Часть 4

Направляясь в спортивный зал, на собрание, о котором объявили в начале учебного дня, Чарли шагала рука об руку рядом с тем самым Коди Хантером. Они о чем-то переговаривались, иногда оглядываясь назад. Следом за ними плёлся Найл. Он что-то печатал в телефоне и не обращал ни на кого внимания. Замыкала компанию сонная Никки. После перенесённых событий вечером воскресенья она практически не спала. В голове всё время стоял этот громкий шум, из-за которого Никки чуть не развалила пол магазина. И мистер Гаррисон. Её сердце сжималось от одной лишь мысли о нём. Он остался один и теперь ему придётся как-то учиться с этим жить. Вытирая одну единственную слезинку, появившуюся в уголке глаза, Никки тряхнула головой, в надежде прогнать мрачный настрой. Найл с интересом косился на неё. Он немного замедлил шаг, чтобы поравняться с девушкой. Заметив его взгляд, Никки сделала вид, что увлечена изучением стен и потолка. Она знает, что Найл попытается выяснить, что происходит с подругой. Он будет задавать вопросы или внимательно на неё смотреть, как, например, в данный момент. Но Никки понятия не имеет, что ему рассказать. Она сама не в курсе, из-за чего её так накрывает в самые неожиданные моменты. Вероятно, чем старше ты становишься, тем хуже себя чувствуешь.   – Как ты? – парень всё-таки задал вопрос, слегка наклонив голову в её сторону. Никки обернулась, словно только что заметила его. – Ты про что? Скептически поднятая бровь Найла как бы говорила «не придуривайся, Уилкинс». – Это из-за мистера Гаррисона? Твоё настроение. Новости в городе всегда разлетались быстро, поэтому неудивительно, что все уже знали. Никки опустила взгляд на какое-то время, а после снова посмотрела перед собой. – Знаешь, было так больно видеть его сломленным. Он, по сути, единственный взрослый, к кому я отношусь как к родному, а я даже не знала, что сказать. Как поддержать его… Да, это был тяжелый день. И, кстати, совсем неприбыльный, – Никки нервно усмехнулась, покрепче сжав ремень сумки. – Я думаю, ему было достаточно того, что ты рядом. Он всё-таки пришел в магазин. Так что, пожалуйста, не вини себя ни в чём, – Найл потрепал девушку по волосам. – Ты очень хороший человек. – Вау, мы так быстро перешли к таким глубоким умозаключениям. Я даже не знаю, что на это ответить, мой дорогой друг, – улыбнувшись она наконец повернулась к парню. Зайдя внутрь зала, они остановились у входа, пропуская мимо себя поток сонных подростков. – Можешь просто обнять меня и сказать, что я тоже хороший человек. Хотя это будет очень странный диалог. Тогда можешь рассказать, что ещё тебя беспокоит, потому что я знаю, что точно есть что-то ещё, – Найл поправил лямку рюкзака и на секунду посмотрел девушке в глаза, после чего мотнул плечом. – Или просто обнять. Этого достаточно. Никки была рада, что он никогда не давит на неё, в попытках разузнать побольше. Когда она поймет, что с ней не так, она обязательно всё расскажет Найлу сама. Обняв парня покрепче, она почувствовала вину. – Спасибо тебе, – девушка замолчала на пару секунд, подбирая нужные слова. – Кстати, я хотела извиниться перед тобой. За тот разговор в пятницу. Иногда я веду себя как ребёнок, требующий внимания. Прости. Найл улыбнулся и взял девушку за руки. – Я не сержусь на тебя, Никкс. У всех бывают паршивые дни. Например, Чарли недавно швырнула в меня печеньем, когда я напомнил ей об экзаменах. И наш с тобой разговор тоже состоялся не в самый удачный день, – он на секунду опустил взгляд на руки девушки, а после снова их сжал. – Для меня важнее всего, чтобы у тебя и Чарли всё было хорошо. Плевать на эти мелкие ссоры. Никки хотелось расплакаться в эту самую секунду, на входе в этот дурацкий спортивный зал. Она так сильно ценила, что у неё есть такой друг как Найл. Никто не мог согреть её сердце сильнее, чем он. Девушка снова крепко обняла его. – Боже, я определённо не заслуживаю друга, как ты. Ты тоже очень хороший человек, Найл, – она произносит это серьезно, но через секунду начинает смеяться. – Да, ты прав, это звучит очень странно. Нам надо поработать над завершением трогательных