Часть 15

      Холодный воздух морозил бледные пальцы до красноты. Под ногами хрустит белоснежный снег, после чего на нем остаются следы от подошвы осенних ботинок. Тело дрожит от холода. Нормальные люди ходят уже в зимних куртках, закутываются в огромные шарфы и закрывают уши шапками, пока Полинка «обходится» кожанкой и наушниками, которые ничерта не согревают. Но Васнецова не сдается, пока буквально дрожит. У нее уже черный пояс по выдерживанию холодной погоды! Безусловно, деньги, конечно, на это имеются, но она просто... не хочет? Скорее всего, именно так.       Полина объяснить это не может, а очередные лекции по поводу одежды от Вика просто игнорирует. Конечно, выслушивает. Но все же мы знаем, что слушать — не значит прислушиваться.       Пока мысли крутятся около одного. И, естественно, это совсем не мир Энвелла, а герой-романтик Фил Черных. Она безумно хочет быть с ним, когда она думает о нем, начинает краснеть, не то что разговаривать! В этом случае ее от помидора не отличить. Кира, бывает, подшучивает: «игра! Найдите пять отличий!» и показывает фотку красного овоща из браузера. Хорошо, что Сменкина ограничилась тем, что шутит так только тогда, когда они с Васнецовой наедине. И очень хорошо! Кира, конечно, не упускает ни одной возможности ехидно уколоть кого-то из друзей, но знает границы и палку никогда не перегибает, особенно тогда, когда знает, что подруга неровно дышит к Филу. Иронично. Хоть Полина и всеми силами пыталась скрывать свои чувства, Кира смогла пробраться к истине сквозь оболочку безразличия и вычислить все секретики касаемо Черных. У Сменкиной появилось еще больше поводов для подколов, но как хорошая подруга, насмехаться над чувствами Васнецовой не стала. И Полина неизмеримо ей за это благодарна.       Девушка схватилась рукой за телефон, которая уже успела покраснеть из-за мороза, а другую сунула в карман кожанки.       — Блин, Лина, ты меня слушаешь ваще?! — доносится громкий голос на другом конце трубки. Василиса явно была зла, судя по интонации.       — Да-да! Не надо орать только! Итак голова болит!.. — резко ответила та и потерла голову тыльной стороной кисти, вернув телефон к уху.       — А че так? — в голос подруги вернулось ехидство и расслабление. — Ты чем ночью вообще занимаешься?       — По кладбищам хожу блять!       — Не пыли, вампир, у тебя синяки под глазами больше самих глаз становятся. Думаешь, я не волнуюсь?       — Прости, просто... — вдруг Полина задумалась. А может ли она рассказать ей обо всех проблемах? Вряд ли. Игра — сразу в минус — ее в психушку загребут, как тяжело-душевнобольную на голову. Фил — тоже нет. Потому что Вася уж точно не удержится от обидного прикольчика, нежели Кира, у которой есть сила воли.       — Полина! Почему ты не спишь? О чем ты таком по ночам думаешь?       — У мамы появился ухажер... — выпалила та и в лице сразу же погруснела. — Она хочет нас сегодня познакомить. Мы идем в ресторан. Уже несколько дней думаю об этом...       — А...       — Хуеть. Я сама в шоке, — продолжала фразу подруги Лина, хотя знала, что Вася хотела сказать явно не это.       — Это тоже, но... — по голосу было понятно, что она в полнейшем шоке и недоумении. — Мы точно об одном человеке думаем? Тетя Люда? Серьезно? Она ж стара... — но осмысливая сказанное, она переключилась. — Ой, Лин, прости!!! Я не это имела ввиду!       — Да ладно... Я знаю...       Крылова тут же успокоилась, поняв, что подруга за это высказывание зла не держит. Но это было очень неожиданно.       — Вась, ты бы знала, я так не хочу никуда идти! Этот Олег меня уже раздражает!!       — Так его Олег зовут? Еще лучше. Может, не все так плохо?.. — конечно, Василиса пыталась подбодрить Полину. У них в школе итак хватало всяких дединсайдов, а тут еще одна будет? Нет уж, спасибо!       — Может, ты и права...       — Конечно, я права! — гордо ответила Крылова. — Я всегда права.       — Да никогда ты не права, дылда! — послышался детский мальчишний звонкий голосок на том конце трубки, словно из другой комнаты.       Сразу было понятно, что это младший брат Васи — Марк, который никогда не упускал возможности пошутить про высокий рост сестры. Потом еще и назревает вопрос: и в кого он такой? Думаю, ответ очевиден.       — Ты вообще заткнись, школота начальная! Родителей разбудишь! — строго ответила старшая и вернулась к телефонному разговору. — Задолбал уже этот дурак малолетний...       А все это сопровождалось громким смехом Лины — теперь ее очередь посмеяться. На самом деле, ее забавляли такие перепалки между братом и сестрой Крыловыми. Все плохое настроение ушло на «нет».       — И что ты смеешься, а?! — завопила Василиса.       — Прости, но я всегда ржу с ваших ругачек... — чуть успокоившись с улыбкой на лице ответила Васнецова. — Да ладно тебе! Иметь младшего брата — это классно! Я всегда хотела себе младшего брата или сестру...       — Ага, хотят все до тех пор, пока они не появятся. Ты бы знала, как он меня раздражает!       — Не верю.       — Да вот пусть у тебя тогда брат или сестра появится, как подарок на Новый год! И я посмотрю на тебя, понравится тебе, или нет!       Вдруг послышался недолгий шум.       — А у Васи парень появился! — сказал Крылов младший, который, походу выхватил телефон сестры из рук. Но как именно — не понятно, если разница в росте у них не хилая, хоть мальчику уже было лет одиннадцать. Интересно, это он про Илью?       — Да ты конченый что-ли?! Верни телефон живо!!       — А ты отбери, башня!       Прошло пару минут, пока гаджет не вернулся владельцу. По звукам было не понятно, что они там творили. То ли дрались, то ли просто орали друг на друга. Затем послышалось от мальчишки жалобное: «я все расскажу маме!» и он убежал обратно к себе в комнату. Типичная фраза всех младших. Уже ничего удивительного.       — Ты все еще хочешь себе такую головную боль? Хотя, у тебя итак башка болит постоянно.       — Поверь мне, да, — парировала Васнецова.       — Ну посмотрим через время, ты по-другому у меня заговоришь.       Звонок завершился, а на горизонте показалось учебное заведение. Наконец-то! Полинка, быстро убрав телефон в карман, побежала внутрь. Ведь не стоит забывать, что на улице зима, уже середина декабря, а погода в Питере в такой период — словно девять кругов ада. Сколько бы времени не прошло — ничего не меняется: Васнецова живет за тридевять земель от школы и еле-успевает что-то сделать утром. На часах 7:59, а Полина уже мчится к легендарной ржавой калитке, где ее ждут Арт, Кира, Вик. И Фил...

