Перемены всегда к лучшему?

Чувствую, как холодная вода окутывает моё тело, как я не могу вздохнуть и.. раньше будто чувствовала подобное. Коснувшись ногами дна, выныриваю из воды, черные волосы прилипли к лицу, прикрывая глаза. — Бу! Я Мавка! Я заберу тебя на дно! — выкрикнула одному мальчику, который сидел на берегу и подкидывал камушки в воду, которые после попадания создавали вокруг себя маленькие волны. Тот, заметив меня, с криком вскочил и отбежал подальше от воды, отчего я сама испугалась и упала вновь в холодную и глубокую воду. Вынырнув, я крикнула ему. — Чего ты так реагируешь? — Нельзя же так пугать! — лишь выкрикнул он в ответ. Выходя из воды, я выжимала мокрые волосы и не отводила взгляд от мальчика. Длинная рубаха с завязкой на поясе из разноцветных лент были промокшими, как и чечевички коричного цвета,— я что настолько похожа на Мавку? — спрашивая это, никак не могла сдержать улыбку, настолько хитрую, что могло ещё больше напугать. — от вас баб одни проблемы! напугала меня своими шутками и птиц всех воплями! — ишь ты! я тебя вообще-то первая испугалась! А потом ещё и в воду упала, чуть на дно к чертям не попала! — лучше бы и попала! Так мы и ругались, пока мне это не стало надоедать. — хм...ладно. прости меня. Давай заново,— я подошла ближе к нему и дружелюбно протянула руку.— меня...Ели...Просто Лиза зовут. А тебя? — называй меня как хочешь, просто Лиза,— уже немного подняв уголки губ ответил он, видимо долго держать обиды он не может. Я долго всматривалась в мальчишку. Золотистые, немного короткие и взъерошенные волосы выглядели мило и смешно. На всем лице красовались яркие почти золотые веснушки, а глаза цвета глубокого океана, в котором можно добровольно утонуть. Он был немного ниже меня, что больше умиляло. Одежда была совершенно обычная, что не подходила под его статус, ведь он был голубых кровей. Сверху белая рубаха, немного промокшая от брызгов воды, а снизу черные штаны. Я иногда видела его на официальных встреч с родителями, но он казался мне совсем другим....но теперь я поняла,— отныне я буду называть тебя золотцем! Не успев увидеть реакцию мальчика и задержать дыхание, я почувствовала, как что-то мокрое схватило меня за ногу и очень быстро потащило меня обратно в воду, где я, возможно, и умерла. Лин вскочила с кровати, испуганно оглядываясь по сторонам своей комнаты. Она подошла к зеркалу, трогая свое лицо и волосы. — фух....это был лишь очередной сон. Успокоившись, Лин пошла в ванную комнату, у каждого в клане своя ванная, дверь в которую находится в комнате, где там умылась и привела себя в порядок. Впервые за время проведенное в клане, она первым делом умывается. Обычно сначала выслушивает лекции неизвестного, которому приходиться будить её каждый день, а уж потом, если повезет, умоется. Выйдя из ванной, она хотела лечь обратно в кровать, но заметила, что на улице уже светло и никто не разбудил её. Это было странно. — Наверное у него много дел...— пытаясь себя успокоить она ощутила неприятное чувство в области груди. Ей нужно было срочно отвлечься. Комната, которую сделал ей Кристиан была очень необычной: подоконник, на котором стояла изящная ваза с белыми лилиями, был украшен кружевной белой салфеткой, добавляющей уюта. Через большое окно, обрамленное легкими полупрозрачными шторами, проходил солнечный свет, который мягко освещал всю комнату, включая дальний угол, где стояли растения в разноцветных керамических горшках. Их листья, играя на свету, бросали причудливые тени на стены и пол. Кровать была застелена мягким пледом цвета латте, гармонично сочетающимся с теплыми оттенками стен и паласом, закрывающим большую часть темного деревянного пола. В изголовье кровати лежали подушки с вышивкой, а рядом стояла небольшая прикроватная тумбочка с тонкой лампой и стопкой книг. На стене висели белые круглые часы с черными стрелками, которые тихо тикали, добавляя размеренности комнате. Часы располагались над невысоким книжным шкафом, заставленным разными книгами: от