Ran «A bad friend»

song: Billie Eilish — No time to die

      Мисато ненавидит Айри. Ненавидит она и Рана. За что? Сложно сказать. За улыбки, за легкие прикосновения друг к другу. За едва заметные покусывания губ, когда те переглядываются. За поцелуи.       Мисато ведь первая увидела его. Первая заговорила с Раном и Риндо. Первая! Так почему не она? Почему все достается ее страшной подруге?       Полгода назад Мисато выпала честь стать знакомой братьев Хайтани. Гордилась она собой долго — все еще гордиться, даже не смотря на злость. Рассказывала она всем об этом, да и Хайтани были не против. Она приходила в их небольшой клуб, гуляла с ними, ходила смотреть на драки.       Каждый день просыпалась Мисато рано. А как иначе? Ведь столько всего нужно сделать. И уложить волосы, и подкрасить ресницы, и выбрать самую красивую одежду для сегодняшнего дня. Сделать все, чтобы Ран посмотрел на нее — цель каждого ее дня.       Но как-то раз Мисато совершила глупость: взяла с собой на прогулку Айри. Она-то думала, что на ее фоне будет выглядеть как модель, как девушка из нового модного журнала. Внутренний мир быстро — а как оглушающе! — разрушился, стоило Рану заговорить с Айри, а той пару раз нахмуриться и упрекнуть братьев за жестокость. А эта улыбка, посланная парнем в сторону подруги? Мисато не идиотка, нет, она знала, что значит такая улыбка от парня. Интерес.       В тот день Мисато стояла возле зеркала несколько часов. Волнистые длинные волосы цвета угля, темные глаза цвета шоколада. Привлекательная родинка на щеке, ямочки, прямые брови и сексуальный разрез глаз. Чем не мечта любого парня? Рядом стояла фотография Айри. Низкая, с круглым лицом без выразительных черт. Несколько прыщей на лбу, небольшой шрам у рта. И у нее есть то, что хочет Мисато.       В день, когда влюбленные объявили об отношениях, Мисато изуродовала комнату. Плакаты с популярными актерами были разорваны, стол перевернут, стул лежал где-то в другой комнате без одной ножки, одежда и фотокарточки разбросаны по комнате. Но утром она обняла Айри и сказала, что рада за нее. Промолчала, конечно, что не от всего сердца.       Самое тяжелее было видеть их вместе. Как бы Мисато не наряжалась, какие бы шутки не выпаливала — Ран все равно влюбленно смотрел на Айри, нежно целовал ее щеку и говорил, что она самая милая. Хотелось крикнуть, что Айри не умеет готовить, не умеет кататься на велосипеде, вечно торчит в учебниках и парках в поисках живности.       Но больнее всего было видеть отвращение в глазах Рана. Мисато, по глупости, намекнула о себе, как о его новой девушке. Красиво пела о том, что будет терпеть все, не будет запрещать ходить на драки, будет стонать под ним и они могут позвать его брата.       — Ты омерзительная. Повезло, что ты лучшая подруга Айри, — все, что он тогда сказал.       — Попытайся еще раз — твой труп найдут в ближайшем переулке, — прошептал ей на ухо Риндо.       Братья ни слова не сказали возлюбленной Рана. Так она оставалась в своей войне сама. Следующий шаг заключался в том, чтобы поссорить пару. Несколько лести и взмахов ресниц, и дурочки из школы стали флиртовать с Айри. Та пряталась и пятилась от них, говорила, что не интересуется. Мисато сделала все возможное, дабы Ран увидел, как с его девушкой флиртуют. Правда не учла Мисато того, что Ран не будет спрашивать — он сразу бьет. Тех ребят нашли избитыми за городом, они орали, что их заставили. Риндо в тот день странно посмотрела на Мисато, однако промолчал.       — Это была не я, — прохрипела Мисато, зажимая кровавый нос рукой.       — Почему я должен тебе верить? — спокойно отозвался Риндо.       В голову ничего не лезло. Младший из братьев подкараулил ее возле дома, и решил показать делом, что будет, если лезешь в отношения кого-то из Хайтани. Риндо всего-то ударил Мисато головой об кирпич.       — Прошу, мне жаль. Я даже близко к ним не подойду.       — Тогда сделаешь кое-что.       Через три дня, Мисато шла к Айри. Ноги тряслись, руки потели. Сердце так и норовило выпрыгнуть из груди. Вот теперь она сожалеет. Айри ее подруга с третьего класса. Всегда была рядом, поддерживала, ухаживала, когда та болела, заботилась. Мисато даже поддалась мысли не идти к подруге, но спину прожигал взгляд Риндо.       — Миса? Привет, — пропела Айри, увидел подругу.       — Пошла ты. Я ненавижу тебя. Ты самая ужасная из всех кого я знаю. Из-за тебя мои мечты пали в бездну, ты разрушила мою жизнь. И это была я. Я подговорила тех парней приставать к тебе, я отдала тебе сок со снотворным, я отключала твои будильники, чтобы ты опоздала на встречу с Раном. Ненавижу тебя, Айри, гори синим пламенем.       Мисато даже не посмотрела в глаза подруге, когда разворачивалась прочь. Уходила она под шепот и недовольные голоса школьников, но под одобрение Риндо. Она сделала, как он просил, рассказала обо всем, что сделала. Показала себя настоящую. И почему-то она перестала сожалеть об этом, стоило словам вырваться из рта. Мисато очень даже довольна собой.