заслоняли большую часть света.  Когда же о его интересе к лесу узнали местные, то были явно обеспокоены этим «увлечением». Бабушки говорили ему не заходить далеко, особенно если молодой человек находился в подавленном состоянии, вот только на закономерный вопрос «почему?» отвечали что-то невнятное и бессмысленное.  Лишь единожды одна из старушек, что казалась ему еще более чокнутой, чем все остальные, подозвала его и шепнула на ухо весьма странную фразу.  —Ты сильный молодец, им только такие и нужны. Потопят они тебя, ой потопят. Бесовская неделя у них, бойся ты, бойся.— причитала старуха, глядя своими помутневшими глазами на блондина, что с недоверием слушал этот бессвязный бред.  Конечно же Гепард их не слушал, продолжал бродить по лесу, особенно когда на душе было тоскливо. В тот день он поругался с Сервал, что вынудило юношу пойти в лес.  И вот он бредет между деревьев, стараясь вспомнить хоть одно знакомое ему место, но все тщетно. Ноги несут его дальше, хотя ему уже давно пора остановиться, сдаться и просто ждать когда его спохватятся.  Внезапно молодой человек услышал голос. По его ощущениям пела девушка, его ровесница или быть может младше. Эта мелодия казалась ему такой… родной, словно мать все детство пела ее. В душе молодого человека зародилась надежда, быть может эта девушка выведет его к людям? Его шаги стали увереннее, а воздух, казалось, стал налипать от влаги к его одежде. Из-за этой влаги дышать становилось труднее, а почва под ногами стала мягкой, но все это не имело смысла, ведь его манил этот голос. Ему уже было не так важно, поможет ли эта девушка ему найти обратный путь, его волновал лишь её голос.  И вот, когда дубы сменились ивами, Гепард отодвинул тяжелые ветви этого плакучего дерева, а его взору представился, как ему показалось, запретный вид, будто он не должен был увидеть этой дикой красоты.  Широкое зеркало реки, спокойствие которого не прерывала ни одна рыба и ни одна птица, по обоим же берегам росли густые камыши, что стояли совершенно неподвижно, от чего казалось, что жизни в этом месте нет и вовсе.  Однако одна вещь все же убеждала его в обратном.  Посреди камышей расположился старый деревянный помост, чей пыльный цвет как нельзя лучше подходил этому цвету, но дело было вовсе не в помосте, а в девушке, что на нем сидела.  Гепард был заворожен этим зрелищем и даже не смел вздохнуть, боясь спугнуть её, словно она рыба, что может при малейшей опасности скрыться под водой. Однако её пение манило к себе, молодой человек не мог противиться этому зову, от чего его ноги сами сделали несколько шагов ей на встречу.  Под его ботинком предательски хрустнула ветка, из-за чего девушка пугливо обернулась на него, широко распахивая свои кукольные голубые глаза. Теперь Гепард мог рассмотреть её лучше. Мертвенно белая кожа и такая же мокрая сорочка, которая прилипала к ней и чуть ли не сливалась с кожей во едино. Сквозь нее отчетливо проглядывались острые плечи, худые бедра и манящие горошины сосков. Черные волосы доходили до поясницы, тяжелыми мокрыми прядями прилипали к её лицу и телу, контрастируя с кожей и сорочкой. Казалось, будто она только что вышла из воды. В её волосы около висков были вплетены белые лилии, что делало её образ совершенно неземным.  Гепард видел, что девушка тоже разглядывает его, оценивает, и вместе с этим на её лице появлялась улыбка. Синие губы, расплывшиеся в загадочной улыбке, продолжили напевать чарующую мелодию, что так понравилась гепарду. Девичье пение было совсем тихим, едва различимым даже в мертвенной тишине этого места, и оно манило Гепарда ближе.  Девушка начала медленно вставать, от чего через сорочку он увидел худые колени, а после она и вовсе протянула ему руку, зазывая к себе. Гепард не был в силах сопротивляться, а потому сделал шаг на скрипучий помост, что породило тяжелую волну на водной глади.  —Как тебя зовут?— спросила девушка, прекращая свое пение и отшагивая назад, к самому краю помоста.  —Гепард.— прошептал он, делая еще один шаг ей на встречу и протягивая руку, в надежде коснуться её.  —Прекрасное имя. Ты заблудился?— девушка позволила коснуться её холодной руки, переплетая свои ледяные пальцы с его горячими.  —Д…да.— и еще один шаг ей на встречу.  —Мне показать тебе дорогу домой? Или…— девушка почувствовала как рука Гепарда ложится ей на поясницу, притягивая к себе.—Быть может ты останешься со мной?— —С тобой…— молодой человек робко тянулся к её губам, что девушка легко заметила, мягко целуя его.  Сквозь пьянящую дымку возбуждения и помутненный рассудок Гепард почувствовал на своем языке вкус стоячей озерной воды, отдающей тиной, а потому робко прервал поцелуй, немного приходя в себя и потерянно облизывая свои губы, на которых ощущался тот же вкус.  —Пойдем со мной, на дно.— с этими словами девушка схватила молодого человека за ворот рубашки, падая назад, в объятия черной реки.