диалогов. – И над началом тоже. Кстати о трогательных диалогах. Сюда несётся очень довольный любитель птиц. Никки хмурится, не понимая, о ком он говорит, и с интересом оборачивается. Довольным любителем птиц оказалась Чарли Джонсон. Отодвигая какого-то парня с дороги, она быстрым шагом направлялась к друзьям. И да, улыбалась она так сильно, что в зале, кажется, стало чуть светлее. – Никки, Никки, Никки, Никки, Никки, – почти подпрыгивая повторяла она, подойдя к подруге. – Ты никогда не догадаешься, что сейчас произошло. Ни за что на свете. – Твой ботан позвал тебя на свидание? – спросил Найл, нагло улыбнувшись. Ведь он абсолютно точно знал, что догадался. – Найл, а ты разве должен быть здесь? Проверь почту, тебя за углом наверняка сталкерит очередная фанатка, – Джонсон недовольно глянула на парня и сразу отвернулась. – Да всё-всё, уже ухожу, Чарльз. Ещё раз хмуро посмотрев на парня, Чарли надеялась взглядом испепелить его удаляющуюся вдаль спину, ведь она всей душой ненавидела это прозвище. – Вот козёл, испортил всё настроение. – Эй, ну-ка погоди с настроением, – Никки подбадривающе пихнула её в плечо. – Тебя что, Коди правда позвал на свидание? – Нуу, что-то вроде того, – постепенно возвращая улыбку, Чарли мечтательно взглянула на потолок. – Пригласил в парк посмотреть на голубых соек. Сказанное подругой настолько не клеилось с её обычным времяпровождением, что Никки хотела хихикнуть, но это было бы довольно бестактно с её стороны. Ведь девушка выглядела воодушевленной. – Так, ну сойки ещё ладно. Они красивые. Но парк? Чарли, ты же их ненавидишь. И вообще всё, что связано с природой. Я уже не говорю про насекомых, которые летают там без перерывов. – Нет, подожди. Ты сейчас говоришь о Чарли, которой нравятся клубы, мегаполисы и она понятия не имеет, что такое альтернативное оперение у птиц, – она приложила руку к груди. – Она естественно в парк не пойдет. А вот эта Чарли – очень любит смотреть на голубых соек, гуляя среди деревьев, – она снова указала на себя, только теперь почему-то на голову. – То есть настоящую Чарли ты не хочешь представлять Коди Хантеру? – А зачем ему знать настоящую? Такая вполне годится. Нам же не семью с ним создавать. – Я думала, ты хочешь серьезных отношений с ним. Ты так упорно изучала этих птиц, – девушки направлялись на трибуну, чтобы занять места поближе к выходу. – Нет, я тебя не упрекаю. Просто мне показалось… – Тебе точно показалось. Я не ищу серьезных отношений, Никкс, ты же знаешь. Просто иногда чтобы с тобой захотели переспать, нужно притвориться. И кстати, чтобы с тобой захотели переспать ещё раз, то притворяться придётся возможно неоднократно. Ничего не ответив, Никки села на самый край трибуны. Она знала, что Чарли травмировали отношения её родителей и собственные отношения с отцом. Вполне естественно, что она бежала от возможного подобного сценария. Хотя бежала она не только от него. В помещении было достаточно душно и шумно. Зал собрал в себя всех учеников старшей школы. Разумеется, большинству нравилось вместо учёбы сидеть на очередном скучном собрании о вреде всего, что интересует подростков. Хотя нашлись и те, кому не терпелось отправиться на занятия. Джинни Бейкер сидела слева от Чарли и без перерыва говорила о бессмысленности собрания и пустой трате времени. – У нас через пару месяцев экзамены, а мы собираемся сидеть здесь и слушать об очередном придурке, накурившемся травы. Очень образовательно. Девушка бубнила в пустоту. Кажется, ей даже не нужен был собеседник. Хотя невольным стала как раз таки залипающая в телефон Джонсон. – Вот, Чарли, скажи. Ты знала о том, что наркотики опасны? – В данную секунду я бы не отказалась отключиться от реальности, – не поднимая взгляда ответила она, но Джинни её даже не слушала. Она продолжала без умолку болтать. – Я её сейчас придушу. Чарли уже хотела повернуться к невыносимой соседке, но ту спас вошедший в зал директор. Его улыбка была ослепляющей, искренней и она определённо настораживала. – Дорогие мои ученики! Я очень рад, что вы все пришли, – со стороны послышались достаточно ироничные смешки, ведь