романов до ботанических справочников. На верхней полке стояли несколько сувениров — глиняный горшочек, подсвечник и маленькая стеклянная фигурка бабочки, которая мерцала в лучах солнца. Комната дышала уютом, светом и заботой, а каждая деталь отражала нежность и любовь хозяйки к природе и гармонии. Наконец успокоившись, она накинула на себя ветровку, вышла из комнаты и услышала шум внизу. Как будто все жильцы особняка находились там и веселились. И никто не вспомнил о Лин. Девушка прислушалась, но сложно было уловить что они делают. Как только получалось услышать один голос, как его перебивал второй, затем третий. Но по ним можно было понять лишь одно — они кого-то провожают. Непонятно зачем и надолго ли. Идя по длинному коридору, было все больше слышны радостные крики и песни. Подойдя к лестнице вниз, она замечает Кирой — парня, с которым она познакомилась несколько дней назад. Их знакомство вышло не таким, каким должно было быть, но все же оно было: Чтобы особняк выглядел ухоженным, Кристиан создал график дежурств, где каждый день по четыре человека делают домашние дела. Обычно они затрагивают лишь коридоры, библиотеку, кухню и гостиную, но иногда, если хозяин какой-либо спальни отсутствует или погибает, то и это тоже должно быть убрано. Но уборка— это не единственное занятие дежурных, но и готовка. Здесь готовят разнообразные блюда, но только учитываются все аллергии. Эту еду всегда едят лишь глава клана и дети, а люди постарше, конечно, могут присоединиться, но никто из них не хочет драться за еду с малышами, так как те очень больно бьют, а уж тем более кусаются. Каталину как раз и назначили дежурной вместе с Кирой и Неизвестным, четвертый дежурный — Люси, о которой Лин ещё только слышала, но не видела, сейчас на задании, так что им пришлось отдуваться лишь втроем. Кирой всё время избегал Каталину, постоянно при попытке разговора будто находил другие важные дела или игнорировал. Но вечером того же дня, когда они вдвоем сидели в гостиной, Кирой заговорил с ней и извинился за своё поведение. Как он сам признался, он сам по себе совсем необщительный, а если с ним кто-то заговорит, то будет стоять как истукан, пытаясь думать, что заговорили не с ним. Но он оказался очень приятным молодым человеком, с которым можно и посмеяться, и поговорить по душам. Парень сидел на ступеньках, смотря вниз на первый этаж, где все уже были в сборе и собрались в круг, что-то бурно обсуждая. В центре Лин заметила Неизвестного, который был одет в странную мантию и Кристиана, который на удивление был самым высоким из всех. Было всё больше и больше вопросов, которые хотелось поскорее задать. — доброе утро, Кирой. Что происходит? Будто дед мороз настоящий пришел в разгар весны. — если бы,—с ухмылкой ответил он, повернув голову на разноглазую,— скоро приведут новенького, вот все и радуются. Хотя я ничего радостного тут не нахожу, одни проблемы принесёт, а потом разгребать за ним, — его голос был слишком высок для парня, что немного настораживало, хотя он пока ещё совсем юн, поэтому неудивительно. — вот оно как... Лин только сейчас заметила, что парень тоже выглядел так, словно только с постели. Длинные черные волосы заплетены в небрежный пучок, были видны выбритые вески с затылком. Под карими глазами красовались два синяка, казалось, что его побили, но это скорее от недосыпа. Сверху одета чёрная толстовка, на котором красовалось странное пятно. Снизу штаны в клетку и красные кеды, на которых были разноцветные шнурки, что совсем не подходило ему.

В этом месте все выглядят так, как только хотят, не думая о мнении других.

— ты плохо спишь? давай я тебе сделаю чай? — Пытаясь хоть как-то сменить тему,       Лин мягко улыбнулась. — Спасибо, но не стоит..я всё равно уже ухожу обратно спать и тебе советую,— пытаясь скрыть смущение, Кирой сбежал, оставляя девушку вновь один на один со своими мыслями. Она замечает, что внизу уже все расходятся, а неизвестный с Кристианом пропали, испарились, словно их никогда и не было здесь.

