Новая империя Шишковских.

В тот день, когда мы встретились снова, я подумала, что ты лжешь моему отцу, но я согласилась пойти с тобой по одной причине, которую многие сочли бы глупой: я действительно верила, что ты хочешь измениться. Не для того, чтобы измениться по доброй воле, а для того, чтобы я не покончил с собой, и, к моему личному удивлению, ты произвел на меня приятное впечатление.

•••

Все семьи Шишковских находились в банке Wells Fargo в Нью-Йорке. Они сидели на стульях и ждали, когда освободится очередь, но она была очень длинной, и поэтому им пришлось подождать. — Боже мой, когда же мы доберемся до кассы? — непонимающе спросила Наташа Владимировна, которая уже не могла здесь находиться. — Доченька, пожалуйста, наберись терпения. — настойчиво сказала Елена Николаевна Шишковская. — Рано или поздно эта очередь закончится. — Я очень на это надеюсь. — процедила она сквозь зубы, которая не могла этого вынести. — Да поможет нам Бог, чтобы этот бизнес не провалился. — взмолилась Радосвета Владимировна, а потом подумала о своими словами и повернула голову к отцу. — Папа, что мы собираемся здесь создать? — Мы создадим пару ресторанов для нью-йоркской элиты и обычных, менее успешных ньюйоркцев. — Ты думаешь, это сработает? — удивилась Радосвета, которая привыкла к тому, что ее отец скорее пессимист, чем оптимист. — Да, я действительно верю, что это сработает, потому что подумайте о том, что объединяет всех людей на этом земном шаре: они хотят есть. — спокойно сказал Владимир Владиславич. — А будем ли мы продавать в этих ресторанах нашу исконно русскую кухню? — слюбопытством спросил Владислав Владимирович. — Вряд ли, наша кухня слишком специфична для иностранцев, поэтому они вряд ли оценят ее по достоинству. — заверил его и всех остальных Владимир Владиславич. — Поэтому только местная или французская, итальянская и другие возможные кухни. — Номер 1380, пожалуйста, подойдите к кассе под номером 6, повторяю, номер 1380, подойдите к кассе под номером 6. — прозвучал из динамика мужской голос с легким ирландским акцентом. — Теперь наша очередь. — радостно сказал Владимир Владиславич и встал. — Идем. — Ты нам это говоришь? — удивленно спросила Радочка, которая привыкла к тому, что отец не зовет на свадебные мероприятия ни ее, ни кого-либо еще, кроме матери. — Мы поедем все вместе? — Этот новый бизнес будет принадлежать всем нам, поэтому я хочу, чтобы все приняли в нем участие. — уверенно заявил Владимир Владиславич Шишковский. — Но у меня есть официальное заявление как у руководителя этого бизнеса, но мы будем принимать все решения вместе, чтобы вы знали, что такое бизнес на практике, а не в скучных учебниках. — Номер 1380, пожалуйста, подойдите к кассе под номером 6, пожалуйста, подойдите к нам. — настаивал кассир. — Пойдем, мы опаздываем. — попросила Елена Николаевна и взяла мужа за руку. — Идем к нашему новой бизнес-империи или нашему провалу. — Дорогая, пожалуйста, будь более оптимистичной, чтобы не вгонять своего мужа в депрессию. — приказал он ей. Они подошли к кассе под номером 6, и Владимир Владиславич Шишковский сел на стул, а остальные члены семьи встали вокруг него, чтобы поддержать его. За кассой сидел мужчина, слегка полноватый, но высокий, с глубоким взглядом, рядом с которым висела табличка с его именем Лиам О’Салливан. — Здравствуйте, рад видеть вас в банке Wells Fargo. Чем я, как сотрудник этой компании, могу помочь такому человеку, как вы, уважаемый сэр? — с любопытством спросил Лиам О’Салливан, он говорил очень хорошо и четко, как будто репетировал каждое слово для выступления в нью-йоркском театре «Нью Амстердам». — Боже мой, он такой фальшивый. — с отвращением сказала Елена Николаевна по-русски. — Это приводит в бешенство. — Мама, это его работа, он сейчас на работе. — шепотом напомнила ей Радочка. — Что они сказали? Язык, которые вы используете между собой, я не понимаю. — с интересом спросил Лиам О’Салливан, который сразу насторожился, потому что испугался, что его могут обсуждать. — Они как женщины, разговаривающие о платьях и ни о чем больше. — заверил его Владимир Владиславич и решил солгать ему. — Моя дочь Наташа, очевидно, неравнодушна к вам. — Папа. — она сердито зарычала и посмотрела на него злым взглядом, который начал сверлить его, как дрель. — Что ж, ваша дочь действительно замечательная красавица. — сказал Лиам О’Салливан, который был невероятно смущен этими словами и поэтому немного вспотел. — Спасибо за комплимент, но, как вы, наверное, знаете, я пришел сюда не для того, чтобы услышать, какой я замечательный отец для красивых девушек, а чтобы получить кредит. — спокойно сказал он и отдал все документы, которые взял с собой, когда хотел отплыть в Королевство сербов, хорватов и словенцев. — Что ж, у вас здесь очень приличная репутация, ваш старый бизнес, конечно, мог бы продолжать приносить вам стабильный доход, но все же, как считают многие, лучше начать что-то новое. — уверенно сказал кассир, когда проверил все документы. — Каким бизнесом вы будете заниматься? — Ресторанный бизнес. — Владимир Владиславич ответил быстро, как будто заранее знал, что сказать и когда это сказать. — Это для начала, потом я, наверное, буду зарабатывать деньги на других предприятиях здесь, в Америке. — Что ж, поздравляю с получением кредита в размере 51 000 долларов. — решительно сказал Лиам О’Салливан.

•••

С момента подписания того кредита банком Wells Fargo все завертелось, как заведенный механизм. Мы начали приглашать бедных иммигрантов из разных стран, они работали на нас, и мы быстро превратились из семьи, которая потеряла все из-за переезда в Соединенные Штаты Америки, в самую богатую и влиятельную русскую семью в Нью-Йорке. Как дочь и сестра, я гордилась тем, что мы успешно начинаем новую жизнь, но была одна проблема, которую я никак не могла решить, пока не постучала в дверь дома Фрэнка Джо.