собрания всегда обязательны. – Я займу у вас всего несколько минут. В наш город наконец заглянула весна, а это значит, что мы уже затянули с генеральной уборкой. Так что сегодня после занятий мы с вами дружно приступим наводить красоту. Пока директор Мэнсфилд радостно махал руками, по залу волной прошёлся недовольный гул и свисты. – Знаю, знаю. Вы очень рады. После собрания, на втором этаже вы можете ознакомиться со списками групп, в которых будете работать. Хорошего дня! – И ради этого нас нужно было собирать?! – возмутившаяся Джинни снова хотела найти поддержку в лице Чарли, но та резко встала со своего места и схватив Никки за руку, поплелась к выходу.   Ожидая звонка на урок, девушки сидели на подоконнике возле кабинета. Они внимательно изучали те самые списки. – Боже. Почему я в одной группе с этими дурёхами? Неужели я сделала что-то ужасное в прошлой жизни? – По-моему, ты драматизируешь, – Никки перебирала бумаги, пока Чарли закрывала лицо рукой. – Я не драматизирую. Разве я не права? Они всерьёз думают, что Черчилль был президентом США. Мало того. Они ещё и меня подобной чепухой пытаются пристыдить. Якобы я интересуюсь совсем не тем, чем должна интересоваться леди, – девушка вновь закатила глаза, пока Уилкинс смеялась. – О, смотри, кто идёт. Неожиданно в коридоре появился Найл. Он выглядел сосредоточенным и быстро направлялся в сторону лестницы. – Эй, Хоран, куда так бежишь? – Дамы! Снова привет, – проигнорировав вопрос, он развернулся и весело зашагал к окну. – Ну, что там сказали на собрании? – В смысле? Мы же с тобой вместе зашли в зал, — Никки непонимающе мотнула головой. – Да, но мне позвонили, и пришлось ненадолго отойти. – В принципе ты ничего не потерял. Загнали пол школы в душное помещение и сказали, чтобы убирались, – Чарли застыла на секунду, и захохотала с собственной шутки, заразив друзей смехом. – А ещё поставили меня в группу с чудилами. – Тебе повезло, что не с надоедливым спортсменом, у которого явно проблемы с пониманием, – вздохнула Никки, повернув друзьям лист с именами. – Оу, Мэтт Гилмор? – скривился Найл. – Сочувствую. Хочешь, я с ним поговорю? Обещаю, в голове у него будет исключительно мытьё полов. – Спасибо, но это лишнее. Не мытьё полов. Разговор. Вдруг мстить будет. Он и его друзья те ещё придурки. Парень фыркнул и посмотрел на вибрирующий в рюкзаке телефон. – Так, ладно, девчонки, мне пора бежать. – А ты не будешь смотреть списки? – Не думаю, что вообще пойду, так что незачем, – Найл подмигнул подругам и снова направился к лестнице. Поглядев ему вслед, Чарли о чём-то задумалась. – Слушай, Никкс, у меня есть идея, – девушка сделала интригующую паузу. – А может просто поменяемся? Я твоего Мэтта не интересую, а вот близняшки точно меня с ума сведут. – Он не мой, – Никки толкнула подругу в бок. – Но идея мне нравится. Только вот вдруг директор спалит? – Я тебя умоляю. Они никогда не проверяют. Я вообще не понимаю, зачем эти списки, – спрыгнув с подоконника, Чарли поправила рукава своего большущего свитера. – Так что договорились. И пошли уже внутрь, я замёрзла. – Замёрзла в свитере? – Мою кровь давно уже ничего не согревает, Никки, – направляясь в класс, бросила Джонсон. – А ещё говорит, что не драматизирует, – собрав все листы в стопку, девушка последовала за подругой.  Джеки и Саманта Пристли были двойняшками. Их перевели в эту школу совсем недавно, из Англии. Этот факт, по мнению сестёр, уже делал их на две головы выше остальных. К тому же родители девушек были именитыми врачами, что также прибавляло чувства собственной важности. Однако на деле двойняшки совершенно не интересовались ни литературой, ни историей, ни точными науками, коими не раз прикрывались. Попытки блеснуть знаниями в компаниях обычно проваливались, и потому обзавестись друзьями им так и не удалось. Никки было абсолютно всё равно с кем отмывать грязные окна в течение следующих двух часов, если никто не донимал её разговорами об Уинстоне Черчилле и не пытался позвать на свидание. А потому единственным желанием было быстрее уйти домой. Протирая подоконник, одним ухом она слушала новый сингл