***

      Обстановка в лесу удивляла, а точнее, в тайном поселении Вэлл: много зелени, летучие камни, водопады... Это все напоминало «Аватара», как выразился Черных. Стол, за которым сидели пятеро игроков напоминал кувшинку, это уже подметила Васнецова. Тарелки были выполнены в стиле лотосов, а вместо столовых приборов были широкие завитые травинки. По другой стороне стола сидел советник, как и все жители, окрашенный под цвета Вэлл. Разработчики более чем постарались над детализацией.       — Мы очень благодарны вам за спасение Вэлл, — начал мягко советник, поглядывая на эльфийку. — Что бы мы без нее делали? Ох, не представляю...       Всем пятерым казалось, что он льет много воды. Им надо проходить игру и спасать Марью Степанну, а не прохлождаться возле водопадов! Например, Киру не цепляли виды в этих окрестностях от слова совсем, нежели ее брата, который увлеченно все вокруг рассматривал. Из-за этого, Арт сразу решил перейти к главному, тому, что было интересно всей компании:       — Вы поможете нам пройти лес?       Советник тут же переключился и с той же, будто натянутой добротой, ответил:       — Ну, разумеется!       — А Вэлл... пойдет с нами? — Сменкин с любопытством и надеждой посмотрел на всеобщего собеседника. Ему и в правду была важна Вэлл, к тому же, он зря несколько дней старался над валентинкой?       — О, нет-нет-нет! — затароторил он. — Это исключено! Она нужна здесь, у нее так много дел... Ох, ну что же это я? Пожалуйста, угощайтесь!       Ребята обратили внимание на тарелки, которые перед ними стояли: содержимое в них было что-то на подобии пыльцы. Васнецова поджала губы и поморщила аккуратный нос. Таким, с сожалению, (или счастью), она не питалась. К слову, другие тоже были не в восторге. Но Фил решил выделиться и рискнул попробовать диковинное угощение, поднеся травинку-вилку с пыльцой ко рту. Смотря за тем, как советник с аппетитом поедает это — складывалось у Фила ощущение, будто это не так уж и плохо. Но попробовав на язык блюдо, Черных сразу же высунул язык. Хорошо, что Полина пробовать это не стала, а лишь посмеялась над реакцией друга.       А на Вике лица не было: парень, опустив голову вниз, глядел на валентинку, что предназначалась для Вэлл, в руках. Сидя рядом, Васнецова опустила руку ему на плечо, чуть сжимая, что бы привлечь внимание. Сменкин тут же вскинул голову и стал смотреть сквозь очки на нее. По глазам Полины можно было понять, что она переживает за него и хочет спросить, почему он вмиг так погруснел.       — Она не пойдет дальше с нами... — Вик снова опустил голову, тихо вздохнув.       — Так давай, — тут же подключилась сестра. Кира чуть наклонилась к нему, что бы кроме них троих никто ничего не слышал. — Сейчас, или никогда.       Вик, мешкаясь, но собрав волю в кулак, стал подходить к своей пассии, начал что-то мямлить, пока советник его не прервал своим «позвольте я переведу!». Честно, он стал немного подбешивать Васнецову. Она ненавидела не только ябед, но и людей, которые лезут не в свое дело и перебивают.       — Она спрашивает, что вы хотели сказать? — советник парил в воздухе на крыльях. Полину удивляло, как они его держат, но озвучивать свои мысли не стала: вдруг заденет его хрупкое эго?       — А-ам... — Сменкин быстро убрал открытку за спину. — Классное тату!       Четверо остальных тут же хлопнули себя по лбам, а Арт даже стукнул голову об стол.

