Река XVII

На краю Оксфордских топей Катаклизм когда-то поднял пласт земли, целый хребет из базальта, спрессованного кварца и плавленого стекла, крутой, кривой и острый, как перо. Со временем Темза проточила через него свой путь; и там, высоко на вершине ущелья, стояла каменная орудийная башня, которую построили во времена Пограничных Войн, чтобы наблюдать за рекой и проплывающими судами. Но и этот бастион превратился в руины. Черно-серые стены накренились над пенящейся рекой, и торчали на фоне неба искореженные металлические опоры. За последние годы башню облюбовала стая плотоядных птиц. Их неряшливые гнезда заняли каждую щелочку и окно, и верхняя часть башни казалась размытой, словно ее подернуло дымкой. Пока что небо оставалось чистым, но еще ничего и не начиналось. Скарлетт стояла в передней части плота, за спиной ее развевались волосы и полы плаща. Она быстро и методично проверяла револьвер: зарядить, прокрутить барабан, закрыть его... Рядом на ящике лежала коробочка с пулями. Плот мотало в капризном течении, но Скарлетт стояла твердо, ноги врозь, спина прямо, решительная и спокойная, и жевала жвачку. На самом деле она ощущала себя куда больше в своей тарелке теперь, чем после ограбления банка в Лечлейде. Ей нравилось, когда есть понятная цель, очевидная опасность, с которой придется столкнуться. У нее была целая сумка денег, она ушла от врагов, револьвер был у нее в руке, а впереди ждали одичавшие земли. Жизнь снова была прекрасна, светило солнце. И еще рядом был кругом ей обязанный и зависимый от нее примечательный Альберт Браун. Она оглядела плот и удостоверилась, что все на местах. Старик Джо стоял у руля, склонив голову, и ветер развевал его лохматые волосы. В одной руке он держал тлеющий аммиачный цилиндр на железной цепи, от которого несло над водами Темзы вонючий дымок. Старик снял свою джинсовую жилетку и подкатал рукава рубашки. Второй рукой он удивительно сноровисто поворачивал румпель слабыми отрывистыми движениями, чтобы держать плот подальше от прибрежных скал. Во всяком случае, удивительно это было для Скарлетт. Не для Альберта, ведь он сказал, что Джо опытный рулевой. И оказался прав. Уж что-что, а об этом он знал наверняка. Девочка, Этти, сидела в палатке и мирно играла старыми деревянными кубиками. Четыре листа черного полиэтилена спустили с палатки и прикрепили к палубе, так что Этти оказалась в надежном убежище-кубе. Для нее это было лучшее место во многих смыслах. У Скарлетт не было времени на маленьких детей. Они раздражают, отвлекают и путаются под ногами. Альберт предсказуемо принялся улыбаться и строить девочке максимально глупые рожи, едва палатку подготовили. Однако стоило признать, что его кривляния успокаивающе подействовали на ворчливого старого хрыча. Сам Альберт притулился между двух коробок, и его мотыляло вслед движению плота. На его позеленевшее лицо упали пряди волос. Джо выдал ему нож и резко пахнущую серную палочку, чтобы отгонять птиц, но Альберт взял их неуверенно, словно не знал, за какой конец их вообще брать. Скарлетт поджала губы. По-хорошему Альберта стоило посадить в палатку вместе с Этти для его же блага. В определенных ситуациях он был совершенно бесполезен. И все же... Жуя жвачку, Скарлетт вспомнила пристань. Альберта, который стоял там над ней. Бочки с бензином, которые взорвались... Она просто не могла перестать об этом думать. Плот вошел в ущелье, следуя середине реки. На него упала тень утесов. Вода побежала еще быстрей, бурля меж упавших обломков. И теперь Скарлетт различила движение далеко наверху среди неряшливых гнезд - огромные горбатые фигуры расправляли крылья, изгибали длинные шеи, и торпедоподобные головы поворачивались, изучая реку. - Смотреть наверх! - скомандовала Скарлетт. Она вооружилась. Шесть серных палочек дымили в подставках по периметру палатки, искря и шипя на холодном воздухе в ущелье. Если повезет, сера и аммиак отпугнут всех птиц, кроме самых агрессивных. С последними разберется ее револьвер. Альберт... Та женщина, без сомнений, вселяла в него ужас. Большая часть его истории