группы, название которой никогда не запоминает, а другим как сёстры выясняют отношения. – Ты можешь не вести себя как мама? – Если ты не будешь вести себя как ребёнок, Джеки, – девушки находились в разных углах кабинета, поэтому в основном ругались перекрикиваясь. – Раз ты так хочешь, иди сама и проси у директора новое задание. Я останусь. – Ну хорошо. Удачи в мытье полов. Тебе очень идут эти тряпки, – Саманта фыркнула и вышла из класса, откинув высокий хвост за спину. Никки на мгновение покосилась на оставшуюся в классе сестру. Та сидела за партой, и, устремив свой взгляд куда-то вдаль, водила шваброй по одному и тому же месту. Девушка выглядела грустной, что немного отличало её от рассказов Чарли. – Никки, тебе нравится то, чем ты занимаешься? – Если ты хочешь поменяться, то я не против. Давай швабру. – Да я не про это, – Джеки слегка закатила глаза и подошла к девушке, сев на подоконник, тем самым оказавшись прямо напротив собеседницы. – Вот ты работаешь в книжном магазине. Тебе это нравится? Немного нахмурившись, Никки хотела уже отмахнуться от странных вопросов и продолжить намыливать окна, но тут ей самой стало интересно. А чем, собственно говоря, она занимается? Она никогда не искала себе хобби и не строила грандиозных планов о карьере. Одна неделя, проведённая среди чирлидерш, была ужасна. Во-первых, её заставили. Точнее «настойчиво убедили», что ей стоит попробовать, ведь оценки на тот период были не слишком хороши, и глупо отказываться от возможности их исправить. Во-вторых, все мышцы и суставы дико болели, девушки постоянно ругались и чуть ли не дрались за место в центре. Этого опыта было достаточно, чтобы решить больше не заниматься ничем подобным. В её списке были лишь заработок денег и успешное окончание школы. Странное чувство заполнило всё тело. Она никогда не мечтала о том, кем хотела бы стать. Ей были абсолютно чужды мысли о собственном призвании. Она работала, чтобы было на что жить и на что уехать из города после учёбы. А что дальше? – Ну, это не то чтобы предел моих мечтаний. Но вполне устраивает, да, – Никки продолжила нервно тереть уже сияющее стекло, сгорая от неловкости и собственного вранья. – Тебе повезло, – Джеки снова уставилась в пустоту и, кажется, даже не слышала ответа на свой вопрос. Отгоняя от себя мрачные мысли, Никки наконец перестала мучить уже сияющее от блеска окно и повернулась к девушке. – Джеки, у тебя что-то случилось? Покачивая ногой, задумчивая Пристли словно решала, стоит ли продолжать этот разговор или закрыть тему, возвращаясь к мытью полов. – Наверное, все заметили, как глупо мы с Самантой выглядим, когда стараемся умничать. В основном Саманта, конечно. Но мне за нас стыдно, – девушка сделала паузу, перебирая пальцами волосы и заплетая их в не очень аккуратную косу. – Но этому есть оправдание. Не знаю, как Сэм, но я совершенно не интересуюсь наукой и историей. Я вообще не создана для этого. Снова сделав паузу, Джеки набрала побольше воздуха в грудь и положила руки на колени. – Я бы хотела стать актрисой. Мне нравится театр. Всегда нравился. Бабушка часто водила меня туда в детстве, когда мы жили в Англии. И я так полюбила всё это. Люблю любовные пьесы, вроде «Ромео и Джульетта». Люблю и нисколько этого не стесняюсь! – голос девушки стал значительно громче и увереннее. В её глазах появились искорки восторга. Никки не часто видела, как о чём-то говорили с такой любовью и теплотой. – Шекспир это же вообще бессмертная классика нашей страны. Как можно этого не понимать? – Я так понимаю, Саманта не разделяет твоих увлечений? – воспользовавшись паузой, Никки решила проявить интерес. – Дело не только в Саманте. У неё самой нет выбора, – от ослепительных искорок не осталось и следа. – Родители хотят, чтобы мы выбрали серьёзные профессии. Стали, например, педагогами или врачами, как они. Профессию актрисы в нашей семье принято считать неподходящей для взрослой и серьезной девушки. Раньше я могла заручиться хотя бы поддержкой бабушки, но её не стало.… А Сэм так старается угодить родителям, ещё с самого детства, что превратилась в бессердечную и злобную суку!  