***

      Жемчужина, подарившую советник от лица «лесного народа», привела ребят к мосту. Но есть проблема: мост сломан. А перебраться на другую сторону как-то нужно.       Но случилось чудо: у Вика разблокировалась функция, с помощью которой можно чинить вещи. И это на руку. Особенно Васнецовой: наконец-то ее очки починят и она сможет видеть! Радости в ней было море.       Сменкин смог быстро починить мост.       — Ес! — восхищенно сказал Черных и бросил свою ладонь на плечо другу. — Починишь мне гоупрошку??       — Не так быстро! — Полина перевела внимание на себя. — Для начала мои очки, а потом уже эти ваши прошки.       — Тебе легко говорить, потому что у тебя приставка не сломана! — Фил подошел к ней, а девушка скрестила руки на груди. — А мне отец сказал, что не купит новую!       — По этому ты и рвешься все время ко мне?       — Ну естественно!       Слышать это было немного обидно. Ее, можно считать, лучший друг и по совместительству парень, который ей нравится, говорит, что он приходит к ней в гости не потому что с ней приятно общаться, а что бы поиграть в приставку. Но Фил и не заметит, зная, какой он безолаберный. Кира нахмурилась, смотря на спину Черных, но сказать что-либо не решилась: никто не должен знать о Полининых чувствах к нему, и Сменкина дала слово, которое она сдержит.       — Вик, ты же вроде их себе положил, да? Скажи, что да! — Васнецова перевела взгляд на Вика и сложила руки в просящем жесте. Она надеяться, что очки и в правду были к него.       — Ну да, — тот тоже на нее посмотрел.       — Почини. Помнишь, ты обещал?       — Помню-помню!       Вик подошел к ближайшему камню и достал из поясного кармана осколки с черной оправой. Полина тут же увязалась за ним, став выглядывать из-за его спины. Трое остальных тут же подключились.       — Лин, ты мешаешь, я не могу сосредоточиться, — Сменкин чуть нахмурил брови, заметив чрезмерную гипер-активность подруги.       Но... ничего не произошло. Как бы Вик не старался, какие усилия бы не прикладывал, ничего не происходило. Это заставило его озадачиться.       — Что такое? — Полине удалось что-то разглядеть из-за спины друга.       Но Сменкин молчал, сколько бы у него еще не спрашивали. Мещеряков тут же вмешался, положив руку Вику на плечо:       — Вик, не молчи.       — Ничего не выходит... — признался тот и опустился на камень, рядом с осколками.       Васнецова потускнела. Весь энтузиазм пропал, а глаза стали пустыми.       — В каком смысле? — вмешалась Кира, хмуро смотрев на брата.       — В прямом. Ничего не получается. Они просто не чинятся.       — Они и не починятся, — рядом появился «долгожданный» проводник Баквит.       — Какого черта «нет»?! — Полина оживилась и нахмурившись, уставилась на Баквита. Тот молчал. — Отвечай, жестянка! — девушка резко и неожиданно схватила проводника и потрясла.       — Эй, Сайрус, спокойнее... — Фил попытался аккуратно положить свою ладонь ей на плечо, но та не дала этого сделать. Черных одернул руку.       — Не надо меня успокаивать!! — она снова перевела взгляд на молчащего Баквита и перестала его трясти. — Отвечай!.. — произнесла она сквозь зубы.       — Для начала опусти меня на землю. — Баквит сохранял хладнокровие. Он понимал, что Полина расстроена и явно в ярости. Девушка, что-то сказав себе под нос, отпустила и стала ждать ответа, как и остальные. — Твои очки, они... — проводник вздохнул. — Их уже невозможно починить.       — Почему? — Арт перевел взгляд на него.       — Не хватает одного осколка.       — И из-за какого-то жалкого осколочка я не могу их починить?! — снова вмешалась Васнецова.       Баквит хмыкнул, пожал плечами и исчез, оставляя игроков одних, наедине с серым небом и сыростью... Вечер испорчен, а ведь еще идти в таким паршивым настроением на знакомство с маминым ухажером... Классно.