Лес — единственное место, которое может успокоить людскую душу, ласковое пение птиц лишь придает большее внутреннее умиротворение.. Но обычно в Лесу можно бояться лишь одного — людей. Их боятся все, начиная от обычных деревьев, цветов, и заканчивая животными и даже людьми. Но есть один лес, который с виду совершенно обыкновенный, но он живой и любит поедать людей, которые ему не нравятся. Хотя местные жители деревушки неподалеку всегда твердят, что видят людей, заходящих в этот проклятый Лес. Многие считают, что туда приходят все, кому хочется оборвать свою жизнь. Но он не всех поедает. Некоторые, их называют "проклятые", могут спокойно ходить по нему и выходить. Раньше была легенда, которая гласила, что проклятые живут в этом лесу кланами, всего их два. Про первый мало что известно, лишь то что они безжалостные убийцы, которые убивают всех на своем пути. А про второй легенд ходит немало, но самая нашумевшая про то, что они часто выходят из леса и ищут себе подобных, забираются в дома и крадут проклятых детей. Но по правде говоря местные жители деревушки кое о чём умалчивают.. Это всё не легенды. Проклятые часто ходят по деревне и даже, иногда, выходят в город, но чаще всего с добрыми намерениями, такие как хождение за продуктами или просто веселиться. Но хорошее на этом и заканчивается. Если они в странных мантиях, то жди новую пропажу ребенка. Проклятых все ненавидят. Такой ребенок может родиться в любой семье, и чтобы узнать, точно ли он очень просто. Если он из первого клана, у него на теле будет странное родимое пятно в виде розы. А если из второго, то при рождении у него начнут светиться что-то на подобии вен в области шеи, запястий. В один прекрасный день мальчишка из деревни заметил, как незнакомая ему девушка (хотя он знал всех из этой и соседних деревень) зашла в лес, вывод один — она хочет покончить с жизнью. Жаль её, ведь она та ещё красавица. Прямые чёрные волосы, доходящие почти до поясницы и орехово-зеленые глаза. Если бы она была в шестнадцатом веке, то её давно бы сожгли, как ведьму. Одета была совсем обычно — черная толстовка, по размеру очень большая, что в ней бы, наверное, уместилось бы два человека, такого же цвета джинсы, но в них едва сможет залезть один человек, а она была настоящей ведьмой, и красные кеды с цветными шнурками. Всё было понятно, мальчик влюбился, но уже не мог спасти её от Леса, так что ему пришлось лишь смириться. ведь что ещё можно поделать с Лесом? А девушка много слышала странных слухов про это место и это её единственная надежда, чтобы спокойно умереть. Её звали Александра, многие называли ее Сашкой или ещё как-нибудь необычно, но её это особо не задевало. Совсем скоро наступит её шестнадцатилетие — возраст, который запоминается разными моментами: тяжёлыми, романтичными, весёлыми и так далее. Но в случае нашей героини, мы не сможем наблюдать за этим, но зато пятнадцатилетие было самым запоминающимся в ее жизни. В начале года она познакомилась с сомнительной компанией, состоящая почти только из парней, лишь одна девушка, помимо Саши, которые поначалу были очень милы, ей даже было весело с ними, но вскоре нашей Саше пришлось снять розовые очки и всё-таки увидеть все трезвой головой. Они изменились. Даже нет, они и были такими, просто не показывали свои истинные намерения. Стали обращаться с ней как со слабой зверушкой, которая не могла им ничего сделать или ответить. Их ничего не останавливало. Но и она была не настолько слабой. В один день все и случилось. Был апрель — месяц, когда все расцветает, когда уже можно начинать снимать куртки, когда рано утром уже светло. Но в этот день было мрачно, будто кто-то ей подсказывал, что нельзя идти на встречу с ними. Но она все таки пошла. На удивление присутствовали все, хотя обычно некоторые не приходят, отзываясь на плохое самочувствие. Лишь один сказал что-то перед тем, как сделать это: "Мы тебя уже заждались!" Её схватили со всех сторон, держа мертвой хваткой, чтобы та не сбежала. Саша пыталась вырваться, пыталась хоть что-то сделать, но было бесполезно. Та самая единственная девушка в компании стояла в стороне и снимала все на телефон, тихо смеясь, дабы не испортить съёмку. Один из них, что был свободен, безжалостно вцепился в губы Саши своими, это было омерзительно и больно, что