Яростно выругавшись, девушка тут же стыдливо прикрыла губы рукой, словно перед ней стояла не Никки, а её суровое семейство. Вслед за стыдом и, кажется, испугом, выступили слёзы. С каждым резким вдохом их поток усиливался и перетёк уже в настоящее рыдание. – Господи, Джеки, – Никки положила руку девушке на плечо, не зная, как ещё ей помочь. Чарли всегда была против проявления сочувствия, и потому этот опыт был совершенно не знаком. – Эй, всё будет в порядке.  «Что ты несёшь? Это точно не то, что ей сейчас нужно!» Осуждающий внутренний голос бил по голове, словно палками по ведру. – Прости. Это должно сейчас пройти, – сквозь слёзы девушка говорила с трудом. – Иногда я…принимаю лекарства… успокоительные и мне лучше. Но сегодня забыла их дома. Почесав затылок, Никки чуть ли не подпрыгнула от внезапного осознания. За всё то время, что они дружат с Чарли, подруга никогда не выходила из дома без таблеток, которые пила во время панических атак, накрывавших её временами после разговоров с отцом. Не до конца уверенная в своём решении, девушка всё же побежала к выходу из класса, на ходу оборачиваясь к растерявшейся Джеки. – Я сейчас вернусь, Джеки. Подожди меня буквально несколько минут. Никки влетела в кабинет биологии в надежде, что Чарли ещё не ушла. Но, видимо, её группа закончила с уборкой гораздо раньше, чем остальные. В кабинете стояла полная тишина. Отдышавшись, Никки полезла за телефоном, чтобы набрать подруге, но звук шагов за спиной отвлёк её. – О, ты всё-таки пришла. – Привет, Мэтт. А я как раз ухожу, – проклиная себя, что не ушла отсюда сразу, Никки открыла мессенджер, направляясь к выходу. Но парень резко перекрыл ей дорогу, вынуждая девушку затормозить. – Ну и что это такое? – Никкс, почему ты избегаешь меня? – Уилкинс поморщилась от того, что парень использовал слишком личную форму её имени. – Мы же хорошо провели время в прошлом году. Ты сама это сказала. – Да, Мэтт, я это сказала. Но после этого я предложила мирно разойтись. Разве не помнишь? Мне казалось, я понятно донесла эту мысль. – Но ты же имела в виду на время. Наши отношения тебя устраивали, — Мэтт не унимался, что начинало выводить девушку из себя. – Нет, не устраивали. Меня не устраивали отношения ни с тобой, ни с кем-либо ещё. – Пойдем снова на свидание. В этот раз тебя всё устроит, я обещаю, – парень начал делать шаги к девушке, вынуждая её отходить назад. – Нет, Мэтт никаких свиданий. Ты меня не слушаешь? Но парень слишком настойчиво навис над девушкой, лишая её возможности выбраться из угла. За последние несколько месяцев, что Мэтт доставал её, Никкс уже сотню раз пожалела, что они познакомились. – Если ты сейчас же не отойдешь, я закричу, – она посильнее сжала телефон в руке, планируя ударить им парня по голове. – Я серьёзно. – Гилмор! – в давящей тишине раздался новый голос. – Девушка же сказала отойти. В дверном проёме, облокотившись на стену и скрестив руки на груди, стоял Зейн Малик. Он словно выжидал реакции парня на своё появление. Никки расслабленно выдохнула, увидев знакомое лицо. Хотя их знакомство и выдалось не при лучших обстоятельствах, и их точно не назвать приятелями, почему-то казалось, что он не оставит её в этой ситуации. С другой стороны, Малика в данную секунду, кажется, интересовал только Мэтт. Он прожигал его взглядом, не двигаясь с места. – Здорова, Зейн, – Мэтт всё же отошел от Никки, но к Малику подходить не решился, чувствуя от того угрозу, словно от хищника. – Слышал, ты устраиваешь облавы на наших в последнее время. Что-то ищешь? Никки показалось, что Мэтт говорил всё это с ухмылкой, словно пытался вывести собеседника на эмоции. Но Зейн оставался всё так же спокоен, как и в момент, когда зашел. Он оттолкнулся от стены и подошёл ближе к парню, который уже выглядел менее язвительным. – Ты знаешь, что я ищу. И ты либо сдаешь мне его прямо сейчас, либо тебя ждут проблемы. – А не пошел бы ты к чёрту? – Мэтт практически выплюнул ему в лицо, собравшись обойти парня и покинуть кабинет, но Зейн оказался быстрее и схватив того за грудки, мгновенно прижал к стене, где стояла перепуганная