Часть 1

Свежий холодный ветер обдувал вынесенную на берег русалку, которая все ещё дышала. Грудь тяжело поднималась и так же тяжело опускалась при выдохе. Ей необходимо было либо сменить облик, либо погрузится в воду, однако ничего из этого она сейчас не могла, как бы отчаянно не пыталась. Магическая энергия исчерпалась почти полностью, а сама она была так сильно истощена, что вряд ли бы смогла распутать сети, которые последние три дня мешали ей нормально передвигаться. Попробовав приподняться, она почувствовала как тело отозвалось болью и невольно застонала, но тут же закрыла себе рот рукой и в страхе огляделась. Если ее сейчас увидит кто-нибудь из людей, ей конец. Острый демонический слух уловил стон боли. Мужчина нахмурился. Вообще-то, он собирался уйти сразу же после проверки берега, где как доложили гули, было неспокойно. И хотя страдания несчастного существа, на минуточку, ни капли не трогали чёрствое сердце Хэ Сюаня, они имели все шансы надоесть ему, да и вид трупа водного существа никакого удовольствия не принесёт. Он спустился к самому морю, дабы посмотреть, кто там воду мутит. Скорее всего здесь не посчастливилось оказаться какому-нибудь мелкому демону, который теперь не мог выбраться. Ситуация довольно частая, так что он даже не удивился. Демон окинул взглядом, не таящим в себе и капли интереса, водную гладь, растущую у воды зелень, берег… И увидел лежащую на мокром песке русалку. Её изумрудный переливающийся хвост был весь в крови, которая тонкой струйкой стекала в песок, уже успевший окрасится в алый. Тело морской красавицы стягивала рыбацкая сеть, которая в некоторых местах из-за перетяжки оставила синяки. Светло-каштановые волосы спутались в узлы и выглядели просто ужасно. Черновод осмотрел ее скучающим взглядом и, подойдя поближе, присел на корточки, вытащив из кармана небольшой, но острый нож. Русалка вздрогнула, увидев оружие в его руке, и закрыла глаза. Сопротивляться сил не было, пытаться как-то защититься тоже… Лезвие аккуратно перерезало сеть в нескольких местах, а потом демон стащил с неё сеть, выбросив подальше на берег, и ножик исчез в рукаве его черных одеяний. Осмотрев тело незнакомой ему русалки, Черновод обнаружил, что оно всё изувечено. Это стало поводом для раздражения демона, однако лицо его не выражало ничего, он был холоден и бесчувственен. Хэ освободил её, а дальше сама как-нибудь. Однако он засмотрелся, погрузившись в свои мысли. Она была красива: аккуратные, правильные черты лица невозможно было погубить страхом и отчаянием, что отражались в больших, выразительных глазах. Странное сочетание: тяжелая смесь эмоций на лице, осунувшаяся спина, усталый, потрепанный вид и какая-то чарующая красота, не только лица, но и всего тела. И в этом был какой-то неуловимый, особый шарм. Неожиданно, поборов первый шок, русалка спросила: — Кто ты такой? Он определенно был не из тех, кто пытается добыть редкую вещицу: слезу русалки, которая ценится дороже золота, но… — Я владыка этих мест. Голос его был пронизан мертвецким холодом, а взгляд пожирал, пробирая до костей. Цинсюань решила уточнить, так, на всякий случай: — Тебе что-то нужно от меня? Хорошо, раз боится, думал Хэ Сюань. Проблем не доставит, дерзить не будет. — Нет. Просто убирайся. Его взгляд, колючий будто ветви терновника, царапал сердце, которое у нее и так обливалось слезами. — Я бы с радостью, — откликнулась русалка, — Но мой хвост… — она посмотрела на плавник на конце, который был поделен на части, большой раной, — Боюсь я даже с мелководья не уплыву. Она говорила все медленнее, чувствуя, как сознание её покидает. Тело слабело с каждой минутой все больше. — Так что разреши немного…передохнуть, — она положила руки на камень, выступающий из-под мокрого песка и прикрыла глаза. Черновод лишь нахмурился. Возись теперь с