начинало тошнить, и она уже не могла выбраться из их лап. Но почему-то случилось непредвиденное, такое даже не должно было и произойти с простым человеком. Тот парень почему-то остановился и отошел назад, словно под чарами, поднял лежавший кирпич на земле и стал безжалостно бить своих, что те уже переставали дышать, а наша героиня смогла выбраться. Это было не просто странно и ужасно, это отвратительно. Прибежав к родителям, та пыталась что-то объяснить, но они с ужасом, даже с какой-то ненавистью сказали: "Ты больше нам не дочь. Забудь дорогу в этот дом." Ей было мерзко от самой себя, от того поцелуя, что теперь останется у нее в памяти надолго ,от этого дня, от этой жизни. "Почему папа с мамой сказали подобное?", "Что я сделала не так?", "Что мне делать?" "КУДА МНЕ ИДТИ?" Лишь эти мысли проносились в её голове, не понимая ничегошеньки. Ей пришлось идти. Куда и зачем она и не знала, но что же ещё делать, ведь у неё не было никого, у кого можно было бы попросить хотя бы ночь переночевать или даже побыть немного. По пути ей встречались различные места, люди, которые знали, куда идут и зачем, у которых было то, ради чего жить. Так она и пришла к Лесу, который, может быть, захочет приютить к себе девушку или может даст спокойно попрощаться с жизнью. Пока воспоминания из короткой жизни проносились в голове, уже успело стемнеть, а Лес даже не собирался заканчиваться, словно он просто водит её кругами, запутывая всё больше. По пути она не встретила ни одного животного, но только лишь одинокого ворона, сидящего на ветке, будто хозяин Леса вышел поздороваться с гостьей, а она лишь прошла мимо, что совсем невежливо. Свою ошибку она поняла лишь когда близко к ней упал птичий помёт. Потом она поняла, что уже на протяжении долгого времени почти не может нормально ходить, лишь тяжело волочить ноги, и решила сесть на землю, облокотившись о дерево, дабы отдохнуть. В голове все мысли были о том, когда же это все закончиться. Она смотрела куда-то вдаль леса, хоть вокруг была лишь темнота, но её глаза уже привыкли к этому. С каждой минутой тело все больше покидало её, а разум всё больше мутнел и она даже не успела осознать, как провалилась в короткий, но очень хороший сон. Открывая глаза, она заметила, что стало немного светлей, а значит, что она все-таки выжила, к сожалению. Но не успев даже до конца проснуться, она замечает женский силуэт, которые неожиданно оказывается рядом с ней. — какая милая девчушка...оу....и тебе уготовлена сложная судьба. Значит тебя должна найти не я,— она коснулась щеки черноволосой, прикосновение было таким тёплым и непривычно нежным, что она никак не могла сдержать слёз, которые закрывали весь обзор на незнакомку. — ну-ну, не плачь, скоро ты обретёшь своё счастье...— её голос был таким же нежным, как и ладонь, но как внезапно появилась, незнакомка и исчезла, оставив после себя лишь легкое тепло, которое вскоре тоже пропало. Наутро следующего дня все также собрались около входной двери в предвкушении, в этот раз и Каталина стояла с ними, терпеливо ожидая открытие двери. Вокруг было шумно и тесно. Они стояли все в небольшой прихожей, в которой обычно может поместиться человек пять и очень комфортно, а здесь, наверное, около пятнадцати или же двадцати человек. Это могло быть опасно, но всем было плевать, им хотелось увидеть лишь одно. Весь прошлый день был тяжёлым. Все суетились и переживали, ведь придет новенький, а может и новенькая, никто точно не знает. Наша Лин весь день провела около плиты на кухне, готовя различные блюда, но уже не только на детей, но и на всех проживающих. Ей повезло лишь в том, что готовила не одна, а с Агатой, которая любезно рассказала ей о всех традициях этого клана, и почему же все так рады новеньким. Новенькие — это единственный глоток свежего воздуха в этом душном месте. Они все разные и похожи чем-то на пластилин. Несмотря на их отличие, из них можно сделать всё что угодно, изменить их кардинально, что никто, даже близкие люди, не узнают своего ребёнка. Многие хотят забрать себе этот пластилин и слепить из него кого-то уникального, хотя зачастую получается копия самого себя. Чаще всего новенькие — малые дети, чей возраст не превышает и десяти лет, но в последнее время получается уловить и старше. Нынешнее время считается самым