***

      — Полиночка, выходим, — Людмила докрасила губы алой помадой и поправила завитые блондинистые волосы.       Полина сморщилась, услышав тошнотворное «Полиночка», одновременно смотря на свое отражение в зеркале. Платье безусловно красивое, подчеркивало стройную фигуру, но Васнецовой младшей не угодить. Ей попросту не нравилось, особенно это платье. А также зеленый, в цвет которого было само одеяние. Хотя маме понравилось, ведь по ее словам «зеленый ей к лицу, под цвет глаз». Полный зашквар...       Люда наконец-то налюбовалась собой, оторвалась от зеркала и, улыбнувшись, с гордостью посмотрела на дочку.       — Ой, Полинка, сразу видно, в кого такая красивица!       — В папу? — язвительно начала гнуть палку Лина, хмуро смотрев на маму, и скрестила руки на груди.       — Давай только без твоих этих... выпендрежей. Определенно, в отца, но ты все же на меня больше похожа! Мне все коллеги на работе так же говорят.       — Потому что папу никогда не видели?       — Полина! — одернула мама и Лина замолчала, закатив глаза. — Нам пора. Ты же не хочешь опоздать?       — Конечно... — буркнула девушка и опустила взгляд.       — Ну вот и отлично! — женщина залезла в телефон и через пару секунд продолжила. — О! Такси уже подъехало! Идем скорее.       Васнецова старшая застягнула сапоги на каблуке и взяла ключи. Младшая же, накинула на плечи куртку, пытаясь ни о чем не думать. Она вдруг невольно улыбнулась, в голове вспыхнула очень острая и колкая шуточка. Нет, она не может так сказать... Нет... Черт.       — А разве твой... как его там? А, Олег, не заедет за нами? Я думала, он джентельмен... Твои цветы от него и ставить уже некуда, а тут такое...       — Вот юмор твой такой уж точно от отца! Я такими шутками не шучу!       — Не, ну а что? Или он такой занятой этой информатикой? А ты, кстати, самая первая над шутками папы смеялась!       — Вот в кого ты такая вредная? Точно в отца! Оба вредные до невозможности!       — А это уже в тебя, — парировала Полина и стала обуваться, присев на лавочку, и надела наушники на голову.       Девушка будто даже и не боялась как-то задеть маму. К тому же, Людмила сейчас до бесконечности счастливая и добрая, чем решила попользоваться дочь. И ей хотелось ее побесить, напомнить об отце, о котором, по ее мнению, стала быстро забывать женщина. Ну а Лине просто очень обидно за это. Прошло с его смерти всего три года. Васнецова младшая понимала, что поступает как обиженный маленький капризный ребенок, но задетая гордость и обида взяли вверх. Людмила лишь вздохнула, не отвечая на слова дочери. Она накинула пальто и открыла входную дверь.       — Выключи свет, — женщина вышла из дома.       Васнецова младшая сжала челюсть и взяв с кожанной скамейки телефон, в последний взглянув в отражение, выключила свет, и закрыв дверь, начала подходить к машине.       Такси тронулось, оставляя за собой на снегу след от массивных шин.