ней. Тц, раздражает. Он осторожно поднял её на руки, стараясь не задевать раненные участки тела, про себя отмечая, что было бы удобнее нести русалку, если бы она была в облике человека. Он уже собирался поделиться с ней духовной силой, чтобы облегчить превращение, однако тут же столкнулся с проблемой. Если он сейчас сделает это, то девушка будет…совсем нагой. Желанием лицезреть её во всей «красе» он не горел, поэтому смирился и медленно направился к своему замку. Замок хозяина черных вод представлял собой мрачное место, выполненное в темных тонах. Черные, острые шпили простирались к небу, казалось, они могли проткнуть насквозь облака, которые проплывая над островом, не могли оставаться невинно белыми и приобретали угольный оттенок. Черновод принес её в свою спальню и после того, как уложил в кровать, тут же принялся искать что-то, во что можно было бы ее одеть. На глаза попался только его собственный черный халат. Раздосадованно вздохнув, он со всей осторожностью просунул каждую из её рук в рукав, а потом запахнул халат на её груди. Черный шелк казался особенно мрачным на фоне светлой кожи. Ресницы девушки чуть вздрогнули, когда он накрыл её одеялом, чтобы была прикрыта нагота и наклонившись к её лицу, осторожно поцеловал в лоб, передавая часть духовных сил и чувствуя, как сердце разрывается от боли. Он мотнул головой, прогоняя плохие воспоминания. Сейчас следовало заняться лечением этой легкомысленной русалки. *** Цинсюань пришла в себя от запаха гвоздики, который витал в воздухе и приятно бодрил сознание. Где-то рядом трещали поленья, и она сделала вывод, что кто-то разжег огонь. Но кто? С трудом открыв глаза, она не увидела ничего, кроме темноты. Поначалу испугавшись, она поняла, что не ослепла, а просто что-то закрывало ей обзор. Подняв руки к лицу, она осторожно сняла со лба мокрую тряпку, которая и пахла гвоздикой. Поморгав и приведя зрение в норму, попыталась сфокусировать на чем-нибудь свой взгляд, и первое что она увидела, оказался человек в черном, стоящий у противоположной стены. Скрестив руки на груди, он со скучающим взглядом смотрел на нее. — Ты…ты меня сюда принес? — прокашлявшись, хрипло произнесла она. — Да, — только и ответил Черновод, а затем повернул голову к окну. Цинсюань уже не могла этого видеть, но взгляд демона на мгновение стал ясным и нежным, он даже почти улыбнулся. Воспоминания, чудесные времена о самом светлом времени его человеческой жизни вдруг накрыли с головой. О да, он вспомнил свою возлюбленную, с которой его разлучил ненавистный Ши Уду! Вспомнил её ласковые прикосновения, и легкие поцелуи, вспомнил как он с упоением закрывал глаза, стоило ей обхватить его лицо руками и прошептать на ухо его имя. Но время утекло. Хэ Сюань потерял свой человеческий облик и свою человечность в целом. В груди у него более не теплились чувства, которыми он был так болен. Черновод вновь обернулся, глядя пронзительно холодно. — Не шевелись. Второй раз перевязывать не стану. И действительно, на тело русалки были наложены чистые, пропитанные заживляющими составами повязки. Видимо, накладывались они с особенной тщательностью. Таинственный спаситель позаботился о ней на славу. — Ты кажешься мне знакомым…–Цинсюань почему-то не могла заставить себя взглянуть ему в глаза. — Тебе кажется, я вижу тебя впервые. Черновод стал расхаживать по комнате, собирая обрывки повязок и разбросанные тут и там склянки. Свет свечей дрожал и метался от его торопливых движений. Девушка тем временем принялась рассматривать помещение, в котором оказалась. Кровать, на которой она лежала, была застелена черными простынями с золотыми узорами. Подушки были выполнены в таком же стиле, и на ощупь были приятными. Это был не скользящий шелк, к которому так привыкла Цинсюань в доме своего брата. Это был более плотный материал, который не давал бликов