была правдой. Один вид ее заставил его остолбенеть, он практически впал в ступор и пару минут вообще не реагировал. А потом как проснулся - и его сила вырвалась на свободу. Его сила. Если научиться ее контролировать, чего только нельзя будет совершить... Методично жуя жвачку, Скарлетт размышляла. Плот кидало в буйном течении. Камни впереди были покрыты выбеленными кусочками костей. Далеко наверху, на башне, всколыхнулась стая черных фигур; она закружилась, как бумажный пепел в костре. Они поднялись, достигли невидимого потолка и разделились, следуя форме ущелья. Крылья хлопали как паруса; вытянулись длинные шеи. Бликовали на солнце клювы и когти. - Приближаются! - завопил старик. Скарлетт глянула на Альберта, проверяя, что тот готов - и поняла, что он смотрит на нее. Она не смогла понять выражения его лица. В нем было что-то мягко-задумчивое, восхищенное, и оно заставило ее покраснеть. Она отбросила волосы с лица и строго уставилась на Альберта. - Соберись! - велела она. - Следи, что наверху! Будет большой потерей, если его сейчас заклюют. Несколько темных фигур снизились, закладывая крыло над плотом. Скарлетт заметила красные глаза и кожистые шеи. Птицы зацепили серное облачко дыма и резко подались в сторону. Скарлетт медленно повернулась с револьвером наготове. Далеко, отлично. - Пять минут! - сообщил старик. - Через пять минут мы прорвемся! Движение воздуха. Над головой Скарлетт мелькнула тень и легла на палубу. Скарлетт подняла глаза и успела увидеть размах крыльев, поджатые белые ноги, рубчатые и мускулистые; распахнутый зазубренный клюв... Длинные когти навострились ей в лицо. Она выстрелила. Когти исчезли; птица перекатилась по палубе, врезалась в коробку и полетела прочь через ущелье. Скарлетт осмотрелась. Старик правил плот одной рукой; другой он раскручивал цепь с аммиачным фитилем, чтобы создать сферу из едкого дыма. Над ним кружили, пытаясь снизиться, две птицы. Альберт отчаянно отмахивался от третьей птицы, которая зависла над ним, щелкая клювом. Шея ее сгибалась и разгибалась, как верткий угорь. Скарлетт повернулась на месте - взметнулись ее волосы и плащ - и выстрелила. Три твари встретили свою смерть прямо в воздухе и камнем попадали в воду. - Все в порядке, Альберт? - спросила Скарлетт. Он таращился на свою серную палочку, конец которой оказался откушен. Сера как тающий воск капала на палубу. - Да! - он широко улыбнулся. - Разве эти птицы-копейщики не интересные? Видала, какие длинные у них клювы? Для чего они отрастили такие, хотел бы я знать? Наверное, рыбу ловить... не думаю, что люди - их обычная еда. Только то, что очередная птица атаковала его прямо в лобовую, спасла его от участи попрощаться с жизнью во время болтовни. В последний момент он пригнулся, и клюв зацепил его волосы. Бахнул револьвер Скарлетт; птица свалилась на палубу и прокатилась прямо к ее ногам, оставляя кровавый след. Птичья шея дернулась; клюв слабо клацнул. Скарлетт ногой сбросила птицу в реку. - Альберт, да что с тобой такое? - Извини. Я просто задумался, как их клювы устроены. - В курсе. И один такой клюв чуть не снял с тебя скальп. - Конечно, ты права! Слушаюсь и повинуюсь! С этого момента я соберусь как следует! По факту, как следует собраться ему уже не требовалось. Они миновали башню. Утесы по берегам резко отступили, течение замедлилось, и долину впереди рассекли, как золотая занавесь меж холмов, лучи солнца. Неожиданно они оказались в спокойствии и теплом свете. Небольшой копейщик, который суетился над палаткой, пытаясь ее прокусить, чтобы добраться до Этти, издал резкий сердитый вопль, забил крыльями и взмыл в воздух. Плот продолжал свое движение. Остальные птицы, вопя, кружили, возвращаясь назад в свои гнезда. Старик выключил двигатель, и теперь плот понесло течением. Настала резкая тишина. Впереди простерлась лесистая равнина, облитая солнечным светом. Когда сражение закончилось, пассажиры плота подсчитали потери. Скарлетт и девочка не пострадали. Альберт лишился клока волос, и голова у него саднила. Один Джо получил настоящие раны. Одно его ухо сильно