***

      Руки сразу же отмерзли. В помещении было тепло, играла легкая ненавязчивая музыка, которую играли музыканты где-то в дали огромного зала, и все сопровождалось разговорами кучи людей, сидящими за круглыми столиками. Полина приподняла брови и сжала руки в кулаки. Она, почему-то, чувствовала себя словно не в своей тарелке, хотя всю жизнь провела в «высшем обществе». А вот Людмила чувствовала себя легко и непринужденно. Ведь женщина привыкла к такой «роскошной жизни», нежели ее дочь.       Неожиданно подошла администратор. Они о чем-то поговорили с мамой, что не привлекло внимания Васнецовы младшей. Она все еще раздумывала обо всем, кроме того, что сейчас происходит. Например о том, почему очки уже нельзя починить. Нет, Баквит сказал, что виной этому мелкий осколок, но все же... Вдруг размышления прервал голос матери:       — Полиночка, идем.       Девушка посмотрела на маму и молча начала следовать за администрацией и Людмилой к столику, за которым, походу, их и ждал Олег.       — Дочь, погоди.       Девушка остановилась и вопросительно начала смотреть на маму.       — Слушай, как я выгляжу? — походу, ее волновало именно это. Васнецова младшая лишь показала большой палец и наигранно улыбнулась.       Васнецова старшая улыбнулась дочери в ответ и они продолжили свой путь.       Полина прямо не смотрела, только в пол. Резко она подняла голову и остановилась, чуть не врезавшись в маму. Они уже стояли у столика, а администраторша ушла.       — Людочка, а я вас заждался! — Лина повернула голову на мужчину, который встал из-за стола и подойдя к женщине, аккуратно взяв ладонь, поцеловал ее тыльную сторону.       Людмила смущенно хихикнула и влюбленно стала глядеть на него. Без лишних слов, Полина могла уже уверено заявить: это был тот самый Олег...       — Мадемуазель, вы же Полина, так? — Олег улыбнулся и взял уже ладошку девушки, так же чмокнув ее.       — А? Ага... — растерянно ответила Полина и забегала глазами.       Честно говоря, Васнецова младшая явно не так его представляла... Олежа этот был высоким брюнетом, в круглых очках, с небольшой бородкой. Симпатичный. У ее мамы определенно есть вкус, (нежели у него).       — Полиночка, знакомься, это Олежа, Олеж, это Полина, моя дочка, — представила женщина. Полина натянуто криво улыбнулась и кивнула.       — Приятно познакомиться.       — Ага... Взаимно.