Часть 1

Битва с Азогом. Послженя битва для меня. Я чувствую как силы покидают меня, все мои страхи выходят наружу, все сожеления, ошибки которые я допустил еще в Синих горах. —Ну же давай, иди ко мне! — я подшиваю к себе орка, расставляю руки словно сдаюсь, хотя стл уже не было, а меч для меня сейчас непосильная ноша — Что боишься?! Мои последние секунды. Наверно вот как это умирать в битве, чувстоватьто вот сейчас Махал тебя заберёт, ты не думаешь о том как бы подобраться к врагу, ты думаешь о прошлом, о будущем которого не будет, о том как много не сделала за свою недолгую жизнь. Я вижу как Азог прыгает на меня, понимаю что и у него нет сил. Руки уже не держат меч, я готов был отпустить меч. Но из-за спины белого орка я увидел его. Гнома, я не знал его, но в его глазах я видел что-то знакомое и родное, словно он знал меня долгие века. Его борода была длинная что лежала рядом с его ногами, был он одет в доспехи, они светилисьловно передо мной сам ангел. И тут я понимаю что передо мной мой потом Дурин, первый гном. Дурин словно читает мои мысли и кивает ка кбы подтверждая мои мысли. —Не сдавайся. —единственные слова которые я слышу в своей голове перед последним броском на Азога. Ноги уже не держат меня, а мечь болтается. Азог так же устал, но не останавливался подпитывая себя своим гневом. И вот последняя секунда я вонзаю мечь ему в грудь и падаю, чувствуя что он успел ранить меня и падаю во тьму. И вижу перед собой Дурина который улыбается мне. Я зашла в больничное крыло. Здесь я бывала уже не раз, но все время меня воротило от запаха, от запаха гноя, он крови, которая была везде. Битва закончилась всего 2 дня назад, но умерли уже многие, Даин ушел, а на временное правление встал Фили. Хоть он и был ранен, ноне сильно, так что сможет некоторое время поупровлять Эребером, пока его дядя не поправится, если он конечно поправится. И вот я уже перед своим королем. Выглядил он не очень, многие говорят что он не выдержит и умрет, но как так можно говорить про своего короля?! Надежда никогда не покидала меня. Я всегда знала что попаду в Эребор, хоть и родилась в Синих горах. — Мой король, вы можете пошевелить рукой? — держась за руку с королем я ждала хоть какого то движения, хоть шевеления пальчика — Ну давайте мы всеми 7 королевствами верим в вас Он чувствовал ее прикосновения, слышал ее голос, хотел увидеть кто так беспокоится за него, но не мог. Сил нет, они его покинули еще при битве с Азогом, даже чтобы пошевелить пальцем. Он старался все силы перебросить в руку, которую держала это гномка. — Ваше величество надеюсь вы меня слышете. Лекари говорят что вы скоро очнётесь, так что готовьтесь к управлению Эребором. Все что я могу про него сказать так это что он прекрасен. — я убрала руку, хотя в душе еще была надежда. Но времени больше нет, король не один в больничном крыле, нужно и другим помогать — Я сейчас вам намажу вашу рану, надеюсь вы не чувствуете боли Я взяла мазь которую мне дала лекарша. Многие гномки сейчас сидят в больничном крыле, а другая часть разгребает завалы Эребора. Открыв банку с мазью, я набрала больше количество на пальцы и толстым слоем начала покрывать все раны Торина. — Я все ваше высочество, увидимся завтра —уже шепотом я сказал — а может и нет... Эту войну я не забуду никогда. Как меня просто пинками выгнали из дома сказава что нашему королю нужна помощь. Как добирались до горы, вокруг нашего каравана была охрана, юнцы которых не взяли на войну. Понимание того что в случае чего они нам не помогут, это угнетало, но самое ужасное что я оставила одного брата где-то в горе без присмотра. Путь до Эребора длился день, но для всех нас он был бесконечен. Никто не знал что нас ждет, победа или проигрыш. Вдруг сейчас нас поджидают орки чтобы убить, ничего не было известно. Тучи сгущались над нами, все казалось что сейчас нападут. — Ри ты не переживай. Вот как сейчас наши победят и будет пировать —это говорила Мойра. Она была всегда оптимистом, когда уже не было надежды. После смерти мужа она осталась одна с 2 детьми и тогда она не по теряла надежду — Ну не смотри на меня так. Сейчас приедем всех как вылечем и поедем назад. — Я не поеду назад. Меня там ничего не держит кроме брата. Он приедет ко мне первым караваном — я не поддерживала ее позитива. Во мне бушивал страх. — Ну и хорошо. Вот видишь ты уже веришь в нашу победу —она смеялась, другие гномки ее поддержали, одна я была опечалина. Хотя возможно это вызвано моим возрастом, ведь все были уже матерями, а некоторые даже бабушками. А мне только исполнилось 70 лет. И вот я уже в Эреборе. Здесь было ужасно, одни развалины. Как бы я не развлекала его величество, я сама не верила в это.