кровоточило. Скарлетт достала аптечку из рюкзака, отыскала вату и антисептический спрей и предложила их старику. Он отмахнулся. - Мне это не понадобится. - Не дури. Это поможет. Тебя же укусили. - Просто царапина. - У тебя ухо на честном слове болтается. Хочешь, чтобы ребенок от тебя с воплем шарахался? Заткнись и приведи себя в порядок. - В плавании случаются вещи и похуже. Прекращай суетиться. Рана закроется. Так, а теперь кто хочет завтрак? Эта драчка раззадорила мой аппетит. Завтрак на борту "Клары" составил черный кофе и яйца всмятку, которые Джо приготовил на сковородке, припрятанной под палубной доской. Они оказались удивительно вкусными. Девочка выпила молоко и со здоровенными белыми "усами" над верхней губой взялась за яичницу под строгим присмотром деда. Все утомились и молчали, поглощая еду из старых металлических мисок. Скарлетт воспользовалась случаем, чтобы как следует изучить Джо и Этти. Ближайшее рассмотрение никак не поменяло ее мнение о них. У ребенка были прямые, очень светлые, почти прозрачные волосы, цвета пшеничных колосьев после жатвы. У девочки была большая голова, круглое пузико и пухлые ножки колесом. Глаза у нее были большие и темные, а щеки алели, выдавая сильные эмоции. Ротик у нее был маленький, едва очерченный. И весьма капризный, подумала Скарлетт. На самом деле девочка выглядела одновременно беззащитной и волевой. Это сочетание безобидности и целеустремленности Скарлетт заметила лишь теперь. Что до старика, он не выказал и тени опаски, которую стоило ожидать от человека, коего угораздило связаться с парочкой преступников. Для бедного речного бродяги он держался с удивительным достоинством. Холодный и расчетливый взгляд его блестящих глаз никогда не замирал, перебегая со Скарлетт на Альберта и обратно. Скарлетт нахмурилась. Не стоит сомневаться, за стариком нужен глаз да глаз. Наконец Джо отставил миску. - Раз уж у нас выдалась передышка, пересмотрим наше положение. Вы у нас парочка уголовников, которые бегут от последствий своих преступлений как трусливые дворняги. И за мою помощь вам я хочу хорошую сумму. Вы хотите высадиться на Великих Руинах, где я получу остаток денег. Верно? Скарлетт нахмурилась. - Не совсем. Ты упускаешь, что мы вынуждены соседствовать на этом корыте с нечесаным стариком и толстой мелюзгой. Назовем вещи своими именами. - Я тоже не совсем уверен насчет "трусливых дворняг", - поддержал Альберт. - На самом деле у меня прекрасная цель - найти свободных людей в заливе, и с ними я смогу жить полной жизнью без притеснений и жестокости. Ну а Скарлетт нужно разобраться с кое-какими сложными делами, а еще парочкой недопониманий со мной. Она просто ищет место, где достать припасов и подготовиться, чтобы вернуться к своим друзьям и товарищам. Так ведь, Скарлетт? - В своем роде. Старик отхлебнул кофе. - Короче говоря, вы оба спекулянты. Ясно как день. - Чем бы мы ни занимались, - сказала Скарлетт, - нам нужно двигаться быстро и избегать проблем. Мы не дружим с Выжившими Городами, а слухи о Лечлейде расползутся быстро. Голуби полетят по всем королевствам. Ты сможешь быстро и безопасно доставить нас в залив? Если нет, то мы найдем другой транспорт. Старик поковырялся пальцем в зубах. - Что ж, удачи. - Не беспокойся, Скарлетт! - сказал Альберт. - Джо знает каждый дюйм реки! Ему подвластны бессчетные пути через Оксфордские разливы по дороге к заливу. Тайные пути, которые немногие знают. Разве не так, Джо? Старик уставился на него. - Так, хотя как ты об этом узнал, ума не приложу... Он пожал плечами. - Мы с Этти путешествуем по великой реке от рыбачьих угодий в устье до пастбищ Криклейда. Продаем свои товары в Выживших Городах. Так мы живем. Особо нечего добавить. Однако... Он сунул пальцы во внутренний карман жилета. - Это значит, что я знаю реку так же хорошо, как собственный зад, досконально, со всеми ее недостатками и неожиданными особенностями. Вот цветная схема. - Реки? - Конечно, реки. Чего же еще? Он передал сложенный лист. Скарлетт заметила, что бумага старая, заляпанная, много раз латаная и приклеенная на кожаную