девушка. – Я вижу, ты с первого раза никого не понимаешь. Давай ещё раз. Кто подсадил мою сестру? – Понятия не имею, психопат! – Мэтт был выше Зейна, но выбраться из его цепкой хватки ему не удавалось. – Меня не интересует твоя малолетняя торчащая сестра. В следующую секунду лицо Мэтта Гилмора от яростного кулака спас вовремя появившийся директор Мэнсфилд. Он скучающе обходил классы с проверкой и, вероятно, даже обрадовался, что обнаружил что-то нарушающее порядок. – Все трое за мной! Живо! Девушка уже собиралась возмутиться, ведь её зацепило совершенно случайно, и несправедливо было лишать её свободного времени. – Все, мисс Уилкинс, значит все, – директор пресекал любые пререкания, даже не оборачиваясь. Зейна и Никки оставили сидеть в небольшом и пустеющем холле, пока Мэтт зашел в кабинет директора. Ведь жертва, коим являлся Гилмор по его же словам, должна рассказать свою версию происходящего в первую очередь. И пока Малик, облокотившись на стену, прикрыл глаза, Никки пыталась отправить сообщение Чарли, но сеть здесь почему-то постоянно пропадала и смс упорно не отправлялась. Вспоминая, что она оставила плачущую Джеки одну, Никки стала злиться на телефон и бить по нему ладонью. Это, конечно же, не помогло, но девушка не хотела сдаваться так легко. – Можно позвонить с твоего телефона? – она обернулась к Малику, сидящему неподвижно уже пять минут. – Не получится, связи нет, – парень даже не открыл глаза. – Разве это не кажется странным? Мы же не в горах. С чего такие перебои? – но на свой вопрос Никки ответа не получила. Её оскорблял тот факт, что из-за этого конфликтного парня она незаслуженно сидит возле кабинета директора. Хоть он и уберёг её от Мэтта, последствия всё ещё не устраивают. Но главная проблема была в том, что он просто молчит. По какой-то причине Никки девушку это невероятно злило. Вероятно, приступы гнева всё ещё не прекратились. Хотя с чего бы? – Тебе хоть что-нибудь вообще кажется странным? – Да. Мне странно, что ты пытаешься со мной разговаривать, – Зейн слегка приоткрыл веки и усмехнулся, после чего вернулся в своё исходное положение. – Ну, знаешь, здесь больше не с кем поговорить. Так что тебе придется отвечать на мои вопросы, – никак не успокаиваясь, Никки сделала полный разворот на «собеседника». – Уверена? В эту секунду двери в холл распахнулись и…ничего. За ними не было никого, кто мог бы их толкнуть. Словно секундный порыв ветра и снова тишина. Слегка напрягаясь от странности происходящего, девушка заметила, что и Зейн нахмурил брови, косясь в сторону выхода. Она не была зациклена на возможном существовании сверхъестественного или чего-нибудь подобного, но последние пять минут тревога перед неизвестным медленно, но верно накрывала её. – Ладно, а что ты скажешь насчёт дверей, которые открываются сами по себе? Это не нормально, – Никки сама до конца не понимала, почему так настойчиво добивалась разговора с этим проблемным парнем. Хотя и догадывалась, что причина, вероятно, в постоянном наплыве разных чувств, с которыми ей не хотелось оставаться одной. – Слушай, Никки, если тебе нужна причина, чтобы отсюда уйти, то можешь просто сделать это. Мне всё равно. – Откуда ты знаешь, как меня зовут? – Услышал, когда ты разговаривала с Гилмором, – Зейн всё так же скучающе несколько раз проверил сеть на телефоне. – И ты просто стоял и слушал наш разговор? – ей почему-то стало стыдно, что он теперь в курсе подробностей этого нездорового «романа». – А мне надо было сделать что-то ещё? Я же не знаю, в каких вы отношениях. – Получается, ты благородно позволил бы Мэтту договорить с девушкой, прежде чем идти его бить? – Зейн задумался на пару секунд, затем кивнул и снова откинулся к стене. Подобная искренность улыбнула Никки. – Кстати об этом. Мне повезло, что ты так вовремя появился, чтобы начать свои пацанские разборки, – Зейн, снова нахмурившись, покосился на неё. – Это я так пытаюсь сказать спасибо. Уставившись на свои руки и прокручивая кольцо на пальце, Никки чувствовала неловкость. Вряд ли она признается кому-либо, но ситуация с Мэттом напугала её до дрожи. Чувство