сложным для этого клана, ибо на них идёт охота, что удивительно, не самими людьми, а их же видом. У них есть что-то наподобие клана, где делают из детей настоящих машин для убийств. Детей находят, а если быть точным, крадут у других кланов. Самые сильные, смелые, легко поддающиеся на различные формы манипуляций, всегда оказываются под высоким риском быть похищенным ими. Их шайку называют Мортем — что означает смерть. Нужно раньше них отыскать всех детей, пока не пришла Смерть. Дверь распахнулась, из неё шел яркий свет, что мешало увидеть входящих трёх людей, но закрыв дверь, все увидели Его. Парень, чей рост был чуть выше подбородка Кристиана, стоял между самим главой и его помощником. На его лице выражалось множество эмоций, от непонимания происходящего, до маниакального любопытства. Его немного небрежные волосы были необычайно седыми, даже почти чисто белыми, а глаза цвета яркого летнего неба с лёгким холодком выражали подозрительное спокойствие. Бледная, прочти фарфоровая кожа, аккуратные черты лица и мягкими, но выразительными линиями. Нос прямой, но немного узок, а губы не сильно пухлые, кончики которых направлены вверх. Телосложение крепкое, но не слишком массивное. Одежда совершенно обычная — чистая белая футболка, но её чистота лишь вопрос времени, и свободные чёрные штаны. Все уставились на парня, осматривая его со всех сторон, как игрушку, которую подарили одну на всех. Но лишь Каталина смотрела на него иначе. Он ей знаком, даже слишком. Наконец-то вспомнив, она ахнула, закрыв рот ладонью. Это был её двоюродный брат Клэнси, с которым в детстве они часто играли. — Как тебя зовут? — спросил женский голос из толпы. Но ответить парень не успевал, сразу выкрикивали другой вопрос. — Откуда ты? — спрашивал уже мужской голос. Потом последовало ещё больше и больше вопросов, на которые не то, что ответить не успевал, даже подумать. Неожиданно раздался голос Кристиана, который был не таким громким, как голос толпы, но который с лёгкостью её успокаивал. — Дети, успокойтесь. Дайте ему хоть немного отдохнуть. Он всю ночь был на ногах. После этого все замолчали, даже, возможно, перестали дышать. Они отошли от новенького, давая ему вздохнуть спокойно. Но лишь Каталина осталась, не отводя взгляда от парня. Толпа наблюдала. — Лиин? — протяжно спросил сероволосый парень прищурившись — тебя что-ли тоже они украли? Ема цыгане, вот дают, — он залился громким и очень заразительным смехом. Он тоже узнал сестру. От этого Лин тоже не могла сдержать смех, но он был более тихим и не таким заразительным, как у брата. — Ты как всегда в своем репертуаре...— тихо вздохнув, она добавила, — не крали они меня, а просто отправил сюда учитель. А сам то, чего забыл здесь, малой? — Возможно, впервые за долгое время она так спокойно разговаривает. Сделав несколько шагов в сторону Клэнси, она поняла..,— не....уже не малой,— Хоть ее рост был и средним, но брату она приходилась чуть выше носа, что больше обижало, чем радовало. — Малой? Ты про мой рост или...ХУ—..,— он замолчал, даже онемел, почувствовав пристальный взгляд Кристиана, смотрящий прямо в душу и прям говоря им: "продолжишь — застрелю на месте". Клэнси знал, что это совсем не шутка, и что если понадобится, он выстрелит. И ещё знал, что у главы в кармане есть пистолет, которым он красовался лишь при встрече с парнем у двери его же квартиры, говоря, чтобы Клэнси тут же начал собирать свои вещи, иначе смерть. Всё бы ничего, если бы эта фраза не произносилась с улыбкой, такой жуткой, что хотелось убежать, самому застрелиться, лишь бы не видеть такое лицо больше. Двое парней из толпы приблизились к нашим героям, а остальные спешили разойтись, дальше готовясь к празднику, который пройдет вечером. От них веяло дружелюбием, от чего становилось спокойнее. Они были как две капли воды, оба с рыжими волосами, хотя оттенок больше походил на красный, а глаза ярко голубые, даже немного бирюзового оттенка. Один немного ниже второго. Ясно было даже невооруженным глазом — они близнецы. — оо, у нас тут новенький, ещё и родственник нашей гостьи! — воскликнул парень повыше, положив руку на плечо Клэнси. — эй, только не кричи так, ещё и напугаешь их, — проворчал второй, неодобрительно смотря на брата. Видя это, Каталина тихонько улизнула, дабы не мешать близнецам