или приятного шуршания о кожу. Он просто…был. Судя по всему простыни были сшиты из хлопка, который редко можно было встретить в подводном царстве. А еще здесь приятно пахло, особенно от подушки, которую девушка погладила с каким-то трепетом. — Морская соль и ирисы, — прошептала она, вспоминая столь полюбившийся в молодости аромат. Демон и сам был от него без ума. Он утончённый и приятный, но самое главное: этот запах когда-то по пятам преследовал его с тех пор как он впервые его почувствовал, перебирая волосы возлюбленной, лежащей в тот день на его коленях. Затем Цинсюань взглянула на свой хвост. Точнее, на место, где он должен был быть. — Ноги? — недоуменно моргнула она и посмотрела на мужчину, — Ты со мной духовной силой поделился? — Ты задаёшь глупые вопросы, — фыркнул демон, сверкнув глазами, — Разве это не очевидно? Цинсюань откинула покрывало и с интересом сжала и разжала пальцы на ногах, невольно улыбнулась. — Мне не позволяют принимать облик человека, когда я того пожелаю, — вздохнула она и несмело дотронулась до своих икр и как-то злорадно улыбнулась, глядя на Хэ Сюаня, — Но теперь-то он меня не достанет, — она расслабленно вытянулась и снова легла на подушку, — Кстати, как тебя зовут? Черновода мало интересовало, о чём там лопочет русалочка. Он быстренько убрал всё ненужное и остановился у окна, рядом со столом. Рука мужчины опустилась на деревянную поверхность, около подсвечника с тремя горящими свечами. — Черн… Хэ Сюань. Меня зовут Хэ Сюань. Он не смотрел на неё, на свою бывшую возлюбленную. Не хотел видеть осколок давно забытого прошлого, ведь он обязательно вонзился бы в его сердце. А оно, хоть и зачерствело, всё ещё умело болеть. Черновод приоткрыл окно. Лёгкий ветер, принес с собой тепло и легкий аромат сырости. Черные, не собранные в прическу локоны на его голове разлетелись в разные стороны. — Хэ Сюань… –повторила девушка, будто пробуя это имя на вкус, а потом удивленно ойкнула, — Наши имена почти похожи! Забавное совпадение, — она зевнула, ворочаясь в кровати и выбирая наиудобнейшее положение на подушке, — Я тут посплю немного, ты не… — она зевнула, — Не против? Девушка наконец заснула, убаюканная ароматом пряности и спокойствием, которое как ни странно царило в этой комнате. — Меня зовут… — начала она уже сквозь дрему, но потом замолчала, окончательно провалившись в царство снов. «Хорошо, что успокаивающая мазь подействовала» — подумал он. Скривив губы, Черновод наблюдал за тем, как она засыпает. Демон тихо вздохнул, подошёл к ней, поправил одеяло и, затушив свечи, также стоявшие рядом с кроватью, тихо прошептал: — Цинсюань. Я знаю. Бросив последний взгляд на лицо девушки, он ушел, бесшумно прикрывая за собой дверь. *** Симпатичный нос без горбинки слегка дернулся, потом еще разок, вдыхая откуда-то доносящийся вкусный запах еды. — Как приятно пахнет, — на выдохе произнесла она, откидывая одеяло и опуская ноги на пол — Это Хэ-сюн что-то готовит? Она осторожно встала и, взглянув в зеркало, увидела, что на ней из одежды только черный шелковый халат, которые велик ей на два размера. — С его стороны так мило дать мне свою одежду, — подумала вслух девушка, повертевшись перед зеркалом. Насмотревшись на себя вдоволь, она покинула комнату, направляясь к источнику запаха. — Что это тут такое вкусное? — заглянула она в одно из помещений, которое оказалось кухней. Хэ Сюань был занят жаркой рыбки. Услышав шаги, он взглянул на вошедшую и снова опустил глаза. Его волосы были собраны в пучок, а глаза смотрели всё также холодно. Как только Цинсюань появилась на пороге, он вновь поднял взгляд. Какой же красивой показалась ему девушка в его одежде, какой грациозной и нежной была ее фигура… Более того, то, как неуверенно русалочка стояла на ножках после длительного времени, когда она не использовала их, забавило