незащищенности часто одолевало ею с тех пор, как она стала жить одна в съемной квартире. Но делиться этим чувством Никки не собиралась, ни с кем. Чарли и без того было тяжело, Найл может быть слишком вовлечённым в чужие проблемы, а потому лучше не тревожить его своими страхами. Девушка предпочитала быть для друзей опорой, а не очередным поводом для переживаний. Но те моменты, когда Найл сам вызывался проводить её вечером с работы или они втроём всю ночь гуляли по городу, были самыми спокойными в её жизни. Она чувствовала себя в безопасности. Потому что была не одна. Хотя в последнее время они особо и не проводят время вместе, как это было раньше, Никки старалась не расстраиваться по этому поводу. Ведь её друзья всегда были такими. Найл довольно часто пропадает где-то, никому не рассказывая о своих буднях, Чарли бросает все силы, чтобы очаровать милого ботаника. Казалось бы, вроде всё, как всегда. Только вот что-то всё-таки изменилось. И Никки никак не может понять, что. – Хочешь совет? – Никки вынырнула из своих переживаний, услышав, как серьёзен стал Зейн. – Не связывайся больше ни с кем из команды. Они не просто придурки, у которых в голове ветер. Некоторые из них могут быть опасны. После этих слов всё в Зейне говорило о том, что он не собирается продолжать этот разговор. То, как он смотрел в стену перед собой, а не расслабленно откинул голову. Как нервно стучал пальцами по подлокотнику так, словно хочет раздробить его. Напряжение, что стояло в комнате в этот момент, кажется, можно было разрезать ножом. Догадавшись, что его мысли, скорее всего были заняты сестрой, Никки решила не доставать больше парня вопросами и стала молча ждать, когда она будет объяснять директору, что её нахождение здесь ошибочно. Время в ожидании текло невыносимо медленно. Тишину в комнате нарушало лишь тиканье довольно старых часов и дыхание парня. С улицы также доносились голоса отправляющихся домой учеников, звонкий смех, а затем сигнализация чьего-то автомобиля. За дверьми, что до сих пор покачивались, послышались уже знакомые голоса. – Найл, я понятия не имею, зачем ты мне всё это рассказываешь, – Чарли шла впереди, разговаривая с другом, даже не повернув головы. Понятно. Всё как всегда. – Ах, да, прости. Мне показалось, что ты снова спрашиваешь о том, что тебя не касается, – Найл произнес это настолько беззлобно, что сразу и не поймешь, ирония ли это. Но Чарли всегда понимала, оттого и пускала злобные взгляды в сторону парня. Закончив очередную «дружескую» перепалку, Чарли встала прямо перед Никки, закрыв вид на те самые древние часы. – Ну и чего ты здесь сидишь? – У меня возникли небольшие проблемы. – Проблемы? Не из-за тебя ли? – внезапно Найл обратился к Зейну, которому не было никакого дела до этой компании. Тот лишь слегка повернул голову и оглядев блондина быстрым взглядом, вернулся в исходное положение. – Думаю, тебе стоит сейчас задуматься о своих проблемах, – он как бы невзначай потёр пальцами бровь, привлекая этим внимание Никки к довольно яркой полосе крови над глазом друга. – О Господи, Найл, что с тобой случилось? – девушка даже встала, рефлекторно попытавшись дотронуться до раны. Найл же резко увернулся, как недовольный кот, продолжая коситься на Зейна. – Всё нормально со мной. Ударился об косяк. – Можешь даже не пытаться, – на одном из кресел уже сидела Чарли, подогнув под себя ногу. – Он всё время что-то сочиняет. Отодвинув Никки, Найл решил продолжить те разборки с подругой, с которыми они вошли сюда. Что ж, не в первый и не в последний раз. – А что ты хочешь услышать от меня, Чарли? – Желательно было бы правду. – Ну, однажды она тебе уже не понравилась, – его напряжение, впрочем, как и девушки, немного спало. Но если парень выглядел просто расстроенным их разговором, то Джонсон последняя фраза поразила словно выстрел. Около десяти секунд она смотрела на него круглыми глазами, после чего, снова нацепив маску равнодушия, спокойно встала и направилась к выходу. – Ты прав. С этими словами девушка покинула комнату, оставив за собой лишь легкий шлейф своих духов и обиды. Найл тяжело выдохнул и занял