Часть 4

4 Июль. Где-то в пригороде Девона. Гермиона молча стояла и смотрела на особняк в стиле Ренессанс. Это был один из домов Вальтеры на территории Соединенного Королевства. Вокруг него распростерся лес. Вековые дубы раскинули ветви и шуршали листвой. Тишина, покой и наслаждение заполнили всё её существо. За последние двое суток её эмоции усилились ещё немного, и теперь постоянное шарканье людей, их бубнёж и нескончаемое мельтешение заставляли её застывшую кровь вскипать от раздражения. Она по-прежнему слышала всё в радиусе нескольких километров, но здесь не было людей. Только природа. С Вальтерой им пришлось обсудить этот нюанс – она не могла поехать в Хогвартс к огромной куче детей и при этом раздражаться от любого шороха, поэтому буквально на днях он оповестил её, что у него есть один знакомый, который, кажется, нашёл решение её проблемы. Он прибудет в течение двух недель и испробует его. Открыв глаза, она сразу же нашла взглядом Вальтеру. Стоя на ступенях, что вели к входной двери, он в привычной для себя манере ухмылялся. Их разделяли добрые пятьсот метров, но она всё равно прекрасно слышала его тихий и размеренный голос. - Поднимайся, маленькая вёльвочка, у нас ещё дела. Обычно его голос звучал саркастично, но, видимо, тишина леса благоприятно влияет даже на него. Ей понадобилась только секунда, для того, чтобы оказаться рядом. Это был ещё один пункт, который им нужно проработать – она не должна двигаться слишком быстро. Нельзя допустить того, чтобы её заметили или заподозрили. И, наверное, больше всего она страшилась того, что Дамблдор все поймёт. В конце концов, он один из величайших магов. Разве есть хоть один шанс, что он не заметит? Она надеялась лишь на то, что он позволит ей учиться так же как позволил и Римусу в своё время, но давящая мысль о том, что в отличие от Люпина, она опасна в любое время суток не давала покоя. И думать о том, что директор смилуется и позволит монстру учиться вместе с детьми? Она очень сильно сомневалась в этом. Но, как говорят, надежда умирает последней, и на данный момент она решила не думать об этом. В конце концов, что говорить о других, если она сама в себе ещё не уверенна. - Я переоденусь и спущусь. – всё так же холодно оповестила она. Ей не всегда удавалось говорить с той интонацией с которой она хотела, что стало ещё одним раздражающим фактором. Она чувствовала себя ребёнком, который не способен управлять собственным телом. Она пробовала изменить тон на более радушный или хотя бы менее безразличный, но, увы, как бы ни старалась, у неё не выходило. Вальтера сказал, что пока это нормально, её голосовые связки ещё не адаптировались после перерождения, и пусть она сама не заметила этого сразу, но на других её голос имел сильное влияние. Он завораживал, и, как сказал Вальтера, «это ты ещё не научилась им управлять». А также он предупредил о том, что его нужно научиться сдерживать, иначе последствия будут катастрофическими. - Конечно. – лениво протянул вампир. Поднявшись в свою комнату, она отворила дверцы шкафа. Гермиона знала, что он заранее поручил привести особняк в порядок и отправил их вещи вперёд на несколько часов. Какого же было её удивление, когда она увидела их уже разобранными. Ей было интересно, будут ли тут слуги или хоть кто-нибудь. Но нет. Дом оказался пустым и чистым. В шкафу висела новая одежда – под её новые формы старая не подходила. Примерно так выразился несносный вампир перед тем, как утащил её по магазинам. Но также он сделал это для того, чтобы потом, когда Гермиона не сможет себя контролировать, ей не пришлось себя мучить, бегая по магазинам. Какой заботливый, правда? Таким же образом они поступили и с предметами для Хогвартса, за исключением того, что все вещи и книги они просто заказали. У них не было времени на то, чтобы бегать по Косому переулку. Одевшись, Грейнджер подошла к зеркалу. Она не могла не восхищаться собой. Она никогда не была красоткой, но и абсолютно страшной – тоже. Единственный раз, когда ей нравилось своё отражение – в день святочного бала. Но это не шло ни в какое сравнение. Гермиона была прекрасна. Даже с небрежно завязанным хвостом и в спортивной одежде. Её бёдра округлились, талия вытянулась, а груди налились. Губы стали более пухлыми, волосы – гладкими и спускались аккуратными кудрями до лопаток. Глаза всё так же были карими, но с кровавыми проблесками. Вальтера предупредил, что после полного возвращения эмоций её глаза вспыхнут алым, стоит лишь немного разозлиться, поэтому она уже подготовилась, купив линзы. Но, несмотря на эту очевидную красоту, она осознавала, что всё это случилось с её телом только потому что добычу нужно завлечь. Всё в ней должно привлекать. Сколько же ещё нюансов ей стоит продумать? Видимо, стоит написать список. - Вёльвочка, я клянусь, что если ты не отлипнешь от зеркала, я брошу тебя здесь. А твои координаты сдам охотникам на вампиров – донёсся голос Вальтеры с нижнего этажа. Гермиона закатила глаза и пробормотала что-то подозрительно похожее на «несносный вампир, где моя палочка, давно пора от тебя избавиться». Пусть именно он убил её и усложнил ей жизнь, пусть из-за него она оказалась в такой ситуации, но она не может возненавидеть его. Да, она злилась на него первые недели и злится до сих пор, однако он за этот короткий срок стал ей… Другом? Возможно. Она постарается принять себя. Наверное, она ещё не понимает и не принимает ситуацию полностью, но у неё есть вампир, который будет на её стороне и всё ей объяснит. Она постарается жить в этом теле. Она должна принять себя и не забывать, что как бы прекрасна она ни была, она монстр, а не человек. Ей придётся с этим жить и при том постараться не возненавидеть себя. Сейчас ей стоит сосредоточиться на своей новой жизни, если она не хочет потерять собственное «я».