морского владыку. Черновод даже усмехнулся. — Пахнет просто восхитительно, Хэ-сюн, –она прикрыла глаза и сделала глубокий вдох, подходя к нему сзади и поднявшись на цыпочках заглянула ему через плечо, — Ты жаришь рыбу? Сердце ёкнуло, когда Хэ Сюань взял в руки черный перец и добавил щепотку в блюдо, а потом тут же поднес палец ко рту, чтобы оставить на своих губах острый привкус. В сознании Цинсюань на это действие что-то откликнулось, но девушка так и не смогла понять что именно. Чтобы отвлечься от грустных мыслей, она окинула взглядом кухню и остановилась на разглядывании мрачной темной картины, изображающей бурю, в которую попал корабль. — Ты живешь тут один? Черновод не следил за ней взглядом, но был настороже. Он даже не взглянул на девушку, когда она склонилась над его плечом, целиком погрузившись в процесс готовки. Пока рыбка жарилась, Хэ Сюань занялся салатом. — Да, один. Что такого? — Ничего, просто спросила. А на твоем острове есть люди? Я просто ищу кое-кого, — она уселась прямо на стол и её нога до бедра обнажилась. Черновод крайне недовольно взглянул на неё, но сгонять со стола не стал. Вид обнажённого бедра смутил Хэ Сюаня, и он отвернулся. — Никого здесь нет, — резко сказал он, сильнее надавливая на нож, и поворачиваясь к ней. — Чего ты кричишь, я услышу если и совсем тихо скажешь. Рядом ведь сижу. Цинсюань поджала губы и кивнула: — Я поняла. Тогда придется дальше искать. Но спасибо за содействие, — ядовито добавила она, показывая демону язык. Черновод резко шагнул к ней и взял за подбородок. —Ты!.. И вдруг он замер, встретившись взглядом с её глазами. Сердце демона пропустило бы удар, если бы оно билось. — Убери руки, — она дернула головой, и на лицо упали все ещё немного мокрые каштановые пряди, а потом осторожно хлопнула его по руке, — Не нужно, я все поняла. Ты не умеешь шутить. Тот кого я ищу, тоже юмора не понимает. Может ты его знаешь? Его зовут Мин И, — она склонила голову на бок, — Бррр, какие холодные у тебя пальцы, Хэ-сюн. Аж мурашки по коже. Черновод замер и отвернулся. — Нет. Демон вернулся к салату, что-то пробурчав себе под нос. Вскоре он поставил на стол тарелки с жареной рыбой, рисом в качестве гарнира и салатом. Рядом, на специальную подставку, Хэ Сюань положил палочки. — Садись есть, взбалмошная. Демон отошёл к окну. — …как только тебе станет лучше, убирайся отсюда немедленно. Мне не нужны лишние проблемы, а от тебя одна морока. — Ох, да верну я тебе духовные силы, не переживай так, — она взяла палочки и два раза ими клацнула, — Для полного восстановления мне понадобится пару дней, а потом ты меня не увидишь. Спрыгнув со стола она пересела на стул прижав одну ногу к груди, а другую свесив вниз. — И деньги за лекарства и еду тоже. Ай! Сердцебиение участилось, на лбу выступил пот. Расфокусированным взглядом она посмотрела на палочки, которые со звоном упали на пол. — Они с-серебрянные? — пробормотала она, сжимаясь в комочек, а потом подняла глаза на демона. Черновод неплохо так испугался, увидев реакцию русалочки на серебро. И как он мог так облажаться?! — Извини. Я забыл, что русалки его не любят. Хэ Сюань, покопавшись в ящиках, протянул девушке деревянные палочки и не удержался от того, чтобы не убрать волосы морской красавицы в сторону, якобы для того, чтобы не мешали. Но Черноводу просто вдруг захотелось прикоснуться, и он не смог с собой совладать. Цинсюань на миг замерла, потом весело улыбнулась, забывая об обоженной коже: — Не волнуйся, я уйду как только раны немного затянуться. И больше твой покой не потревожу, — она чуть склонила голову, принимая деревянные палочки, а потом сложила руки вместе, закрывая глаза, — Спасибо за еду. Овощи, рис и жаренная рыба оказались беспорядочно смешаны в ее тарелке так, что складывалось ощущение будто она ест кашу с комочками. –Хэ Сюн, а