место, что занимала она минуту назад. Он дотронулся до разбитой брови и шикнул, прикрыв глаза. Сложно было определить, от чего ему сейчас было больнее. Не зная, что и сказать, Никки решила, что стоит просто молча сесть рядом с другом. О присутствии Зейна словно все забыли. И он всё так же безучастно сидел с краю и смотрел в телефон, периодически протирая экран пальцем. Никки, заметив это, догадалась, что ему было явно неудобно присутствовать при конфликте. Комнату в очередной раз заполнила оглушающая тишина. От этой тишины Никки чувствовала себя еще хуже, чем от ссоры своих лучших друзей. Тишина грозила неизвестностью. Непонятно, к чему она может привести и чем закончиться. В этой гнетущей обстановке хотелось чем-то занять руки, отвлечься. Осмотревшись по сторонам, Никкс заметила сумку, которую оказывается забыла Чарли. Вцепившись в вещь, она стала ковырять ногтем пуговицы на карманах. Наконец дверь кабинета открылась. Оттуда, виновато опустив голову, вышел Гилмор, а за ним показался и директор Менсфилд. – Мистер Малик, прошу вас. Тяжело выдохнув, Зейн поднялся и побрел в раскрытую перед ним дверь. Возможно он был рад, что больше ему не придется слушать вечно ругающихся Хорана и Джонсон. Или Никки, которая продолжила бы задавать ему вопросы, если бы не появление вышеупомянутых персон. А возможно это просто уже далеко не первый его поход к директору. И скорее всего не последний. Как только дверь захлопнулась, Мэтт Гилмор снова решил подойти к Никки, несмотря на присутствие её друга. Что было по меньшей мере безрассудно. – Никки, по поводу того, что произошло… – Если ты прямо сейчас не свалишь отсюда, в следующий раз в кабинет тебя будут уже заносить, – непривычно злобно произнес Найл, перебив его. Никки явно не ожидала такой реакции, ведь он даже не знал, что случилось. Но сразу поняла, что друг догадался, кто виноват в том, что все они сидят здесь. Грозный Найл казался даже страшнее, чем вышедший из себя Малик в кабинете. Так как Мэтт, покорно кивнув, сразу ретировался. – Я надеюсь, он не тронул тебя? – Нет, нет, не переживай, – поспешив успокоить его замотала головой Никки. – Вообще-то появление Зейна, можно даже сказать, спасло меня. – Знаешь, мне категорически не нравится, с кем ты дружишь, Никкс. Найл старался казаться шутливым и расслабленным, как делал это всегда в стрессовых ситуациях. Но было видно, как он нервничал, сидя рядом с подругой. – Ты же знаешь, как сильно я хочу, чтобы ты была в безопасности? – он обнял Никки со всей силы, уложив на своё плечо. – Я всегда буду защищать тебя. Несколько минут проведенные на плече Найла были самыми спокойными в жизни Никки за последние дни. Ничто и никогда не могло нарушить эту идиллию. Кроме, конечно же, самого Хорана. – Только мне надо отойти буквально на пару минут, хорошо? И я вернусь так быстро, что ты даже не успеешь скорчить свою недовольную физиономию, – и он действительно практически вылетел в коридор, поздоровавшись с кем-то по пути. На пороге показалась Джессика. Поправив рыжую косу, она неловко улыбнулась. Этот день никогда не закончится. – Привет, Джессика, – Никки совершенно не хотелось сейчас поднимать новые темы, заводить серьезные разговоры и объяснять своё странное поведение в магазине, которое, наверное, все-таки стоит объяснить. – Не хочу показаться грубой, но я сейчас вообще не в настроении вести беседы. – А мне как раз именно сейчас и нужно поговорить с тобой, – присев рядом, девушка нервно сглотнула. – Слушай, всё, что я сейчас скажу тебе и всё, что произойдет…не пугайся, хорошо? – Я не очень тебя понимаю…. – Эо! Уилкинс, смотри. Я вернулся, – в дверях показался радостный Найл, тряся в руках пачку чего-то яркого. Неожиданно спустя секунду там же появилась Чарли, словно они с Хораном были двумя частями магнита, которые то отталкивались, то притягивались друг к другу. – Я забыла свою сумку. И, конечно же, в этот самый момент из кабинета вышел Зейн, оглядев уставшим взглядом «старых знакомых». Как только он прикрыл за собой дверь, комнату заполнила ярчайшая вспышка белого света, ослепляя всех и вся в округе. – Вот чёрт.