Глава 2. В умиротворяющей тишине

      Произошедшее отзывалось воспоминаниями, терзая второй день Чарли кошмарами с того самого момента, как ее друг несколько часов провел в душе и чуть не затопил ее квартиру, пока она тихо сидела в полудреме и вслушивалась в шум воды. Оставлять его одного и так было страшно, а подступившая вода к ее ногам через порог двери заставила в панике влететь и увидеть, как Аластор мирно лежит в ванне с закрытыми глазами. Ее душа в этот момент ушла куда-то в пятки, руки похолодели, а грудь сдавило самым тяжелым прессом, скручивая сердце словно в тугой узел. Дрожащими пальцами она дотронулась до бледной щеки парня, едва сдерживая горячие слезы, и он приоткрыл глаза, высвобождая из оцепенения подругу. Он просто уснул... какое было облегчение, что горячие слезы потекли еще сильнее, задевая горькую улыбку, искаженную от терзаний.       Аластору было и самому больно видеть страдания подруги, но не знал, что ему теперь делать.       Подруга уложила его к себе на кровать, закутав в мягкое одеяло, и он так и остался лежать, уткнувшись в стену, потеряв хоть какой-то смысл в своей жизни. Его просто уничтожили. Сломали. Очернив все счастливые моменты. И ему только и оставалось перебирать ворох воспоминаний в своей голове.       Дверь тихо открылась и в комнату прошла Чарли, ставя на тумбочку очередную кружку с горячим супом, что больше походил на бульон. — Я тут приготовила овощной супчик... - приглушенно сказала она, — Попей... хоть немного.       Но друг никак не реагировал, продолжая тихо дышать. — Если тебе что-то нужно, ты только скажи. Я все сделаю, - добавила она и едва коснулась мужского оголенного плеча, что тут же вздрогнуло, и она отдернула свою руку. — Прости... - прошептала она и медленно стала удаляться. — Принеси что-нибудь крепкое, - равнодушно попросил он, заставляя девушку замереть на месте. — Да. Сейчас, - она на скорую руку стала стирать покатившиеся слезы, почувствовав счастье, что за столь длительное молчание он, наконец-то, с ней заговорил.       Чарли боялась надолго оставлять лучшего друга одного в утомительном ожидании и быстренько метнулась в ближайший магазин. Хотя Аластору было все равно, для него время перестало существовать и минуты превращались в секунды, что когда девушка вернулась даже и не заметил, что прошло минут пятнадцать. Для него это оказался словно миг, словно он просто протяжно медленно моргнул.       Запыхавшаяся, но с небольшой радостью она сбросила обувь и направилась в комнату, где поставила драгоценную бутылку шотландского вискаря на тумбочку и положила пачку его любимых сигарет. Главное, чтобы ему хоть немного стало легче, ведь он сразу отказался от медицинской помощи и полиции, хотя она так сильно хотела, чтобы он обратился к ним за помощью.       С легким удивлением, Аластор все же посмотрел на печально радостную подругу и улыбнулся ей в ответ. — Спасибо, - осторожно садясь, придерживая одеяло, прошептал он. — Так, стаканы! Сейчас, - мечась из стороны в сторону, она взбудораженная стала искать столь нужную посуду, которая парню была ни к чему.       Пока она ушла на кухню, он просто открыл бутылку и жадно стал пить крепкий напиток, словно воду. С каждым глотком, боль, что одолевала все его тело, отступала, и он остановился лишь, когда голова отозвалась головокружением. На голодный желудок алкоголь быстрее воздействовал и это успокаивало. В наслаждении забывчивого круговорота, Аластор вновь лег на кровать и уткнулся лицом в стену, посильнее укрывшись одеялом.       Когда девушка вернулась с двумя стаканами, то снова печаль от уже знакомой картины застала ее врасплох, видя полупустую бутылку и уснувшего друга, так и не притронувшегося к пачке сигарет.