ты почему не ешь? — Я не нуждаюсь в еде. Мужчина не поворачивался к ней и мыл посуду. Его успокаивало не столько занятие, сколько ощущение стекающей по рукам воды. Закончив, демон повернулся к девушке. Теперь он уже без стеснения смотрел на неё. Цинсюань довольно вздохнула, наевшись. Покончив со своей порцией она повернулась к демону, хитро улыбнувшись и двинув плечом так, что с него сполз черный шелковый халат, обнажая молочно-белую кожу. — Чего так смотришь, Хэ-сюн? Нравлюсь? — хитро спросила она. Глаза демона расширились, когда он услышал это, а мертвенно-бледная кожа с сероватым оттенком на его щеках вдруг подёрнулась пунцом. Взгляд его нет-нет, да и опустился к хрупкому плечу. —Э… Вот ещё! — и едва слышно проворчал, — Как блудница какая-нибудь… Черновод отвернулся и опустил голову. «Да что же это со мной такое? Коварная женская красота! Она не должна увлекать меня!» Довольно захихикав Цинсюань поправила одежду и со вздохом отложила палочки. — Шутки шутками, но я не для того сбежала со свадьбы, чтобы переспать с первым же встречным. Хотя… — она прищурилась, — Ты ничего себе такой. Свирепый… нет, Непревзойдённый демон, так? Хэ Сюань повернулся обратно и скрестил руки на груди, в очередной раз сравнив эту девушку с человеком с низкой социальной ответственностью. —Да, так. И зачем сбегать со своей свадьбы? — он изогнул бровь. — Оох, — она откинулась на спинку стула, — Мой старший брат хочет выдать меня замуж за младшего служащего своего лучшего друга. Пэй Су, конечно, очень добрый и милый, но он мне просто друг! –она недовольно цокнула языком, а потом как-то слишком радостно закончила, — Поэтому я сбежала, чтобы найти Мин И. —И зачем тебе он? Хэ Сюань сел рядом с ней и посмотрел на девушку. Он выглядел уставшим и сонным, однако это было его обычным состоянием. Черновод рассматривал её, в который раз подмечая, что в его собственном халате Цинсюань выглядит мило. — Мин-сюн мой дорогой друг и возлюбленный, — с готовностью начала объяснять девушка, — Мы расстались десять…нет, пятнадцать лет назад и я очень хочу его увидеть. Хоть краешком глаза, — она вздохнула, — Замуж мне все равно выйти придется, но…– русалка опустила глаза, — Но я хочу попрощаться и попросить прощенья прежде, чем навсегда уйду на морское дно. Хэ Сюань опустил голову. На мгновение ему горячо захотелось взять её за плечи и закричать: «Я, это я Мин И! И я тоже, тоже до сих пор люблю тебя! Я никогда на тебя не злился, моя милая Цинсюн! Неужели ты меня не узнаёшь?..» Но много времени утекло с тех пор, да и он уже не тот, кем был. Его сердце зачерствело, а проклятую душу обуревает холод. Нет в нём ничего от Мин И, и даже от Хэ Сюаня. Помолчав ещё немного, он только и сказал: —Понятно. Цинсюань зевнула и поднялась из-за стола. — Ты не против если я пойду прилягу? Все ещё есть некая слабость, поэтому думаю мне нужно поспать. Совсем немного, — она встала на носочки и вытянулась, подняв руки вверх и обхватив запястье одной руки другой. — Спокойной ночи, Хэ Сюн! Или…спать тебе тоже не нужно? Он покачал головой, взглянув на неё: — Не нужно. Проводив девушку взглядом, Черновод чуть позже последовал за ней и, накрыв её одеялом, покинул дом, чтобы окунуться в успокаивающую воду. Расслабившись, мужчина глубоко задумался. Он с некой грустью, но и та была притуплена, осознавал, что ничего не чувствует. Внутри один лишь холод под слоем злобы и боли одиночества. Черновод закрыл глаза. Он уже почти отпустил прошлое, но вот оно снова напомнило о себе, да ещё как! За все пятнадцать лет одиночества это был самый болезненный удар по его сердцу. Демон не надеялся на то, что между ними ещё что-то может быть. Она помолвлена, да и любит прошлого его, уже не существующего. По крайней мере, нужды притворяться кем-то другим уже нет. Мужчина тяжело вздохнул, закрыв лицо рукой.