знакомить Клэнси с новым домом. Она уже знакома с ними, так что знала, что её брату будет очень весело. — какая быстрая мелкая...,—тихо проговорил Клэнси, смотря на уходящую сестру, а после прокашлившись добавил,— здрасьте, напугать вздумали меня? хах, ну ладно, рад с вами познакомиться. Я Клэнси Дрейк. Третья буква через "е", а не "э" — он говорил так, словно каждый, кто слышал его фамилию, каверкал ее, будто специально, ради шутки. Сам он рассмеялся. — вы ко мне по делу, как видно, мальчики — произнес все тот же сероволосый со странной улыбкой и голосом, но уступающей улыбке главы. У того она более жуткая. — да-а, мы к тебе по очень срочному делу! Раз ты новенький, мы обязаны рассказать тебе про этот замеча-ательный клан, в котором ты будешь жить! — Радостно объяснял высокий близнец. — ты забыл представиться, дурак...ладно, я Аку, а этот..Акэми,— не найдя подходящего слова, чтобы оскорбить брата, представился низкий, а после добавил— перед тем, как мы начнем тебе что-то объяснять, тебе нужно будет написать или нарисовать...или ещё как-нибудь свой план комнаты. К сожалению или к счастью это обязательно. — понял, принял, обработал. Раз так, у меня в кармане завалился какой-то чертёж комнаты!— Клэнси вывернул наизнанку все свои карманы, пытаясь найти заветный лист,— пусто...хм... Точно, малец...— Обратился к Аку и протянул руку, провёл по его уху и в руках появился несколько раз сложенный белый листок,— нашел! — как ты это сделал?! — закричал вдруг Акэми, широко открыв рот и глаза, хотя его брат стоял почти неподвижно, непонимающе глядя на новенького и говоря: — что ж...раз всё готово..я пожалуй отнесу это Кристиану. Он спокойно взял чертёж и поднялся вверх по ступенькам, исчезая все больше, а Акэми в это время начал своё объяснение. — В общем! наш клан — один из самых лучших во всех измерениях. Здесь можно делать все! Ну.....про "всё" я, конечно, перегнул...здесь есть свои правила, которые лучше придерживаться. К примеру: нельзя материться, но ты это уже заметил. За маты, а особенно "хуй, пизда, блять, сука, ебанная, блядина, шлюха" и подобное грозит не просто убийство, а це-елая мучительная казнь. Также здесь нельзя убивать друг друга или как-то калечить, за это тоже грозит смертная казнь. В этом доме есть личность, которого лучше не злить....даже лучше не говорить с ним, а ещё лучше не дышать...Это тот парень, который пришел за тобой вместе с Кристианом...он — ещё тот монстр! К этому моменту наконец-то пришел Аку, который сразу же стукнул по голове брата кулаком, а тот при этом схватился за это место неубедительно хныча. — весь его бред про казнь не слушай, он любит утрировать — произнес низкий, приподняв уголки губ. — подождите, красные..вы про того мелкого чёрного, ещё с синяками под глазами, которого как будто избили книгой по квантовой физике? — Клэнси рассмеялся, но уже не слишком громко, смахнув выдуманную слезу. — да,— ответили те почти одновременно. Близнецы долго рассказывали, объясняли и пару раз даже поссорились, что успело уже стемнеть. Но уже всем было не до праздника. Вечером особняке появился ещё один новенький, а если быть точнее новенькая. Её нашли в лесу, где она находилась без сознания. Приведя в особняк они выясняли — это не просто заблудшая девица, а некто больше. У неё на теле нашли несколько меток, которые принадлежали сразу к нескольким кланам. Это могло означать лишь одно —Перерождение хранителя одиннадцатого измерения. Измерение под номером одиннадцать славилось многим: теплым климатом, необычными растениями и различными животными, которых не было в других измерениях. Но самое главное — любовь к хранителю. Её возносили, как бога, без которого они все умрут. Это было и плохо и хорошо. Все любили хранителя. Но несмотря на всю любовь, хранитель был одинок. У неё не было близких, с которыми можно было поговорить по душам. Не было никого. Хранитель сделал лишь одну роковую ошибку, которая стоила всего измерения — создал ходячую смерть, имя которого Эндрю. Он был для хранителя всем: и слугой, и старшим братом, и сыном, и любовником. Он мог доверить Эндрю все секреты, которые только были. Когда впервые его увидели другие жители измерения, помимо слуг хранителя, пошли различного рода слухи. Но самый распространенный из них про то, что это сын