основу. Она изображала Темзу почти на всем ее протяжении с запада на восток. Реку аккуратно прорисовали синими и черными чернилами, а красными отмечались Выжившие Города. Вот на излучине реки Лечлейд. Нашелся и Чалгроув, Ридинг, Марлоу и прочие... Речную пойму соткала паутина пересекающихся потоков и ручьев. Плотины, речные пороги и другие препятствия помечались зеленым. Там да сям среди лесов и гор попадались крошечные нарисованные чудовища и тощие как палки антропоморфные фигурки, сидящие на кучках костей. Далеко на западе река вливалась в Лондонскую Лагуну, где из глубин вырастали бурые руины, а в среди волн угадывались гигантские рыбы и подводные монстры. еще дальше простиралось море. - Похоже на то, - сказала Скарлетт. - Ну, надо двигаться дальше. Неизвестно, кто еще там за нами. Она заметила, как на лицо Альберта набежала тень. Старика начало беспокоить ухо. Прежде чем завести двигатель, он промыл и перевязал рану. Девочка сидела на краю плота, раскачиваясь туда-сюда и опуская пальцы в воду. Альберт устроился рядом с ней. Вскоре Скарлетт вытащила свой молитвенный коврик. Последний раз она использовала его в Лечлейде перед ограблением. Давненько. Она чувствовала, как неснятое напряжение отдается ей в конечности. Даже одно прикосновение к ветхой ткани немного успокоило ее. Она развернула коврик в передней части плота как можно дальше от остальных. Грязный красно-оранжевый коврик отлично вписался в пестрое покрытие палубы. Скарлет села, скрестив ноги, сунула в рот пластинку жвачки для лучшей созерцательности и закрыла глаза. Она знала, что будет нелегко, что будет трудно расслабиться. Много о чем нужно было подумать, много чего разрешить. И когда Альберт почти сразу начал болтать со старым хрычом, громко предупреждая его и девочку, что случится, если потревожить Скарлетт, покуда она в благодати, нисколечки ее задаче не помогло. Скарлетт изо всех сил постаралась абстрагироваться. Ее сердцебиение стало замедляться; острое напряжение внутри отпустило. Она перебрала события последних дней: предательство Братьев Руки, столкновение с Шиллингом и беловолосая женщина... и Альберт - снова он. Он в центре всего этого. Ее медитацию прервал какой-то звук наподобие далекого жужжания злой пойманной в ловушку мухи. Скарлетт нахмурилась, пытаясь сконцентрироваться... она все еще так много не понимала о прошлом Альберта и людях, которые преследовали его. Стоунмур, доктор Кэллоуэй, Дома Веры... все они были слегка не в фокусе. Но подоплека его способностей была глубока. Ее нужно изучить, если получится. Так или иначе, путешествие по Темзе давало ей такую возможность. Надоедливое жужжание никуда не делось. Скарлетт открыла глаза, дабы увидеть, что старик стоит в нескольких футах с кровавой повязкой на башке и пристально пялится на нее. По чести сказать, он делал и кое-что еще, а именно ел яблоко и почесывал себя пониже спины. Скарлетт выругалась. Хватаясь за оружие, она вскочила, чуть не поскальзываясь на коврике в спешке. - Альберт! - вскричала она. - Это уже слишком для благодати! Ты позволил ему подойти так близко! Альберт Браун поднял глаза от карты, которая поглотила его внимание. - Думаю, его заинтересовали твои медитации. Меня это не удивляет. Мне тоже любопытно. – Он мог быть вооружен! – Он вооружен яблоком. – Да неважно, чем! Толку от тебя! – Скарлетт сердито взмахнула рукой. – Так чего тебе надо, старик? - Джо. - Что надо, Джо? Старик откусил кусок яблока и задумчиво прожевал. - Я подошел сообщить, что птицы снова поднимаются. - Птицы? - Птицы в ущелье. Скарлетт осмыслила новость. На поверхности реки, буро-фиолетовых разливах и меж затопленных зарослей на том берегу сияли солнечные блики. Она оглянулась назад к излучине, где к западу над нею возвышалось копье из скал. Над руинами в сиянии дня кружили темные тени. Пока она смотрела, птицы одна за одной исчезли из виду. - Кто-то еще идет через ущелье, - истолковал Джо. Откуда-то издалека принесло дрожащим воздухом жужжание. Слабое, но настойчивое. Двигатель. - Точно. Думаю, это моторная лодка, - добавил старик.