хранителя от одного из знатных особ того времени. Эндрю с хранителем были совершенно не похожи, за исключением формы глаз и взгляда, которых иногда мог пронзать душу насквозь. А вот с тем, якобы его отцом, как две капли воды. Но вскоре этот знатный мужчина умер, но слухи продолжали жить и стали ещё больше разрастаться. Через несколько лет и Эндрю пропал, он перестал появляться рядом с хранителем, который тоже изменился; стал более молчаливым, реже улыбался и больше находился в своих покоях. Шли годы, а измерение стало тускнеть, словно тоже грустит, как и хранитель. Вскоре произошел случай, который навсегда изменил одиннадцатое измерение. В этот день был праздник, посвященный дню, когда их обожаемый хранитель стал им, который должен был состояться на центральной площади. Но он так и не состоялся. Объявился тот, кого уже давно забыли, тот, кого уже не ждали — Эндрю. Он устроил кровавое месиво, из-за которого почти все те, кто жил в измерении умерли. А точнее стали лишь пустыми оболочками, которые могут лишь бродить в поисках чего-то. Им уже не помочь. А хранителя убили, вонзив странного вида меч, который был сделан из особого металла, который может сильно ранить и даже убить хранителя. Но сделать это можно, лишь задев или ранить хранителя в его слабое место. Слабое место хранителя может быть любым, но если задеть его обычным оружием, то почти ничего не будет, но если тем странным мечом, то шансы на убийство высоки. Узнав о смерти хранителя, все выжившие бросились бежать, но лишь четыре клана смогли выжить, сбежав в четырнадцатое измерение, но до одного из них сразу добрались и перебили почти всех, лишь единицы смогли спрятаться среди обычных людей и основать свои семьи. Третий клан даже кланом нельзя назвать — это Мортем. А второй — Клан Кореки, который на данный момент существует и находится неподалеку от клана Сумаку. Их больше, но по силе не уступают первому клану, который вы все прекрасно знаете. Девушку, которую посчитали за хранителя, сразу же забрали куда-то, никто не знал где она и что с ней, лишь Кристиан знал, но недоговаривал что-то. Клэнси, когда увидел её, впал в ступор. а глаза его расширились. Она была уж больно знакомой ему. Он видел её мельком, но уже хотел пойти искать её, чтобы рассмотреть поближе. Вдруг она та, кого он так долго искал. Но никто, даже помощник главы, не знали, что с ней и где она. Каталина хотела как-то успокоить брата, касаясь края его футболки и слегка дернув за неё. — эй, Клэнси, ты почему побелел? — Она пыталась разбавить обстановку шуткой, но получилось неудачно и это не помогло. В течении нескольких дней было тревожно. Девушка так и не нашлась, и никто не знал, что с ней. Но для кого-то приготовили комнату с пустой белой табличкой на двери. Только из-за этого оставалась надежда, что девушка всё-таки появится. Вечером третьего дня Кристиан объявил собрание, в котором и появилась она. Девушка была измученная, словно её не проверяли, а пытали все эти дни. Черные волосы заплетены в легкий хвост, а под глазами мешки. Одежда отличалась от той, которая была, когда её принесли: Свободная серая кофточка и красные клетчатые штаны. Она стояла рядом с главой, немного прижимаясь к нему от страха перед такой толпой. — В этот день я с радостью могу представить вам ещё одну новенькую. Её зовут Александра. И она...хранитель одиннадцатого измерения, так что прошу её не обижать. Все собравшиеся были в ужасе, никто не мог ожидать, что такое случиться. Сначала была мертвая тишина, но потом начались крики, где-то радостные, а где-то даже отчаянные. Кристиан вновь продолжил объяснение. — прошу вас успокоиться. Она очень вымоталась после длительных проверок, так что прошу вас, не трогайте её сегодня. Собравшиеся были расстроены, им хотелось поскорее задать ей все вопросы, но не могли. Многие стали расходиться, за исключением Клэнси, который пристально смотрел на неё, не отводя взгляда и не моргая. Он явно сглотнул ком в горле, а сердце забилось чаще. — Александра....,— прошептал он, сделав шаг вперед,— может я.. — ты ещё кто? отойди и иди нахуй, — грубо отрезала она и направилась в свою новую комнату, оставив Клэнси одного со своими мыслями и вопросами. Ей было мерзко от своих же слов, которые она сказала пареньку, хотелось лишь сбежать, что она и сделала.